Неторопливая прогулка

Солнце, светившее в окно, разбудило её. Гермиона Грейнджер медленно встала с кровати, потому что сегодня было воскресенье и она не собиралась ничего делать. Да, они жили во времена войны, но, хотя они поклялись не останавливаться ни перед чем, пока Волан-де-Морт не будет мёртв, воскресенье обычно было днём отдыха для золотого трио. Миона неторопливо приняла душ, оделась в маггловскую одежду и спустилась вниз в поисках книги для чтения. Проходя мимо окна, она вспомнила, какой прекрасный сегодня день, и решила, что не стоит проводить его в переполненной Норе. Она решила неспешно прогуляться. Она сказала Гарри и Рону, что идёт гулять, и они только кивнули. Для неё это было обычным делом. Она вышла на улицу и пошла по бескрайним полям, окружавшим дом. Ветер был спокойным, и трава слегка колыхалась. Небо было красивого светло-голубого цвета, а облака напоминали идеальные зефирки. Миона улыбнулась про себя, наслаждаясь прекрасным днём. Но это чувство продлилось недолго, потому что прямо перед ней с громким треском появилась фигура. Растрёпанные чёрные волосы, безумный взгляд тёмно-карих глаз и садистская ухмылка подсказали ей, что это была не кто иная, как печально известная Пожирательница смерти Беллатриса Лестрейндж. Она бросила на Гермиону взгляд, способный заморозить ад, и бросилась на неё, сбив с ног и схватив за горло. — Ну-ну-ну… Что у нас тут? — Маленькая грязнокровка! — воскликнула Белла, безумно ухмыляясь и душив извивающуюся гриффиндорку. — Отпусти… меня… пожалуйста! — Миона подавилась собственными словами. Её глаза начали слезиться, пока она пыталась вдохнуть хоть немного воздуха. — Зачем мне это? — усмехнулась тёмная ведьма, глядя на девочку сверху вниз. — Пожалуйста… просто… — Гермиона отчаянно пыталась убрать пальцы Беллатрисы со своего горла. У неё начало темнеть в глазах, и ей было очень неудобно, что старшая ведьма лежит на ней. Белла наконец отпустила её, но прижала палочку к впадинке под подбородком. Она жестоко рассмеялась, когда Гермиона попыталась отстраниться от неё, вывернуться из-под неё. — Пожалуйста, Беллатриса, — взмолилась девушка. — Просто отпусти меня, и никто никогда об этом не узнает. Ведьма-подросток попыталась высвободиться из-под Беллатрисы, но, хоть убей, не смогла. - И зачем мне это делать? - спросила она, широко раскрыв глаза, как будто была искренне озадачена. “Когда мне так нравится заставлять тебя корчиться?” Гермиона попыталась отвернуться, но палочка Беллатрисы, находящаяся так близко к ней, напугала ее. Она сглотнула и начала оглядываться в поисках возможного побега. Белла заметила это и сильнее прижала палочку к нежной коже Гермионы. - Хоть ты и грязнокровка... - начала она. - Ты сексуальная маленькая грязнокровка. Она злобно улыбнулась и наклонилась, чтобы прикусить мочку ее уха. Гермиона почувствовала, как у нее внутри все сжалось. Внезапно она почувствовала себя еще более неуютно из-за ситуации, в которой оказалась. Она вздрогнула, когда Беллатриса подразнила ее ухо. - Пожалуйста, Беллатриса. Пожалуйста, отпусти меня, - взмолилась она. «Не думаю, что захочу», — пробормотала она, начав целовать Гермиону в шею. «Мне это нравится». У Гермионы засосало под ложечкой. Ни одна девушка никогда не прикасалась к ней так. Если уж на то пошло, ни один парень тоже никогда не прикасался к ней так. Но Гермиона чувствовала, что ещё не готова отказаться от своей невинности. «Беллатриса… пожалуйста, отпусти меня… пожалуйста, я сделаю всё, что угодно», — взмолилась она. «Умоляй снова», — сказала она на удивление спокойно для Пожирательницы смерти. «Что?» — растерянно спросила Миона. Она не была уверена, что правильно расслышала. Белла прервала поцелуй, чтобы посмотреть Гермионе в глаза. «Умоляй. Снова», — прошипела она. Гермиона подняла взгляд на безумную женщину. «Пожалуйста, Беллатриса, отпусти меня. Пожалуйста», — взмолилась она. Теперь она почти не обращала внимания на Пожирателя смерти, больше размышляя о плане побега. - Нет, не думаю, что я это сделаю, - сказала она, схватила Гермиону за руку и аппарировала. Приземлившись, Гермиона почувствовала головокружение. Она огляделась и не узнала, что ее окружало. - Где мы? - спросила она. - В поместье Лестрейндж, конечно. Где же еще? Она мрачно рассмеялась и, подняв девочку на ноги, потащила ее через весь дом. Гермиона попыталась вцепиться в руку Беллатрисы, чтобы освободить ее. “Беллатриса, пожалуйста! Отпусти меня!” - умоляла она старшую ведьму. Белла только закатила глаза, пока тащила девочку вниз по бесчисленным лестничным пролетам, пока не добралась до комнаты, которую искала, - подземелья. Она швырнула девочку внутрь и взмахом палочки приковала её к стене, самой дальней от двери. Миона почувствовала, как её запястья сковало, и попыталась потянуть за верёвки. Она ощутила острую боль от металла, прижимающего её к стене, и зашипела сквозь зубы. Беллатриса заперла за собой дверь и ухмыльнулась, подходя к юной ведьме. Она подняла её лицо указательным пальцем и повернула из стороны в сторону, словно осматривая. “У тебя все получится”, - улыбнулась она, отпуская ее. Еще один взмах палочки, и одежда Гермионы слетела с ее тела, оставив ее совершенно беззащитной перед холодным воздухом подземелья. Миона сглотнула и покачала головой. “Пожалуйста”, - снова взмолилась она. Белла усмехнулась, прежде чем покачать головой и, подойдя ближе, прижалась губами к губам девушки, просунув свой язык ей в рот. Гермиона попыталась отстраниться, но Беллатриса была слишком сильна. Она захныкала, когда тёмная ведьма поцеловала её и попыталась вытащить язык изо рта, насилуя её. Белла заметила слабые попытки девочки остановить её и отстранилась. — Ну-ка, грязнуля, — начала она. — Ты не очень-то вежлива. — С чего бы мне быть с тобой вежливой? — усмехнулась она. — Не заставляй меня наказывать тебя, — строго сказала она, притворяясь, что ругает девочку. Затем она посерьезнела. - Тебе не понравится, если я тебя накажу. - Просто отпусти меня, Беллатриса! - почти закричала она, пытаясь освободиться от пут. Белла хихикнула и покачала головой. - Ты бы хотела, чтобы я тебя наказала? Миона робко покачала головой. “Я просто хочу домой...” - тихо сказала она. - Ну что ж! - Белла хихикнула. Она снова приблизилась, чтобы поцеловать юную гриффиндорку. Она нетерпеливо протянула руку и схватила ее за грудь, сжимая и разминая ее. Миона невольно застонала, когда Беллатриса схватила ее за грудь. Она почувствовала, как язык проник в ее рот, и попыталась оттолкнуть его, но в итоге ей пришлось бороться с ним самостоятельно. Белла почувствовала, как язык Гермионы соприкоснулся с ее собственным, и улыбнулась про себя. Она впилась ногтями в нежную плоть и снова начала целовать шею девушки. Миона не смогла сдержать легкого стона. Ей нравилось то, что Беллатриса заставляла ее чувствовать, но другая часть ее души испытывала тошноту из-за этого. Ее желудок скрутило. - Беллатриса... Это неправильно. “ И ты думаешь…Мне не все равно?” - Спросила Белла между поцелуями. Она услышала, как девушка слегка всхлипнула, когда отстранилась, чтобы посмотреть на нее. Она ухмыльнулась. — Вижу, ты немного нетерпелива, — рассмеялась она. Миона старалась не смотреть Беллатрисе в глаза, покачала головой, и всё её тело задрожало от отвращения и удовольствия. Белла ухмыльнулась и снова поцеловала её, резко ущипнув за соски. Гермиона громко застонала и попыталась вырваться из пут. Белла ухмыльнулась про себя и воспользовалась возможностью, чтобы проникнуть языком в рот юной ведьмы. Миона не смогла удержаться и позволила своему языку переплестись с языком Беллатрисы. Она крепко зажмурилась и выгнула спину. Беллатриса хихикнула про себя от удовольствия. Но снаружи она сохраняла холодное, но страстное выражение лица. Одной рукой она продолжала щипать и тянуть за сосок, а другой зарылась в волнистые каштановые локоны девушки. Гермиона выгнула спину, наслаждаясь прикосновениями Беллатрисы. Какая-то часть ее говорила ей отстраниться, что если это зайдет слишком далеко, она пожалеет об этом, но другая часть хотела, чтобы Беллатриса поступила с ней по-своему. Белла продолжала дразнить ее, резко потянув за волосы и поцеловав. Внезапно она прикусила нижнюю губу, так сильно, что пошла кровь. Гермиона вскрикнула, почувствовав острую боль в губе. Она заметила, что Беллатриса укусила ее, и почувствовала, как от боли на глаза наворачиваются слезы. Белла с благодарностью слизнула кровь с губы, наслаждаясь металлическим привкусом. Она отстранилась с безумным блеском в глазах, усмехнулась и сказала: “Ммм... вкуснятина”. Затем она хихикнула и вернулась обратно. Гермиона могла сказать, что Беллатрисе доставляла удовольствие ее боль. Ее разум затуманился от смущения и вожделения, которые она испытывала от того, что Беллатриса говорила и делала с ней. Белла легонько поцеловала Гермиону в шею, пока не добралась до ее упругих грудей с затвердевшими сосками. То ли от холода в подземелье, то ли от возбуждения, Белла не знала. Она обхватила губами чувствительный бугорок и обвела его языком. Гермиона ахнула от прикосновения и посмотрела вниз на Беллатрису, которая доставляла ей удовольствие. Ей хотелось схватить ее за волосы и притянуть к себе, и было ужасно неприятно не иметь возможности пошевелиться. Белла прикусила розовый бутон, вызвав у девочки резкий крик боли. Однако она выгнула спину и застонала. - Беллатриса... - произнесли губы Гермионы. Она не смогла сдержать легкого стона. Хотя боль от укуса была нестерпимой, она также усиливала ее возбуждение. Юная ведьма почувствовала, как между ее ног начинает нарастать сильное напряжение. - Да, мое маленькое дитя грязи? Белла отстранилась, мрачно улыбаясь девушке. - Пожалуйста, не делай мне больно, - тихо сказала она, наполовину с вожделением, наполовину в ужасе. - Если я права, а я всегда права, - начала Белла. - Тебе очень понравилось, что я причинила тебе боль. Не так ли? Гермиона чуть не покраснела. - "Н-нет! Это абсурд!” - всхлипнула она. «Действительно?» Белла начала расхаживать перед девушкой. - Я тебе не верю. Гермиона бросила на Беллатрису несколько расстроенный взгляд. Та быстро покачала головой. - Нет, Беллатриса, пожалуйста” Белла ухмыльнулась и подняла палочку. “Легилиментс”, - прошипела она, безумно улыбаясь. И она оказалась в сознании Гермионы. Сотни образов промелькнули в ее голове, большинство из них включали Беллатрису. Она видела, как грубо проникает в девушку одной рукой, видела Гермиону, окровавленную и обессиленную, безвольно лежащую на цепях, которые удерживали её. Она видела, как из её палочки вырываются красные вспышки, когда она кричит: «Круцио!»; она видела, как юная ведьма корчится от боли, но в то же время стонет. «Пожалуйста, Госпожа», — услышала она шепот девушки. Она видела, как целует её со свирепостью, которую могла испытывать только она, видела фаллоимитаторы, вибраторы, цепи и плети. Она увидела все, что хотела девочка. Она садистски усмехнулась, выходя из её сознания, возвращаясь к реальности, все еще стоя перед девочкой с поднятой палочкой. Гермиона посмотрела на нее в полном ужасе. Ей хотелось убежать и спрятаться, но все, что она могла сделать, это ошеломленно смотреть на Беллатрису. “Кажется...” Сказала Белла, подходя к девушке и грубо беря ее за подбородок и поворачивая его из стороны в сторону. “Что у нас есть... мазохистка”. Она усмехнулась и ударила Гермиону по лицу. Острая боль, пронзившая тело Гермионы от руки Беллатрисы, была волнующей. Ей показалось, что Беллатриса содрала кожу с ее лица, но она также почувствовала, что стала очень влажной от прикосновения. Она всхлипнула, когда темная ведьма ударила ее. “Н-нет... это просто...” Она задрожала, пытаясь подобрать слова. - Тебе нравится боль, - просто сказала Белла, заканчивая предложение. Она с удивлением наблюдала, как девушка густо покраснела. Она опустила руку и просто провела пальцами по уже мокрой щелке девушки. Она поднесла свои влажные пальцы к их лицам и внимательно осмотрела их. - Видишь? - радостно спросила она. Гермиона пожалела, что не может заползти под камень. Она только покачала головой. Белла хихикнула и энергично закивала. Медленно, убедившись, что девушка наблюдает за ней, она засунула пальцы в рот, наслаждаясь сладким вкусом возбуждения ведьмы. - Такая вкусная маленькая грязнокровка... - пробормотала она, закончив. - И, без сомнения, девственница. “Беллатриса, пожалуйста!” - взмолилась она. “Я не готова, пожалуйста! Не забирай это у меня”. “Ах, но ты же знаешь, что хочешь этого...” Лукаво сказала Белла. “И кто, как не я, сможет это сделать?” Она безумно улыбнулась девушке, которая теперь заметно дрожала перед ней. "Нет, пожалуйста, Беллатриса! Что угодно, только не это...” - Она почувствовала, как слезы защипали ей глаза, пока она боролась со своими путами. - Ты знаешь, что хочешь этого, - повторила она, наклоняясь к ней. - И я возьму это. - Когда одинокая слезинка скатилась с глаз Гермионы, она быстро поймала ее языком. Затем она наклонилась еще ниже и прижалась губами к шее девочки, безжалостно посасывая точку, где бился пульс. Гермиона позволила слезам свободно течь по ее щекам, когда Беллатриса начала посасывать ее шею. Возможно, ей нравилась боль, но она не была готова пожертвовать своей невинностью. Белла заметила, что тело Гермионы дрожит, и прекратила свои действия. Она подняла глаза и увидела, что девочка плачет. “Прекрати реветь!” - рявкнула она. — Беллатриса, пожалуйста! — закричала она. — Я не хочу этого! — Мне всё равно! — взвизгнула она. — Мне всё равно, хочешь ты этого или нет! Это произойдёт! Подросток не смогла сдержать рыдания. Она отвернулась от Беллатрисы, и по её лицу потекли слёзы. — Хорошо, — сказала она относительно спокойно. “Если ты захочешь поплакать, я дам тебе повод для слез”. Она снова подняла палочку и ухмыльнулась, когда глаза девочки расширились. Гермиона немедленно перестала плакать. Она замерла, когда Беллатриса взмахнула палочкой над ее головой. “Хм... Что мне с тобой делать?” - Гермиона сглотнула, глядя на Беллатрису, которая размышляла, как бы ей навредить. — Я знаю! — радостно воскликнула она. Она направила палочку на девочку и закричала: «Круцио!» Гермиона почувствовала, как будто её внутренности вытягивают из пупка, как будто с неё сдирают кожу и сжигают заживо. Она издала душераздирающий крик и яростно забилась в кандалах. Белла захохотала, когда девочка закричала так громко, что ей пришлось закрыть уши. Она с удивлением наблюдала, как девушка извивается у стены, отчаянно пытаясь облегчить боль от Круциатуса. Она приблизилась и с силой поцеловала ее, когда та закричала, полностью наслаждаясь ее болью. Гермиона чувствовала прикосновение Беллатрисы к своим губам, но все равно кричала. Ей казалось, что каждая пора ее тела истекает кровью. Она пыталась умолять ее остановиться, но не могла издать больше ни звука. Когда Белла устала от криков Гермионы, она сняла проклятие. Гермиона хватала ртом воздух. Она старалась не всхлипывать, но ничего не могла с собой поделать. Боль от заклинания всё ещё жгла. — Перестань рыдать! — снова закричала она. — Или ты хочешь ещё один раунд?.. — Нет, пожалуйста, Беллатриса! Пожалуйста, мне больно! Не делай этого снова, пожалуйста, я сделаю всё, что угодно, только не это! — умоляла она. — Тогда перестань плакать! — сказала она, прежде чем снова начать целовать её в шею. Она медленно спустилась ниже, даже не остановившись на груди. Она опустилась на колени перед девушкой и взмахнула палочкой, волшебным образом раздвинув ей ноги. Брюнетка почувствовала себя крайне уязвимой, но промолчала, когда Беллатриса посмотрела на неё из-под ног. — Умоляй, — прошептала Белла. — У-умолять? — Спросила Гермиона, слегка смутившись.“Ты слышала меня!” Гермиона нервно огляделась по сторонам, прежде чем тихо сказать: “Пожалуйста, Беллатриса... пожалуйста”. “Пожалуйста, что?” - спросила она жестоко. Она хотела услышать, как девушка умоляет ее, чтобы Беллатриса Лестрейндж трахнула ее. Подросток посмотрела на нее со слезами на глазах. “Пожалуйста, трахни меня, Беллатриса”, - сказала она почти неслышно. “Громче”, - приказала она. Гермиона зажмурила глаза. — Пожалуйста, трахни меня, Беллатриса! — почти закричала она. Она не открывала глаз и ждала, когда неохотно лишится девственности. Белла улыбнулась её покорности. Она медленно протянула руку и нежно провела пальцем по её истекающей влагой промежности. Она вспомнила, как лишилась девственности, и, хотя была психически нездорова, почти не хотела, чтобы девушка прошла через это. Гермиона резко вдохнула, когда Беллатриса провела пальцем вверх и вниз по её промежности. Она попыталась сдержать стон. Она посмотрела на девушку и встретилась с ней взглядом. Удивительно, но Беллатриса мягко сказала: «Ты можешь стонать. Всё в порядке». Гермиона медленно кивнула и попыталась расслабить тело. Она даже немного шире раздвинула ноги и попыталась смотреть на ведьму между ними. - Теперь не теряй головы. Не перевозбуждайся, - сказала она, медленно вводя указательный палец в девушку. Гермиона напряглась, когда Беллатриса медленно вошла в нее. Это было не так больно, как она ожидала. Это было больше похоже на давление, и это было почти приятно. Она тяжело задышала, пытаясь расслабиться. Белла наблюдала, как Гермиона привыкает к ощущению проникновения, и решила, что примерно месяц она была достаточно нежной и милой. Она грубо засунула в нее еще два пальца, усмехнувшись, когда Гермиона вскрикнула. Гермиона почувствовала, как ее пронзила боль, и громко вскрикнула. Новые слезы потекли по ее лицу, когда Белла потянулась к ней. Она стиснула зубы. Белла ускорила шаг, безжалостно вонзаясь в бедную девочку. Она добавила ещё один палец и втянула клитор девочки в рот, прикусывая его. Ощущения, которые Беллатриса доставляла девочке, были мучительно болезненными. Гермионе было так больно, что она чуть не прокусила губу. Она снова закричала, когда Беллатриса прикусила её клитор, хотя это ощущение посылало волны удовольствия по её маленькому телу. Белла резко засосала чувствительный бугорок Гермионы. Внезапно она прекратила все движения. Она услышала тихий разочарованный стон девочки, но проигнорировала его. Она добавила большой палец и медленно погрузила всю руку в маленькую девочку. Гермиона вскрикнула, когда Беллатриса сжала в ней кулак. Она была почти уверена, что та вот-вот расплачется. Она начала всхлипывать с каждым толчком, который Беллатриса посылала в нее. Она почувствовала, как огромное количество удовольствия начало скапливаться в ее животе. Белла увеличила темп, погружаясь в девушку с почти нечеловеческой скоростью. Сделав ещё несколько толчков, она немного замедлилась. Гермионе было очень трудно стоять. Она пыталась поддерживать своё тело, но боль между ног была слишком сильной. Белла протянула другую руку и добавила ещё два пальца в растянутую дырочку Гермионы. “Беллатриса, пожалуйста!” Закричала Гермиона. Она чувствовала, что растягивается, возможно, вот-вот порвется. Боль была такой невыносимой, что перед глазами все расплывалось. “Тихо!” - рявкнула она, добавляя еще один палец. Девочка кричала и рыдала, безвольно повиснув на цепях. “Пожалуйста... пожалуйста... пожалуйста”, - только и смогла пробормотать Гермиона, так сильно ей было больно. Белла проигнорировала её мольбы и добавила ещё два пальца, медленно погружая вторую руку в девушку. Гермиона безвольно лежала у каменной стены. Она позволила цепям удерживать её, пока Беллатриса ломала её. Она попыталась посмотреть вниз, но перед глазами у неё начали появляться белые пятна. Ощущение того, как Гермиона сжимается вокруг рук Беллы, вызвало у неё прилив возбуждения. Она ускорила темп и резко пососала её клитор. Она молча - и без помощи волшебной палочки - вызвала вибратор и прижала его к клитору девушки. Гермиона почувствовала, что вот-вот потеряет сознание от сильной боли и наслаждения. "О, боже! Ах!” Ее глаза были широко раскрыты, а тело сильно дрожало. Белла снова ускорила темп и сильнее прижала вибратор к клитору Гермионы. “ О, боже, Белла! В животе у Гермионы начало нарастать давление. Она тяжело задышала, пытаясь выровнять дыхание. «Я хочу услышать, как ты выкрикиваешь моё имя», — приказала Белла. Она каким-то образом увеличила скорость и повернула вибратор. Гермиона больше не могла сдерживаться. Несмотря на сильную боль, она всё равно чувствовала, как нарастает сильное удовольствие. «О боже… Белла… о боже! Беллатриса!» — всхлипнула она. «Громче!» Она снова ускорила темп, её руки мелькали, когда она входила и выходила из девушки. Она увеличила мощность вибратора и ещё сильнее прижала его к её чувствительному бугорку. Подросток крепко зажмурилась. «БЕЛЛАТРИКС!» — закричала она, когда её внутренние стенки сжались, а ощущение давления медленно исчезло. Вскоре её тело ослабло, и она не могла стоять на ногах. Пока Гермиона испытывала оргазм, Белла не переставала двигаться в ней, доводя ее до новой кульминации, как только она заканчивала первую. - Белла... не могу... больше... - пробормотала она, ее слова были невнятными от нахлынувшего наслаждения. Белла только закатила глаза и снова увеличила интенсивность вибратора. Она все еще не переставала толкаться в девушку, желая, чтобы та кончала снова и снова. — П-П-П-Пожалуйста… — попыталась сказать она, почувствовав, как третий оргазм сотрясает её и без того измученное тело. Белла наконец решила, что девушка достаточно натерпелась. Кроме того, её возбуждение стекало по ноге, а живот начал болеть от нарастающего внизу желания. Гермиона медленно подняла своё обмякшее тело в полусидячее положение. Она тяжело дышала и чувствовала, как жидкость стекает по её ногам. Она подумала, что это кровь, но была слишком уставшей, чтобы посмотреть вниз. Она посмотрела на Беллатрису, которая теперь стояла перед ней. Белла поднесла одну руку к губам девочки, а другую — к своим. — Попробуй сама, — сказала она, жадно посасывая палец. Гермиона сразу же почувствовала медный привкус крови. Хотя он не вызвал у неё отвращения, у неё засосало под ложечкой. Однако в горьковатом привкусе чувствовалось что-то сладкое. Гермиона начала сильнее посасывать пальцы Беллатрисы. Вкус ее возбуждения на руке ведьмы вызвал у нее чувство, которое она испытывала раньше. Она жадно посмотрела на Беллатрису. Белла почувствовала прилив сил, когда юная ведьма уставилась на нее глазами, полными вожделения. Она дочиста облизала свою руку и наблюдала, как Гермиона заканчивает с другой. Несмотря на то, что девушка устала, действие, к которому ее принуждала Беллатриса, возбуждало ее. Она медленно посасывала последний палец Беллатрисы, ощущая металлический привкус ее крови и сладкий привкус ее возбуждения на руке Пожирателя смерти. Когда она оторвала свой рот от руки Беллатрисы, то позволила своему языку задержаться на ней. Она с ухмылкой наблюдала, как Беллатриса удивленно смотрит на нее. - Белла? - тихо спросила она. - Можно мне теперь поиграть с тобой? У Беллы отвисла челюсть. - Что ты только что сказала? - недоверчиво прошептала она. - Я сказала, - чуть громче объявила подросток. - Что хочу поиграть с тобой, участвуя в твоем трахе. - Сказала она, как будто Беллатриса не понимала чего-то простого. Белла быстро вышла из состояния недоверия, и на ее губах появилась ухмылка. Она слегка коснулась лица девушки и сказала: «Не думаю, что ты понимаешь, о чём просишь, грязнокровка». «Да, понимаю, Беллатриса! Я хочу тебя трахнуть! Разве ты не боишься?..» Белла расхохоталась. «Ты думаешь, я тебя боюсь». Это было скорее утверждение, чем вопрос. «Если нет, то почему ты не даёшь мне?» Белла ухмыльнулась в ответ на вызов Гермионы. Взмахнув волшебной палочкой, брюнетка освободилась от цепей, и Белла оказалась обнаженной. - Тогда вперед, - сказала она, отступая, желая заставить девушку добиться того, чего она хотела. Гермиона окинула взглядом обнаженное тело Беллатрисы. Она облизнула губы и, подбежав к темной ведьме, прижалась губами к губам старшей женщины. Она запустила руки в кудри Пожирательницы смерти и прижалась бедрами к бедрам Беллатрисы, оставляя свою свежую кровь на ее ноге. Губы Беллы приоткрылись, издавая тихий стон. Она оторвалась от губ ведьмы и побежала через комнату. “Иди и возьми меня!” - рассмеялась она. Гермиона закатила глаза и побежала за Беллатрикс. Но вскоре это стало трудно, так как боль между ног усилилась. Она изо всех сил старалась не обращать на это внимания, схватив Беллатрису за талию и повалив её на землю, а сама оказалась сверху. Она оседлала бёдра Пожирательницы смерти и схватила её за запястья, подняв их над головой. Гермиона рассмеялась, целуя и посасывая шею Беллатрисы против воли ведьмы. Глаза Беллы расширились, когда девушка толкнула её на землю, забралась на неё и зажала запястья над головой. С её губ сорвался тихий вздох, когда она начала целовать её в шею. Несмотря на себя, Белла выгнула спину, а её бёдра приподнялись. Гермиона ухмыльнулась, увидев реакцию ведьмы. Она провела рукой по груди Пожирательницы смерти и начала с любопытством теребить её сосок, посасывая ключицу и оставляя на ней небольшие следы от зубов. Белла застонала. Она ненавидела то, что грязнокровка заставляла её чувствовать, но ничего не могла поделать со своей реакцией. Она становилась всё более влажной с каждой секундой, и её спина выгнулась ещё сильнее. Гермиона вскоре оказалась рядом с левой грудью Беллатрисы. Она дразнила её, облизывая языком сосок. Ей нравилось, что Беллатриса не могла сдержать стоны, и она обхватила твёрдый сосок ртом, сильно посасывая его, а другой рукой ущипнула Беллатрису за свободную грудь. Белла вскрикнула, когда мягкие губы Гермионы сомкнулись вокруг её тёмного соска. Она попыталась вырваться из рук юной ведьмы, желая запутаться в ее волосах, но та была слишком сильной. Несмотря на свою репутацию, сила Беллы заключалась в ее способностях, а не в мускулах. По правде говоря, без палочки она была слабой. В этот момент она поняла, что в спешке уронила палочку. Гермиона услышала, как что-то упало на землю. Она повернула голову, все еще посасывая грудь Беллатрисы. Она увидела, что Беллатриса уронила свою палочку. Гермиона медленно убрала одну руку с груди Беллатрисы и потянулась к палочке. Взяв её, она произнесла беспалочковое связывающее заклинание на Беллатрису. Она убрала руки с запястий Пожирательницы смерти и села, ухмыляясь. Когда девушка села и разжала руки, Белла тихо всхлипнула от стыда и попыталась дотянуться до неё, но не смогла. Она вообще не могла пошевелиться. Она подняла взгляд и увидела молодую женщину, которая смотрела на неё сверху вниз почти свысока, держа в руках палочку. Сначала она не узнала её. Но когда узнала, то взорвалась. «Что ты, по-твоему, делаешь?!» — закричала она. Гермиона ничего не ответила, а лишь опустилась к груди Беллатрисы, где оставила очень болезненный след от укуса. Она чуть не рассмеялась, когда Беллатриса зашипела от боли, и продолжила спускаться по её животу к центру. Несмотря на ярость, Белла начала дышать чаще, когда девушка начала двигаться вниз. Она не смогла сдержать стон, когда Гермиона слегка ущипнула её за живот. Казалось, она знала, как сильно Беллатриса любит боль. Но опять же, она была Беллатрисой Лестрейндж. И кто бы не знал, что Беллатрисе Лестрейндж нравится боль? Гермиона дразняще поцеловала прямо над клитором Пожирательницы смерти. Ей нравилось, что Беллатриса не могла пошевелиться и была вынуждена позволить Гермионе делать всё, что та захочет. Подросток медленно раздвинула ноги Беллатрисы, с любопытством глядя на её лоно. Она не могла не заметить чувствительный пучок нервов и не преминула медленно взять его в рот. Белла закричала, когда мягкие влажные губы Гермионы обхватили её чувствительный бугорок. Она попыталась пошевелить бедрами и разочарованно застонала, когда у нее это не получилось. Она так сильно хотела запустить руки в волосы девушки, сильнее прижать ее к своей щелке, но не смогла. Она терпеть не могла, когда ее контролировали. Она всегда все контролировала. Гермиона застонала, отчего по телу Пожирательнице смерти пробежали мурашки. Она любила эту Беллатрису. Ей нравилось, что та ничего не могла поделать, и что она полностью контролировала ее. Она крепко сжала ноги ведьмы, посасывая ее клитор еще сильнее. Белла снова закричала, когда девушка начала дразнить ее. Она уже чувствовала, как внизу живота нарастает оргазм, ощущала раскаленное давление. Гермиона подождала, пока Беллатриса полностью завладеет ее вниманием, прежде чем погрузить в нее три пальца. Она наблюдала, как лицо Беллатрисы исказилось от борьбы и разочарования, когда она начала ускорять темп. Белла вскрикнула, когда пальцы девушки проникли в нее. Она слегка всхлипнула и разочарованно застонала, так как не могла пошевелиться. - Отпусти меня, - с трудом выдохнула она. Гермиона медленно покачала головой и добавила четвертый палец, продолжая двигаться. Она прикусила клитор Беллы, массируя его языком. Белла застонала. “ Отпусти меня, ” повторила она. Гермиона приподнялась, её губы блестели от влаги, а пальцы всё ещё нежно двигались внутри Беллы. Она смотрела на неё с вопросом в глазах. — Что это было? — спросила она, её голос был тихим, но полным любопытства. — Отпусти. Меня. — строго сказала Белла, хотя всё ещё стонала от удовольствия. Гермиона медленно покачала головой. Она позволила своим пальцам коснуться точки G Беллатрисы, продолжая двигаться. «Не с таким настроем…что я с этого получу?» — манипулировала она. Белла снова закричала. - Просто... отпусти меня, ты,…грязнокровка, - выплюнула она, закрыв глаза в экстазе. Гермиона убрала руку, прежде чем Беллатриса успела хотя бы застонать. Подросток приблизилась к лицу Беллатрисы. - Что это было? Ты хочешь, чтобы я остановилась? - сердито спросила она. Белла энергично замотала головой. - Трахни меня, - прошипела она, яростно глядя на грязнокровку. “И отпусти меня”. Гермиона склонила голову набок, как будто была в глубокой задумчивости. “Может быть, если бы ты была немного повежливее...” “Беллатриса Лестрейндж нехорошая. А теперь трахни меня и отпусти”. Гермиона встала и посмотрела на Беллатрису сверху вниз. - Я думаю, ты действительно не хочешь, чтобы я тебя трахала... ” Нет! “ закричала она. “ Трахни меня! Сейчас же!” Гермиона быстро забралась обратно на Беллатрису и приблизила свое лицо к лицу Пожирательнице смерти. Она начала грубо тереться бедрами о бедра ведьмы. “Тогда умоляй...” - просто сказала она. Белла снова застонала. - Нет! - запротестовала она. - Я не стану умолять грязнокровку трахнуть меня, я Беллатриса Лестрейндж! Гермиона начала тереться лоном о ногу Беллатрисы, позволяя своей ноге дразнить Беллу. - Хорошо, тогда я просто доставлю себе удовольствие... Хотя, какой позор. Я так сильно хотела трахнуть тебя, Белла” Белла застонала, когда нога Гермионы прижалась к ее промежности. Эта девушка была настоящей пыткой. - Трахни меня, - почти простонала она. Гермиона сильнее вжала ногу между бедер Беллатрисы. - И с кем бы ты хотела, чтобы я тебя трахнула? — Ты, — сказала она так, словно это было самое очевидное в мире. — Скажи это, Белла, и я тебя отпущу, — почти простонала Гермиона. Она сильно толкнула Беллу ногой, но при этом позволила себе потереться клитором о ногу Беллы. — Что сказать? — простонала она сквозь стиснутые зубы. — Ты знаешь что, — выдавила Гермиона. — Умоляй, Белла… Она снова покачала головой. — Просто трахни меня. Я ни за что не буду умолять, так что просто трахни меня, отвратительная маленькая грязнокровка. Гермиона так сильно укусила Беллатрису за шею, что почувствовала вкус крови. Она подождала, пока женщина закричит. — Я не буду повторять. В следующий раз, если ты не будешь умолять… я оставлю тебя здесь без освобождения. А теперь, чёрт возьми, умоляй! — почти прорычала она. Белла закричала от боли и удовольствия. Хотя девушка была груба, она знала, что та не посмеет причинить ей боль, и усмехнулась ее гневу. - Нет, - повторила она. Гермиона снова встала и уставилась на распростертую на полу ведьму. - Что ж, тогда прощай, Беллатриса... - сказала она, направляясь к двери. - Нет! - закричала она. - Вернись! - Ты знаешь, чего я хочу, Белла... — сказала Гермиона строго. — Ты будешь умолять меня трахнуть тебя, и я отпущу тебя, и ты сможешь делать всё, что пожелает твоё сердце. — Она скрестила руки на груди. — Я. Не. Буду. Умолять, — прорычала Белла. — А теперь возвращайся сюда и трахни меня! — А кого ты хочешь трахнуть? — спросила она, просто опустившись на колени. — Полагаю, мы это уже обсуждали. Тебя! - А теперь произнеси это вместе... Гермиона оказалась между ног Беллатрисы. Она подула горячим воздухом в щель ведьмы. Белла тихо застонала. - Трахни меня, - приказала она. Гермионе уже порядком надоела Беллатриса, и она, не в силах контролировать свои действия, сильно ударила Пожирателя смерти по лицу. - Нет! Я не буду трахать тебя, пока ты меня об этом не попросишь! - закричала она. Белла ахнула от боли. Затем её охватил гнев. — Как ты смеешь?! — закричала она, глядя на девушку горящими глазами. — Проси! — приказала она, снова поднимая руку. — Нет, — бросила она вызов, ухмыляясь. Гермиона снова опустила руку. Она была уверена, что оставляет следы, но ей было всё равно. Она хотела, чтобы Беллатриса сломалась. На глазах Беллы выступили слёзы, когда девочка снова ударила её, но она смахнула их. Она знала, что пытается сделать, но это не сработает. Она не выиграет. — Умоляй! — снова приказала она. — Нет! — выпалила она в ответ. На этот раз Гермиона сильно прикусила Беллу за сосок. Ей не очень нравился медный привкус вытекающей крови, поэтому она оставила грудь Беллы открытой и кровоточащей. — Проси! Белла выгнула спину и закричала от удовольствия. — Нет, — снова сказала она. Гермиона села и взяла палочку Беллы. Она в последний раз посмотрела на ведьму, прежде чем снова приказать: «Умоляй». «Нет», — снова сказала она, ухмыляясь девушке. Гермиона ухмыльнулась в ответ и провела палочкой Беллатрисы над её телом. Глаза Беллы расширились, и она издала леденящий кровь крик. Она словно горела, как будто заклинание обогрева пошло не так. У неё заболело горло, она так громко кричала. Слезы выступили у нее на глазах и потекли по щекам. Гермиона позволила ведьме продержаться под действием заклинания еще около двух минут, прежде чем перестала. Когда она перестала, она приказала: “Умоляй... или я сделаю это снова”. Белла снова покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. Несмотря на то, что ей было очень больно, такой боли она никогда раньше не испытывала, потому что ее никогда не пытали, она не сдавалась. Гермиона снова взмахнула палочкой, и заклинание охватило Пожирательницу смерти. Белла снова закричала. Она почти до боли зажмурила глаза, но обнаружила, что боль в глазах отвлекает от боли во всём теле. Гермиона снова опустилась на колени и наклонилась к уху Беллатрисы. — Умоляй… — прошептала она. — Н-н-нет, — выдавила она. Она отказывалась сдаваться. Только не семнадцатилетней девчонке. Особенно для 17-летней грязнокровки. На этот раз Гермиона направила палочку Беллатрисы ей в шею и беззвучно произнесла заклинание. Внезапно Белла не смогла дышать. Как бы она ни старалась, она не могла сделать вдох. Её глаза выпучились, и она посмотрела на девочку, безмолвно умоляя её остановиться. Она почувствовала боль в груди, отчаянно нуждаясь в кислороде, но не имея возможности его вдохнуть. Её зрение начало расплываться, перед глазами замелькали белые пятна. Гермиона ухмыльнулась, когда Беллатриса попыталась вдохнуть. Она медленно отпустила её. Она не хотела убивать Пожирательницу смерти, просто хотела, чтобы та сдалась. Белла задохнулась, как только Гермиона сняла заклинание. Она даже не могла закричать, так отчаянно ей нужен был воздух. — А теперь умоляй, — почти просто сказала Гермиона. Белла лишь покачала головой. Гермиона почувствовала, как ее тело наполняется гневом. Она направила палочку на Беллатрису и не смогла сдержать одно из самых незабываемых слов, сорвавшихся с ее губ. - КРУЦИО! - закричала она. Белла закричала от боли. Ее спина выгнулась дугой, и она забилась в страшной агонии, когда Круциатус пронзил ее тело. Слезы градом катились по ее лицу. Ей было уже все равно. Она открыто рыдала, чувствуя, что умирает. “ПОЖАЛУЙСТА!” - прерывисто закричала она. ”Умоляй меня трахнуть тебя!" Закричала Гермиона, проклятие все еще было на Беллатрисе. "ПОЖАЛУЙСТА! ПОЖАЛУЙСТА, ТРАХНИ МЕНЯ! ПОЖАЛУЙСТА!” - Кто? - строго спросила девушка, проклятие все еще терзало тело Беллатрисы. - ТЫ! ПОЖАЛУЙСТА, ПОЖАЛУЙСТА, ПРЕКРАТИ! - закричала она. “СКАЖИ ЭТО!” Закричала Гермиона. “СКАЖИ ЭТО, И я ОСТАНОВЛЮСЬ!” “ПОЖАЛУЙСТА, ТРАХНИ МЕНЯ, ГЕРМИОНА!” Гермиона сняла проклятие и позволила Беллатрисе вздохнуть, прежде чем прижаться губами к губам Пожирателя смерти. Она провела языком по нижней губе старшей женщины и застонала ей в рот. Она взмахнула палочкой Беллатрикс, и заклинание обездвиживания было снято. Белла всхлипнула в губы девушки, когда та поцеловала ее. Она даже не поняла, что сняла заклятие, освободив ее от пут. Все ее тело все еще болело, как будто проклятие так и не было снято. Она едва ли хотела, чтобы молодая ведьма ее трахала. Гермиона продолжала целовать Беллатрису, но вскоре поняла, что та не отвечает на поцелуи. Она отстранилась и посмотрела на Пожирательницу Смерти, увидев, что та безудержно плачет. Она почувствовала укол вины и оторвалась от Беллатрисы. — О боже… я… прости, Беллатриса, — выдавила она. Белла даже не услышала ее. После того, как с нее сняли тяжесть, Белла перевернулась на бок, подтянула колени к груди и заплакала. Она никогда не испытывала такой боли. И хотя она была невероятно смущена и унижена, она не могла сдержать рыданий, которые срывались с ее губ. Чувство вины Гермионы только усилилось, когда она увидела, как плачет Пожирательница смерти. В конце концов, она не смогла удержаться и обняла ведьму, пытаясь утешить. Она начала извиняться, поглаживая ее черные локоны. Несмотря на то, что она была грязнокровкой и источником ее недавней боли, Белла ценила, что есть кому выплакаться. Она обняла девушку за талию и зарыдала, уткнувшись в нее. Ей хотелось, чтобы рядом была Нарцисса. Нарцисса всегда была той, кто утешал ее. Она была единственной, кто когда-либо видел ее плачущей. Но лучшее, что у нее было, - это Гермиона, и, по крайней мере, она могла притвориться, что это ее сестра обнимает ее, гладит по волосам, пытается успокоить. В конце концов, она действительно начала успокаиваться и поняла, кто ее держит. Она оттолкнула ее и впилась в нее взглядом. - Тебе повезло, - тихо начала она. - Тебе повезло, что я не убила тебя прямо сейчас, маленькая сучка. Но мне нужно разрядиться. А теперь трахни меня” Гермиона была ошеломлена. Она бросила на Беллатрису обиженный взгляд и быстро начала двигать рукой вверх по ноге Беллатрисы. “Сейчас”, - прошипела она. Гермиона провела рукой по клитору Беллатрисы и начала нежно его покручивать и пощипывать. Она вдруг стала нежной, боясь снова причинить боль темной ведьме. Она посмотрела на Беллатрису, не уверенная в себе. Белла застонала и откинулась назад, ее волосы рассыпались вокруг головы, когда она мягко приземлилась на пол. Она широко раздвинула ноги и повторила: “Трахни меня”. Гермиона нервно ввела два пальца в ведьму. Она двигалась медленно и следила за лицом Беллатрисы, чтобы не пропустить признаков боли. Она слегка погладила большим пальцем клитор Беллатрисы. “П-Сильнее...” Белла застонала, выгибая спину и просовывая руку себе между ног, хватая девушку за запястье и заставляя ее ускорить темп. Гермиона неловко потрогала женщину. Ей не нравилось, что Беллатриса крепко сжимает ее запястье, и она уже могла сказать, что у нее останутся синяки. Она старалась не отставать, поскольку Беллатриса, по сути, использовала ее руку как игрушку. - Еще, - скомандовала она, отпуская запястье, чтобы поскрести ногтями по полу. Гермиона медленно просунула еще один палец в её более чем желанную дырочку. Она продолжила быстрый темп, заданный Беллатрикс, и приблизила свои губы к губам женщины в нежном поцелуе. Белла поцеловала ее в ответ, просунув язык между губ девушки. Она отстранилась на мгновение, чтобы пробормотать “Еще”, но затем продолжила. На губах у нее все еще был вкус ее возбуждения. Гермиона почти против воли приоткрыла губы для Беллатрисы. Она попыталась ускорить темп и снова добавила еще один палец. Белла почувствовала, как ее желудок сжался, и громко застонала. Внизу живота разлилось жгучее наслаждение, и она запустила руки в волосы девушки. - Еще, - повторила она. Гермиона просунула последний палец в нетерпеливую Пожирательницу смерти и продолжила позволять Беллатрисе поглощать всю ее руку. Она поцеловала ее в ответ, прикусив нижнюю губу Беллатрисы. Белла издала гортанный стон, когда молодая ведьма погрузила в нее всю свою руку. Она снова почувствовала приближение оргазма. “Еще”, - прорычала она. Гермиона почти отстранилась. “Еще?” - спросила она между поцелуями. “Белла... У меня... всего... пять... пальцев...” Белла отстранилась и посмотрела на нее как на идиотку. - У тебя есть еще одна рука, - сообщила она, прежде чем снова придвинуться к ней и поцеловать. Гермиона не была уверена в своих дальнейших действиях. Когда Беллатриса начала трогать ее двумя руками, это только усилило ее боль, но если бы Беллатриса попросила об этом… Гермиона двумя пальцами другой руки потянулась к Беллатрисе, не сбавляя темпа, и продолжила целовать ее. Белла громко застонала и крепко зажмурилась. - Сильнее, - тихо сказала она. Гермиона подчинилась, позволяя своим рукам проникать в тело ведьмы все глубже и быстрее. Она начала задаваться вопросом, как Беллатриса переносит всю эту боль. Когда Беллатриса проделывала это с Гермионой, та едва могла оставаться в сознании. Дыхание Беллы стало тяжелее. Она была на грани оргазма, но этого все равно было недостаточно. “Еще”, - простонала она. Гермиона решила, что, поскольку ведьма и так просит слишком многого, ей следует воспользоваться обеими руками. Быстро и грубо Гермиона добавила остальные пальцы, так что теперь она могла грубо трахать темную ведьму двумя руками. Белла закричала, когда девушка довела ее до предела. Она отчаянно потянулась к ней, прижавшись губами к ее губам и обхватив ее лицо руками. Ее спина выгнулась дугой, и она вскрикнула, когда оргазм настиг ее. Ее мышцы напряглись, и она отчаянно вцепилась в юную ведьму. Гермиона почувствовала, как руки Беллатрисы скользят по всему ее телу. Она почувствовала, что снова становится влажной. Она почувствовала, как внутренние стенки влагалища колдуньи обрушились на ее руки, и жидкость наполнила ладони. Белла задохнулась, когда ее оргазм закончился. Она лежала на полу, дрожа, пока к ней не вернулись силы. Она выхватила свою палочку из рук девочки и вскочила на ноги, все еще дрожа, когда направила ее на Гермиону. “Белла, пожалуйста... пожалуйста, не надо...” Гермиона попыталась отговорить Пожирателя смерти от того, что она собиралась сделать. У нее было странное предчувствие, что ей будет очень больно. Она испуганно съежилась под ведьмой. - Я должна убить тебя, - прорычала она, все еще умудряясь выглядеть устрашающе, несмотря на свою наготу, раскрасневшееся лицо и дрожащее тело. Затем у нее появилась идея. “Но что в этом веселого?” “Беллатриса, пожалуйста... что бы ты ни собиралась сделать... пожалуйста, Белла, не делай этого”, - попыталась умолять она. “Мне так жаль за то, что я сделала...…Я увлеклась...” Белла захихикала. - О-о-о... - передразнила она, медленно приближаясь к юной ведьме. - Неужели удивительная-грязнуля боится большого, злого Бьюватвикса? Она снова захихикала. "нет!” - Что? - защищаясь, спросила Гермиона. Она начала медленно отступать. Она почувствовала, как ее тело становится теплее от волнения. На губах Беллы появилась ухмылка, когда она сказала: - О? Значит, ты не будешь возражать, если я это сделаю? Она подбежала к ней, прижала к стене и приставила палочку к ее горлу. - Может, мне стоит попробовать те заклинания, которые ты испробовала на мне?…напомни, что это было? "нет! Пожалуйста, Белла! Я не знаю, смогу ли я это вынести! Пожалуйста! - умоляла она, и слезы текли по ее лицу. - Что ж, тогда, может быть, мне стоит попробовать их! - закричала она, отступая от нее и поднимая палочку над головой, чтобы наложить на нее первое проклятие. Гермиона почувствовала, как ее тело внезапно стало горячим. Поначалу это было приятно, но вскоре у нее возникло ощущение, будто ее кожу сжигают. Ее крик разнесся по подземелью, и она упала на пол от боли. Белла с удивлением наблюдала, как Гермиона корчится на полу, а ее крики отвратительным эхом отражаются от стен. Примерно через пять минут пыток она сняла его и решила попробовать другое заклинание. Легким движением запястья она произнесла следующее заклинание. Гермиона хотела, чтобы боль прекратилась. Но когда Беллатриса сняла заклинание, она почувствовала что-то новое, болезненное. Она чувствовала себя так, словно в каждый дюйм ее тела вонзались иглы. “ПОЖАЛУЙСТА, БЕЛЛАТРИСА! ПОЖАЛУЙСТА, ОСТАНОВИСЬ!" - закричала она. “УМОЛЯЙ МЕНЯ ТРАХНУТЬ ТЕБЯ!” - завизжала Белла, подражая голосу девушки. Сила воли Гермионы была не так сильна, как у Беллатрисы. Она не хотела, чтобы ее снова трахали, но и не хотела, чтобы Беллатриса причинила ей боль. “Пожалуйста…Пожалуйста, трахни меня, Белла! - умоляла она. - С КЕМ БЫ ТЫ ХОТЕЛА, ЧТОБЫ Я ТЕБЯ ТРАХНУЛА? Она знала, что теряет контроль, но ей было все равно. Гермиона чувствовала, как ее тело устает все больше и больше. “Беллатриса, пожалуйста... пожалуйста, трахни меня, пожалуйста... О, Боже!” - рыдала она. “С кем бы ты хотела, чтобы я тебя трахнула?” - закричала она, кипя от гнева. Взмахнув запястьем, она добавила еще одно заклинание. Гермионе показалось, что ее тело заледенело. Ее возможности были настолько невелики, что она была уверена, что потеряет сознание. “ТЫ, БЕЛЛАТРИСА! ПОЖАЛУЙСТА, БЕЛЛАТРИСА, ТРАХНИ МЕНЯ! ПОЖАЛУЙСТА!” “А КТО я ТАКАЯ?” - закричала она, добавляя к этому еще одно проклятие. Зрение Гермионы затуманилось. “Беллатриса... Беллатриса Лестрейндж. Пожалуйста, трахни меня, Беллатриса... пожалуйста... пожалуйста, о Боже, трахни меня, - всхлипывала она. Внезапно Белла сняла все мучительные заклинания. Она смотрела, как Гермиона рыдает на полу. Она медленно подошла и встала над ней. Гермиона не могла смотреть на старшую женщину. Она рыдала на полу. “Белла, пожалуйста, не делай мне больше больно...” - всхлипывала она. “ПОЧЕМУ БЫ и нет?” - кричала она. “Ты не остановилась, так почему я должна?” - Пожалуйста, Белла, пожалуйста! Я сделаю все, что угодно... только не причиняй больше боли! Пожалуйста! ” всхлипывала она. Она поджала ноги к груди и свернулась калачиком у стены. Белла не ответила. Она просто наклонилась и перевернула девочку на спину, устроившись верхом на ее животе. Она усмехнулась, когда Гермиона всхлипнула под ней и попыталась вывернуться из ее объятий. Гермионе стало плохо. Она не хотела здесь находиться, она просто хотела быть подальше от Беллатрисы. Само ее прикосновение было ядовитым. Она пыталась убежать от Пожирателя Смерти, но силы не возвращались к ней. Белла злобно усмехнулась, видя ее слабое сопротивление, и прижалась губами к губам девушки. Она прикусила нижнюю губу до крови. Когда рот Гермионы наполнился ее собственной кровью, она приоткрыла губы, пытаясь высвободиться. Белла воспользовалась возможностью и засунула язык в рот Гермионы. Она пососала её нижнюю губу, наслаждаясь металлическим привкусом крови. Она оторвалась от её губ, чтобы поцеловать в шею, грубо посасывая и кусая нежную кожу. Вскоре у Гермионы пошла кровь и из горла. «Белла, мне больно…пожалуйста», — взмолилась Гермиона, когда Беллатриса укусила её за шею. «Так и должно быть», — прорычала она. Она сильно укусила её за ключицу и рассмеялась, когда девушка вскрикнула от боли. «Пожалуйста… — взмолилась она. — Просто трахни меня и покончи с этим…» — сказала она почти побеждённым голосом. «О, я собираюсь трахнуть тебя, — сказала Белла. — Не беспокойся об этом, маленькая грязнокровка». Белла продолжала спускаться вниз, пока не добралась до груди Гермионы. Она ухмыльнулась и сильно укусила её за сосок, грубо впившись длинными ногтями в другой. Гермиона отчаянно пыталась оторвать Беллатрису от своей груди, но та лишь сильнее укусила ее. Ее тело содрогалось от рыданий, когда Беллатриса превратила ее в кровавое месиво. Белла продолжала двигаться вниз, прикусывая кожу, пока не добралась до щели девушки. Она посмотрела на интимное место, перевела взгляд на Гермиону и облизнула губы. Затем она подняла руку и сильно шлепнула девушку по клитору. Гермиона вскрикнула, когда по ее телу пробежали волны неприятного удовольствия. Ее спина непроизвольно выгнулась, и она почувствовала, что становится еще более влажной. Белла приподняла бровь, поняв, что девушка получает от этого удовольствие. Она ухмыльнулась и сделала это снова, но жестче. Гермиона ругала себя за реакцию своего тела на удары Беллатрисы. Она зажмурилась и ждала следующего удара. Но вместо того, чтобы дать ей еще одну пощечину, Белла схватила палочку и с силой опустила ее на чувствительный клитор. Она наблюдала, как девушка выгнулась дугой и попыталась сдержать стон. Она ухмыльнулась и сделала это снова. Гермиона почувствовала облегчение, когда темная ведьма не ударила ее снова. Но это ощущение было недолгим, потому что она быстро ударила ее чем-то вроде своей волшебной палочки. Она выгнула спину и стиснула зубы, когда она коснулась ее клитора. — Тебе нравится, грязнокровка? Белла усмехнулась, снова ударив девочку. Гермиона вздрогнула, но снова выгнула спину и закричала. Ей не нравились насмешки Беллатрисы, но она не хотела навлекать на себя ещё больше неприятностей. — Я задала тебе вопрос, мерзавка! — рявкнула Белла. — Да-а-а! — всхлипнула девочка, боясь, что Беллатриса причинит ей боль. — Скажи мне, что тебе нравится! — закричала она, снова ударив её. — Д-да, Беллатриса… мне нравится… — выдавила она. — Тогда попроси меня ещё раз. Гермиона колебалась, но в конце концов попросила: «Пожалуйста, ударь меня ещё раз!» Она закрыла глаза в предвкушении. Белла ухмыльнулась и снова ударила её по клитору. Затем она решила, что с девушки хватит издевательств. Она снова схватила свою палочку и резко прижала её кончик к клитору девушки. «Пожалуйста, Белла», — всё, что смогла пробормотать девушка. Она надеялась, что ведьма не сделает того, что, по её мнению, собиралась сделать. «Пожалуйста, что?» — спросила Белла, притворяясь непонимающей. «Пожалуйста, не…» — начала она. «Пожалуйста, я сделаю всё, что угодно, только, пожалуйста… не причиняй мне больше боли». — Но тогда как же мне веселиться? — спросила она, начиная водить палочкой в круговом движении. Бедра Гермионы выгнулись и задрожали, пока Беллатриса дразнила её. Ей не нравилось ощущение острого кончика палочки на чувствительном клиторе. Это начинало причинять боль. Она просто покачала головой. — О, тебе не нравится, моя маленькая грязнокровка? — насмешливо спросила Белла. Она сильнее надавила на чувствительный бугорок девушки и ухмыльнулась, когда юная ведьма ахнула и зашипела сквозь зубы. Гермиона испытывала нечто среднее между сильным удовольствием и сильной болью. Ощущения в её клиторе были настолько сильными, что ей казалось, будто она вот-вот потеряет сознание от возбуждения. Белла видела, что девушка возбуждена. Её бёдра дрожали, и она была покрыта тонким слоем пота. Ее глаза были крепко зажмурены, а спина выгнулась дугой, оторвавшись от пола. Она ухмыльнулась. - Умоляй меня трахнуть тебя, маленькая грязнокровка, - угрожающе прошептала она. Гермиона не теряла времени даром. Она была так возбуждена, что Беллатриса, трахающая ее, теперь уже не важно насколько грубо, дала бы ей то облегчение, в котором она нуждалась. “Пожалуйста, Беллатриса, трахни меня!” - умоляла она. “Громче”, - приказала она, надавливая сильнее. Гермиона снова подчинилась требованиям Беллатрисы, почти крича: «Пожалуйста, трахни меня, Белла!» Белла убрала палочку от клитора девушки и направила её на вход во влагалище. Она немного погрузила её внутрь, но затем вытащила обратно. «Громче». Гермиона нервно ждала, боясь того, что собирается сделать Беллатриса. Она увидела, как ведьма убрала палочку, и нервно прикусила нижнюю губу, когда Пожирательница смерти погрузилась в её неохотно поддающееся тело. Она слегка застонала от ощущения проникновения, но мысль о том, что палочка Беллатрисы внутри неё, заставила её забеспокоиться. — ГОВОРИ! — закричала Белла, когда девушка лишь застонала. Она снова ударила её по клитору. Гермиона почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, и выгнула спину, когда Беллатриса закричала. — Беллатриса, трахни меня! О боже, трахни меня так сильно, Белла! — закричала она, начиная терять контроль над собой. — Ещё! — взвизгнула она, прежде чем наклониться и сильно укусить девушку за клитор. Подросток начала терять терпение. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, трахни меня, Беллатриса, пожалуйста, мне это нужно! — она то ли всхлипывала, то ли кричала. — СНОВА! — взвизгнула она, снова ударив её. Когда девушка лишь застонала и захныкала, она вышла из себя. Она знала, что не должна этого делать, но даже не задумалась, прежде чем выкрикнуть: «Сектумсемпра!» Гермиона почувствовала, как её тело разрывают на части. Она закричала во всё горло. «БЕЛЛА! ТРАХНИ МЕНЯ!» — взмолилась она. Белла с любопытством наблюдала, как девушка истекает кровью. - Ну, милая, веди себя прилично, - передразнила она. ”ПОЖАЛУЙСТА, БЕЛЛАТРИСА!" Она не хотела повторять это снова. Она не смогла сдержать рыданий. “Пожалуйста, что?” - рассмеялась она, наслаждаясь реакцией. “ТРАХНИ МЕНЯ! ПОЖАЛУЙСТА, БЕЛЛАТРИСА, ТРАХНИ МЕНЯ!” У Гермионы пересохло в горле. Она не могла ничего видеть из-за переполнявших ее чувств. Белла поняла, что Гермиона теряет много крови. Не то чтобы она не хотела, чтобы та умерла, просто она предпочитала мучить её. Поэтому она быстро провела палочкой по порезам, которые оставило проклятие на её коже, и они почти мгновенно зажили. — Что это было? — спросила она. — Беллатриса, пожалуйста, ради всего святого, трахни меня! Трахни меня до потери сознания! — взмолилась она, приходя в себя. Белла усмехнулась и пожала плечами. - Ну, если ты настаиваешь. И с этими словами она вонзила палочку в девочку. Гермиона ахнула, когда острый предмет пронзил ее насквозь. Она зажмурилась и попыталась унять боль от того, что палочка вонзилась ей в сердцевину. Белла засунула свою палочку в девочку так глубоко, как только могла, а затем начала двигаться быстрее. Она наклонилась и сильно прикусила клитор Гермионы. Гермиона хотела умолять Беллатрису остановиться, но знала, что это ни к чему хорошему не приведет. Она сдерживала рыдания, когда Пожирательница Смерти стала еще более грубой. Пока Белла трахала девушку, у нее появилась идея. Она медленно замедлила темп, неглубоко погружаясь в девушку и почти с любовью целуя ее клитор. Девушке пришлось поверить, что она изменила свое мнение. Гермиона посмотрела на Беллатрису с сострадательным удивлением. Почему она вдруг стала такой мягкой, такой нежной, такой осторожной? Белла замедлилась, пока не достигла медленного, нежного темпа, который, по правде говоря, даже нельзя было назвать сексом. Она подняла другую руку и стала поглаживать клитор гриффиндорки, слегка облизывая его. Гермиона была ошеломлена нежными действиями Беллатрисы, но не осмелилась бы жаловаться. Белла покрывала нежными поцелуями внутреннюю поверхность бедер девушки, слегка массируя клитор. Она продолжала двигаться в медленном темпе и даже добавила заклинание молчаливого наслаждения. Гермиона почувствовала, как ее тело сотрясают волны удовольствия. Она любила эту Беллатрису, по крайней мере, больше, чем ту, что была грубее. Громкий стон сорвался с ее губ. Когда Белла услышала стон юной ведьмы, она поняла, что та расслабилась. Она усилила действие заклинания наслаждения, проведя языком по клитору Гермионы. Она с удивлением наблюдала, как брюнетка подпрыгнула и запустила руки в волосы Пожирательницы смерти, прижимая ее к себе. Она закатила глаза и втянула в рот чувствительный бутончик. Все, что Гермиона могла чувствовать, был чистый экстаз. “Мм, Боже, Белла... О, Боже, ты так хороша в этом”. Белла мысленно ухмыльнулась и слегка провела зубами по клитору девушки. Она покрутила свою палочку, вводя её в Гермиону. Несмотря на то, что ей нравился вкус возбуждения юной ведьмы, а её стоны были музыкой для её ушей, она ненавидела быть нежной. Это было скучно! Затем Белле пришла в голову другая идея. Она медленно оторвала рот от клитора Гермионы и вытащила из неё палочку. Она быстро обхватила рукой её ногу и снова ввела палец во влажный вход. Затем она просунула свободную руку под ягодицы девушки, приподняв её нижнюю часть тела, и прикоснулась языком к другому, более узкому входу. Глаза Гермионы расширились, когда она почувствовала язык Беллатрисы в более интимном месте. Она покраснела и застонала от действий Беллы. Белла снова ухмыльнулась, заметив слабость девушки. Она провела большим пальцем по её попке и снова лизнула тугой вход. - Белла-Белла? Что ты делаешь? - Спросила Гермиона, дрожа от удовольствия. - Тише, детка, - пробормотала Белла, целуя вход. Она отстранилась и засунула палец в рот, смазывая его слюной. Она вытащила его и приставила к чрезвычайно тугому входу, продолжая мягко двигать палочкой. Гермиона облизала губы, ожидая, когда Беллатриса доставит ей удовольствие. Она время от времени издавала стоны, наслаждаясь тем, как палочка Беллатрисы входит в нее и выходит из нее. Белла медленно ввела палец в девушку и снова начала посасывать ее клитор. Гермиона почувствовала легкий укол от проникновения в такое узкое место. Она закрыла глаза от удовольствия, когда ее стенки сжались вокруг пальца Беллатрисы. Белла улыбнулась, почувствовав, как стенки юной ведьмы сжимаются вокруг ее пальца. Она медленно увеличила темп движения по её щелке, давая ей привыкнуть к ощущению пальца внутри себя. Она дразнила клитор языком, одновременно посасывая его. - Белла... - только и смогла пробормотать девушка. Ей нравилось, как она дразнила, и она позволила своему телу расслабиться, чтобы в полной мере насладиться удовольствием, которое получала от Беллатрикс. Белла почувствовала, как Гермиона расслабилась, и усилила наслаждение, начав медленно двигать пальцем. Она снова провела зубами по клитору девушки, наслаждаясь тем, как та двигала бедрами. Глаза Гермионы начали закатываться. “ Мм, Белла, быстрее... Белла подчинилась, увеличив скорость обоих движений и еще больше усилив действие заклинания наслаждения. Гермиона почувствовала, как волны наслаждения накатывают на нее сильными ударами. Ее тело приближалось к оргазму, а стоны становились все громче. Когда стоны Гермионы стали громче, Белла поняла, что она близка к оргазму. Она вытащила палец из тугой дырочки девочки и ускорила движение по ее влажному отверстию. Она прошлась поцелуями по ее телу, добираясь до губ. Гермиона ждала появления Беллатрикс на своих губах. Она вздрогнула, когда темная ведьма оставила легкие поцелуи на ее теле. Белла медленно приблизилась к ждущим её губам девушки. Она фальшиво улыбнулась ей и нежно поцеловала, продолжая трахать её. Она отстранилась на мгновение, чтобы спросить: «Ты близко, детка?» «М-м-м!» Гермиона громко застонала. Ей было всё равно, что Беллатриса была Пожирательницей смерти и совершала ужасные преступления. Её волновало только то, что она вот-вот испытает самый потрясающий оргазм в своей короткой жизни. “Ты хочешь кончить?” - спросила она, ускоряя темп и усиливая наслаждение. ”Да... Боже, да!" Гермиона застонала. ”Пожалуйста, Белла..." Белла ухмыльнулась и снова поцеловала ее. Когда она отстранилась, то прошептала одно слово. “Круцио”. То, что Гермиона почувствовала дальше, было настолько сильным, что она была уверена, что умрет. Беллатриса наложила на неё проклятие Круциатус в невероятно чувствительном месте. Она чувствовала, как её тело сотрясается от тысячи оргазмов одновременно, горит и в целом её трахают ножом. Она кричала изо всех сил. Белла захохотала, возвращаясь к своему садистскому «я». Она засунула палочку в девушку как можно глубже и с удовольствием наблюдала, как та кончает. Она забрала радость возбуждения прочь и сосредоточилась только на заклятие Круциатус, увеличивая боль почти в десять раз. “Аааа, Б-Бе-Беее-Б...дям-П-ПЛ..” она пыталась умолять. Ей показалось, что у нее вырвали глаза из орбит. Она попыталась закричать, но больше ничего не могла слышать. Оргазм девушки продолжался, как будто ему не было конца. И все же она кричала громче, чем кто-либо, кого Белла когда-либо пытала. Она корчилась от боли под Беллатрикс и пыталась умолять ее остановиться, но ее слова звучали как полная боли бессмыслица. Она продолжала трахать девушку своей палочкой, пока пытала, быстро доводя ее до очередного оргазма. Гермиона пыталась умолять, но Беллатриса не могла ее понять. Ничего не помогало, и Гермиона была почти уверена, что скоро умрет. Как будто прочитав её мысли, Белла вдруг ухмыльнулась и сказала: «Не волнуйся, я не собираюсь тебя убивать… пока что», — и сняла заклинание. «Б-Б-Б-Белла… п-п-почему?» — захныкала она, дрожа на земле, её тело было измученным и болело. «Потому что, моя маленькая грязнокровка, я Беллатриса Лестрейндж. Я не твоя маленькая любовница», — усмехнулась она, глядя на девушку. Гермиона почувствовала себя такой обиженной. Она знала, что Беллатриса вела себя странно, когда почти занималась с ней любовью. Она почти забыла, на что та способна. Почти. «Да, дрянь, я обманула тебя, — прорычала Белла. — Ты моя игрушка, и только моя. И я буду делать с тобой всё, что захочу». После минутного молчания, когда Гермиона с трудом набралась смелости, она ответила: - Ты сучка, Беллатриса... - тихо начала она. - Гребаная сучка, которая не уважает никого, кроме себя, и просто использует их в своих похотливых целях! - сердито прошипела она, обретая уверенность в себе. Глаза Беллы расширились. Она не могла поверить, что такая грязнокровка, как она, осмелилась бы так разговаривать с чистокровной ведьмой, особенно с той, которая была сверху и полностью контролировала ее. “Что. Сделала. Ты. Только. — Что ты сказала? — прошипела она. — Я сказала… Ты грёбаная… распутная… сука! — прорычала Гермиона. Белла улыбнулась. Она наклонилась, чтобы снова поцеловать девушку, и сильно прикусила её нижнюю губу, резко прижав палочку к её подбородку. Она отстранилась и прорычала: «Как ты смеешь так со мной разговаривать?» Гермиона плюнула кровью в лицо Беллатрисы. — Как ты смеешь так обращаться с человеком?! Я могла умереть! — закричала она на обезумевшую Пожирательницу смерти. Вот и все. Белла обхватила рукой горло девушки и сильно сжала. - А кто вообще сказал, что ты человек? Ты просто отвратительная маленькая грязнокровка, - безжалостно сказала она, душа брюнетку. “ Отпусти меня! Ты сумасшедшая сука! - выдохнула она. Единственное, чего она хотела, - это причинить боль старшей ведьме. Мысль о том, что та получает удовольствие от ее боли, вызывала у нее отвращение, а Беллатриса заслуживала боли. - Нет. Так, - сказала она, усиливая свою хватку, и без того похожую на тиски. Гермиона чувствовала, как ее тело кипит от гнева. Она начала изо всех сил отталкивать Беллатрису. Ей удалось перекатиться на нее, хотя руки все еще сжимали ее горло. Белла ухмыльнулась и легко перекатилась обратно на девочку. Гермиона оттолкнулась сильнее и сумела подняться на ноги, потянув Беллатрису за собой. Она освободилась от хватки женщины на своей шее и переместила руки ей на плечи, пытаясь повалить её на пол. Белла садистски ухмыльнулась и тоже навалилась на девушку. — Тебе не победить, — прорычала она. Гермиона почувствовала, как на лбу у неё выступил пот. Она с силой давила на ключицу Беллатрисы и действительно побеждала! Она облизнула губы при мысли о том, что прижала Пожирательницу смерти к земле. Намек на панику охватил Беллу, когда она поняла, что приближается к полу. “Ты... Не сможешь... Победить”. Гермиона толкнула Беллатрису изо всех сил. Она почувствовала, что темная ведьма вот-вот упадет. Наконец, Белла больше не могла стоять. Она повалилась на пол, Гермиона навалилась на нее сверху. Она отчаянно сопротивлялась, но не могла подняться. Она посмотрела на девушку горящими глазами и прорычала: «Отпусти. Меня.» Гермиона уставилась на неё. «Нет», — просто сказала она и впилась губами в Беллатрису. Белла изо всех сил толкнула девушку, но не смогла сдвинуть её с места. «Слезь с меня», — прорычала она, прижимаясь губами к губам гриффиндорки. Гермиона просунула язык в рот старшей женщины, наслаждаясь её удивительно сладким вкусом. Когда язык Гермионы проник в её рот, Белла сдавленно застонала. Она не могла не стонать и позволила своему языку играть с языком младшей девушки. Гермиона застонала в рот Беллатрисы и крепко прижалась бёдрами к Пожирательнице смерти. Белла застонала и отстранилась, прорычав: «Ты пытаешься играть со мной в игры, грязнокровка?» «М-м… Что?» Гермиона пробормотала, прижавшись губами к губам Беллатрисы. Она едва осознала, что Беллатриса назвала её грязнокровкой. Белла снова отстранилась и подождала, пока не увидела, что девушка смотрит на неё. «Я сказала, — начала она, ухмыляясь брюнетке, — ты пытаешься играть со мной в игры? Я. Не. Играю». Игры, - прорычала она, глядя на нее снизу вверх. - Грязнокровка, - выплюнула она. Гермиона посмотрела на нее. Она сказала почти нервно: - Я позволю себе не согласиться. Она провела рукой по телу Беллатрисы, пока та не остановилась на ее груди. Белла просто смотрела на нее, умоляя что-нибудь сделать. Она была бы рада увидеть, как та попытается. Гермиона набралась смелости и слегка провела рукой по соскам Беллатрисы, наблюдая за реакцией Пожирательницы смерти. Белла стиснула зубы и попыталась сдержать стон. Она снова прошипела: «Я. Не. Играю. В. Игры». Гермиона хихикнула. «Но я думаю, что играешь», — сказала она, слегка ущипнув её за сосок. “Прекрати”, - прорычала она, отчаянно пытаясь сдержать стон. “А теперь слезь с меня”. Гермиона покачала головой и резко схватила женщину за грудь. Она начала жестоко сжимать ее, зная, что оставляет следы от пальцев. Белла еще сильнее стиснула зубы и посмотрела на девушку с огнем в глазах. Она даже не могла говорить, боясь застонать. Гермиона крепче прижалась бедрами к Беллатрисе, не давая ей вырваться. Ее правая рука лежала на плече Беллатрисы, удерживая ее на месте, пока она двигала губами от груди Беллы к ее губам. - Откуда в тебе такая сила? Белла зашипела, отчаянно пытаясь высвободиться из хватки девушки. “Отпусти меня!” Гермиона обхватила губами алый сосок Беллатрикс, не обращая внимания на ее протесты. Она начала усердно сосать, в то время как Беллатриса извивалась под ней. Белла не смогла сдержать крика удовольствия. Она зажмурилась, чувствуя себя совершенно униженной, и попыталась прорычать: “Отпусти меня”, но у нее получилось больше похоже на хныканье. Она сильно покраснела и попыталась вырваться из объятий брюнетки. Гермионе понравилось, как она подействовала на Беллатрису. Она позволила своему языку подразнить сосок старшей ведьмы, слегка лаская его зубами. - Отпусти меня, - попыталась она снова. Гермиона оторвала рот от груди Беллатрисы. - Хм, дай мне подумать об этом... - сказала она, запрокидывая голову. "Нет." - Отпусти меня, маленькая сучка! - захныкала она, когда рот Гермионы вернулся к ее груди. Гермиона оставила небольшие следы от укусов, когда сосала Беллатрису. Она осторожно убрала другую руку с плеча женщины и положила ее на другую грудь. Дыхание Беллы участилось, и она выгнула спину. Она не смогла сдержать тихий стон. - Отпусти меня... - попыталась приказать она. - Сейчас же” Гермиона покачала головой, сосав чувствительный бугорок Беллатрисы. Она позволила другой руке подразнить ровно настолько, чтобы свести с ума, прежде чем слегка опустить ее. Белла чуть не закричала от удовольствия, когда Гермиона поддразнила ее. Но она быстро прикусила губу, так сильно, что пошла кровь, и подавила стон. Её живот сжался, и она выгнула спину. Она зажмурила глаза и прорычала: «Отпусти. Меня». Гермиона чуть не хихикнула. Она оторвала рот от груди Беллатрисы и спросила: «А что, если я не отпущу?» - Я замучаю тебя до смерти, маленькая... - начала она, но замолчала, когда губы Гермионы снова нашли ее сосок. Она стиснула зубы, чтобы не застонать. - Отпусти меня, - прошипела она сквозь зубы. Гермиона получала огромное удовольствие от реакции Беллатрисы. Ее глаза потемнели, когда она посмотрела на Беллатрису, опустив руку на бедро. Белла зарычала и сердито посмотрела на нее. - Отпусти меня, - выплюнула она. - Ты, маленькая грязнокровка. Гермиона приблизила губы к уху Пожирателя Смерти. - Заткнись, - рявкнула она, прежде чем прикусить мочку уха. - Тебе это нравится. - Гермиона хрипло рассмеялась, проводя ногтями по животу Беллы, останавливаясь прямо над ее ноющим клитором. Она жалобно заскулила, ненавидя себя за это, и дернула бедрами. “Отпусти меня”, - без особого энтузиазма прорычала она. ”Сейчас". Гермиона покачала головой, глядя в глаза темноволосой женщине. Не отрывая взгляда, она стиснула зубы и больно ущипнула Беллатрису за клитор. Беллатриса вскрикнула и выгнула спину, зажмурив глаза. “Черт возьми!” Гермиона просто проигнорировала беспомощную Пожирательницу смерти и наблюдала, как ее соски затвердели еще больше. Она начала массировать твёрдый комок нервов, чтобы немного облегчить боль. Беллатриса всхлипнула и приподняла бедра навстречу пальцам. Она потянулась и отчаянно прижалась губами к губам Гермионы. Гермиона была застигнута врасплох страстью, которую она уловила в поцелуе Беллатрисы. Но она не отстранилась. Она чувствовала желание Беллатрисы, когда ее пальцы скользили по скользкому клитору. Она почти ощущала жгучее желание Беллатрисы. Беллатриса застонала и выгнула спину. - Боже... - простонала она. Гермиона, поддразнивая, опустила руку еще ниже, все еще поглаживая клитор Беллатрисы, но уже в опасной близости от ее входа. - Мм, тебе это нравится, не так ли, Белла? - усмехнулась она. Она зарычала и еще сильнее задвигала бедрами. - Просто трахни меня. Гермиона начала тереть ее сильнее. ” Хм... - сказала она, гладя клитор Беллатрисы маленькими кругами. - Ты не очень-то любезна со мной.…Не думаю, что я это сделаю. Она стонала и извивалась, всхлипывая. “Сейчас”, - прорычала она. Гермиона прекратила все движения. - Может быть, если бы ты просила по-хорошему, то чаще добивалась бы своего, - тихо сказала она. Она зарычала. - Трахни меня сейчас же, - прошипела она. Она полностью отодвинулась от Беллы. “Ты когда-нибудь научишься?!” холодно спросила она. “Я ничего для тебя не сделаю, если ты будешь так со мной обращаться! Прояви хоть немного уважения, или я оставлю тебя на поиски домового эльфа”. Она тихо всхлипнула и потянулась к ней. “Я... мне жаль...” Гермиона почувствовала внезапную боль в сердце. ”О... я... эм..." Она не знала, что делать. Она снова встала на колени и посмотрела на Беллатрису сверху вниз. - Я просто хочу немного уважения... вот и все, - сказала она, неосознанно придвигаясь ближе. Белла кивнула и снова захныкала. Гермиона устроилась между ног ведьмы. - Белла, просто скажи ”пожалуйста", и я дам тебе то, что ты хочешь, - сказала она почти невинно. Она зарычала. “Пожалуйста...” - сказала она. Она отвела взгляд и густо покраснела. Гермиона улыбнулась и просунула голову между ног Беллатрисы. Она медленно провела языком по мокрой щелке Беллатрисы. Она застонала и приподняла бедра. Гермиона улыбнулась и медленно коснулась клитора Пожирателя смерти. Она положила свою маленькую ручку на внутреннюю поверхность бедра Беллатрисы, медленно продвигаясь к ее лону. Белла хныкала и извивалась под ней, ненавидя себя за то, что оказалась внизу, но наслаждаясь получаемым удовольствием. Она была в смятении. Тело Гермионы стало горячим от одного только стона Беллатрикс. Ее рука была чуть ниже желанного жара Беллатрисы, нежно касаясь влажности. Она взяла клитор ведьмы в рот и начала массировать его языком. Та издавала различные звуки удовольствия и смотрела на нее сверху вниз. Она крепко вцепилась пальцами в волосы девушки и выгнула спину. Гермиона чувствовала, как Беллатриса прижимается лицом к её промежности. Она застонала, уткнувшись в промежность Пожирательницы, и засунула в неё три пальца, растягивая её. Белла громко застонала и сильнее прижала её к себе. Гермиона почувствовала, как учащается её дыхание, когда она стала сильнее толкаться, входя и выходя из узкого входа ведьмы. Ей нравились звуки, которые она извлекала из Беллатрикс, и это только подстегивало ее двигаться быстрее. Она зажмурилась и сжала кулаки, нежно потянув Гермиону за волосы. Та хныкала и стонала, выгибаясь и сопротивляясь. Гермионе нравилось, как стенки Беллатрикс сжимались под ее пальцами. Она продолжала грубо теребить клитор губами, посасывая его, и добавила еще один палец, двигаясь все жестче и быстрее. Она вскрикнула и зашипела сквозь зубы. Гермиона чувствовала, что Беллатриса приближается. Её тело становилось теплее, а влагалище — влажнее. Она начала двигаться в почти нечеловеческом темпе. Она начала задыхаться. «Ах… ах… АХ!!» — закричала она, кончая. Гермиона медленно убрала руку с влажного входа Беллатрисы и поднесла липкие пальцы ко рту Беллатрисы, прижав их к её губам. Она застонала и засунула пальцы в рот, наслаждаясь их сладким вкусом. Гермиона тихо застонала, когда Беллатриса пососала её нежные пальцы. — Тебе понравилось, Беллатриса? Она кивнула и тщательно облизала пальцы. Гермиона посмотрела на Пожирательницу смерти и ухмыльнулась. Она быстро встала и схватила свою одежду. Она оглянулась на ведьму, наслаждаясь удивлённым выражением на её красивом лице. - Ну, Белла, как бы весело это ни было, мне пора идти, - сказала она, направляясь к двери. - Подожди! - сказала она, садясь. Гермиона разочарованно повернулась к ней лицом. - В чем дело? - спросила она. - Если ты хоть кому-нибудь расскажешь об этом, я клянусь... - начала она, но Гермиона перебила ее. Гермиона закатила глаза и уперла руки в свои стройные, потные бедра. — И зачем мне вообще кому-то об этом рассказывать? — сказала она, немного помедлив, прежде чем потянуться к двери. Белла была немного уязвлена. Однако она не подала виду и посмотрела на Гермиону. Она ухмыльнулась. — Верно подмечено. Гермиона ухмыльнулась и вышла.