Место заключения 3: Новая жизнь

      Расследование — это как собирать пазл вслепую и на время. С одной стороны, надо быть нудным педантом и искать все улики, иначе не поймаешь преступника. С другой — время работает на маньяка: если копаться слишком долго, он изменит подход, станет неуловимым, и имеющиеся улики уже будут бесполезны. Главное — успеть, пока он не скрылся окончательно или не стал еще более хитрым и опасным.              Юнги засмотрелся на карту города с прищуром, затягиваясь курительной трубкой. Он специально перенес на настенную карту всю информацию, которую ему удалось собрать и ту, что принес Чонгук. Выходило так, что маньяк орудовал в одном районе города, в паре миль от бара «Берлога». Там он выискивал своих жертв, втирался к ним в доверие, заставлял следовать за собой в надежде хорошего времяпрепровождения, а после хладнокровно убивал. Убивал жестоко, кровожадно, расчетливо, дерзко. Маньяк сильно ненавидел своих жертв, пусть они лично ему ничего не сделали. Ненавидел и презирал, вымещая всю свою накопившуюся злость на обычных людей, судя лишь по половому признаку. Настоящий психопат с манией величия.              Заброшенный завод по изготовлению игрушек тоже находился в выделенной зоне. Такое чувство, что преступник жил в этом районе, да и сейчас, когда на его след уже вышли, никуда не уезжал, тем более недавно свидетель видел его на фабрике. Но как тогда его до сих пор не удалось поймать? Улицы патрулируют в разное время суток. Преступник азиат, что нетипично для этих краев, тем более внешность его тоже достаточно специфичная: короткие крашенные в светлый цвет волосы, высокий рост, спортивная одежда, миловидная внешность, принадлежность к омегам. Может быть, он просто не появляется в городе, а скрывается по паркам, лесам и маленьким частным домикам? Поэтому и на глаза людям не попадается. Да, это казалось вполне логичным.              

***

             В тот момент, когда Юнги с Хосоком шли по заснеженному безлюдному парку, Мин это отметил. Парк был огромным — тянулся на несколько километров, переходя в лес, а затем в заболоченную низину у пруда. Идеальное место, чтобы затеряться. Зимой сюда почти никто не ходил, так как было слишком далеко от жилых кварталов и казалось пустынно и жутко.              — О чем задумался? — Хосок отвлек его, вырывая из размышлений.              — О том, как удобно здесь прятаться, — Юнги кивнул на заснеженные деревья, уходящие в темноту. — Лес, парк — ни души. Если знать местность, можно годами не выходить в город. Залечь на дно и… продолжать жить. Если его видел тот мужик, значит, он где-то здесь и просто прячется.              — А питается он чем? — полюбопытствовал Хосок. — Корой дуба и веточками, как зайчик? Не удивлюсь, если и шубку на зиму меняет.              — Хах, ну, возможно, у него есть запасы еды. Консервы там, заготовки разные, продукты с длительным сроком годности. Или ходит в супермаркеты по ночам, ворует или покупает под видом обычного прохожего. Капюшон накидывает на голову и все — никто не видит и распознать не может.              — Или по мусоркам роется, — хмыкнул Чон.              — Да, — согласно кивнул Юнги. — Или это.              — Или кто-то ему их приносит, — продолжил накидывать идеи телохранитель Тэхена. — Тогда можно вообще из своего убежища не выходить. Идеально.              — Думаешь, у него есть подельник? — удивился Мин и остановился на мгновение.              — Есть вероятность. Одному ему сложно было бы проворачивать различные манипуляции по своему сокрытию, особенно сейчас, когда его портрет висит на каждом столбе, — Хосок, заметив, что детектив остановился, повернулся к нему. — Эй, ты идешь?              — Да, — задумчиво кивнул головой Юнги, смотря куда-то в снег. — А ведь ты можешь быть прав, — он поднял расширенные глаза на парня и произнес: — Чонгук говорил, что маньяк ошивался с каким-то дедом. Ну, точнее, он был его сиделкой.              — Дед помогает ему? — усмехнулся Чон, на что Юнги закивал головой. — Хотя, да, причины есть. Парень же его «сиделка». Видимо, хорошая, — съязвил Хосок.              — Ладно, пошли дальше, Ватсон, — пресек его Мин и направился по следам возлюбленного. — Сначала найдем тот сгоревший домик и осмотрим его. Может, это что-то полезное принесет.              Хосок пожал плечами и последовал вперед, углубляясь дальше в лес.              Снег с каждым шагом оказывался все глубже и глубже, словно обозначал, что туда, куда они шли, не стоило соваться. Но профессионалы своего дела на то и спецы, им ничто не помеха. Хорошо, что тропинку, по которой расхаживало малое количество человек, полностью не замело. Хосок шел первым, протаптывая им дорогу, то и дело проваливаясь почти по колено, когда нечаянно ступал мимо.              — Черт, — выдохнул он, в очередной раз вытаскивая ногу из снежного плена. — Ну и местечко. Как тут вообще ходить можно?              — Тихо, — шикнул на него Юнги, прислушиваясь к лесной атмосфере. — Там впереди что-то есть.              Они замерли, всматриваясь вперед. Тишина, которую прерывал только слабый шум ветра, птичий крик и треск снега под их ногами. Мин прищурился и всмотрелся в лесную густоту. И каково было его удивление, когда он увидел вдалеке что-то темное.              — Туда нам надо, — Юнги показал на густоту, отчего Хосок пригляделся к тому месту.              — Уверен?              — Ага. Пошли.              Сквозь редкие деревья действительно проглядывались очертания какого-то строения, вернее, того, что от него осталось. Им пришлось сойти с тропы и двинуться туда, куда указывала чуйка Юнги. Чон не возникал и шел вперед, протаптывая им путь.              В какой-то момент Юнги сильно оступился, его нога подкосилась, а тело потеряло равновесие. Детектив зашевелил руками, закричал и чуть не свалился в снег. Благо Хосок вовремя поймал его, схватив за руку и притянув к себе.              — Киса, осторожнее, — пророкотал Чон, улыбаясь. — Не убейся случайно, а то ты мне еще нужен.              Юнги изумленно приподнял брови и невольно покраснел, смущенно отводя взор в сторону.              — Давай без прозвищ на службе.              — А кто нам запретит? — игриво подмигнул ему Хосок. — Мы на свидании.              — Свидание с долей остроты и криминала, гений, — хмыкнул Мин, на что Чон тихо засмеялся. — Все, пошли дальше.              Они подошли к месту, где когда-то стоял домик. Теперь здесь были только обгоревшие бревна, разбросанные по поляне, да торчащая из сугроба почерневшая печная труба. Пожар случился давно — пару лет назад, может, даже больше. Снег давно замел пепелище, и только эти бревна напоминали о том, что здесь когда-то было жилье.              — Ничего особенного, — констатировал Хосок, оглядываясь без особого интереса. — Просто старое брошенное всеми пожарище, заваленное снегом.              — Все равно надо осмотреться, — высказал Мин и пошел дальше. — Я здесь все гляну, а ты с другой стороны.              Юнги обошел поляну по периметру, внимательно вглядываясь в снег. Обгоревшие бревна, торчащая труба, груда мусора, которую не смог уничтожить огонь — все. Больше ничего подозрительного не бросалось в глаза. Он заглянул под нависшие ветки деревьев и осмотрел основание трубы.              — Мда уж. Действительно, ничего, — разочарованно произнес он, выпрямляясь и тяжело вдыхая. — Даже подвала не было, судя по всему, да и маньяк вряд ли бы сюда сунулся. Тут тупо нечего делать, и тропка здесь не проходит, и сугробы огромные. Это просто старый сгоревший дом лесника, или домик для отдыха туристов, или… еще для чего-то. Но это все неважно. Главное, следы Потрошителя сюда не ведут и никакого укрытия здесь нет, — закончил он и посмотрел на небо. — Ладно, пошли отсюда, пока не начало темнеть.              — Стой! — вдруг произнес Хосок, который отошел чуть дальше. — Смотри сюда.              Юнги нахмурился, засмотревшись в то место, куда указывал его парень. А после подошел и увидел, что телохранитель рассматривает что-то под ногами. На чуть припорошенной земле виднелись следы от подошвы. Хоть их и замело снегом, но не до конца.              — Хм, значит, сюда все-таки заходили, — подметил Юнги, присаживаясь на корточки и рассматривая их внимательнее. — Рисунка с подошвы не видно, но следы эти явно от зимних ботинок, причем массивных.              — Похоже на сорок третий или сорок пятый, — задумчиво протянул напарник. — Стандартный размер. И ведут следы… Что? К тропе? Хах, ну, что сказать, это предсказуемо.              — Видимо. Человек зашел сюда, походил немного и снова ушел к протоптанной тропке.              — Это мог быть кто угодно, — устало выдохнул Хосок. — Не факт, что это наш клиент.              — Это ясно, — кивнул Юнги и привстал, хмурясь. — Но зачем он сюда заходил?              — Может, ему стало любопытно? — пожал плечами альфа. — Строение привлекает внимание. Я бы тоже подошел, если бы мимо шел.              — И хотел бы утонуть в снегу? — ухмыльнулся детектив.              — Почему бы и да? — улыбнулся Хосок в ответ.              — Понятно, — фыркнул Юнги и достал телефон. — Надо сохранить. В офисе подробнее рассмотрю.              Мин настроил камеру и начал фотографировать — общий план, крупным планом каждый след, ракурс с разных сторон. Камера телефона щелкала в тишине, и эти звуки казались неестественно громкими в этом безмолвном лесу.              — Ого! — неожиданно выдал Хосок, быстро надел перчатки и наклонился ниже, отвлекая любовника. — А это уже интересно.              — Что там?              Чон медленно и с особой осторожностью протянул ему найденную возле следов вещь. Юнги напрягся и взял маленькую улику в руки. Это был окурок: тонкий, изящный, с длинным фильтром — именно такие обычно называют «super slim». Фильтр его был влажным, чуть припорошен снегом, но явно недавно выкуренный, так как табак еще не успел отсыреть, отчего форма окурка сохранилась.              Юнги поднес к глазам, рассматривая. На фильтре четко виднелась надпись: Super Slim Black.              — Super Slim, — прочитал он вслух. — Тонкие, длинные сигареты. Не видел, чтобы здесь такие курили. Точнее, не замечал, — он поднес окурок к носу и вдохнул. — Пахнет… мятой и… вроде ментолом. Удивительно, что запах не выветрился.              — Тот парень, которого мы ищем — омега, — подметил Чон. — Омеги курят такие и достаточно часто. Тонкие, изящные, с мягким мятным вкусом. Не то что эти альфьи крепкие марки.              — Хм, да, похоже на то, — кивнул Юнги. — Вероятнее всего, убийца здесь ходил. Интересно, зачем?              — Развеяться хотел? — предположил старший. — Или мимо шел.              — Шел по тропе и случайно свернул к сгоревшему домику? Похоже на бред, — хмыкнул Мин, но Хосок не стал улыбаться и шутить.              — Он в бегах. Что еще ему делать, как не гулять по лесу? Если вообще он.              Юнги перестал лыбиться.              — Согласен, — он аккуратно упаковал окурок в пакетик для улик, который всегда носил с собой. Эта находка была важной, ведь по окурку можно определить ДНК, группу крови и, возможно, даже какие-то особенности здоровья человека. — Все, идем домой. Хватит с нас сегодня.              — Точно? — ухмыльнулся Хосок. — Наше свидание вот так легко кончится?              — Нет, — осклабился детектив. — Оно встанет на паузу, а дома я возобновлю его.              Чон хохотнул и помотал головой.              — Ладно, Шерлок. Я это запомню.              

***

             Юнги так бы задумчиво и разглядывал карту, если бы не стук в дверь. Мин, не отрывая взора от стены, проговорил строго:              — Войдите.              Дверь приоткрылась, и к нему заглянул никто иной, как Чонгук. Точнее, сначала в помещение ввалился его громадный живот, а после и он сам. Юнги мгновенно сел прямо, перестав вальяжно разваливаться на спинке кресла, и так же бегло начал тушить сигару. Но гамма и так все увидел, поэтому шире заулыбался и свободно прошел в кабинет.              — Так вот чем занимаются частные детективы, — произнес Ким, затормозив возле стола.              — И не только этим, — усмехнулся Мин и быстро развернулся, чтобы приоткрыть окно и проветрить помещение от дыма. — Не ожидал, что ты придешь. Не предупредил даже.              — Я хотел сделать сюрприз, — улыбнулся парень и присел на диван. — И приехать неожиданно. Вот видишь, как классно это сработало. Теперь я знаю, что ты куришь сигары.              — Да, от тебя ничего не скроешь, — хохотнул Мин и сел на место. — Ты до сих пор водишь машину? — удивился Юнги, на что Чонгук кивнул. — Не тяжело тебе?              — Я привык, — ухмыльнулся Ким. — Так, ладно, разговоры потом. Что там с расследованием?              — Черт, а я думал, ты мило побеседовать со мной пришел, — осклабился Юнги. — Обсудить бытовуху там, погоду, соседей.              — Это все потом, — вновь отмахнулся Чонгук. — Мне интересно, как там дела с нашим Джеком Потрошителем, — он сел удобнее и настроился слушать.              — Может, хоть чай попьем или кофе?              — Не хочу. Я недавно поел, — резко отказал Чонгук.              — Ладно-ладно, торопыжка, — хмыкнул Мин. — Я ездил на заброшенную фабрику вместе с Хосоком, чтобы осмотреться там. Слишком сильно это место не давало мне покоя.              — Ого, — поразился гамма. — И что?              — Мы встретили там бомжа. Бобом Дауманом зовут, — продолжил Юнги, откидываясь на спинку кресла и вновь глядя на стенку. — Живет он прямо в цехе, ночует там, следит за всем. Внешне неопрятный, но довольно безобидный дядька. Сказал, что иногда на фабрику заходят подростки или маргиналы, но никто не задерживается зимой надолго, так как холодно и жутко.              — Согласен, — кивнул Ким. — Местечко не из приятных.              — Этот Боб видел нашего парня. Где-то недели две назад. Стоял у входа на фабрику, осматривался. Одет был в спортивное, капюшон на голову закинул, видимо, надеясь, что его не узнают. Но Боб этот глазастым оказался. Повезло нам. Лица не разглядел, но взгляд запомнил, — хмыкнул Мин.              — Это точно был наш маньяк?              — Вроде бы да.              — Хм, странно, — задумчиво протянул Чонгук. — Я думал, что он уехал из города. А он тут и, видимо, никуда не пропадал.              — Да, это странно для беглеца, которого ищет весь город, — кивнул Мин. — Скорее всего, у него есть подельник, у которого наш Чикатило скрывается.              — Кто? — изумился Чонгук.              — Старик, — на этих словах брови гаммы поползли вверх. — Помнишь, ты говорил, что он ухаживал за каким-то стариком? — Чонгук кивнул заторможенно. — Я еще сказал, что преступник мог соврать, но…              — Это была не ложь, — перебил его Ким и уверенно посмотрел на Юнги. — Он точно ухаживал или ухаживает за стариком, который… — Чонгук глянул на карту, а потом грузно поднялся с дивана, подходя к ней. Мин невольно бросил взгляд на его огромный живот и удивился, как Киму еще охота куда-то ходить при таком большом весе. — Который воспитал его. Если Тацуя здесь, то и старик этот тоже в городе. И тогда, возможно, он скрывается у него дома. Пока мне думается так, — полицейский положил руки на пояс и с прищуром осмотрел карту. Вдруг он остановился на интересном моменте и повысил тон голоса: — Оу… Юнги, смотри! — Чонгук тыкнул на участок с другой стороны огромного лесопарка, который уже не принадлежал городу. — Это место... Что это? Оно прямо возле этого лесопарка.              — Это… деревня. Или городок. Не знаю. Может, это что-то типа дачного поселка? — Юнги насторожился и поднялся со стула, чтобы подойти ближе. — Надо же, а я не замечал его…              — Он маленький и неприметный. Там всего… несколько улиц? — удивился Чонгук и хмыкнул, присматриваясь получше. — Странно, что я тоже раньше не видел это место. Будто оно недавно появилось, — закончил он с долей таинственности.              — Да, я тоже не помню, чтобы оно было, — протянул детектив. — Хм, ну ладно, все-таки возле города есть много разных поселков, в том числе и заброшенных, и дачных. Но этот надо проверить, — решительно кивнул Юнги. — Так-то получается очень удачно. Фабрика находится здесь, — он показал на обведенное красным место на карте. — Мы с Хосоком шли по лесу, но остановились где-то на середине. Если так и идти по нему, то… — Он вел пальцем по парку прямо к подозрительной деревне. — Мы придем как раз к этому поселку.              — Зимой там все должно быть в снегу. Вы шли по тропинке?              — Да, ее даже кто-то протоптал.              — Наверное, по ней ходят жители этой деревни.              Резко Юнги приоткрыл рот, приподнял брови вверх, после заговорит тихо:              — Но Боб говорил, что проходимости возле фабрики почти нет. Якобы там никто не ходит.              Чонгук сначала замер, глядя на Мина любопытно, но спустя еще пару секунд его губы растянулись в хитрой довольной ухмылке, а глаза заблестели в предвкушении.              — Значит, это наш Потрошитель расхаживает туда-сюда. Делать-то ему нечего в городе, вот и ошивается в лесу, как отшельник, — высказал он и почесал подбородок. — Хм, вроде бы умно, но… так тупо. Глупышка!              — Тупо? — хмыкнул с долей удивления Юнги, отчего Ким кивнул.              — Конечно, — с усмешкой заулыбался гамма. — Так он только привлек к себе внимание. Если уж хотел скрыться, то сидел бы и не высовывался. Тем более видели его в нелюдимом месте, куда почти никто не ходит. Конечно, это не может не заинтересовать, тем более с его-то специфичной внешностью.              — Хм, ну… ты прав, — качнул головой Юнги.              — Я думаю, надо следить за этим местом, — Чонгук кивнул на фабрику и сложил руки на поясе. — Устроить что-то типа слежки, нашего человека поставить, может, этого бродягу привлечь, чтобы присматривал. А еще камеры туда навешать. Если получится, то камеры возле ближайших магазинов или домов проверить. Вдруг там что-то обнаружится.              — Будет сделано, — улыбнулся Мин, поражаясь в душе четкостью Чонгука даже в такой интересный для него период.              — Что еще вы нашли? — продолжил спрашивать Чонгук.              — Сгоревший домик, если немного отступить от тропы, — ответил Юнги, возвращаясь к карте и проводя пальцем по тому месту, где они были. — Вернее то, что от него осталось. Старое пожарище: одни обгоревшие бревна да труба торчит. Ничего особенного, если бы не одно «но».              — Какое? — прошептал гамма.              — Следы на снегу. Кто-то ходил туда недавно, — Мин достал телефон, пролистал фотографии и протянул Киму. — Вот, смотри.              Чонгук взял телефон, приближая снимки. На них отчетливо виднелись отпечатки обуви на снегу.              — Размер сорок второй примерно, — прокомментировал детектив. — Может, сорок третий. Других следов мы не нашли.              — Значит, приходил он один, — задумчиво произнес Чонгук, листая фотографии дальше. — Осмотрелся, постоял и ушел. Но зачем?              — Может, место для него важное, — предположил Юнги. — Или просто осмотреться хотел. Кто его знает. Делать ему, как ты сказал, нехуй.              Чонгук выдохнул в задумчивости и продолжил свое дело. На следующем снимке крупным планом был запечатлен окурок — тонкий, изящный, с длинным фильтром.              — Это мы нашли там же, — пояснил детектив, всматриваясь в фото. — У самых кустов, возле бревен. Видимо, он пришел, постоял, покурил и ушел.              Чонгук вгляделся в снимок, рассматривая улику.              — Super Slim, — прочитал он. — Ментоловые, со сладким привкусом. Такие обычно...              — Омеги курят, — закончил за него Юнги.              Чонгук хмыкнул, тщательнее рассматривая окурок.              — Тонкая белая гильза, серебристая надпись на фильтре, темный табак на срезе — все говорит о том, что курильщик не из тех, кто предпочитает крепкие марки для альф. Плюс сигареты пахнут приятно… ментолом, — констатировал он и насторожился, засмотревшись в сторону. — Странно…              — Почему? — забеспокоился альфа.              — Он не из тех, кто курит подобные сигареты, — протянул Чонгук и пролистнул фото обратно к следам. — И наследил он, словно специально, словно… для нас.              — Думаешь, он хочет, чтобы мы его нашли?              Чонгук задумался и засмотрелся в окно, хмурясь.              — Я не уверен, но… похоже на то. Если он, конечно, не превратился в идиота. Или же… это вообще не он.              Юнги с интересом наблюдал за Чонгуком и в какой-то момент поймал себя на мысли, что видит перед собой не беременного гамму, который вот-вот должен родить, а того самого молодого амбициозного полицейского, который всегда показывал блестящие результаты в своей работе. Тот же блеск в глазах, та же хищная сосредоточенность, та же готовность вцепиться в след и не отпускать.              В глубине зрачков Чонгука горел холодный, расчетливый азарт охотника, почуявшего добычу. Так смотрят те, кто знает: игра только начинается, и правила в ней устанавливает не тот, кто бежит, а тот, кто догоняет.              Но такие мысли пугали Юнги, ведь они показывали дикость и безбашенность Чонгука, который не остановится ни перед чем, чтобы найти преступника. А ведь он беременный. А ведь он должен вот-вот разродиться. Ненормально это все.              — Я отдал окурок на независимую экспертизу, — решил добавить Мин. — Если он где-то засвечен в базе, мы получим ДНК. Узнаем, кто бродит по лесу, и поймем, с какой целью              — Хорошо, — Чонгук отвлекся, вернул телефон и снова уставился на карту. — Значит, если это наш парень, то он просто приходит туда? Стоит, курит, смотрит на пепелище и… все?              — Не знаю, — честно ответил Мин. — Но мы это выясним. Я сделаю то, что ты сказал, плюс повешу камеры на деревья и возле фабрики, и скатаюсь до этой деревни. Вдруг найдется что-то интересное.              — Да, так и сделай, — кивнул Гук, вдруг резко вспомнив кое-что: — Кстати, насчет этого старика. Я проверил разные социальные службы в городе, облазил всякие сайты, где предположительно и должны сидеть нянечки для стариков, потом обзвонил всех и поинтересовался насчет Тацуи, но... — Он помотал головой. — Ничего. Наш Чикатило не работает в службе по уходу за пожилыми.              — Это означает, что мы пока мыслим в правильном направлении. Он ухаживает за одним конкретным стариком, который с ним непосредственно связан. И ухаживает не без личного интереса.              — Если вообще ухаживает…              Чонгук поджал губы и снова почесал подбородок. Дело снова сворачивало на неясную и запутанную тропинку.              

***

             — На сегодня закончим, — бодро произнес Намджун и помог Чонгуку подняться.              — Все? — изумился гамма и внимательно посмотрел на альфу.              — Да. Мы в прошлый раз много посмотрели. С тех пор ничего не поменялось в твоем организме, — улыбнулся доктор и кивнул в сторону второго кабинета. — Как закончишь одеваться — проходи, я буду ждать тебя за рабочим столом. Там все расскажу.              — Хорошо, — кивнул Чонгук и принялся одеваться.              Он сегодня приехал один на очередной омегологический осмотр, который проводился каждую неделю. Сначала Кима удивляло и раздражало, что это было слишком часто; даже чаще, чем у обычных беременных омег. Но Намджун настоял на множественном посещении его кабинета в связи с особенностью организма Чонгука. И это понятно: Чонгук ведь являлся гаммой, а это было что-то новое для их мира. Поэтому, чтобы сохранить плод и удачно вести беременность, замечая малейшие осложнения, приходилось часто обследоваться. Впрочем, Чонгук смирился и с этим.              — Так, с чего бы начать, — бодро произнес Намджун, когда гамма вышел к нему и присел рядом. — Сердечко у малыша хорошее, ясное, ритмичное, рисков гипоксии нет. Двигается он тоже достаточно активно для его срока. Так, теперь насчет матки, — он внимательно посмотрел на Чонгука, который слегка засмущался и замялся. — Она правильного для такого триместра размеров. Матка в полной норме и при пальпации живота спокойна. Ребенок находится в правильном положении, то есть вдоль матки. Это очень удачно для естественных родов.              — У меня будут естественные роды? — приподнял брови Чонгук.              — Пока не могу сказать точно, но это вполне возможно, — качнул головой врач и повернул монитор в сторону парня, показывая ему подробное УЗИ. — Когда ты только забеременел, я думал, что в твоем случае понадобится только кесарево. Но твое тело удивительно быстро начало меняться, а внутренности спокойно перестроились на деторождение. Вот, — он открыл картинку, где было изображено телосложение Чонгука и его половая система. — Так ты меняешься, и так развивается ребенок в тебе. Все удачно.              Чонгук посмотрел на это и сглотнул. Видеть такое оказалось для него непривычным. Тут были показаны его омежьи органы, которые спокойно соседствовали с органами альфы. Правда, тем пришлось немного подвинуться, чтобы представить место матке, яичникам и всему остальному.              — А тут… — Чонгук замялся, ткнув пальцем в экран, где рядом с маткой виднелся какой-то затемненный участок. — Тут все нормально? Что это?              Намджун проследил за его пальцем и довольно хмыкнул.              — А это, Чонгук, твой сюрприз. То, о чем я тебе говорил в самом начале. Помнишь?              Гамма нахмурился, пытаясь вспомнить слова врача непонятно какой давности, но в голове сейчас была каша из различной шоковой информации.              — Если честно, я сейчас даже с трудом помню, что ел на завтрак, — признался он, виновато улыбнувшись.              Намджун понимающе кивнул. Восьмой месяц беременности для обычного омеги — уже испытание, а для гаммы с его двойной гормональной нагрузкой и подавно.              — Я говорил тебе, что твои альфа-органы никуда не делись. Они просто подвинулись и уступили место малышу. И сейчас, — мужчина обвел пальцем затемненный участок. — Мы видим, что они начинают потихоньку возвращаться в обычный режим работы. Организм готовится к родам и заодно перестраивается обратно.              Чонгук нахмурился, пытаясь осмыслить информацию.              — То есть после родов я снова стану… обычным альфой? Ну, насколько это для меня возможно?              — Частично, — кивнул Намджун. — Полного возврата к альфе не будет, ты теперь навсегда останешься носителем обоих типов: и альфы, и омеги.              — Хорошо, — выдохнул Чонгук и задумчиво посмотрел в сторону. Это казалось очень даже хорошо. Совсем скоро он будет, как раньше, лишь с незначительными изменениями.              — Давай закончим, — Намджун вновь вернулся к разглядыванию монитора. — Смотри, Чонгук. Ребенок уже полностью сформирован. Сейчас он весит примерно два с половиной килограмма и активно набирает вес. Видишь эти складочки? Это подкожный жирок, и он будет накапливаться до самых родов.              Гук смотрел на экран завороженно.              — Он уже такой… большой, как обычный младенец, — прошептал гамма, не убирая взор. — Совсем скоро мы его увидим.              — Совсем скоро, — подтвердил Намджун. — Плацента еще в порядке и старения ее не наблюдается, так что доносим ребеночка до положенного срока. Но ты должен быть готов: на таком сроке роды могут начаться в любой момент, — Чонгук на этих словах насторожился. — Вещи в роддом собраны?              — Ну… не совсем, — промямлил Чонгук, вспоминая, как вчера переглаживал вещи ребенка и складывал их в шкаф. Но ни о какой сумке пока речь не шла. Да и Тэхен ему не напоминал. — Это надо?              — Надо, Гук-и, надо, — ласково выдал Намджун. — У тебя должны быть готовы вещи на первое время: бутылочка, соски, памперсы, пеленки и все остальное.              — Ох, как серьезно, — пробурчал Чонгук и покраснел от своей нелепости. — Черт, я и забыл про это.              Намджун рассмеялся.              — Ничего страшного. Если вы это все купили, то сумку можно собрать быстро. Вы ведь это сделали?              — Да. У нас уже детская готова, — улыбнулся гамма, а альфа довольно кивнул.              — Молодцы. Уже придумали, как назовете малыша?              — Даниэль, — гордо ответил Чонгук и тут же решил уточнить: — Мы долго думали, какое подойдет, и остановились на Дэни.              — Это очень мило, — тепло проговорил доктор, не прекращая улыбаться, пока смотрел на парня. — Такое имя омеге очень подходит. Мне нравится.              Чонгук вновь засмущался и опустил глаза.              — Спасибо.              Намджун еще пару секунд смотрел на него завороженно, с легкой улыбкой, но когда Чонгук опять замялся и поджал губы, то резко заморгал и отвел взгляд на столик, куда до этого записывал результаты в карточку.              — Так, еще хочу сказать, что по анализам все замечательно, плодный пузырь цел, шейка матки мягкая и чуть укороченная, но пока закрыта, а значит угрозы преждевременных родов нет. В общем, все хорошо.              — Супер, — выдохнул гамма и продолжил с запинкой: — А когда… все? Ну, то есть, когда мне… рожать? Если смотреть на прогнозы.              — Где-то через пару недель разродишься. Как раз срок подходит.              — П-понятно.              Чонгук отвел взгляд в стену и завис. Он, конечно, понимал, что вечно беременным ходить не будет, но почему-то все равно морально не был готов к такому. Снова ему стало страшно от скорых родов. И хоть сейчас по анализам и обследованию все казалось хорошо, отчего Ким мог даже сам родить, только Чонгука все равно многое пугало. Все еще в голове сидело осознание, что он родился альфой, но изменился и теперь имеет органы омеги. И, скорее всего, эти тревоги не покинут его до самих родов.              Намджун, кажется, заметил это противоречие, поэтому положил руку на плечо Чонгука для поддержки и проговорил тепло:              — Не переживай. Все пройдет хорошо. Я обо всем позабочусь.              Взгляд Чонгука метнулся к нему — испуганный, распахнутый и влажный от подступившей тревоги. И Намджун вдруг завис, провалившись в этот космос. Глаза Чонгука всегда были огромными, выразительными, но сейчас, в обрамлении пушистых ресниц, в этом затравленном блеске, они казались бездонными. И Намджун не мог отвести взгляд, боясь спугнуть это мгновение. Альфа даже забыл, где они находятся и о чем они говорили секунду назад. И он бы и дальше всматривался в гамму, если бы не стук дверь.              Чонгук резко отвернулся, а Джун слегка рыкнул недовольно.              — Еще пять минут!              — Прости, дорогой, я не могу ждать.              Дверь отворилась, и в кабинет заглянул высокий омега с рыжими волосами, убранными в небольшой хвостик. Внешность его была миловидной, кожа светлой, а на носу и щеках виднелись маленькие коричневые веснушки. Он сразу обратил внимание на сидящего возле доктора Чонгука, улыбнулся с дерзкой ухмылкой, а после вальяжно зашел внутрь, сразу надвигаясь на Намджуна. Тот устало вздохнул, насторожился и выпрямился.              — Я заехал отдать тебе ключи, так как через час у меня самолет, — громко произнес омега, обошел Чонгука и положил на стол металлическую связку. — Больше не забывай их дома.              — Хорошо, спасибо, — сдержанно ответил альфа, хмурясь.              — Не за что, потеряшка, — ухмыльнулся незнакомец и снова посмотрел на Чонгука. — Здрасьте.              — Добрый день, — выдал Ким сдержанно.              — Ну я пошел, — произнес омега и отправил воздушный поцелуй Намджуну. — Не скучай без меня, дорогой.              — Хорошей дороги, милый, — как-то сдержанно выговорил Джун и натянул улыбку на лицо.              Омега резко развернулся и широким шагом покинул кабинет, оставляя после себя запах персиков и чего-то приторно-сладкого. Намджун выдохнул и помотал головой, все еще смотря на дверь. Гамма же шокированно хмыкнул и спросил:              — Кто это был?              — Ох, он… — Намджун вернулся к записям в карточке. — Тот, кто не дает мне покоя.              — Ого, — покачал головой Чонгук, задумчиво, — Так он твой?..              — Муж. Эйден Гарсия.