Связаны

***

      Поставив горячие чашки с чаем на стол, мужчина сразу же идёт к столешнице. Там как раз он хранил любимое печенье, которое он положил на стол рядом с чаем. Поссмотрев на юношу, который до сих пор как будто летал в облакал, Гурен сел за стол напротив него. —пей чай. Я даже печенье взял—голос был таким нежным, от чего опять появились мурашки. Ичиносе отводит взгляд к своему чаю, беря как раз его в руку, начиная потихоньку пить горячую жидкость. —гурен, так что это было?—голос ют по сравнению со своим наставником, был растерян. —и что было?—отпив немного чая, тот продолжил говорить—ты разревелся из-за кошмара, был как всегда упрям. А потом резко спрашиваешь, что между нами.—поднимая взгляд, глаза прищуриваються. Неужели тот и вправду так сильно волнуется после поцелуя? Скорее всего тот не зря девственник даже не с кем не целовался. Вот же дурак. Юи тушуеться, неловко ерзает на стуле и не решается теперь опять заговорить. Даже к чаю не притронулся. Щеки были покрыты лёгким румянцем, даже когда прошло минут 30. Что с ним не так.. —Нет.. Ты же понимаешь о чем я—настаивая, тот продолжает. Тихо вздохнув, темноволосый ложит свою кружку на стол, какое-то время смотря на неловко ерзающего юного бойца. Ведёт себя и вправду как маленький, хотя в прочем.. Если бы у Гурена случилось бы такое в его возрасте, тот бы явно не смущался так сильно. —Я испытываю к тебе чувства, Юи. Самые настоящие и теплые. Доволен? Щеки сильнее краснеют от прямого признания, взгляд ненадолго задерживается на подполковнике, и сразу же опускается на свою чашку чая. Беря ее в руки, тот спешно начинает её пить. Надо немного раслабится и успокоится. Но как же сложно от такого. Ему впервые о таком говорят. На прямую, смотря прямо в глаза. Так ещё и не просто какой-то ровесник, а человек который стал его растить какое-то время. Человек который старше его, опытнее и точно разбираеться в своих чувствах. По сравнению с Юичиро, Гурен явно выглядит как самостаятельный человек. А вот Хакуя, ходячее разочарование. С мыслями что тот предал свою семью, бросил всех. Которого все время сняться кошмары, от которых он хнычет и замыкаеться в себе. Это странное ощущение, которое не когда не покидали его чувство. Сейчас он не боится быть растеренным и таким не понимающим перед Гуреном, хотя явно перед своими же друзьями не осмелился. —нет, не доволен.—опять тихо вздохнув, тот игнорирует хмурый взгляд и в итоге. Отпив для уверенности чая, теперь надо и вправду собраться. И нормально поговорить.—Гурен, я и вправду не понимаю ничего. Я не понимаю своих чувств, я не понимаю тебя. И не понимаю почему резко ты признался сейчас. —потому что мы с тобой почти в разных мирах. Я выше тебе по рангу, почти что опекун.. Тебе всего 16, ты ребёнок и точно не готов принять меня как кого-то большего..—голос темноволосого замолкает, как будто слова слишком грубые. И не правильные для них. — Юи. Дай обещание что мы оставим это в тайне. Не зря все таки был чай под рукой. Ведь без него, Юичиро не смог бы скрыть свои опущенный взгляд, который пялился на чай. Он впервые за долгое время поверил в то, что наконец-то его искренне ценят и ценят в другом плане. Юноша давно не особо считал себя ребёнком из-за того что пережил и с чем столкнулся по сей день. Его приняли все таки в рядовые и тот защищает своих друзей от кровосос. Неужели, 16 такое маленькое число? От этого он готов был опять разреветься и просто наговорить всяких гадостей. Он честно его недолюбливал, но не до такой же степени что бы его отвергнули. —Я тебя понял.—хакуя говорит это стиснув зубы от обиды. Даже не хочеться знать почему тот все таки сдержался, но спорить смысла явно не было. Положив кружку в раковину, тот молча уходит, не желая дальше продолжать хоть какой-то диолог. А старший проводит взглядом не высокий силуэт. Ичиносе не готов принять такую ответственность. Он еле как принял то, что всегда будет о нем заботится, защищать. Он бы не когда не посмел что бы кто-то к нему не так прикоснулся, кроме него самого. Даже если он использует его иногда в своих целях, тот точно сделает так что бы он выжил. Он не хочет сильнее привязываться. Не хочет сильнее нервничать когда тот в бою, что его смышленый мальчишка вдруг не вернётся. Не хочеться каждый раз просыпаться, целуя искусаные губы, с мыслью что он его потеряет. Гурен слишком боится этого, настолько что готов погубить счастье обоих. Он уже потерял одну прекрасную девушку и больше не готов что-то сделать не так. Лучше, они останутся в таком положение. Хоть и придеться видеть после этого недовольный взгляд, это лучше чем тревога которая глошит из внутри.