Город криминала

"Был где-то в тридевятом царстве, в тридесятом государстве городок" — так обычно начинались сказки о загадочном, неотмеченном ни на одной карте городке Фанни. Так могла бы начаться и наша история, если бы была сказкой. Но, к сожалению или к большому счастью, это не выдумка. Фанни по праву считался "нечистым", "сатанистким" и "криминальным". Говорили так люди близлежащих мест, теснившиеся в нищете и обиде, но не решающиеся переехать. С самого детства они пугали своих малышей жуткими байками о посланниках дьявола, что живут там. А как же обстояло все на самом деле? Жители Фанни действительно слыли личностями преступными. Были среди них и шулер Карточник, и "ужасный огр"  громила Биг, и воришка Безымянчик (он всегда успевал ускользнуть до того, как ему дадут новое имя), и... Да много интересных личностей проживали в этом городе. Но была ли так уж плоха жизнь там? — Черт! Шуляра, чтоб я еще раз с тобой сыграл! — завопил бармен Лейка, в очередной раз оставшись дураком. — Ну что ты, какое шулерство? Чистая удача, милый мой, чистая удача. Ну и немного стратегии... — задумчиво ответил Карточник, обводя кончиком пальца края стакана. — Ты проиграл мне очередной стаканчик коктейля... Не подольëшь? — Хорошо, хорошо... А тебе чего? Снова таблеток? — пробурчал Лейка новому посетителю. Дерганный, слишком худой парень нервно задергал головой: — Дд-дай ддве ппаачки бисса... — он замолчал и схватился за живот. — Эгей, Худыш, ты ж так скоро совсем загнешься. Сними уже наручники и успокойся. Держи, — бармен пододвинул к пареньку упаковку. — Одна. Долг потом занесешь. — Спассипо. Худыш на негнущихся ногах побрел к выходу. — Жалко бедолагу, — отметил Карточник. — Никогда не понимал, что с ним не так. — Дак у него же парень был абьюзер, голодом морил, еще и в наручники заковал: сказал худеть, пока руки не пролезут, ну ты помнишь, я рассказывал. Где эту мразину щас носит, неясно... Так вот, а Худыш один остался, теперь спит с кем попало за деньги. Они чокнулись стаканами и выпили. — Мда уж... Денег у него не берешь? — Уже давно. Еще умрёт под каким-нибудь дебилом, я ж не прощу. — Ладно, ничего не поделать нам. Партейку? — Ага, да чтоб я еще раз... Погнали в очко.

***

— Куууда! А ну вернись! Вернись, говорю! Поймаю — выбью из тебя все! — прорычал огромный мужчина, не столько накачанный, сколько просто полный. Он оперся о стену и тяжело задышал, провожая взглядом лысую макушку, исчезающую за поворотом. — Здаров, старина Биг, — незаметно подкрался сзади Карточник. — Что украл? — О, шуляра! Здаров, здаров. Да ничего не украл, заказ понес Гладиатору. Что ты, как? Повидаться надолго вернулся? — Да знаешь, сердце в родные места просится навечно... Дела хорошо, зашел уже подальше, чем тогда. Фоточки принес, смотри. И Карточник достал из подклада своего пальто стопку картинок. — В общем, передашь Градиатору, что Сицилия на два города распалась. Еще люди выкачали все ресурсы со своих участков, наибольшее количество природных остатков осталось только в Византиии, которую, по прогнозам, объединить хотят с бывшей Сицилией. Дочь Агрегата... Ммм... Третьего выходит замуж за Византийского короля, у них разница лет двадцать. Так, что еще... Активно идет загрязнение природы, к тому же людей активно косят болезни и нищета, поэтому нам стоит окружить Фанни лучшей защитой. Стражу ставить бесполезно: из наших ребят армии не выйдет, но стоит поставить хоть частокол. На этом все новости, ты все записал? Биг почесал в затылке и посмотрел на исписанный корявым почерком лист блокнота. — Ага. Сейчас Безымянчик вернётся унесет все. А ты пока про себя расскажи, что новенького увидел? — Да знаешь, Биг, ничего интересного вокруг. Все люди забрали. В прошлый раз столько чудес видел: висячие сады, водопады, храмы, церкви, редкие животные... — Карточник на секунду замолчал. — А сейчас что? Везде смрад, разруха, голод и бедность. Грядёт война. Ты думаешь, что у нас плохо, но у нас еще цветочки. Люди глотки себе и друг другу уже грызть готовы за кусок хлеба. Так что неделю здесь поживу, потом в сторону Азии пойду. Повисло гнетущее молчание. Биг протер потный лоб рукавом и выдохнул. — Да уж. В неспокойное время живем. — Ага. Прибежал Безымянчик и мужчина отправил его с новым поручением: донести радиоведущему Гладиатору новости. Внезапно раздались выстрелы. Биг и Карточник насторожились. — Война, — хором произнесли они, шаря глазами по улице. — Черт, надо предупредить людей! — Карточник кинулся по улице, вышибая двери и крича лишь одно роковое слово: "Война!".

***

Отовсюду слышались крики, всхлипы и выстрелы. Огромная армия людей, вооруженных от пят до зубов убивали направо и налево. Беззащитные граждане пытались защищать и защищаться, но все безуспешно.  Какими бы чудовищами не были жители криминальной Фанни, но они любили эту землю, любили друг друга и умирали за свою любовь. — Сдавайтесь! Сдавайтесь, и мы отпустим вас живыми! — металлическими голосами произносили люди, через секунду выпуская пули прямо в лоб женщинам, мужчинам и детям. — Да что ж вы творите! — кричала старушка, выйдя на крылечко своего уютного сказочного домика. — Сеньорита, прячься! — закричал на нее Карточник, аккуратно вталкивая женщину домой и продолжая бежать. В боку ужасно кололо, но он не обращал на это внимания — нужно спасти всех, кого можно спасти! — О поже, боже, поже, спассси и ссохрани! — расслышал Карточник тихий шепот. — Худыш! Худыш, ты где? Мужчина схватил легкое тельце на руки и открыл крышку сундука, заталкивая туда маленького Худыша, больше похожего на насекомое. — Сиди тут тихо! Все обойдётся! — прошептал Карточник, оставляя небольшую щелочку для дыхания. Где-то сзади послышался "бум" и он оглянулся на звук. Это был бармен Лейка, укрывший собой свою жену, которая через секунду тоже лежала мёртвой. — Какой же ужас, ужас, ужас... — шептал Карточник, убегая и пряча людей по всему городу, пока сам не получил пулю в спину.

***

Худыш ходил по немым улицам, полным лежащими людьми. Ноги дрожали, живот сворачивало, а в глазах темнело, но он продолжал искать живых. Люди подумали, что в городе не осталось живых и ушли, но когда они вернутся сюда? Парень не был глупым и знал, зачем они пришли — за новой территорией. За их домом. — Биг... Безымянчик... Лейка, Мисс... Сеньорита... Карточник... Худыш упал на колени перед мертвым телом. Он спас его, но погиб сам. Карточник всегда был таким — трудился на благо из народа, раздобывая информацию, стирая ноги в своих путешествиях. Все эти трупы были честны и добры друг другу, несмотря на процветающее воровство, алкоголь и скандалы. Все эти трупы любили. Все эти трупы были бы живы, если бы не мерзкие людишки! Худыш прижался к Карточнику, пачкая пальто слезами. Разве заслужили они это? Почему люди говорили о жестокости и преступности Фанни, если сами оказались хуже. Худыш содрогнулся от очередного желудочного спазма. Он стал единственным умершим на этой благословенной земле не от пули.

***

"Были эти люди черствы сердцем и склонны к преступлениям. Их пропитанная гнилью земля не служила им, поэтому наши люди пришли и забрали ее на благо." — так кончалась эта история у людей. Но мы-то знаем правду.