Кровавая утопия

***

Теплый ветер продувал комнату, вырываясь из окна. Ночная темнота обволакивала небольшую комнату, словно скрывая углы. Лишь рассветное солнце отбрасывало полосы на пол через окно. Перед окном стоял юноша. Его тёмные волосы завораживающе переливались на ярких лучах звезды. На его плечах заботливо лежал мамин кардиган. Он неотрывно смотрел вдаль. Моника рассмотрела в нём брата. В груди появилось желание удержать Акима в объятиях, потрепать по голове. Сделав шаг к нему, она мельком увидела блеск металла в его руках. Нож. Его рука крепко держала рукоять, костяшки побелели от напряжения. Сделав ещё два шага к брату, девушка протянула к оружию руку, но тот успел замахнуться. Страх за парня не сковал её, она спешно схватила его руки и с силой увела в сторону. Лезвие вонзилось в правый бок, разрывая одежду. Кровь хлынула в ту же секунду, активно стекая по животу вниз. Брат стоял к ней спиной, а дрожащие руки Моники окольцовывали торс Акима и смыкались на рукоятке ножа, накрыв его ладони своими. Живот резко скрутило и она согнулась в спине, мягко укладывая голову на спину брата. Казалось что это он вонзил в неё холодное лезвие ножа. На его лице не было эмоций, он перестал чувствовать. Кровь продолжала стекать, собираясь в одну лужицу, она окрасила руки и одежду. Последнее что почувствовал Аким это мокрый след на спине, оставленный сестрой. Из её глаз градом катились слёзы, пока её руки не ослабли вместе с телом брата. Парень будто знал куда ударить, ведь лезвие вонзилось под таким углом, что оно вошло в печень. Он медленно сполз вниз, держась за подоконник. Он резво выдернул из себя оружие, от куда тут же хлынула новая волна алой жидкости. Моника нежно коснулась его ещё теплой щеки, смахивая несуществующие слёзы. Через пару минут тело парня обмякло, голова свалилась на колени сестры. Всё это время он её будто не видел, сколько бы она не звала, он будто оглох. И только на последнем вздохе в его глазах виднелась осознанность, слеза сначала застыла, но когда закрыл глаза, скатилась. Моника резко распахнула глаза, жадно хватая воздух. Бешено колотящееся сердце не успокаивалось, стараясь пережить этот момент. Кошмар. Снова кошмар, повторяющийся несколько ночей. Он заставлял переживать смерть брата снова и снова, но с каждый разом боль только увеличивались. Девушка коснулась груди, словно это поможет успокоиться. Тоска по брату неприятно леденила душу. Теперь уже даже во сне не бывать покою. Буря в сердце не стихала, она увеличивалась с каждой минутой, не жалея чувств юной девушки. Она становилась ребёнком в такие моменты, сжималась от переполняющих её чувств, хотелось закрыться от всех. Дыхание выровнялось через некоторое время, и она робко посмотрела на безмятежно спящую возлюбленную. Мягкие локоны падали на простынь с плеч, огибая талию и плечи. Грудь плавно подымалась на вздохах. Моника откинулась на подушки, прикрыв от усталости глаза. Спать не хотелось, но тело ломило, а живот мерзко ныл. Пролежав так какое-то время она, не вытерпев, встала с постели и подошла к окну, где её тут же ослепил лунный свет. В душе продолжала таиться тоска, она заставляла мотать круги по комнате. В помещении было прохладно, захотелось вернуться в теплую кровать. Девушка всё же сдалась и залезла под одеяло, притянув в объятия Беллу. Моника тут же согрелась, быстрые удары сердца успокаивались вслед за дыханием обеих девушек, словно сплетящихся воедино. Но Монике стало тепло не от одеяла.