Всё, чего я не сказал

1

Джейс Талис восхищается своим партнёром по исследованию, но не планирует ничего с этим делать. Ведь Виктор — он такой… Серьёзный. Целеустремлённый. Гениальный. Всегда собранный. Безупречный. Невероятно сильный духом — точно сильнее, чем сам Джейс. До того преданный их общему делу, что в своей увлечённости регулярно игнорирует еду, сон и личную жизнь. В последнем Джейс почему-то уверен, хоть и не может знать наверняка. Джейс испытывает безотчетное желание проводить с партнёром больше времени, узнать его поближе и заслужить расположение этого удивительного, талантливого человека. Он сомневается: интересен ли он вообще Виктору? Именно он, а не его исследования, живой ум и прорывные идеи? Со стороны кажется, что праздное общение и дружба стоят в списке приоритетов Виктора так далеко, что нечего даже и пытаться. Талис ни разу не видел его с родными, друзьями или хотя бы приятелями. Виктор держится так, будто его всё устраивает, но Джейсу это кажется вопиюще неправильным. В голове звучит голос матери, которая наверняка с улыбкой пожурила бы сына за неуёмное желание причинять добро даже тогда, когда его об этом не просят. Следом — голос самого Виктора, который ненавидит жалость и только огрызнулся бы в ответ. Джейс все это знает, но ничего не может с собой поделать: сердце тоскливо ноет от сочувствия к коллеге, которому, должно быть, очень одиноко. Ещё Джейс умеет замечать красоту в людях, как внутреннюю, так и внешнюю, поэтому не может не отметить, что Виктор — в общем-то, весьма привлекательный молодой человек. Не может не видеть, какая у партнёра удивительно аристократичная, несмотря на происхождение, внешность: ровная фарфоровая кожа, высокие скулы и тонкие руки, легко скользящие над доской; изящная фигура, которую трость вовсе не портит, а, напротив, добавляет ей особый шарм. Не может порой не заслушиваться низким бархатным голосом, к собственному стыду упуская нить разговора. И, конечно, не может время от времени не любоваться внимательными, цепкими глазами цвета янтаря, пристально изучающими мир вокруг. Ничего из этого Джейс не произносит вслух. Чувствует: едва ли Виктор оценит его попытки навязаться в друзья. А если вдруг сочтет внимание коллеги за флирт, то, чего доброго, захочет прекратить сотрудничество. Упрекнёт Талиса в том, что тот недостаточно серьёзно подходит к их общему делу. Что его, Виктора, привело в Академию желание упорно работать и менять мир, а не развлекаться в компании богатеньких мальчиков. И будет, как всегда, прав: они здесь действительно не ради того, чтобы коротать время за дружеской болтовней. Поэтому Джейс принимает правила той игры, в которой они только коллеги. И все же робко надеется, что когда-нибудь, с годами, Виктор приоткроет сердце, подпустит его чуть ближе и позволит стать хорошим другом. Джейсу почему-то очень хочется, чтобы у Виктора появился друг. *** Виктор отдаёт себе отчёт в том, что влюблён в своего партнера по исследованию, но ничего не собирается с этим делать. Ведь его шансы на взаимность, очевидно, стремятся к нулю. Достаточно одного беглого взгляда на Талиса и одного — на Виктора, чтобы это понять. Джейс — мечта, Джейс — само совершенство. Прекрасно сложенный, высокий, обаятельный, невероятно сексуальный, улыбается во все тридцать два с плакатов и заставляет млеть половину населения Пилтовера. Виктор видел себя в зеркале и не обманывается. Бледный тощий калека незавидного происхождения. Ах да, к тому же — мужчина. Виктор отнюдь не глупец, а ещё он очень внимателен — особенно к объектам своего интереса. Он подмечает каждый раз, когда Джейс заигрывает с девицами на светских приёмах. Видит, какие многозначительные взгляды бросает на него советница Медарда и как Джейс старается произвести на неё впечатление — не столь важно, осознанное это желание или нет. Джейсу очевидно нравятся женщины — иначе и быть не может. Он ведь такой приторно-идеальный, ни дать ни взять принц из детской сказки или главный герой претенциозного любовного романа. Для полноты картины рядом не хватает только барышни под стать: длинноногой, с шелковистыми волосами, пышными формами и обворожительной улыбкой. Впрочем, Виктор уверен, что она не заставит себя долго ждать. Виктор влюблён в Джейса и ничего не собирается с этим делать ещё и потому, что просто не может себе позволить распыляться на чувства. Виктор женат на своей работе и изменять ей было бы преступлением: слишком высоки ставки. Он вполне допускал, что никогда не заведет семью и не познает личного счастья, и относился к этому спокойно: крошечная, по меркам человечества, жертва на алтарь лучшего будущего. Виктор благодарен Джейсу за то, что тот никогда не судил о нём по внешности или происхождению. Талис вёл себя с ним как с другом, но это, конечно, лишь потому, что ценил его незаурядный ум и вклад в общее дело. Возможно, чувствовал себя обязанным за спасение жизни. И, вероятно, чуточку жалел. Это всё, что на мог рассчитывать Виктор.

2

Джейс переживает за Виктора, но ничего не может для него сделать. Талис по сути своей не политик и никогда им не был, но ему выпал шанс действительно что-то изменить, и он не может его упустить. Как не может упустить и прекрасную, сильную, мудрую женщину, которая ему этот шанс подарила, а ещё смотрит на него так пронзительно, что вдоль позвоночника пробегают мурашки. Джейс больше не может проводить с Виктором столько же времени, сколько и раньше, но это кажется небольшой ценой за то, чтобы остановить кровопролитие. Джейсу дорог Виктор и он чувствует укол вины, когда оставляет его в лаборатории одного, но оправдывает себя тем, что поступает правильно. Джейс всегда старается поступать правильно, ведь он хороший человек. Ведь так? Он так часто повторяет себе эти слова, что действительно начинает в них верить. Как верит в то, что политические неурядицы рано или поздно улягутся, у него снова появится время на исследования, Виктор непременно поправится и всё для них станет как прежде. *** Виктор давно и безнадёжно любит Джейса, но по-прежнему не собирается ничего с этим делать. Точнее, единственное, что он может сделать — спрятать эти чувства подальше от всех, включая себя самого. Ведь то, что раньше было бессмысленным, с годами стало казаться просто смехотворным. Джейс ударился в политику. Джейс раз за разом предаёт их общие идеалы. Джейс очевидно спит с Медардой, хоть и наивно полагает, что Виктор этого не понимает. Джейс так рьяно пытается остановить кровопролитие, что не замечает, как проливается кровь самого Виктора. Как капля за каплей из него утекает жизнь: сначала из-за болезни, потом по его собственной воле. «Джейс поймёт», — думает Виктор, решаясь на эксперимент с мерцанием. Но, как показала их стычка на мосту, Джейс не поймёт — ни его поступков, ни его чувств. Осознание ранит ножом и ощущается как предательство, хотя, в сущности, Джейс ему ничего не обещал. Слишком мало времени. Виктор чувствует, что счёт для него идёт на дни и часы, и в данной ситуации чувства к Джейсу — непозволительная слабость. Как бы Виктор хотел, чтобы пущенный по венам наркотик мог их выжечь, навсегда вытравить из его тела и разума. Насколько бы тогда всё было проще.

3

Джейс понимает, как бесконечно дорог ему Виктор, когда тот истекает кровью у него на руках, но ничего не может с этим поделать, ведь ему кажется, что уже слишком поздно. Он держит на руках тонкое — господи, давно он стал таким худым? — тело, хрупкое как стекло, которое уже разбилось, треснуло с отвратительным, леденящим кровь хрустом позвонков. Тело, которое у него на глазах покидает жизнь. Джейс готов на всё, чтобы его спасти — даже нарушить собственное слово. Пускай Виктор его потом за это ненавидит: если он выживет, Джейс согласен. Джейс клянется себе, что, если Виктор очнется, он покинет Совет, вернётся в лабораторию и станет для него опорой. Он найдёт лекарство и проследит, чтобы Виктор больше никогда не оставался наедине со своими демонами, в ловушке, созданной для него собственным телом. Джейс видит модифицированные конечности и неровные надрезы, оставленные тонким лезвием, и сердце болезненно сжимается. Он до дрожи хочет защитить друга и больше никогда не заставлять проходить через этот кошмар. Джейс так сильно ценит Виктора, что, когда вновь слышит родной голос, не находит слов, которые могли бы это выразить. «Ты жив», — с губ срываются лишь короткая фраза, в которую он надеется вложить всю свою радость, надежду и сожаление. И этого все равно оказывается недостаточно, поэтому он порывисто обнимает Виктора прежде, чем отдаёт себе отчёт в том, что делает. Раньше он себе такого не позволял. Сейчас ему всё равно. Пускай Виктор злится, пусть вырывается, пусть упрекает его, пусть ударит его и осыпет оскорблениями — Джейс безропотно стерпит, ведь Виктор жив, а остальное не имеет значения. Джейс думает, что готов ко всему, но он оказывается не готов к словам, которые Виктор бросает ему в ответ. *** Виктор любит Джейса, но ничего не собирается с этим делать, потому что считает, что уже слишком поздно. Сейчас он навсегда покинет их лабораторию, ставшую домом, похоронит в себе эти чувства, и Талис о них так никогда и не узнает. Так будет лучше для обоих. Виктор смотрит на своё модифицированное тело и сомневается, способно ли оно вообще чувствовать. Действительно ли его любовь по-прежнему существует, или это не более чем тень прежних эмоций, привычка, воспоминание из прошлой жизни? Когда Джейс прижимает его к себе, Виктор застывает в искреннем непонимании: как можно с такой нежностью обнимать… это? Он так отчаянно мечтал о подобном прикосновении и вот, когда наконец-то получил его, не чувствует ничего, кроме вакуума в груди. Злая насмешка судьбы: любимый человек наконец-то его обнимает, а Виктор не может даже ощутить тепла его рук. Джейс говорит что-то о том, что его место всегда было в лаборатории рядом с Виктором, вот только место самого Виктора больше не здесь. Он не собирается обнажать перед Талисом душу, но с губ само собой срывается слово «привязанность». Виктор осекается и отводит глаза, изо всех сил избегая смотреть на Джейса, который отчаянно пытается поймать его взгляд. В голосе Талиса — обида и искреннее непонимание: что он сделал нет так, раз лучший друг и верный партнёр его покидает? Да, не сдержал обещание, но только потому, что не было выбора («Выбор есть всегда», — по-прежнему верит Виктор). Да, совершил ошибку, но разве может одна ошибка перечеркнуть все, что есть между ними? Виктор скорее слышит, чем видит, что в глазах Джейса стоят слезы — и отворачивается к двери, потому что знает, что, стоит ему встретиться с этим преданным, умоляющим взглядом, у него не хватит сил уйти. Он задается вопросом, может ли этот взгляд разбить ему сердце, несмотря на то, что оно превратилось в металл? Он уходит, прежде чем сможет узнать наверняка.

4

Джейс осознаёт, что любит Виктора и полюбил, вероятно, много лет назад, но ничего не может с этим сделать — ведь он даже не уверен, что переживёт эту ночь. Не уверен, сможет ли когда-нибудь вернуться домой, разыскать самого важного на свете человека и наконец сказать ему то, что должен был уже очень давно. Мечась в лихорадке в холодной пещере на дне погибшего мира, он наконец понимает, что на самом деле потерял. Потерял задолго до того, как коснулся аномалии. Потерял не из-за магии, а из-за собственной глупости, невежества и упрямства. Он проклинает себя: «Джейс Талис, неужели тебе и впрямь нужно было попасть в мир иной, чтобы всё осознать?». Его родная душа столько лет была рядом, только руку протяни — а он не замечал. И теперь, на сумеречной границе сна и яви, в отблесках костра он снова и снова видит дорогой сердцу образ, раз за разом в исступлении протягивает к нему руки — и не может дотянуться. Всякий раз Виктор оказывается лишь призраком, и Джейс гадает, будет ли вся его оставшаяся жизнь такой: лихорадочной погоней за призраками. Спустя недели и месяцы, выбравшись из ада, Джейс всё так же любит Виктора, но лучшее, что он может сделать — забыть об этом. Вспомнит — и уже никогда не найдёт в себе сил выстрелить. Джейс любит Виктора так же сильно, как ненавидит самого себя за то, что собирается сделать. Он знает, ради чего всё это; верит, что поступает правильно. Так почему ему так невыносимо больно? За секунду до выстрела Джейс вспоминает о том, как больше всего на свете мечтал о том, чтобы Виктор выжил, — а теперь собственными руками его убивает. Он сбегает, не оборачиваясь, не в силах выдержать пронзительный взгляд больше не янтарных глаз, и не позволяет себе оглянуться. *** Виктор любит Джейса, но ничего не собирается с этим делать, потому что убедил себя, что это в прошлом. Способность любить — очередной рудимент, отброшенный за ненадобностью, когда он перестал в полной мере быть человеком. Он предпочитает не думать о том, почему продолжает носить на себе покрывало, хранящее запах озона и старых книг, и почему не смог пройти мимо сиротливо лежащей в канаве шестерёнки. Виктор приглашает Джейса в свою коммуну — не из сантиментов, конечно, а лишь из уважения. Они вместе начали этот путь, разделив одну мечту на двоих: было бы несправедливо полностью исключать бывшего партнёра из уравнения. Он не позволяет себе надеяться, что на этот раз Джейс всё поймет, что они снова загорятся общей идеей и снова будут менять мир плечом к плечу — наивные мечты, свойственные тому, кем Виктор больше не является. Всё происходит слишком быстро — и Виктор не успевает понять, почему человек, ещё недавно готовый поступиться моралью, чтобы его спасти, приходит его убить. Трепетно сжимая в пальцах шестерёнку и полными ужаса глазами глядя на Джейса за секунду до выстрела, Виктор понимает, как себя обманывал. Сколько бы он не убеждал себя в обратном, за год разлуки его любовь, в отличие от тела, не превратилась в холодный металл. А всё происходящее — лишь очередное подтверждение тому, что он никогда не был достоин взаимности. Джейс уходит, оставляя дыру в его груди — во всех смыслах.

5

Виктор любит Джейса и именно поэтому ничего не собирается с этим делать: он должен его отпустить. Он любит Джейса, а ещё знает, как сильно Джейс любит саму жизнь. Виктор верит: у Талиса впереди удивительные годы, полные открытий, славы и свершений. Годы, в которых есть место человеческому счастью и любимым людям. Он это заслужил. В отличие от Виктора. Виктор любит Джейса, поэтому решает не взваливать его него бремя своих неуместных чувств, а просто уйди в одиночку. Он это заслужил. В отличие от Джейса. Виктор любит Джейса, но понимает, что тот никогда не полюбит его в ответ — только не после того, чем он стал: монстром для всего города и самым большим разочарованием для самого Джейса. Так почему Джейс все ещё здесь? Почему говорит Виктору о том, что он совершенен? *** Джейс любит Виктора и впервые за много лет точно знает, что с этим делать. Сказать ему, как он прекрасен. Притянуть к себе. И больше никогда не отпускать. Он не может исправить старые ошибки, не может вернуться в прошлое, чтобы сделать всё правильно. Поэтому Джейс делает то единственное, что ему остаётся: вверяет Виктору свою жизнь, пусть в ней и осталось всего несколько ударов сердца. *** Они любят друг друга и за считанные мгновения до конца позволяют себе мечтать о том, что где-то существует вселенная, в которой они сказали друг другу об этом раньше.