Мистер Генри

Громкая музыка. Басы отдаются вибрацией в груди. Неоновые лучи пересекают пространство танцпола, отбрасывая тени на зону бара. Плотное облако искусственного тумана мягко расползается под ногами. Диджей в огромных наушниках миксует трек, одной рукой с набитым на ней рукавом самых разнообразных татуировок покачивая в воздухе. Эмма двигает бёдрами и качает головой в ритме знакомых битов, замешивая ровно шестьдесят седьмой коктейль этого вечера. Бар — её зона. Всё от длинной барной стойки и глубже, даже за пределами двери «staff only», где хранятся запасы алкоголя, необходимые продукты и маленькое кресло, в которое можно присесть, плюхнуться или упасть во время перерыва. Она знает каждый сантиметр прямоугольника, пересекая его по тысяче раз за вечер. Все действия, отточенные временем, позволяют работать быстро, ловко и с грацией, радующей глаз посетителей, решивших выбрать место за стойкой или просто взглянуть на притягательного бармена, умело подбрасывающего бутылку в воздух, предварительно крутанув и, что немаловажно, поймав, разливая алкоголь по рюмкам. Свон притягивает взгляды, вызывает восторженную улыбку и огонёк в глазах, желающих… её. Она это знает, и она этим умело пользуется, с благодарностью забирая чаевые и вежливо отказывая в навязчивых попытках познакомиться или продолжить общение вне клуба. Десять часов, с восьми вечера до шести утра, по четыре-пять дней в неделю работа остаётся для неё работой, от которой она действительно получает удовольствие, не прибегая к близкому физическому контакту с теми, кто открыто флиртует и оставляет клочки бумаги с цифрами, в надежде получить обратный звонок. Переросла — каждый раз отвечала Свон на удивлённый взгляд подруги, когда с лёгкостью отшивала очередного презентабельного мужчину или привлекательную женщину. — Мне почти тридцать. Я хочу серьёзности в намерениях партнёра, а не похоти в их глазах. — Тогда надень паранджу, — закатила глаза Руби, разливая светлое пиво из крана по кружкам. — Потому что твоя грудь привлекает слишком много внимания, когда ты трясёшь шейкером. — Трясти шейкером — моя работа, — широко улыбнулась Эмма, разворачиваясь к Лукас так, чтобы привлечь внимание к части тела, о которой та упомянула, взбалтывая в металлическом сосуде алкогольную смесь. — Меня этим не возьмёшь, — девушка пустила стакан с пивом по барной стойке ожидающему заказ мужчине и перешла к нарезке фруктов, помогая Свон с потоком клиентов. — Впрочем, как и большинство. — Знаааю, — качая головой, протянула Эмма. — Все пялятся на мои руки. Даже ты перестала пускать по ним слюни только пару недель назад, а мы не один год работаем вместе. — Не, не перестала. Я просто делаю это незаметно. Их разговоры были едва распознаваемыми, если не наклоняться ближе или читать по губам, что позволяло затрагивать разные темы, от глубоко личных до повседневных мелочей и обсуждений посетителей. — На три часа, — осторожным кивком головы указала Руби в направлении одного из столиков вип-зоны. — Она с тебя глаз не сводит уже… блин, наверное, час или около того. — Больше, — Эмма мельком взглянула на брюнетку, которая единственная в компании из пяти человек не заказала ничего, кроме воды комнатной температуры без газа. — Я заметила ещё тогда, когда она только подошла. Тоже на руки пялится. — Да кто на них не пялится, Эмс? — возмутилась подруга. — Серьёзно, паранджа — тема. Хотя тогда у людей будет больше вопросов и желания заглянуть под ткань. Ты бы не надевала нижнее бельё под неё? — Заткнись, — смеялась Эмма, толкая Руби в плечо. — Ты ананас мне дашь, или ждёшь, пока он эволюционирует и сам в бокал прыгнет? — Быстрее него к тебе прыгнет кое-кто другой, — девушка передала фрукт, вытирая руки полотенцем, и, отходя в сторону, успела сказать: — На три часа прямо по курсу. Эмма подняла глаза и мысленно выругалась, замечая брюнетку, уверенно идущую в сторону бара. Прямо к ней. Она передала пина коладу клиентке и, натянув приветливую улыбку, сосредоточила внимание на незнакомке. — Могу я вам что-нибудь предложить? — Скорее, это я могу предложить вам кое-что, — соблазнительно улыбнулась женщина, опуская руку в небольшую сумочку. И прежде чем она достала бы листочек с ручкой, Эмма остановила её, всё так же вежливо сказав: — Меня не интересует. — Извините? — карие глаза удивлённо посмотрели на бармена. — То, что вы собираетесь мне предложить, — пояснила Свон, ровным, спокойным тоном, кивая новому клиенту в знак того, что услышала его заказ. — Меня не интересует удовольствие на одну ночь, — она прошлась быстрым взглядом по красному облегающему атласному платью, прежде чем откупорить бутылку джина. — Или на пару ночей, — пришлось признать, что брюнетка действительно красива, больше, чем все те многие, что уже пытались затащить в постель. — И что, позвольте узнать, заставило вас подумать, что я предложу именно это? — с интересом спросила незнакомка. — Взгляд, — Эмма добавила лёд, передала напиток и положила пару купюр в кассу. — Вы бьёте все рекорды по наблюдению за мной. Низкий короткий смешок коснулся слуха Эммы, привлекая ещё больше внимания к женщине. Это был приятный звук, без намёка на кокетство, но соблазнительный сам по себе. — Не буду отрицать, — кивнула брюнетка, складывая руки на барную стойку, склоняясь ближе. — Я действительно наблюдала. Но в качестве оправдания скажу, что в этом заключается моя работа — смотреть на людей. — Попахивает вуайеризмом, — криво усмехнулась Свон, переводя взгляд с глубокого декольте на собственные руки и с провалом признавая в себе человеческую слабость к прекрасному. — Ничего, выходящего за рамки восемнадцать плюс, — с улыбкой пояснила брюнетка, продвигая к девушке небольшую карточку. — Я занимаюсь подбором моделей, и ваша внешность мне приглянулась. Эмма прочитала золотые буквы фамилии, прежде чем скептически взглянуть в глаза напротив. — Если это не попытка соблазнить меня, мисс… Реджина, пусть и в разы оригинальней всех ваших предшественников, то вполне неплохая шутка. Вас Руби подговорила? — Я не знаю никого по имени Руби. И это не попытка соблазнить вас... — она скользнула взглядом по четырём буквам на бейдже, — мисс Свон. Я ищу свежие лица для новой коллекции. — Поверьте, моё лицо в конце смены будет далёким от свежести. — Вы не склонны доверять людям, не так ли? Эмма замерла вполоборота, так и не дотянувшись до ножа для колки льда. — Ваш вуайеризм уходит корнями в психологию? — Я наблюдательна, — пожала плечами брюнетка. — И я вижу, что наш разговор вас утомил, — она указала взглядом на визитку. — Там есть адрес сайта и мой телефон. Убедитесь сами и… позвоните, если захочется разнообразить выходные. Никаких подмигиваний на прощание и игривой улыбки, только сдержанный кивок, и Эмма уже смотрит на прямую спину, не замечая, как глаза опускаются ниже. — Она красотка, — Руби размахивает визиткой перед лицом подруги. — Пригласила на ночь? — Позвала принять участие в фотосессии, — Эмма хмурилась своим же мыслям, пока раскалывала лёд. — Эротической, типа? — Нет… вроде. Какой-то там коллекции одежды, я хз. До последнего думала, она меня клеит. — Святые булки Афродиты! — воскликнула Лукас, привлекая внимание нескольких посетителей к бару и заставляя Эмму вздрогнуть, вонзив нож в столешницу. — Реджина, — громким шёпотом произнесла имя с карточки, поднимая шокированные глаза на подругу. — Ну да. Реджина М. Там так написано. — Реджина Миллс, — медленно, проговаривая каждую букву, Руби приближалась к Свон, поднося визитку к её носу. — У меня близорукость, но с твоими усилиями я вообще к херам ослепну, — отклонялась Эмма, удерживаясь рукой за стол. — Ты не понимаешь, — шептала Руби, готовая вот-вот взорваться. — Это Реджина Миллс. Та самая! — Ага, — Свон кивнула, складывая кусочки льда в контейнер. — И я, видимо, должна её знать, потому что?.. — Потому что она охренеть какой известный модельер, — перешла с шёпота на писк Руби. — Она, блин, в десятке лучших страны. Страны, Эмма! Её журналы скупают пачками, а коллекции развозят по всему земному шару. Весь мир ходит в её одежде, Эмма! — У тебя уже голос осип. — Не могу поверить, что не узнала её, — Руби бросила быстрый взгляд на вип-зону. — Не могу поверить, что она к тебе подошла! Она оставила тебе свой номер! Звони! — Да вон она за столиком сидит, — Эмма сдерживала смех, глядя на возбуждённую появлением кумира Руби. — Остынь да подойди. — Если бы она хотела меня, то подошла бы ко мне, а она захотела тебя. — Она не… Мне это не интересно. Хочешь, я тебя с ней познакомлю? — Познакомь с ней себя, Эмма Свон! Иначе я тебе такую сладкую жизнь устрою, что ты… — Три кровавых Мэри, пожалуйста, — раздался крик с другого конца стойки. — Принято, — ответила Эмма, выбираясь из пространства между холодильником и подругой. — Ты будешь четвёртой кровавой Мэри, Эмма, если не позвонишь и не согласишься на её предложение. — Я даже не уверена в том, что именно она мне предложила. — Да плевать, — всплеснула руками Руби, — Это же Реджина Миллс, — словно имя божества пропела она. — Лукас, дай томатный сок. — Эмма, позвони Миллс. — Нет. — Пидора ответ. Эмма открыла рот в немом удивлении, впервые услышав резкость от Руби в свой адрес. — Ладно, это было грубо, — извиняющимся тоном признала Руби, передавая пачку сока. — Просто… Эмма, может, это твой шанс выбраться отсюда? Начать жить лучше? — Серьёзно? — Эмма прыснула от смеха. — Мы не в романтической комедии и не в драме, Рубс. Мне нравится моя жизнь, я не пытаюсь выжить из последних сил, не работаю в эскорте, ожидая, пока богатый, одинокий кто-то там заберёт к себе из-за большой любви. У меня всё хорошо… А у тебя есть меньше минуты, чтобы с ней познакомиться, потому что они уже оплатили счёт. Лукас смотрела, как Реджина Миллс с друзьями собираются и уходят, пока Эмма готовила коктейли и протирала поверхность стойки. — Нет, — решительно заговорила Руби. — Ты сама меня с ней познакомишь, — и прошла мимо, бросив напоследок: — И она снова пялилась на твои руки. Эмма спокойно доработала смену, прибрала зону бара и, игнорируя внезапный молчаливый бойкот подруги, вернулась домой, заваливаясь в кровать сразу после душа. Сон не шёл, что случалось не часто, а причиной тому была Реджина Миллс и белая карточка, которую Свон вертела в руках. — Будешь должна мне неделю отпуска, — пробурчала Эмма, мысленно обращаясь к Руби, набирая цифры в телефоне и ожидая гудков. Непривычное чувство беспокойства поселилось в груди, и ей захотелось сбросить вызов, прежде чем вновь услышать приятные бархатистые нотки в голосе самой крутой, по мнению Лукас, женщины. И пусть Реджина Миллс действительно смогла привлечь внимание, в чём Эмма призналась себе в середине ночи, между Сексом на пляже для клиентки и горячим какао с маршмеллоу для себя, это не отменяло того факта, что она не имеет ни малейшего понятия, почему решила позвонить и согласиться на… фотосессию? Или что она там предлагала? — Алло? Эмма не успела проглотить слюну и едва не захлебнулась, удерживая всё в себе и пытаясь сглотнуть ком. — Я слушаю, — устало призвали к началу разговора. — Привет, — выдавила Свон, радуясь, что не умерла от нехватки кислорода. — Я согласна. Повисла небольшая пауза. — Мы сейчас у алтаря? — прозвучало с улыбкой. — Могу я хотя бы узнать, с кем собираюсь связать себя узами брака? Свон шлёпнула себя по лбу. — Это Эмма. Свон. Из бара. — Здравствуйте, мисс Свон из бара. Предположу, что вы даёте мне согласие на работу с вами? — Я не уверена, как это всё должно быть, — замешкалась Эмма. — Но да. — Рада слышать. Ничего сложного — я назначу вам встречу, сделаем пробные снимки, и если меня всё устроит, то мы с вами заключим контракт, проведём несколько фотосессий и, пожалуй, всё. — Звучит… нормально. Могу подъехать завтра после десяти. — В двенадцать вас устроит? — Агась. — Адрес указан на визитке, и… в следующий раз, когда решите связаться со мной в семь утра, лучше напишите сообщение. Эмма шлёпнула себя по лбу второй раз. — Извините. — Извинения приняты, — улыбался голос. — До встречи, мисс Свон. Звонок завершился прежде, чем Эмма успела ответить тем же. Уже засыпая, она внезапно поняла одну вещь. ~ А завтра, это которое сегодня или которое завтра? ~ Которое — вторник, мисс Свон. И заснула она с лёгкой улыбкой на губах, предвкушая то самое завтра.