Заполнить пустоту собой

Окровавленный кинжал лежал на небольшом столике, а рядом стояла потухшая свеча. Вики спала крепко. Чувство гордости за то, что одна смогла отомстить за Эрагона и при этом не предать Чуму, распирало ее и грело душу. Может именно поэтому она и не услышала, как в комнату кто-то вошел. Всадница осмотрела кровать и отвернулась от спящего ангела. Жалкое чувство ничтожности и слабости переполняло ее. Она должна держать девушку подальше от себя, снова обращаться с ней, как с никчемной зверушкой, должна перестать думать о ней. Но она не могла, потому и пришла в комнату Вики ночью. Тогда, когда её визит останется незамеченным. Чума осмотрела комнату еще раз и заметила, как при свете луны что-то блеснуло на столе. Девушка подошла ближе и увидела кинжал, на лезвии которого запеклась темная кровь. Она резко повернула голову к кровати и выдохнула. Больше не заботясь о том, что о ней может подумать зверушка, всадница подошла к кровати и схватила Вики за оголенное предплечье. Веки распахнулись и зеленые глаза испуганно посмотрели на ночную гостью. — Ты убила его… — Госпожа, вы… — Ты убила Войну — моего брата… — Чума смотрела на нее иначе. То, как сильно она сжимала руку Уокер, сама того не замечая, пугало и заставляло засомневаться в правильности поступка. — Да, я сделала то, о чем вы меня просили ещё давно. — Вики и сама не заметила как перешла на «вы», но кажется в свете последних событий, так было лучше. Всадница смотрела на неё несколько минут. Несколько мучительно долгих и страшных минут. — Ты прощена, моя маленькая птичка. — Чума ослабила хватку на ее руке и поднесла ладонь к лицу. Длинные изящные пальцы обхватили лицо Вики и чуть сжали его. Всадница медленно потянула руку к себе, заставляя девушку привстать на полусогнутых руках. — Я хочу, чтобы ты была верна только мне. Мне и никому больше. Пообещаешь мне, Вики Уокер? — она смотрела на нее с толикой восхищения, безумства и упоения. Девушка чуть поддалась вперед и незаметно потерлась щекой об ладонь Всадницы. Как она хотела пообещать ей все, что она только попросит. Все, чтобы Чума видела в ней равную себе, чтобы она поняла, как на самом деле Вики готова отдаться ее власти. — Я не могу, — глаза заслезились, несколько соленых капель покатились по ее лицу и упали на белое мягкое одеяло,— Я хотела бы быть тебе верна, но я не могу. Чума снова молчала. Она не наслаждалась ее болью и не питалась отчаянием девушки. Впервые в жизни Чума чувствовала неприятное горькое чувство при виде чужих слез. Её сердце защемило и будто попыталось вырваться наружу. Она прикоснулась к еще не засохшей на щеке капле слезы. Подушечка пальца, которая теперь была еле влажной и соленой осторожно и нежно коснулась нижней губы Вики. Та, в свою очередь, тихо выдохнула и, завороженно вглядываясь в красные глаза всадницы, поцеловала палец девушки. Чума проследила за тем, как язык Вики прошелся по всей длине ее пальца. Ее руки перестали сочиться темной магией и окрасились в белый цвет. Всадница, не скрывая удивления, посмотрела на свои руки. Что Вики Уокер с ней сделала? Тревога начала захлестывать ее тело. Такое было всего единожды. Матерь похвалила ее, когда ей было всего 50 лет и она была совсем малюткой. Матерь не давала ей и ее братьям выполнять приказы и задания в силу их маленького возраста, но все хотели заслужить похвалу и внимание. Тогда маленькая Всадница пролила кровь пса, который был подвидом отродья, и благодаря этому в их доме появился новый бесконечный кровавый ручей. Матерь была ею довольна. Вего пару минут… Когда Создательница Вселенной холодно обняла ее, на один миг вечно темные чернеющие руки Чумы засветились тусклым ярким светом. Матерь тут же оттолкнула ее от себя, назвала бракованной и слишком неопытной, глупой. Братья смеялись над ней и новосозданный ручей больше не приносил ей радости. Чума встревоженно посмотрела на Вики и попыталась убрать руки, но ангел не дал ей отстранится. Вики обхватила ладони девушки и чуть сжала их, прижимая ближе к себе. — От тебя исходит приятное тепло. Оно красивое, как и ты. С тобой уже такое случалось? Чума неохотно кивнула, но перестала пытаться вырвать руки из ладоней Вики. Ее милый птенчик восхищался тем светом, который Матерь прозвала недугом. — Ты знаешь почему так происходит? — Не знаю, но так быть не должно. Наши тела — оболочки, которые просто подчиняются нашему разуму. И это… нечто появилось не по вине моего разума, а значит это что-то противоестественное. — Может ли этот свет быть противоестественным, если он согревает и выглядит так прекрасно? То, что ты никогда не призывала его, не значит, что он тебе вредит. Тебе ведь не больно? — Вики вдруг встревоженно посмотрела на ее лицо и ее большой палец осторожно погладил ладонь Всадницы. — Нет — Хорошо Вики улыбалась ей своей самой очаровательной улыбкой, и именно тогда Чума поняла по чему она так скучала. Скучала ли? Беспокоилась за пленницу, любимую зверушку? Не хотела потерять первого преданного ей человека? Она скучала по Вики Уокер, как бы сложно это ни было принять.       Всадница осторожно вытащила ладонь из рук ангела и выпрямилась. Её кожаный костюм и открытые благодаря нему части тела тут же приковали к себе взгляд девушки. Чума улыбнулась и, быстро наклонившись, коротко поцеловала девушку в уголок рта. — Спокойной ночи, Вики Не дожидаясь ответа, всадница быстро дошла до двери и, подмигнув девушке напоследок, вышла из комнаты.

***

В относительно спокойном темпе, если это можно так назвать, прошли следующие несколько дней. Вики тренировалась в школьном дворе под строгим присмотром Мальбонте, пыталась проявить другие стороны своей новой способности и очень редко помогала Чуме в кабинете — убирала книги на полки, помогала разобрать «бестолковые» документы, как говорила всадница, и выполняла мелкие поручения. Что-то вроде личного секретаря. Чума, конечно, не знала об этой человеческой должности, но иногда Вики шутила про слаженность их работы и даже рискнула пошутить о зарплате в виде еще одной прогулки вдвоем по Земле. Девушка посмеялась, но ответила Уокер, что сейчас у них нет на это времени. В целом, Вики даже начала задумываться о том, что она могла бы к такому привыкнуть, но сама Чума начала часто раздражаться из-за отсутствия хаоса и раздора. Все же она она не может жить без подпитки отчаянием других заключенных. Вики как-то проходила мимо заброшенного крыла школы, из которого всадники сделали небольшую темницу. В ней было всего чуть больше десятка ангелов и демонов, но Чума стала спускаться туда все чаще, чтобы наполнить себя необходимой энергией. В один из таких дней Вики нужно было забрать из заброшенного крыла старые чернила. Именно тогда девушка снова увидела, как Чума буквально истощает какого-то ангела. Слезы хлынули из глаз. Она стала посмешищем для остальных — не борется с Всадницей, а помогает ей и закрывает глаза на то, как Чума убивает ни в чем неповинных бессмертных.       Вики начали чаще приходить письма от Ордена Сопротивления. Они узнали, что именно младшая Уокер послужила причиной смерти Войны, но теперь переживали за ее жизнь. Девушка не отвечала. Она пыталась закрыть глаза на добрые утешающие слова Дино в письме, не расплакаться от фразы Ади и Сэми, которые назвали ее храброй, сильной и настоящей воительницей, она пыталась не вдыхать слабый аромат вишневой помады Мими, которая оставила на краешке бумаги поцелуй и так же рядом написала, что очень ждет ее возвращения. Все это только разбивало ей сердце.       Вики аккуратно свернула очередное письмо от друзей и положила его на дно большого шкафа. Её комната уже долгое время была серой и мрачной, что кажется она перестала обращать на это внимание. Вдруг дверь приоткрылась, Чума зашла довольно бодрым шагом. Всадница одним движением пальца зажгла все свечи и подошла к Вики. Увидев бесстрастное выражение лица ангела, девушка нахмурилась. — Что-то случилось, птенчик? — Она мягко и нежно провела ладонью по щеке Вики, что та подумала о том, как бы ей хотелось, чтобы это не было спектаклем, игрой всадницы. — Тебя обидел мой ненавистный брат? Вики не отворачивал от нее, но видела, как тело девушки тут же напряглось и кончики пальцев Чумы стали чернее. — Нет, Голод ничего мне не сделал. — Тогда почему ты так хочешь накормить меня отчаянием, дорогая? Это на тебя не похоже и мне больше нравится, когда ты слушаешься меня добровольно. Красные губы изогнулись в заигрывающей улыбке. Вики измученно улыбнулась в ответ и чуть отошла назад, увеличивая между ними расстояние. — Скоро придет твой старший брат? — Да, — видно было, как Чуме не понравилось то, куда Вики вела их разговор, но не останавливала ее. — Значит, что скоро снова будет битва? Вы снова убьете кого-то из моих родных. — Птенчик, я была для этого создана и как бы мне не нравилась твоя преданность и твой скверный дерзкий характер, я должна сделать то, чего хочет Матерь Жизни. — А чего хочешь ты? Что Матерь сделала для тебя, пока ты так усердно стараешься ради нее? Всадница сверкнула красными глазами, и зеркало на комоде треснуло. — Ты не поймешь. Матерь Жизни создала меня. Создала всех нас. — И это не повод отказываться от собственных желаний, я могу быть тем, кем хочу, а не тем, в кого меня хотят превратить. — Быть Всадницей, сеять хаос, распространять болезни и горе, питаться отчаянием — это мое предназначение. — Но ты никогда не пыталась задуматься о том, чего бы тебе хотелось по-настоящему. Просто скажи мне. Я никогда не стану тебя осуждать. После всего, что было, я до сих пор здесь, несмотря ни на что. Вики снова подошла к ней, но теперь настолько близко, что казалось, если кто-нибудь из них сделает глубокий вдох, то груди обеих соприкоснуться. Чума не отошла, но встревоженно посмотрела на девушку. Ее руки снова стали светлыми, а сердце забилось чаще, чем обычно. — Я люблю сеять хаос. Как бы ты не хотела этого признавать, но я и правда создана для разрушения всего, что создавалось так долго. Уничтожить то, что тебе так дорого — мой долг, который я выполню. — И что потом? Ты будешь править пустотой? Твои братья наконец станут относиться к тебе так, как ты на самом деле этого заслуживаешь? Маленькая заминка, но именно она послужила лучиком надежды. Вики увидела, что Чума осознает бесполезность своих трудов, но не может смириться с этим. — Я не стану с тобой это обсуждать. — Чума фыркнула и, отвернувшись от нее, пошла к двери. — Тебе нужно поспать и стереть дурацкую вялость с лица, она меня раздражает. Завтра ты не будешь мне особо нужна. Еду принесет слуга. Вики смотрела, как дверь её комнаты закрывается, и думала о том, что может ей и правда ничего не удастся изменить. Её чувства незначительны в сравнении с «настоящим» долгом. Она не может достучаться до Чумы словами, не может открыть ей глаза на происходящее. И дело не только в разрушении Небес, жестокости и убийствах, сама Всадница не осознает, что она не просто бесполезная оболочка, не робот, который был создан исключительно для определенной цели. Если бы это было так, то Чума бы не смогла бы испытывать никаких чувств, она не нуждалась бы в признании, уважении и любви со стороны братьев и Матери, но она отчаянно хочет все это заслужить, что доказывает ее способность на проявление чувств и их принятие. Вики расправила кровать, потушила свечи и закрыла глаза.