Обещание

      Наступил вечер пятницы, и Юнги, сидя за столом в своей комнате в общежитии, смотрел на телефон, нервно постукивая пальцами по столу. Он решил написать Чимину первым, хотя обычно мальчик сам его опережал. «Ты не занят?»       Ответ пришёл почти сразу. «Нет, хён! Как ты?»       Юнги невольно улыбнулся, представляя, как Чимин, наверное, сидит у себя дома, завернувшись в тот самый шерстяной шарф, который он так любил. «Нормально. Просто хотел поговорить».       Несколько секунд тишины, а потом раздался звонок. Юнги, слегка вздрогнув, принял вызов. — Хён, — голос Чимина был тёплым, будто он находился совсем рядом, а не в другом городе. — Ты раньше не звонил первым. — Ну, решил удивить тебя, — пробормотал Юнги, чувствуя, как от этого простого общения ему становится легче. — Всё нормально? — осторожно спросил Чимин.       Юнги задержался на этих словах, словно обдумывая ответ. — Минни... — он сделал паузу. — Я думал о том, что ты сказал вчера. — И? — Я правда не знаю, что делать с этим. Я не привык, что кто-то хочет заботиться обо мне. Я привык быть тем, кто заботится.       На другом конце линии повисла тишина, но затем Чимин мягко сказал: — Хён, я не хочу, чтобы ты делал вид, что тебе всё равно. Мне важно быть рядом. Пусть я младше, пусть я не такой опытный... но я хочу помочь, если тебе плохо.       Юнги вздохнул, проводя рукой по волосам. Он всегда думал, что проще быть сильным и не показывать слабости, но Чимин рушил эту привычную стену. — Ты не обязан доказывать что-то, Минни, — тихо сказал он. — Я просто не хочу, чтобы ты ждал от меня... чего-то, чего я, возможно, не смогу дать. — Я ничего не жду, хён, — в голосе Чимина послышалась улыбка. — Просто давай начнём с того, что ты будешь рядом. Этого достаточно.       Юнги закрыл глаза, усмехнувшись: — Ладно. Только не вздумай писать мне десять раз в день, ясно?       Чимин рассмеялся: — Даже не надейся, Мин Юнги.       Разговор плавно перетёк в привычные темы, и Юнги вдруг понял, что, возможно, впервые за долгое время ему действительно хочется позволить себе быть слабым рядом с кем-то — даже если этот «кто-то» находится за сотни километров.