Lust Sea

Тонграк всей душой ненавидел расставаться с Мутом, но понимал, что их жизнь — это постоянные перемены. Полгода на острове, полгода в городе — таков их распорядок, связанный с работой, страстью к морю и писательством. Обычно, даже когда они были далеко друг от друга, это было ненадолго, и они знали точную дату встречи. Однако на этот раз что-то пошло не так. Обстоятельства задержали его в городе дольше, чем планировалось, и телефонные разговоры и видеозвонки уже не могли заполнить пустоту. Каждый вечер, когда писатель ложился в постель, он ловил себя на том, что инстинктивно тянется к краю матраса, где обычно спал Мут. Но его место оставалось холодным, вместо любимого тела – лишь пустое пространство. Даже звонки и их вечерние игры по веб-камере перестали быть постоянным атрибутом отношений на расстоянии: то Мут, уставший после рабочего дня, засыпал раньше, то Тонграк, не дожидаясь любимого, старался уснуть, впоследствии мучаясь от бессонницы, вызванной натяжением ткани ночной сорочки в паховой области. Спасением для Тонграка стала работа над экранизацией его романа. Он проводил долгие часы на съемочной площадке и во время репетиций, следил за тем, как оживают его персонажи. Особенно один — тот, кого играл новый актер, молодой, талантливый, с глазами, в которых плескалось что-то знакомое. Он даже улавливал в нем что-то от Махасамута — возможно, ту же уверенность, ту же силу, которая притягивала его к мужу с первого дня. Тонграк задумчиво наблюдал за репетицией, во время которой Блейз, главный актер экранизации его романа, проживал моменты, придуманные им когда-то. Сколько месяцев ушло на написание этой истории? Сколько бессонных ночей он провел, создавая этот мир, этих персонажей? И вот теперь его слова оживали, воплощаясь в ком-то другом, и внутри писателя не покидали странные смешанные чувства. Когда тренер дал отмашку на перерыв, Блейз, все еще находясь в образе, подошел к нему, вытирая пот со лба. — Кхун, я хорошо справляюсь? — его голос был немного хриплым от долгих репетиций, но в нем чувствовалась искренняя заинтересованность. Тонграк, очевидно засматриваясь на актера, моргнул, возвращаясь в реальность. — Да, — он слабо улыбнулся, — ты неплохо передаешь характер персонажа. Блейз кивнул, но, похоже, ответом был не удовлетворен. — Просто… — он заколебался, глядя на Тонграка чуть прищуренными глазами. — Иногда мне кажется, что я что-то упускаю. Как будто у него… у меня… должно быть что-то еще. Тонграк вздохнул, деловито скрестив руки на груди. — Знаешь, когда я писал эту книгу, я много думал о том, что движет человеком. Не только его словами или поступками, но и чем-то более глубоким. Тем, что остается между строк. — Вы говорите так, как будто этот герой для вас очень личный, — заметил Блейз. Тонграк вдруг почувствовал, как внутри что-то сжалось. Блейз был прав. Он даже не осознавал до конца, насколько этот персонаж был отражением его самого. А еще — отражением того, кого он больше всего любил. — Возможно, так и есть, — уклончиво ответил он, пожимая плечами в искусственном равнодушии. Блейз кивнул, но не стал настаивать. Он просто посмотрел на Тонграка взглядом, в которым читался намек на понимание. — Тогда я постараюсь не подвести. Тонграк хотел сказать что-то еще, но в этот момент кто-то позвал Блейза обратно на площадку. Он развернулся и пошел прочь, а Тонграк остался стоять на месте, наблюдая за его спиной и думая о том, что этот юноша с каждым днем вызывает у него все больше эмоций, которых он не ожидал. Вечер наступил не скоро. Большинство со съемочной площадки уже разъехались по своим делам: кто-то домой, кто-то тусить, но только не Рак. Все еще находясь в зале для репетиций он провел пальцем по экрану телефона, но, как и в предыдущие разы, там не было никаких новых сообщений. Ни одного от Мута. Ни простого «Как ты?» или хотя бы смайла. Он стиснул зубы, подавляя укол обиды. В глубине души он понимал — работа, занятость, разные графики. Они оба привыкли к такому ритму. Но почему-то в этот раз это ощущалось иначе. Вздохнув, он начал собирать вещи, мысленно представляя, как, подобно любому другому дню, вернется домой, примет душ и, возможно, попробует уснуть, хотя бы без лишних мыслей. Но, уже выходя собираясь выходить из здания, он услышал знакомый голос в тишине. Блейз. Все давно разъехались по домам, а он все еще здесь — отрабатывает сцену в одиночестве. Сосредоточенный, напряженный, явно слишком сильно загруженный мыслями. Тонграк помедлил, но в итоге направился к нему. — Ты понимаешь, что рабочий день давно закончился? — спросил он деловитым тоном, останавливаясь в нескольких шагах. Блейз вздрогнул, явно не ожидая увидеть здесь кого-то еще. — Ох… — он провел рукой по волосам. — Да, просто… Я не доволен тем, как это выглядит. Тонграк склонил голову набок. — Ты слишком загоняешься. Блейз фыркнул, но не стал спорить, стоя у окна с опущенной головой. — Слушай, — продолжил Тонграк, сложив руки на груди. — Понимаю, ты хочешь идеального исполнения, но иногда лучше просто прочувствовать момент, а не пытаться подогнать его под рамки. Блейз задумчиво кивнул, но в его взгляде все еще читалась тревога. Тонграк вздохнул. — Давай так. Идем выпьем по бокалу чего-нибудь, поговорим. Может, если ты отпустишь ситуацию хоть на вечер, все встанет на свои места. Блейз перевел на него удавленный взгляд, но, похоже, предложение его заинтересовало. — Думаете, поможет? — Ну, хуже точно не станет, — усмехнулся Тонграк. Блейз вздохнул, но через секунду улыбнулся. — Ладно, вы меня убедили. Только я угощаю. Тонграк ухмыльнулся и покачал головой. — Посмотрим.

***

Дорогой ресторан, мягкий свет свечей, безупречно сервированные столы. Тонграк непринужденно откинулся на спинку кресла, глядя, как Блейз изучает меню с выражением откровенного ужаса. — Мы, кажется, говорили о бокале чего-нибудь, — сглотнув, пробормотал актер, краем глаза скользнув по ценам в колонке справа. — Ага, но я забыл уточнить, где именно, — Тонграк беззаботно усмехнулся, потягивая свой коктейль. Блейз медленно поднял на него взгляд. — Вы специально выбрали самое дорогое место, чтобы посмотреть, как я буду выкручиваться? Тонграк изобразил невинное удивление. — Конечно нет, — он выдержал паузу, а затем добавил: — Хотя, если бы я сказал «да», это сделало бы вечер интереснее. — Я уже жалею, что вызвался платить, — Блейз покачал головой, но в глазах мелькнуло что-то вроде веселья. — Расслабься, — Тонграк откинулся вперед, подперев подбородок рукой. — Лучше скажи, когда в последний раз ты выбирался куда-то просто так, без мыслей о работе? Юноша задумался. — Даже не помню. — По тебе видно, — с улыбкой заключил Тонграк. На несколько мгновений между ними повисло молчание, но оно было легким, без напряжения. Тонграк чувствовал себя здесь совершенно комфортно — подобные места напоминали ему времена, когда он часто ходил на свидания с мужчинами, когда жизнь казалась легче и беззаботнее. — Можно задать вопрос? — вдруг спросил Блейз. — Дерзай. — Почему вы выбрали меня на роль Винда? Тонграк чуть приподнял брови, явно не ожидая этого. — Ты хочешь сказать: «Почему именно я, а не кто-то другой?» — Что-то вроде того. — Ну, во-первых, ты хороший актер. — Спасибо, но это не объясняет всего. Тонграк улыбнулся. — Ладно, во-вторых… — он сделал паузу, поигрывая бокалом. — Ты чем-то напоминаешь мне его. Блейз нахмурился. — Кого? — Винда. — Но Винд — это просто персонаж. — Да, но он был кем-то до того, как стал персонажем. Блейз медленно вертел в руках бокал, не сводя взгляда с Тонграка. — Значит, Винд — это… — Махасамут, — спокойно подтвердил Тонграк, отпивая из своего бокала. Блейз задумчиво кивнул. — А Тонгфа? Тонграк усмехнулся, не торопясь с ответом. — Ну, если ты уже сам до этого дошёл, — наконец сказал он, — то да, Тонгфа — это я. Блейз хмыкнул и откинулся на спинку кресла, рассматривая Тонграка с новым интересом. — Теперь многое становится понятнее, — заметил он. — Но знаешь, вы с Махасамутом… не особо похожи. — Это и хорошо, — Тонграк улыбнулся, глядя в бокал. — Иначе было бы скучно. Блейз какое-то время молчал, переваривая услышанное. Затем, склонив голову набок, поинтересовался: — А как долго вы вместе? Тонграк слегка приподнял бровь, удивленный столь личным вопросом, но не выглядел раздраженным. — Уже несколько лет. — Довольно долго, — заметил Блейз. — Да, — согласился Тонграк, но больше ничего не добавил. Блейз немного поколебался, а затем продолжил: — Ты редко говоришь о ваших отношениях на публике. — Разве это что-то необычное? — Тонграк спокойно встретил его взгляд. — Может, и нет, — пожал плечами Блейз. — Просто обычно люди, у которых есть такая история, как у вас, не особо её скрывают. Тонграк задумчиво улыбнулся. — Не путай скрытность с выбором личных границ, солнышко. Я пишу книги, а не рассказываю о своей жизни. Блейз кивнул, принимая это объяснение. Но теперь он смотрел на Тонграка иначе — с чуть большим уважением и… интересом. Тонграк поставил бокал на стол и наклонился вперёд, с любопытством разглядывая Блейза. — Ты всё обо мне спрашиваешь, но сам о себе ничего не рассказываешь, — заметил он. — Ну, я не автор этой истории, - юноша усмехнулся. — Но ты её часть, — спокойно возразил Тонграк. — Как тебе вообще работается с Нарциссом? Вы хорошо ладите? Блейз на секунду замялся, а потом медленно покачал головой: — Не скажу, что мы прям лучшие друзья, но… ладим. В профессиональном плане. Тонграк приподнял бровь. — Значит, вне съемок вы не особо общаетесь? Блейз усмехнулся и откинулся на спинку кресла. — Скажем так, он тот ещё… персонаж. Очень вживается в роль, иногда даже слишком. — В смысле? — Тонграк с любопытством наклонил голову. — Ну, он словно и правда считает себя Тонгфой, — хмыкнул Блейз. — Может смотреть на меня так, будто я действительно его любимый человек. Иногда даже забываю, что это всё просто актёрская игра. Тонграк понимающе кивнул. — Это не так уж плохо. — Ну да, но… — Блейз сделал паузу, подбирая слова. — Иногда мне кажется, что он сам ещё не решил, где заканчивается его роль и начинается он сам. Тонграк задумчиво улыбнулся. — Звучит так, будто ты ему нравишься. — Это просто актёрская химия, — Блейз закатил глаза. — Если ты так говоришь… — Тонграк хитро усмехнулся и снова взял бокал. — Ну что ж, посмотрим, насколько убедительной окажется ваша игра.

***

Тонграк и Блейз стали сближаться и видеться чаще, их посиделки за бокалом просекко стали чем-то обычным. Это был один из рядовых вечеров, после которых Рак вернулся домой под градусом. Тонграк лениво провёл рукой по экрану телефона, отвечая на сообщение Блейза. : Дома. Всё нормально. Блейз ответил почти сразу. : Хорошо. Ты вообще хоть раз трезвым домой возвращаешься? Тонграк усмехнулся, положил телефон рядом и потянулся, ощущая лёгкую пьяную расслабленность. Он жутко скучал по Муту. Почти машинально зашёл в их с мужем чат и набрал сообщение. : Ты бывал так пьян, что не мог вспомнить, как оказался в кровати? Секунду поколебавшись, он добавил фото — себя в расстёгнутой сорочке, лежащего на простынях без нижнего белья. Провёл пальцем по экрану и отправил. Через несколько секунд пришло уведомление. : Ого. Я, конечно, шокирован, но польщён. Тонграк уставился на сообщение. Это было не от Мута. Это было от Блейза. Проморгавшись, он в ужасе перескочил в другой чат. И только теперь понял свою ошибку. Чёрт. Снова вспыхнувший экран. Сообщение от Блейза. : Ну, я, конечно, догадывался, что мы сблизились, но не думал, что настолько. Тонграк сжал телефон в руке, мысленно проклиная себя за эту ошибку. В голове ещё шумело от алкоголя, но паника пробила лёгкое опьянение. Он тут же набрал Блейза. — Не обольщайся, — резко начал он, как только тот поднял трубку. — Это сообщение было не для тебя. — Правда? А я-то уже начал надеяться, — Блейз усмехнулся на другом конце провода. — Очень смешно, — Тонграк закатил глаза. — Забудь об этом. Просто… не придавай значения. — Ладно-ладно, — легко согласился Блейз, но в голосе его явно слышалось веселье. — Сладких снов, кхун. Тонграк не стал ничего отвечать, просто сбросил звонок. С тяжёлым вздохом он открыл чат с Мутом и, не вдаваясь в подробности, набрал: : Устал. Сладких снов. Люблю тебя. Отправив сообщение, он отложил телефон и закрыл глаза. Завтра, вероятнее всего, Блейз его издразнит, но сейчас он просто хотел поскорее забыть об этом.

***

Блейз не переходил границы. По крайней мере, открыто. Он не позволял себе флирта, не смотрел слишком долго, не касался. Но всё же… что-то в его взгляде было таким пронизывающим, что Тонграк порой ловил себя на том, что задерживает дыхание. — Вам идёт этот цвет, кхун Тонграк. — Вы отлично пишете диалоги, всё так живо. — Я не видел никого, кто бы так горел своим делом. Казалось бы, просто вежливость. Просто уважение. Просто работа. Писатель сначала не обращал внимания, потом начал коротко кивать в ответ, а затем ловил себя на том, что каждый раз, видя Блейза на съёмочной площадке, ощущал, как внутри что-то замирает. Словно ожидание. Он злился на себя, старался делать шаг назад, но Блейз не давал дистанции. Он не нарушал правил, но заполнял пространство между ними — ненавязчиво, уверенно. А ночью… ночью Тонграк просыпался, проклиная себя за собственные фантазии. За тень желания, которая не давала покоя. Блейз в них был другим, менее сдержанным. Напористым. Чертовски похожим на Мута в начале их отношений. И это злило его больше всего. Но сильнее всего злило то, что разговоров с Махасамутом становилось меньше. Поначалу он пытался списывать всё на занятость, но отговорки быстро иссякли. Они всё ещё писали друг другу, но редкие звонки не заполняли пустоту. Тонграк не мог сказать, что чувствовал, но холод нарастал с каждой неделей. А потом, в какой-то момент, что-то надломилось. Он не помнил, как начался этот разговор. Кажется, опять что-то о графике. О том, что они почти не пересекаются. О том, что Мут говорил сухо, сдержанно. Тонграк сорвался. — Да скажи ты хоть что-то! Какого чёрта мы вообще делаем вид, будто всё нормально?! Мут молчал. Тонграк ждал, тяжело дыша, но так и не услышал того, чего ждал. Только ровное, холодное: — Делай как знаешь. Гудки в трубке оглушили его. Тонграк смотрел на экран, чувствуя, как дрожат пальцы. Потом резко смахнул телефон со стола. Он дышал тяжело, сердце глухо стучало в груди. Ему нужен был кто-то. Хоть кто-то. Ему нужен был отвлекающий манёвр. Пальцы сами пробежались по клавиатуре. — Блейз, ты можешь приехать? Нужна помощь.