Залечи мои раны

Женя в этой невзрачной, будто пустота внутри, белой олимпийке чувствует себя неуютно. Нейтральный цвет жутко въедается под кожу, заставляет шестерёнки в голове крутиться явно не в том направлении. Какая-то неяркая экипировка. Лучше бы в красную команду попал, у них одежда - цвета вырви глаз, заметно за три километра. У Семененко нет проблем с коммуникациями. Женя без тяжести в сердце улыбается и поддерживает сокомандников, в необходимости скоротать время легко начинает беседу с любым из них. Он довольно активно участвует в разговорах: иногда даже перегибая, излишне вклиниваясь в почти что каждый диалог, невольно стараясь отвлечься от грызущих изнутри навязчивых мыслей. Просто душа лежит к привычному ещё с январского чемпионата прыжков синему цвету команды. Хватит себя обманывать, Семененко, на цвет команды тебе пофигу. Там сбоку, куда непроизвольно тянет повернуть его головушке, сидит Петя. Гуменник выглядит хорошо. Улыбается, смеётся и внешне излучает свойственное ему спокойствие. Петя сейчас не рядом с Женей, он с Колей и Владом, и у него всё хорошо. Угожаев - младший товарищ по штабу, с кем несмотря на ежедневную рутину Петя охотно общается. Дикиджи - такой прям лучший друг, с которым Петя чувствует себя комфортно. Женя раз за разом прокручивает в голове моменты жеребьёвки. Петя смеётся с Владом; Петя по-хозяйски закидывает руку на плечо Коли. Семененко не перестаёт сравнивать с собой: думает о том, что таким весёлым как с Владом Петя с ним никогда не был, что Петя как-то слишком долго, непозволительно долго обнимает Колю. Женя, кажется, надолго, е̶с̶л̶и̶ ̶н̶е̶ ̶н̶а̶ ̶в̶с̶ю̶ ̶ж̶и̶з̶н̶ь̶, запомнил всё в мельчайших деталях. Как Влад поднял руки в радостном жесте, когда Петю выбрали к нему в одну команду. Как потом Петя сразу же повернулся к Угожаеву, стоило тому занять место рядом. Женя разочарованно вздыхает. Даёт себе воображаемый подзатыльник и обещает больше не смотреть в их сторону. Дикиджи волнуется, как бы это распределение по командам не повлияло на отношения друзей. И пока Гуменника завлекает в очередной разговор Коля, Влад ломает голову, как бы помочь Жене и Пете окончательно не потерять их связь. А заодно соображает, что попросит взамен своих нервных клеток, потраченных на восстановление нормальной атмосферы в их тесном питерском кругу.

***

Женя отлично прыгает в конкурсах, но падает с четверного лутца в короткой. У Пети в челлендже не получился параллельный сальхов, но программа идеальна. Первый соревновательный день пролетает для Дикиджи со скоростью света. Влад нихуя не успевает придумать для примирения, так-то по факту нессорившихся товарищей. Вот вроде бы только позвали на разминку - тут же начинаются "весёлые старты" челленджы: сольные прыжки, затем параллельный с Угожаевым, они много болтают, смеются, переговариваются, без конца уточняя какие-то "бытовые" вопросы для идеально синхронного выполнения, следом обнимаются и искренне улыбаются друг другу после чистого исполнения. Во время прокатов одиночниц голову Дикиджи посещают какие-то расплывчатые идеи, но сформировать их в цельную картинку не получается из-за не пойми откуда взявшейся тревоги. Или это ответственность за команду? Так Влад ранее уже участвовал в кпк, откатать программу не казалось чем-то новым и сверхъестественным. Да, чересчур тревожась, Дикиджи начинает повторять короткую - элементы, хорео, дорожки. Главное не упасть - проносится в его голове, затмевая мысли о примирении Семененко и Гуменника. Женя, по воле судьбы и случая, катавший программу пятым номером, а Гуменник шестым, смотрит петину дюну будучи под камерами в специальной зоне, отведённой для своей команды. Как человек доброй души Семененко никогда не пожелает соперникам ошибок и падений. Поэтому чистому прокату Гуменника он рад. Правда объятия Дикиджи и Пети, когда последний выходит со льда, добивают. Знает, что ещё совсем немного потерпеть, и сможет уйти - сбежать ото всех - и остаться в одиночестве, наедине с самим собой. Однако его присутствие требует общее фото с людьми из федерации. Половину команд потеряли, но фотографию то для отчёта сделать нужно. Отставая от других и следуя за Дарио и Лизой, он вместе с ними почему-то оказывается сбоку, в то время как оставшаяся часть белых в середине. Видит, что стоять будет рядом с Владом. Облегчённо выдыхает, но не тут то было. Дикиджи, что является неожиданностью для Семененко, шагает вперёд. Равняется с Угожаевым и делает вид, будто так и планировал, будто Женю и не заметил, и непринужденно заводит разговор с Колей. Сдвигаясь вперёд, Влад открывает Семененко вид на правую сторону, где, обернувшись туда, Женя видит Гуменника. Путей отступления нет, так как фотограф уже на месте, а большое количество важных людей явно не потерпит беспричинного бегства. — Женя? — А? — услышав своем имя, не сразу поворачивает голову к Гуменнику и поднимает взгляд. — Надо поговорить, я приду вечером? — шепчет на ухо, чтоб другие не услышали, и ненадолго касается руки, обращая на себя внимание Женьки. Женя лишь успевает растерянно кивнуть, как все вокруг начинают шушукаться и потихоньку расходиться. Напоследок Петя кидает ему нечитаемую улыбку и они теряются в суматохе. Ты всё сделал правильно - успокаивает сам себя Дикиджи. Владу кажется, что его шалость не осталось незамеченной. Как минимум удивлённое лицо Угожаева, когда рядом с ним возникает словно из-под земли Влад, который резко и уверенно придвигается ближе и с бухты барахты убалтывает Колю в диалог. Также Владу мерещится, что спину его прожигают два сердитых взгляда, как бы "благодаря" за непрошенную помощь. Дикиджи слышит голоса Пети и Жени, они о чём-то переговаривались, но подслушивать не предпочитал и потому в суть не вникал - всё-таки это их личное. Верит, что всё у них будет хорошо. Когда спортсменов наконец-то отпускают, предоставляя свободное время, Дикиджи думает о том, как сейчас с новыми силами начнёт генерировать идеи и искать решение для друзей. Но приехав в отель, его кроет не по-детски. Почему не пробил за прокат сто баллов, почему случилась ошибка на акселе. Мог ведь лучше. — Влад, ты в порядке? — рядом идущий Петя настойчиво касается его руки, останавливая. Гуменник заглядывает в глаза Влада, требуя немедленный ответ. Сейчас они всей толпой спортсменов зашли в хол отеля, где уже разойдутся в разные стороны. С Петей у Влада один этаж, им сейчас по пути. Только номера расположены далековато друг от друга - 414 и 421 - между их дверьми ещё несколько. — Петь, всё нормально, — вымученно улыбается в ответ Дикиджи и отворачивается, не желая говорить. Петя замолкает. Дикиджи напряжённо выдыхает, думая что справился с задачей и отвязался от Пети. Но они заходят в, удивительно, пустой лифт, и Гуменник уверенно кладёт свою длиннющую ладонь на плечо Влада, от чего второй вздрагивает. — Рассказывай, Дикиджи, всё рассказывай...

***

Женя пишет Сашке Трусовой, что не придёт сегодня вечером на общее "собрание". Некая традиция - вчера они долго и весело обсуждали концепцию команды и всё в таком духе. Александра не запрещает, ни в коем случае не ругает, вполне понимая, что основные вопросы они решили вчера и сегодня, чисто символически, придут только те, у кого остались силы. Дебютанка-капитан добавляет, что ни один Женя такой, ещё несколько человек будут отсутствовать. Саша пишет ободряющее "не убивайся из-за лутца, он того не стоит, ты лучший" И на душе становится как-то легче. Пётр объявляется где-то через час. Ни звонков, ни сообщений предупреждающих, де-факто обозначается стуком в дверь. Женя поднимается с постели и плетётся открывать, держа язык за зубами. Чтоб прямо в лицо гостю не выпалить сейчас сильно волнующее его "где тебя черти носили, неужто было что-то важнее меня?!" Пока движется к двери, в голове быстро перебирает всевозможные варианты опоздания Гуменника. Где он мог застрять? Ведь при желании мог оказаться здесь гораздо раньше, живут же в номерах напротив. Петя - 414, Женя - 412. Молча впускает Гуменника в номер, прилагая немалые усилия, дабы не начать скандалить прямо сейчас. Оказалось, что под петиным "надо поговорить", от которого внутри Жени все мышцы болезненно сжимались, подразумевалось спокойно вдвоём провести вечер. Говорить Петя особо и не планировал. Изучив глазами обстановку номера, старший остаётся в вертикальном положении, слегка нависая над сидящим в отельном кресле Женей. Петя осторожно, боясь спугнуть, интересуется о состоянии Семененко после неудавшегося прыжка в программе. Подбадривает, поддерживает, а когда убеждается, что всё в порядке, облегчённо выдыхает. Гуменник предлагает посмотреть какой-нибудь фильм, неловко поправляя волосы. Женя, сообразив, находит причину неловкости и смущения. Предложить - предлагает, да правда ноутбук Петя с собой не взял. Изогнув бровь, Женя кидает вопросительный взгляд на товарища - для понимания друг друга им слова не нужны - и Петя верно интерпретирует вопрос. Извиняется за подгон работы для женькиного ноута, и тем самым нарывается на шутки со стороны младшего: — Опять до ночи учился, лекции изучал и свои компьютерные программки придумывал? — достав ноутбук, Семененко машет в направлении кровати — Типичный режим перед очередным турниром, да? Зато результат то какой, чистейший прокат! — пожурил, но и одновременно похвалил Гуменника Евгений, без капли зависти в голосе. Выбор фильма много времени не занял, обоим было непринципиально, главное - отвлечься от суеты кпк. Минут через двадцать Женя резко нажимает на паузу и кидает, неразборчивое для Пети, то ли шутку, то ли претензию: — Я понимаю, мы сегодня отстрелялись с короткими, но завтра ещё эстафеты. Ты бы ещё в два часа ночи пришёл! — Прости, — виновато поворачивает голову к Жене, пытаясь разгадать его резко изменившееся настроение — С Владом был. Он немного расстроился своей ошибке в прокате, — ведёт плечами Гуменник. Возвращает взгляд к экрану ноута в ожидании продолжения фильма, даже не представляя, как на его слова реагирует Семененко. А Женя с каждым произнесённым чужим словом сильнее сжимает пальцами простынь кровати. — Эй, ты чего? — кино не включилось, и Петя вновь поворачивается к младшему, подмечая его действия. — Забей, всё нормально, — не глядя на собеседника, отмахивается Женька. Гуменник неприятно зажмуривается. За сегодня он уже от второго подряд человека слышит эту фразу. Убить за такое хочется. Крикнуть: да нихуя у вас не нормально! — Стоп, — бережно, как и всегда с техникой, всё-таки будущий айтиспециалист, откладывает ноутбук — Что тебя тревожит? — придвигается ближе, едва соприкасаясь бедрами — Я что-то сделал не так? — Петя молчит, давая возможность собраться с мыслями. — Ты! Да ты! Ты слишком общаешься с Владом и Колей. А может ты уже не общаешься, а гораздо больше? Просто я ничего не знаю? Повисает тишина. Отчётливо слышно, как Женя пытается отдышаться после своей гневной тирады. Не сумел сдержать эмоции в себе. Петя в лице не меняется, будто слова для него ничего не значат. Глаз с Жени не сводит. — Жень, это истерика? — тихим голосом, почти шёпотом, находясь в нескольких миллиметров от лица, обжигает дыханием женины губы Пётр. Гуменник уточняет, но скорее для галочки, итак всё видит. В конце концов времени выучить поведение друг друга у них было предостаточно, ещё когда мелкими тренировались вместе. И потом, когда во взрослые выходили, и со взрослыми проблемами сталкивались. — Угу, — Семененко говорит также тихо, интуитивно прячась, не желая показать слабость именно перед Петей. — Послушай меня, — старший мягко накрывает руками чужие руки, сложенные в замок — Я не знаю, чего ты там себе удумал, но — смущённо улыбаясь, опускает взгляд, а потом вновь смотрит на младшего — Угожаев, у него Зонов есть, — Гуменник хитро подмигивает, видя как шокирован Женя, и продолжает — Коля, он мой... Мелкий. Понимаешь, в одном клубе и всё такое... У тебя вот Глеб, у меня Коля. Всегда хочется его поддержать, где-то подсказать, за что-то поругать. Женя понимающе кивает, соглашаясь. У него действительно есть Глеб Лутфуллин. Несмотря на маленькую разницу в возрасте и вполне себе конкуренцию - выступают в одном виде - Женя испытывает те же чувства. Младший товарищ, младший брат, который всегда под боком. Как с ним не общаться и не заботиться о нём. А Петя продолжает з̶а̶к̶а̶п̶ы̶в̶а̶т̶ь̶ ̶Ж̶е̶н̶ю̶ говорить. — А Дикиджи... Он мой друг, — твёрдо, решительно, не терпяще никаких сомнений — Знаешь, я же тебе ничего не говорю про Марка, а вы с ним общаетесь сколько уже, а? — по-доброму улыбается Гуменник, совсем не упрекая Женю — Позволь мне тоже наслаждаться настоящей дружбой с человеком из нашего спорта. Мне такого не хватало,

***

Второй соревновательный день. После вечернего, плавно перетекающего в ночь, разговора по душам Жене становится лучше. Он легко воспринимает рядом сидящих в зоне поддержки Гуменника и Дикиджи. В одной команде, всё-таки. На веселе участвует в эстафетах на время. В прыжках, после своего выполненного элемента, для экономии времени так спешил к команде, что падает и чуть не сшибает малышню. Зато по окончании конкурсов, за кулисами пересекается с Петей, ярко выражающем волнение за него из-за произошедшего инцидента. Приятно. Петя смеётся: — Все эти эстафеты, никак не назовёшь, кроме как: спасибо что живой, Женя знает, что сейчас выглядит глупо и по-дурацки палевно счастливым - он не может не улыбаться, когда напротив себя видит улыбку Гуменника и слышит его смех. Какая разница, насколько глупо он выглядит, если сейчас кроме Пети его никто не видит? Снимая чехлы, правой рукой держится за Петю. Мелочь такая, для профи фигуриста так тем более, а приятно. Гуменник невозмутимо, без каких-либо пререканий, становится опорой, и чехлы женькины помогает держать, чтоб тому удобней было. В круге почета Женя замечает, что слиплись то на самом деле Угожаев и Дикиджи - они вместе проезжали и махали зрителям. Дурацкая ревность или глупые фантазии? В любом случае, Петя, его друг с детства, всё также является близким человеком. Самым близким. Выдох, вдох. Позволяет себе. И Пете позволяет. Обняться на камеры. Всё равно в этой суматохе, на радостях после финала турнира, обнимались буквально все.