Сердце гильдии

      Всех взятых членов организации судили. При казни обязаны были присутствовать гильдийцы. И Ли не исключение. Минхо долго уговаривал Джисона не ходить, потому что там будут его родители и Мортар, но младший не поддался. Конечно было страшно идти на такое мероприятие, однако оставлять старшего одного под натиском других аристократов Хан не хотел. Хотя Феликс был иного мнения и наоборот отнекивался от похода на сие зрелище всеми правдами и неправдами. Отдельные возвышения для королевской четы и аристократов выходили прямо на сцену, куда выводили по очереди преступников, оглашали их приговор и преступления и вешали. Некоторых обезглавливали. Очередь стремительно подходила к главе организации и его помощникам. Джисон ни разу не поднял глаза на сам процесс казни, только всматриваясь в лица преступников и слушая их приговоры. — Граф Хан Хочжун и Хан Джиëн, приговариваются к казни через повешение, за содействие преступной организации, помощи в распространении запрещённых артефактов и зелий, а так же покушения на жизни и имущество высокопоставленных лиц. Джисон встретился глазами с отцом и содрогнулся от столь пронзительно-злого взгляда. Он давно не виделся с родителями. Аккурат с приёма в поместье Ханов. И жилось ему, как бы это не звучало, намного лучше, чем с их присутствием. Они выглядели значительно хуже, чем в прошлую встречу, однако их высокомерность и злой взгляд, направленный на сына никуда не делись. — Приговор привести в действие. — огласил высокий статный мужчина в форме королевской стражи. Тепло коснулось щеки шатена и он перевёл взгляд на рядом сидящего Минхо. Тот со всей своей внимательностью пробежался карими омутами по его лицу. — Не смотри, милый. Это больнее чем ты думаешь. — Но я в порядке… наверное. — Джисон бросил взгляд на сцену, где затянулись петли из грубых канатов на шеях родителей. К горлу подступила тошнота и он поспешно вернул глаза к мужу, — Нет, ты прав. Возьми меня за руку, пожалуйста, мне страшно. Ли быстро обхватил прохладные ладони своими, согревая их. Он продолжал неотрывно смотреть на младшего, хотя очень хотел увидеть последние минуты подобных извергов. Так искалечить психику ни в чём не повинного Джисона и отпускать слишком грязные выражения в его сторону на допросе. В голове не укладывалась не названная причина ненависти. И, к сожалению, уже не будет возможности ее услышать. Минуты тянулись мучительно долго и глаза Хана всё больше наполнялись слезами. Зря он пошëл. — Следующий, глава преступной организации герцог Мортар Анаф. Приговаривается к казни через обезглавливание за многочисленные преступления против королевства, незаконную торговлю запрещенным товаром, покушения на жизнь и убийства высокопоставленных лиц. — Джисон уткнулся лбом в тёплое, даже через одежду, плечо мужа и закрыл глаза. Однозначно было плохой идеей пойти. Мягко поглаживая шëлковые кудри, Минхо перевёл взгляд сначала на Кристофера, который сидел с другой стороны от него, а потом на Мортара. Во время допроса пришлось просить старшего заняться преступником, иначе блондин бы придушил его на месте за высказывания в адрес семьи Ли. — Приговор привести в действие. Пара минут и раздался характерный звук разрубания кожи и голова упала в широкую корзину. Как Хану удалось усидеть до конца и не упасть в обморок остаётся загадкой, однако туман в голове стремительно густел и больше парень не выдержит находится здесь. — Минхо… Можно уйти? — прикрывая рот одной рукой, Джисон вцепился в рукав пиджака мëртвой хваткой. — Да. — Ли повернулся к Чану, — Крис, тебе что-то ещё здесь нужно? — Нет. Что такое? — Тогда уходим, а то Джисон сейчас в обморок упадет. Парни быстро прошли к лестнице с возвышения и буквально за несколько ступеней до земли перед ними возник дворецкий поместья Хан и, не добро ухмыльнувшись, громко пробасил. — Господин Хан Джисон, вам необходимо проследовать в поместье для уточнения деталей с нотариусом по поводу наследства. Пройдёмте. Побледнев ещё сильнее, шатен испуганно переводил взгляд с Минхо на дворецкого. За спиной и по бокам послышался достаточно громкий шепот: — Хан Джисон? — Тот самый Хан? — Это сын преступников. — Что он тут забыл? — Почему его не казнили? — Как глава Ли связался с Ханами? — Ли же тоже сыновья преступника! — Надеюсь после такого Ли Минхо быстро вышвырнет этого отброса. Паника накрыла слишком внезапно. Грудь сдавило. Десятки взглядов направленных на Джисона, буквально прожигали дыру в спине. А ухмылка на лице дворецкого никак не уходила. Парень, до этого отступив на ступеньку назад, ухватился за руку мужа как за спасательный круг, судорожно пытаясь вздохнуть. — Вас не учили не преграждать дорогу аристократам? И в каком тоне вы обратились к моему супругу? — Минхо смерил ледяными глазами мужчину и грубо отодвинул его с дороги, — Если нужен разговор с нотариусом, пусть запишется ко мне на прием. — Но граф… — У вас хватает наглости мне перечить? Горите желанием остаться на всю жизнь без работы? — Н-нет… Прошу меня простить. — мужчина попятился назад под натиском прожигающих взглядов обоих Ли и быстро удалился. — Пошлите. — на показ было сказано с особой холодностью и блондин перехватил ладонь Хана, утаскивая за собой. Бан закрыл спины младших собой, следуя за ними. Как только карета тронулась, парни перенеслись в поместье. Джисон осел на пол, сжимая рубашку на груди и давясь воздухом. — Джисон! Малыш, посмотри на меня. — средний Ли тут же оказался напротив, обхватывая ладонями плечи. Хан с трудом смог поднять едва осмысленный взгляд всё с тем же испугом, — Тише, всё хорошо. Подыши со мной, бельчонок. — Минхо и самому хотелось запаниковать, ведь он то знал, что никакого завещания родители младшего не приготовили и о разговоре с нотариусом не может идти речь, а значит им нужен был сам Джисон, — Давай вместе, вдох — спасительная капля кислорода проникла в лёгкие, не позволяя шатену свалиться без чувств, — Выдох. Молодец. Давай ещё. — Ли шумно вдыхал и выдыхал, следя как паника отступает и слëзы начинают катиться по пухлым щекам. — Мин-хо… Минхо, прости… Это я виноват! Это всё из-за меня! Прости! Пожалуйста, не бросай меня! Я не смогу без тебя! Не заметив как тихий голос перешёл в крик, Хан разрыдался, не зная куда деться от собственных мыслей. — Сонни, Сонни, ну тише, прошу тебя. Я не собираюсь бросать тебя. С чего ты это взял. — Там… Они говорили, что ты выбросишь меня! — шатен не сопротивлялся, когда его утянули в объятия, и крепко обхватил Ли, — Я сделаю всё что ты хочешь, только не бросай! — Мой милый бельчонок, я не брошу тебя, ни за что на свете. Я люблю тебя. — Минхо дотронулся губами до покрасневшего ушка, ласково поглаживая по волосам и спине, — Мало ли что там говорили люди. Они же не знают ничего, что между нами. Тем временем в хол вошли Чан и Феликс. Когда старший успел уйти, Минхо не заметил. — Ну чего тут сырость развели. — Ликс присел рядом, запуская пальцы в каштановые кудри и произнося заклинание. Ему было искренне жаль парня и в подобной несдержанности винить его Ли не мог. — Джисон, ты нам всем стал дорог, так что не верь словам, которые услышал. — Они так и так скоро пожалеют, что раскрыли свои рты. — Минхо! — Что? Я разве не прав? На притворное удивление среднего братья закатили глаза. Хотя резон в его словах был. Они и сами не оставят без внимания подобную выходку. И нужно разобраться с заявлением дворецкого. Не с проста он позвал Хана в поместье. — Джисон-и, пойдëм. Шатен что-то неразборчиво промычал, не желая отпускать мужа. Слëзы почти прекратились и на их место пришёл стыд. Да, братья Ли не осудят, прекрасно понимая причину несдержанности. Однако это не значит, что Хан думает так же. Из-за какого-то пустяка вновь расплакаться чуть ли не при людях. Действительно, что там говорят люди. Разве Минхо хоть раз дал повод усомниться в его любви и искренности? Нет. Так почему Джисон поверил незнакомым людям? — Сонни, ну тише. Чего ты опять плачешь? Я сделал тебе больно? Совершенно не заметив, в какой момент Ли оказался вместе с Ханом в комнате, Джисон провёл ладонью по щеке, стирая влажную дорожку. Блондин присел перед ним на колени, поглаживая ладони и согревая своим теплом. — Н-нет… Минхо, прости… — За что ты извиняешься? — За то, что тебе достался такой отвратительный муж… Ты так стараешься, чтобы помочь мне, а я никак не могу нормально контролировать свои эмоции. — не скрывая причины своего состояния, шатен склонил голову, всё глубже зарываясь в собственные мысли, — Я очень боюсь потерять тебя. А с каждым разом, когда я не могу себя сдержать, мне кажется, что ты отдаляешься от меня. Я не знаю как научиться себя контролировать… Прости… Тебе и так сложно, а тут ещё и я… — Сонни, но ведь полюбил я тебя далеко не за послушный характер. Я же вижу тебя настоящего. — Ли провëл ладонью по бархатной коже щеки и приподнял уголки губ в улыбке, когда шатен прильнул к руке, виновато глянув на старшего, — Ты же человек. Проявлять эмоции нормально. Твоë состояние пройдет со временем. И я не отдалюсь от тебя и всегда буду рядом. И буду повторять сколько понадобится. Я люблю тебя и уже не смогу представить жизнь без тебя. Ты для меня самое дорогое сокровище. Пожалуйста, не губи себя своими мыслями. Ответить было не чем. Минхо как всегда оказался прав и его слова согрели душу Хана сильнее любого огня. Он потянул на себя старшего, заставляя подняться и подойти вплотную, и уткнулся ему в живот, обхватывая за поясницу. Почти сразу он почувствовал одну руку на своём плече, а другую в волосах, что мягко массажировала и расслабляла. Постепенно гнет раздумий отступил, давая возможность спокойно и незаметно провалиться в сон. Джисон не уловил момент, когда веки потяжелели и высохшие после слëз глаза закрылись. Но он точно знал, что Минхо рядом, не только физически. Душой тоже. После этого короткого разговора Хану стало легче. Намного. Словно тяжелейший валун, мешавший дышать всё это время, слетел с его плеч и раскололся. До этого метавшийся в собственных непонятных мыслях и уже не знавший, куда деться от их наваждений, Джисон вдруг почувствовал лëгкость. Ли, на протяжении всего года твердив одно и тоже, наконец-то достучался. Всего несколькими предложениями приведя пошатнувшийся после смерти родителей и злословных высказываний мир шатена в порядок. Заметив, что младший уже мирно сопит, всё так же уткнувшись в белую рубашку, Минхо осторожно снял с него мешающий пиджак и жилет и уложил на подушку. Всё таки не зря он сразу посадил его на кровать. Лёгкое одеяло укрыло обмякшее тело. Ли знал, что Джисон не проспит долго, ведь с недавнего времени может нормально спать только рядом с ним, поэтому не стал снимать остальные вещи. Короткий, но полный любви поцелуй в лоб и блондин тихо покинул комнату, направляясь к себе в кабинет. __ __ __ — Минхо, я закончил с этими документами. Хан занëс в кабинет мужа объëмную папку с бумагами. Расследование о побеге двух преступников шло полным ходом. Стали известны детали побега, через осмотр поместья. Оказывается изначально Ханы приготовили секретный ход для себя, но Дон-ук узнал об этом и подстроил все так, чтобы родителей Джисона взяли одними из первых, а сам скрылся. Также стало известно, что дворецкий не просто так позвал шатена в поместье. Это была самая настоящая ловушка. Похоже преступный дуэт что-то задумал и им нужен Хан. А так же у них есть сообщники. — Спасибо, Сонни. Положи на стол, пожалуйста. — Ли отошëл от шкафа, куда только что положил очередные отчеты. Новой информации в них было мало, однако она была полезна. Блондин подошëл к младшему и, обхватив его за талию, нежно поцеловал. Всего две недели прошло с того их разговора, но этого хватило, чтобы Джисон практически перестал быть скованным. Он охотно принимал ласку Минхо, отдавая в ответ всю свою нежность и усиливающуюся любовь. — М, Минхо, у меня к тебе предложение. — между поцелуями пробормотал Хан, тая от мягких губ старшего. — Какое? — Это по поводу поимки преступников. — блондин выпустил из кольца своих рук парня и с интересом посмотрел на него, — Я сегодня получил письмо от семейного нотариуса. Он лично меня зовет к себе в контору сегодня вечером, утверждая, что дело не терпит отлагательств. Но ты сказал, что мои родители не оставили завещания или чего-то подобного. И у меня есть идея как поймать их. — Сонни, я не совсем понимаю к чему ты клонишь. — Минхо стянул очки и положил их на стол. Он догадывался, что может предложить младший, хотя здесь нужно действовать аккуратно. Дон-ук очень осторожный. И Алер тоже. — Я предлагаю ловить на живца. Подожди-подожди, дай мне договорить. — заметив возмущëнный вид блондина, Джисон быстро замахал руками, призывая промолчать, — Если я откажусь и от этого приглашения, преступники заподозрят, что их план раскрыли и тогда будут искать другие пути отступления. Я хочу пойти к нотариусу. В конторе в любом случае будет намного безопаснее, чем в поместье Хан. Я почти уверен, что именно там будет засада. И также уверен, что они хотят похитить меня. Можно взять артефакт, который отслеживает местоположение. Ни Алер, ни Дон-ук не артефакторы и не заметят его. Так мы сможем отследить, если не их самих, то хотя бы их логово… Или лучше артефакт, какой ты мне давал на балу у родителей, чтобы можно было позвать. Тогда, когда они будут в моем поле зрения, я подам сигнал… Как тебе? Ли молчал несколько минут, обдумывая речь младшего. План до абсурда ненадежный. Да, отчасти Хан прав. Если он и в этот раз откажется, преступники залягут на дно и тогда они их точно не вычислят. Но и если Джисон так резко согласится, есть огромная вероятность, что заподозрят ловушку. — Джисон, не хочу показаться грубым, но ты понимаешь насколько твой план ненадежный? — Да. Настолько ненадежный, что может сработать. Разве у нас есть другие? — Пока нет. — блондин потëр переносицу, соображая, что еще можно сказать в аргументацию, — Если план ненадежный, это не повышает его шансы на успех. А совсем наоборот. Мы не можем так рисковать. Вероятность раскрытия замысла слишком велика. И из-за этого ты можешь пострадать. — Но, Минхо, давай попробуем. Да, я согласен, что идея требует доработки и слишком самонадеянно с моей стороны выступать с ней против бывалых людей. Однако шанс успеха все же есть. — Думаю стоит попробовать, Хо. В кабинете появился Кристофер. Минхо его, конечно, вызывал, однако рассчитывал, что он придет чуть позже. — Ты хоть слышал, что Джисон предложил? — скептически приподняв бровь, блондин скрестил руки на груди. — Да. Я достаточно давно здесь стою. Ну и, даже если план провалится, мы хотя бы приблизительно поймем их цель. Хотя, скорее всего, они захотят покинуть королевство. — Вы сговорились? Или не понимаете риска? — Ли обвел взглядом парней, искренне не понимая их рвения осуществить задуманное. Однако, если преступники покинут страну, то ловить их не будет входить в обязанности гильдии, если того не попросит правитель другой страны. — Риск бывает оправдан. — Конечно, Кристофер. Это же не твой муж будет в центре всего этого безобразия. — Всё будет под контролем. Мы проследим за Джисоном от самого поместья, чтобы не потерять его. — Ты знаешь отца. Он может выкинуть всё что угодно. Алер тоже. — Минхо, будет хуже, если мы их упустим. По-другому так быстро нам к ним не подобраться. Ли шумно выдохнул, проводя ладонью по волосам. Резон в словах Чана был, ещё какой. Однако не покидало ощущение, что всё провалится. Слишком рискованно и в случае чего он не сможет быстро оказаться рядом и помочь. — Ладно. Я распоряжусь о начале подготовки. Джисон, напиши ответное письмо и назначь встречу на послезавтра. — Хорошо! — Хан воодушевлённо встрепенулся и выскочил из кабинета. — Кристофер, я тебя когда-нибудь придушу, честное слово. — Я это уже понял. — старший мягко улыбнулся, приобнимая Минхо за плечи, — Не волнуйся ты так. А то скоро седым будешь. — Я и так блондин, не заметно будет. — Ли вывернулся из рук Бана и уселся обратно за стол. — Да ладно. Всё будет хорошо, я тебе обещаю. — Хочется верить. Лучше вернемся к теме твоего визита. __ __ __ Послезавтра наступило для Минхо слишком быстро. Как бы он не пытался притормозить время, часы пролетали со скоростью света, заставляя всё сильнее волноваться. В голове роились мысли, начиная с «зачем я согласился на это» и заканчивая «Почему Джисон такой спокойный?». Хан действительно выглядел спокойным как удав. Не было резкости в движениях, которая проскальзывала, стоило ему хоть немного начать волноваться. Чего не скажешь о Ли. Он попросту не мог ни на чем сконцентрироваться. Отчеты о недавней операции с другими преступниками остались нетронутыми, разработки артефактов продолжили пылиться на столе лаборатории. А уж когда до отъезда Джисона к нотариусу осталось меньше пятнадцати минут, блондин чуть ли не волосы на себе драл. Не, это никуда не годится. Почему же он так волнуется? Всё же под контролем. Наверное… Однако интуиция, до этого тихо шептавшая ответ на вопрос, теперь откровенно кричала о плохом исходе. Минхо даже не пессимист, чтобы подобные умозаключения посещали его. Наоборот, он верил в наилучший исход, но руки предательски дрожали, когда он мягко обнимал Хана рядом с каретой, неразборчиво и не связно бормоча просьбу быть осторожнее. — Хо, если ты не успокоишься, то мы точно не сможем держать операцию под контролем. — рядом остановился Бан, не сильно сжимая ледяную ладонь младшего. — Пойдем, нужно по местам распределиться. — Да. За каретой уже отправилась слежка из четырёх человек отряда Чана, а остальные были на готове. Непредвиденных ситуаций быть не должно было. Пока так точно. Минхо тревожила мысль зачем Джисон нужен преступникам. Черт их знает. Может выкуп потребуют, может условия начнут выдвигать, а может и вовсе убьют. От последнего по шее пробегали холодные мурашки. Верить в лучшее, готовиться к худшему. Только Ли не был готов к худшему. Совсем не готов. А карета стремительно приблизилась к конторе. Джисон пару раз глубоко вздохнул, чтобы убрать дрожь в руках. До этого момента он действительно не сильно волновался, а теперь очень хотелось трусливо убежать. Дверь тихо открылась, пропуская Хана в узкий коридор, подсвеченный лишь двумя светильниками. На стене по правую руку висело несколько больших картин, сюжет которых сейчас мало интересовал шатена. Напротив него, в метрах трëх, была тяжелая дубовая дверь с позолотой. О, он прекрасно помнил как их семейный нотариус любил всё золотое, хоть и видел его всего два раза. — Господин Хан, добрый день. Вы пришли раньше, чем я ожидал. Парень подпрыгнул от неожиданного голоса сзади. Оказалось, что нотариуса самого ещё не было в конторе. — Добрый день, господин Но. — Минхо, прорабатывая сей замысловатый план, просил как можно больше показать себя прежним. То есть, создать иллюзию того, что Ли ни капли не смог изменить состояние Хана. Тем самым запутав не только главу Ли, но и Алера. — Простите, я думал вы будете у себя. — Ничего страшного. Давайте пойдем ко мне. Я налью нам чай и мы обсудим ваше вступление в роль главы. Послушно последовав за мужчиной, Джисон быстро осмотрел кабинет на наличие элементов, за которыми можно скрыть людей. Просто огромный тëмный шкаф, стоящий рядом с рабочим столом, идеально подходил. Да и окно прямо за спиной нотариуса не добавляло уверенности. Перестановка оказалась достаточно значительная. С учётом того, что сейчас Хан сидел спиной к прикрытой двери и теребил ткань рубашки. — И так. Вы пейте-пейте. Чай приятный на вкус. Я его купил у купца из другой страны за баснословные деньги. Будьте добры не обижать меня своим отказом. — сказано было с плохо скрываемым презрением и пренебрежением. Шатен прекрасно помнил как действовал под таким давлением год назад. Ещё сильнее сжался, осторожно беря в руки фарфоровую чашку. И он был уверен, что в ней не обычный чай. Как минимум на это указывал лёгкий запах знакомого снотворного зелья, который Минхо настоятельно просил запомнить вместе с другими возможными препаратами. — Вернемся к делу. Ваши родители, незадолго до нападения гильдии, составили завещание, в котором своим наследником назначили вас. Мужчина с напусной важностью принялся перебирать небольшую папку с бумагами. Что на этих листах было написано, Хан и предположить не мог. Но однообразность видимого текста наводила на мысль, что это просто для вида. Перед Джисоном опустился лист, оформленный вроде как завещание. Только цифры слишком малы для реальной стоимости. Это буквально одна десятая стоимости одного поместья. А, если взять в расчёт один только легальный бизнес по продаже тканей, то тогда цифра просто смешная. Этот мужчина похоже Хана совсем за идиота держит. — Вам нужно подписать документ о принятии наследства. Дальше только моя часть. Распоряжаться деньгами вы сможете только после достижения восемнадцати лет. Ваш муж не имеет никакого к этому отношения и средства может использовать только с вашего разрешения. Господин Хан, с вами всё нормально? — гадкая ухмылка расползлась на лице нотариуса, когда он заметил стремительно мутнеющийся взгляд шатена. Джисону стало не на шутку страшно. Да, он сам предложил этот план и выдвинул себя в качестве наживки, но сейчас, когда он уже не мог сопротивляться быстро подействовавшему снотворному, промелькнула мысль, что идея была действительно плохая и что скоро он очень пожалеет. Где-то на задворке сознания, прежде чем окончательно провалиться в вязкий сон, шатен почувствовал как его поднимают с кресла и не совсем осторожно закидывают на плечо.