ура глнтм
21 марта 2025 г., 20:37
***
Весна.. Как же порой прекрасен этот период года. На улице начинает теплеть, всё вокруг поёт и расцветает. Растения распускают свои почки, из которых совсем скоро начнут развиваться цветки, а птицы уже с самого утра начинают петь свои песни. Трава растёт и зеленеет. Облака реже сгущаются над землёй, благодаря чему люди всё чаще и чаще могут лицезреть в ночном небе луну и звёзды. И каждая звезда несёт за собой свою историю, единственную и неповторимую, прямо как каждый из нас. У каждого из нас своя история, не похожая на чью-либо чужую. Своя история, своя судьба. Быть может, в нашем мире мы — звёзды? Несомненно, звёзд в бескрайнем космосе в сотни, нет.. В миллиарды раз больше, чем нас во всём мире, но это не мешает ни нам, ни звёздам быть максимально индивидуальными, не похожими друг на друга. В бесконечном космическом пространстве каждую секунду рождаются новые звёзды. Каждая из них уникальна, имеет свою личную форму, размер и температуру. Некоторые рождаются настолько далеко от нас, что мы даже не узнаем об этом, я уже молчу о том, чтобы заметить эту звезду. Другие наоборот, появляются настолько близко, совсем рядом, что мы просто не можем не заметить её. С третьими же ситуация совершенно иная — они появляются совсем рядом, и, казалось, мы в любую секунду можем эти звезды увидеть, приблизиться к ним, прикоснуться, но слишком долгое время мы просто не замечаем их. На фоне других звёзд они кажутся совершенно обычными, ничем не примечательными. Но в один момент мы вдруг замечаем на ночном небе одну особенно яркую звёздочку которая, кажется, сияет ярче всех остальных, хотя раньше она казалась такой же, как и все. Теперь каждый раз среди огромного количества звёзд на ночном небе мы замечаем именно ту, которую однажды заметили совершенно случайно. И ведь теперь мы видим, что она вовсе не такая, какой она нам сперва казалась. Смотришь на неё и понимаешь — она очень, очень сильно отличается от всех других звёзд. Казалось, у неё и всех остальных "космических объектов" столько общего, они так похожи, но тем не менее, она совершенно другая. Не похожа на остальных. И чем-то эта звездочка так нас цепляет, что в наших мыслях, в нашем сердце теперь только она. И ведь даже не понимаешь, чем она так зацепила. По-началу всё думаешь, думаешь о ней, а в один момент вдруг понимаешь, что эта звёздочка стала для тебя самым настоящим смыслом жизни. И уже даже не видишь смысла смотреть на ночное небо, если этой звезды не будет видно. Кажется, что ты готов искать её даже с помощью телескопа. Готов сделать всё что угодно, лишь бы вновь увидеть её. И ведь порой даже стыдно сказать о том, что она так зацепила тебя. Бывает даже надеешься на то, что никто ничего не заметит, не узнает. Хотя, во времена, когда каждый зациклен на себе, велика вероятность того, что никто и не подумает о том, что ты питаешь к какой-то звёздочке особые чувства. Такой же звёздочкой для Глена однажды стал Тим. Однако в его случае Глен точно знал, чем же теоретик так его зацепил. Беловолосый в целом отличался от других. Блондин много думал об этом что тогда, когда четыре года назад влюбился в него, что сейчас, когда они уже в отношениях. Тим очень сильно отличается от других.***
Нежный май. На улице уже давно держится относительно высокая для весны температура. Лёгкий тёплый ветер перебирает пряди серебристых волос теоретика, что в одних шортах и футболке сидит на ступенях дома. Очки подняты и держатся на макушке, а руки, стоя на согнутых коленях, подпирают голову. И всё же, несмотря на порой непредсказуемую погоду весной, она, а точнее, её конец — любимая часть года Тима. На часах уже почти шесть утра, а это значит, что трансляция у Глена походит к концу. Об этом Тим думал последние, наверное, пол часа. Потянувшись, он как раз собирался брать телефон и писать Глену, но его остановили***
—Куда пойдём? — спросил спокойно теоретик, выводя Глена за руку из двора дома. —Мм, знаешь.. Так уже надоела городская суета. Вечно что-то где-то происходит, постоянная шумиха. Давай лучше прогуляемся за городом? —А знаешь.. Давай! И ведь действительно — если ты долго живёшь в большом городе, со временем он начинает тебе надоедать. Многие наоборот тянутся в мегаполисы за "настоящей" жизнью, а ты в это же время, устав от постоянной шумихи, совершенно не понимаешь, почему же все так хотят жить именно в огромных городах. Часто хочется уехать куда-то хотя-бы на неделю или две, лишь бы отдохнуть от этих каменных джунглей и социума. На дачу в соседнюю деревушку, к родным в менее оживлённый город или же вовсе улететь на острова на месяц. В прочем, не у всех и не всегда есть возможность уехать или улететь в другую страну. Вечная работа и необходимость зарабатывать на жизнь никого не щадят. А если уж ты блогер, то будь готов к необходимости работать постоянно. Буквально. Даже в свои выходные, когда ты, казалось бы, должен отдыхать, ты будешь либо писать сценарии, либо стараться отснять весь неотснятый материал, либо же искать идеи для новых видео. А быть крупным блогером с огромной аудиторией в десяток, а то и больше миллионов человек — ещё бóльшая ответственность. Необходимо поддерживать свой статус и не давать своему уровню падать. Впрочем, хоть небольшой выходной, но можно устроить. Парни, держась за руки, идут по обочине загородной дороги Хэнфорта. По обе стороны от неё раскинулся смешанный лес, что среди жителей города славится своим огромным разнообразием съедобных грибов и ягод. Говорят, что загород Хэнфорта в целом необычен. Многие жители рассказывают басни о том, что в глубинах леса они натыкались то на заброшенные замки или дворцы, то на широкие холмы и низменности, то на благоухающие сады. Солнце освещает лесные массивы, поле, дорогу и две фигуры, что стояли недалеко от лесополосы. В паре сотен метров виднеются высокие холмы, почти небольшие горы, что буд-то бы так и манят к себе. —Странно, раньше я не замечал этих холмов.. —Хех, наверное потому, что редко бываешь за городом? — отозвался беловолосый. —Ой, да ладно тебе! Пойдём лучше к ним, фоток классных сделаем? —Мм, ну не знаю.. — неуверенно проговорил Тим, но уже через секунду он рванул через поле в сторону возвышающихся рельефов. —Давай, догоняй! Среагировал Глен лишь тогда, когда теоретик, что бегал довольно быстро, был уже в метрах четырёх от него. —Тим, ты.. Ай, чёрт! Сжав телефон в ладони и глубоко вздохнув, стример побежал вслед за беловолосым. —Да откуда в тебе столько энергии-то?! Сам ведь вечно жалуешься на боль в ногах! —Догоняй, пенсия! —Эй, я старше тебя всего на четыре года! —Ахах, давай-давай! Уже спустя пару минут быстрого бега парни, пусть и запыхавшиеся, но были у подножия возвышенности. —Хах.. Я быстрее!.. И почти не устал! — тяжело дыша проговорил Тим, облокотившись спиной об ствол одной из акаций, небольшое количество которых росло около холмов. —Хух.. Ага, не устал, чё по пульсу? — Глен обошёл дерево с другой стороны и так же прислонился спиной к поверхности прохладной коры. —Да ладно тебе, я уже отдышался.. —Ты когда стал так быстро бегать? Я еле догнал тебя. — блондин слегка обернулся, чтобы видеть Тима. —Ну, хах.. Так вот получилось. Парни, стараясь полностью восстановить дыхание, стояли молча около трёх минут. Спиной к спине, разделял их лишь ствол дерева. Глен, на секунду отпрянув от поверхности коры, положил телефон в задний карман джинс. Прижавшись обратно и прикрыв глаза, он глубоко вздохнул. В голове вдруг мелькнула мысль, и стример, не изменяя положения своего тела, тянет свою ладонь к руке беловолосого. Аккуратно касается запястья, приподнимает ткань митенок, забираясь под неё пальцами. Мягко, почти невесомо оглаживает нежную кожу, усеянную слегка выпуклыми, уже белёсыми шрамами. Теоретик и не против. Несмотря на не слишком большую любовь к касаниям от других людей, прикосновения Глена он любит слишком сильно. Приятные поглаживания по чувствительным шрамам успокаивают и придают ощущение защищённости, безопасности. Его касания всегда нежны, аккуратны и ненавязчивы, всегда без какого либо подтекста. Он никогда не сделает ему больно или неприятно, пока покрывает лёгкими поцелуями порезы и рубцы. Тим закрывает глаза и, откидывая голову к стволу дерева, сцепляет свою ладонь с ладонью Глена в замок. Тот в ответ лишь улыбается, пока с его губ слетает лёгкая усмешка. Глен, не отпуская руку теоретика, отходит от дерева и подходит к нему уже с другой стороны — со стороны беловолосого. Всё ещё крепко сжимая его ладонь, он притягивает его к себе и крепко обнимает. Тим в ответ расплывается в детской улыбке и прижимается щекой к груди стримера, мысленно считая удары его сердца. Блондин вдруг отводит взгляд в сторону и замечает небольшую тропу, что пролегала меж возвышающихся холмов. —Тимош. —Мм? —Там между холмами тропинка какая-то. Пойдём глянем? Тим, слегка отпрянув от Глена, обернулся на земельные массивы. И в правду — тропинка. Только вот куда она ведёт? —Давай! Ты же знаешь, милый, если предлагаешь ты, то я всегда за. — почти прошептал теоретик, приблизившись к своему возлюбленному. И парни, держась за руки, зашагали в сторону тропы. Всего три минуты — и они уже проходят по узкому пространству между подножиями двух возвышенностей. В конце тропы виднеются некие кусты и кустарники, что буд-то бы заслоняют собою выход. Высота их была около двух метров, что удивительно. Что здесь вообще делает эта тропа и кустарники в её конце? В любом случае, меж веток растений виднелся просвет. Было такое ощущение, что за ними скрывается нечто таинственное, необычное. Дойдя до скопления кустаркиков, Глен начал мысленно прикидывать, сможет ли раздвинуть густые толстые ветви. "Как говорится, не попробуешь — не попробуешь." — пронеслось в голове у стримера, после чего он, придерживая нижние ветви ногой, начал разделять руками верхние ветки. Получалось, конечно, скудно — на ветвях были шипы, что так и норовили исколоть руки и пальцы. Тем не менее, спустя пару минут обеспокоенных слов теоретика Глену таки удалось раздвинуть колючие ветви на столько, чтобы оба могли свободно пройти между ними не получив ранений. Пара секунд — и взору парней открывается огромное цветущее пространство, больше похожее на кратер между возвышающимися холмами. Нечто схожее с садом, окружённым возвышенностями. Он представлял собой окружность, диаметром около ста тридцати метров, что почти полностью была усеяна цветущими кустарниками сирени. Окрас цветков был максимально разный: белый, фиолетовый, пурпурный и даже практически розовый, а аромат так и желает опьянить. Можно даже сказать, что это самый настоящий сиреневый сад. —Это.. Ахереть. Что здесь вообще делает вот это? И почему мы никогда не слышали об этом са-.. Чёрт, Глен! Не успел Тим закончить мысль, как блондин уже побежал в сторону ближайшего кустарника. Ловко запрыгивая на нижнюю толстую ветвь и держась одной рукой за ствол, другой рукой он тянется к крупным веточкам нежно-фиолетовой сирени. Выбирая самые большие и пышные ветви, он аккуратно срывает около пятнадцати особенно длинных, больших и красивых. Под нежный и любящий взгляд теоретика блондин, хватаясь свободной рукой за другие ветви, спускается с кустарника. Секунду поразмыслив, он достаёт из кармана джинс небольшую верёвочку. Как и когда она там оказалась стример, честно говоря, сам не знает. Несмотря на её малую толщину и длину, её хватает, чтобы обвязать уже сформированный букет. Тим, улыбаясь, подходит к Глену, молча смотря на благоухающий букет. Держа одной рукой беловолосого за плечо, голубоглазый вручает ему букет. Тот же в ответ, принимая подарок, расплывается в нежной улыбке, после чего тянется к возлюбленному за поцелуем. Теоретик, вставая на носки, обвивает руками шею стримера, после мягко касаясь его губ своими. Глен же притягивает его ближе к себе, держа ладонями за талию. Что-ж, похоже, вопрос о том, откуда же за городом в окружении холмов и возвышенностей взялся сиреневый сад, более не актуален.
