Meeting
20 марта 2025 г., 19:19
Чонсон совсем недавно переехал из Сиэтла в Корею на стажировку в какой-то известный кпоп лейбл. Он уже давно грезил мечтами о яркой жизни айдола, толпах фанаток (пусть иногда и неадекватных), о куче денег и миллиону рекламных контрактов. Пусть люди убеждали его, что жизнь айдола не такая уж и сказочная как может показаться, юноша отказывался их даже слушать и твердо выстаивал границы своей заветной мечты.
Он жил в центре Сеула в большой общаге рядом с самим агентством. Так было удобнее и это упростило вопрос поиска жилья. В Сеуле не так-то просто найти его. Общага сама по себе находилась в удачном месте. Ее окружало большое количество кафешек и розничных магазинов начиная от косметики, заканчивая мягкими игрушками.
У Чонсона в первые за долгое время выдался свободный день и он решил, что сидеть в забитой общаге в теплый весенний день — это пытка для его нервной системы. Недолго думав он решает остановить свой выбор на милой чайной недалеко от дома. Всего пару остановок и он стоит напротив стеклянной двери, украшенной сухоцветами и разноцветыми лентами. «Видимо это заведение открылось совсем недавно». И да, Джей был прав. По всей видимости кафешка отрылась совсем недавно и несмотря на полное отсутствие в ней людей, она казалась весма юутной и по-своему атмосферной. Милые круглые столики из светлого дерева, на которых стояли вазы с цветами. Чонсон не то что бы разбирается, но похоже что это были лилии. Стены украшены картинами, на которых были изображены, неудивительно, цветы. Они были повсюду. На стенах, на кассовой стойке, у входа, даже коврик в уборной был с цветочным принтом. Это очень цепляло. Цветочный запах стоял на все помещение, перемешиваясь с запахом зеленого чая и цитруса. Растения создавали сказочный вид этому заведению, странно, что тут так мало людей.
Не теряя времени, Чонсон оставил свои вещи за столиком у окна, затем подошел по-ближе к кассе чтоб рассмотреть меню. Там были чаи с безумно сложными названиями на корейском. Пак знал корейский на отличном уровне, но иногда перевод слишком сложных предложений или названий давался ему куда труднее.
— Здравствуйте, Вам что-нибудь подсказать? — из-за стойки с кофе машиной резко выскочил приветливый бариста.
Джей слегла дернулся от неожиданности и даже немного впал в ступор. Еще больший ступор охватил его тогда, когда он поднял глаза и увидел перед собой не просто какого-то там баристу, а чертовски очеровательного и милого парня в цветочном фартуке. Сердце инциативно забилось так быстро, сливаясь с тактом какой-то корейской мелодии, что звучала на фоне. Пак почувствовал себя в дораме.
— Здравствуйте, да, было бы славно, — Джей не мог оторвать своих глаз от глаз напротив. Он отметил очень поразительное сходство черных больших глаз баристы с тапиокой, — у вас есть что-то с бобой?
— Конечно, мы же Бабл-ти кафе. У нас абсолютно все меню с бобой, — юноша мягко улбынулся, обнажая очаровательные ямочки на щеках, — вы предпочли бы фруктовый чай или я могу вам предложить что-то молочное?
Джею было абсолютно все равно, что тот ему предложит. Он скупит все что он скажет по две, а то и по три порции.
— Если честно, я не особо разбираюсь в чаях, особенно с бобой. Я доверю выбор вам, — Джей скорчил что-то на подобии улыбки от смущения, просто держать этот зрительный контакт было подобно муке. Его сердце будто пронзило тысячи маленьких иголок, когда их взгляды на секунду пересеклись и Чонсон заметил на лице собеседника мягкую улыбку.
Бариста явно подзадумался. Он выглядел озадаченным, но все же мыслительные процессы не заставили себя долго ждать, поэтому он снова улыбнулся и быстро набрал что-то на кассе.
— С вас 10 тысяч вон.
Джей оплатил даже не зная, что было в заказе и ушел послушно ждать свой напиток. Пока ловкие руки бариста занимались процессом приготовления очередного напитка, Чонсон пристально следил и оглядывал парня с ног до головы. В глаза сразу бросились его блондинисто-розовые кудрявые волосы, которые немного нависали на глаза, что выглядело до безумия мило. Красивые серебрянные кольца в ушах, закатанные рукава оверсайз рубашки, под которыми виднелись браслеты на тонких запястьях, которые звинели стоит тому сделать хоть малейшее движение. Что-то в нем безумно притягивало Джея. Может это его мягкие черты лица и большие черные глаза, похожие на бобу, или это все-таки милейшие ямочки на щеках, когда тот обнажая зубки улыбался. А может это просто влюбленность с первого взгляда и комфорт, который исходил от этого парниши? Пак пока еще не знает. Но его сердце само подсказывает ему ответ, когда блондин приближается к нему, чтоб отдать заказ.
— Вот ваш чай, — парень поставил на стол большой стакан с зеленым чаем, долькой лимона и какими-то желтыми шариками на дне, — это холодный жасминовый и тайский чай, с лаймом и лимонными шариками. Это мой любимый напиток из меню. Я думаю, вам понравится.
Когда бариста наклонился, Джей успел разглядеть бейджик с надписью «Ян Чонвон». «У него даже имя милое» — крутилось у Пака в голове. Стоило ему поднять глаза как он снова столкнулся с этими черными глазами, которые, казалось, вот-вот его поглотят живьем. А он даже и не против.
Он безумно хотел как-то начать разговор и поболтать с этим милашкой. И он даже попытался что-то сказать, но в районе двери раздался это жалкий звон колокольчиков, свидетельствующий о том, что какая-то мразь решила прервать Чонсоново любование милым парнишей. Бариста резко развернулся и кинул тихое «не уходи, я скоро подойду». Вероятно, он не только умеет бабл ти делать, но и мысли читать.
***
Посетитель, к счастью, надолго не задержался. Но к тому времени Джей уже в попытках хоть как-то унять стресс и занять себя чем-то в мучительном ожидании, выпил весь чай, даже съев дольку лайма ни разу не покривившись. Он рассматривал пейзажи за окном. Его безумно вдохновляла весна. Он считал, что весна это как глоток свежего воздуха после тяжелой зимы с ее холодами и сезонной депрессией. Парень ловил первые лучи солнца ладонями, как ребенок. Улыбался навстречу солнцу и рассматривал торопливых людей на улице, бездомных кошек, что так же радовались и нежились на солнце на вот-вот расцветшей траве. Было невообразимо хорошо, аж спирало дыхание. И вот высокая, плечистая фигура с блондинистой макушкой уселась на стул напротив Чонсона. Паренек развязал свой цветочный фартук и откинул его на спинку стула. —Ну, что? Понравился? — Чонвон пристально смотрел прямо в гляза напротив. Бариста всегда коммуникабельные и уверенные, но Джей и подумать не мог что он окажется намного решительнее его. — Да, напиток и вправду безумно вкусный, — он бросил взгляд на пустой стакан, только бы не столкнуться с этими черными глазами снова. Иначе он точно провалился бы от смущения. —Нет, не чай. Я, — парировал Ян, — ты буквально не отрываясь пялился на меня. Почему-то в данный момент смущение отступает и как-будто становится легче. Теперь не нужно скрывать, как оказалось, итак явную заинтересованность в симпатичном работнике. — Я не думал, что это так будет так очевидно. Прости, если засмущал, — извинения совсем не искренние. Если бы можно было он бы просто прожег в Чонвоне дыру или просто съел его одним только взглядом. От него просто невозможно отвести глаз. Хочется смотреть, смотреть, смотреть… — Это было более чем очевидно, — а тот налегке, сидит и лыбится, пленяя своими ямочками, — ладно тебе, я Чонвон. — Я Джей, — теперь он окончательно расслабился. — Джей? Ты не местный? — Мое корейское имя Чонсон. И нет, я из Сиэтла, а здесь просто стажируюсь в компании неподалеку, — не стоило бы незнакомцу сразу докладывать о таких вещах. Но Чонвону он готов был выложить все, начиная от имен родителей, а заканчивая номером карты и паспорта. Юноша вызывал неимоверное доверие и чувство комфорта. Как дома. — Ого, будущий айдол, да? — заинтересованно протянул Ян. — Да, — и он даже не знал, что добавить. Затянулась неловкая пауза. Почему-то Джей сегодня менее разговорчив, чем обычно. Или на него так действует объект симпатии? Поэтому он не придумывает ничего лучше чем: — Хочешь прогуляться до моей компании сегодня после работы. Я плохо ориентируюсь в городе, может ты мне сможешь что-то показать и.., — его перебивают. — Если ты готов меня подождать до восьми, то я не против, — снова улыбка и снова выстрел с сердце. — Отлично, тогда жду. И совсем ничего, что общага сегодня до девяти. И все равно на то, что ему ждать три с лишним часа, если не больше. На всё все равно когда Чонвон. Просто когда он есть, все вокруг как будто теряет свою важность.***
Наконец время ожидания подходит к концу, Вон закрывает свою смену и выбегает из подсобки в своей обычной одежде. Он такой по-домашнему уютный в своей огромной футболке, которая слегка оголяет острые ключицы, клетчатой рубашке и джинсах на два размера больше. Хочется укутаться в него как плед и утонуть в комфорте и тепле которое исходит от него. — Ты безумно милый, — вырывается из уст Джея, он правда потрясен им и его красотой. — Спасибо, — смущенно отводит взгляд блондин и направляется к выходу. Чонсон следует за ним. Джея наконец отпустило стеснение и он раскрылся для Чонвона по-новому. Раскрылся как безумный балабол и буквально не затыкался все прогулку. Он рассказывал обо всем: о жизни в Америке, о стажировке и бесконечных тренировках, о мечте стать айдолом. Яна безоговорочно потрясало упорство и целеустремленность, огонь и сила которая исходила от Пака. Теперь и Чонсону удалось его впечатлить. Впечатлить до колотящегося где-то глубоко в груди сердца. Они долго прогуливались по вечернему Сеулу, вдыхая аромат цветущих после зимы растений и первых цветов. Было невообразимо прекрасно делить атмосферу за приятным разговором, иногда нечаянно соприкасаясь друг с другом руками или в процессе разговора стеснительно приобнимая друг друга. Это было что-то новое, волнительное для двоих. — Вон, почему именно бабл ти? — они присели на лавку, которая находилась в парке недалеко от общаги. Уже темнело и на улице зажглись фонари. — Не знаю, — пожимал плечами блондин, — просто я устроился потому что надо было где-то работать. А после не захотел уходить. Как-то прижилось уже это место. Повисла небольшая пауза. Они невольно переглянулись и Чонвон отвел свой смущенный взгляд. Желтый свет фонарей подсвечивал острые черты лица Пака, блеск пухлых губ и длинные ресницы на полупрекрытых веках. Сейчас он выглядел по-настоящему ангельски. —А ты знаешь, что твои глаза похожи на бобу? — спросил Джей, придвинувшись чуть ближе. —А? — Чонвон хлопал ресницами в недоумении. — Они похожи на черную тапиоку, — он продолжал держать зрительный контакт. Чонвон тоже поднял глаза и посмотрел в горящие в свете фонаря янтарные Чонсоновы, — они очень красивые. — Спасибо, — смущенно ответил младший. Снова пауза. Вон чувствует, как на его руку аккуратно ложится чонсонова ладонь. Она теплая и немного больше его собственной. Сердце, казалось, вот вот выпрыгнет из груди, но как только Чонсон сплел их пальцы в замок, оно замерло. Они снова переглянулись, но руки разнимать не стали. — Знаешь, у меня не так много друзей в Корее, — вздохнул старший, — Я рад, что мы сегодня заговорили. — Я тоже очень рад, — искренне согласился Вон. Он опустил блондинистую макушку на чужое плече и полностью расслабился, скрывая свои горящие щеки и вместе с ними остатки смущения. «Возможно, я хочу стать тебе больше чем другом» Чонсон так и не озвучил. Не посчитал нужным. Будь, что будет. Сейчас его не парит ничего. Ничего кроме парня на его с плече с черными boba eyes.
