Вот и я

«Мы держимся, чтоб вслух произнести: прости, реальность, прошлое, прости…»

Светлана Лаврентьева/ Кот Басë

Мы снова ругались. Ты не фильтровала слова, как впрочем и я. Обвинения были порой нелепыми и даже смешными. Но в какой-то момент я психанула и не нашла ничего лучше, чем просто сбежать. Проторенный годами путь всегда проще. Среди обвинений в мой адрес прозвучало и имя Н. Хм… Ты права, чуйка тебя не подвела, но это, поверь мне, особый случай. Не в смысле... Хотя, стоп, давай я расскажу по порядку. Ты в последнее время как-то сдулась и мне перестало хватать драйва и огня в наших отношениях. Знаешь, чтобы иногда по морде, чтобы падали шкафы и летали утюги, и гитара в окно, и скрипка о ванну, и ножик к плечу, чтобы навсегда отпечатать на моём теле мои косяки. Не потому, что мне всё это нравилось, а потому, что я видела твои живые эмоции и неравнодушие ко мне. А сейчас мне казалось, что ты меня разлюбила. Потому что последний раз я видела твои горящие глаза в Ледовом, Олимпийском и в шале, где пели сумасшедшие соловьи. И тогда мне пришла в голову идея, согласна, не вполне здравая и ты точно меня убьёшь, когда узнаешь. Для моей задумки мне нужен был сообщник. Я остановила свой выбор на НМ, она согласилась. И игра началась. Зря люди говорят, что она плохая актриса, мне кажется, у неё клёво всё получилось. Ты поверила. Злость, ярость и дикая ревность были написаны на твоём лице и читались в глазах. Наконец-то ты сбросила маску вечного дзена и всепрощения. И я, глупая, поняла, что натворила! Я снова подумала только о себе, не беря в расчёт тебя и твои чувства. Когда ты обо всём узнала, ты просто вычеркнула меня из своей жизни. Ты не писала, не звонила сама, и не отвечала мне. В один из выходных я прыгнула в машину и гнала, как сумасшедшая, понимая, что если не увижу тебя немедленно, то просто сдохну. Во Всеволожске была только Элка, буркнув, что ты на Кавалергадской, и, сквозь зубы обозвав меня сукой, захлопнула дверь прямо перед моим носом. (я не жалуюсь, нет, но она пнула ногой Вертюшу, выбежавшего мне навстречу. Вот кто настоящая сука!) На улице уже стемнело, когда подъехала к Кавалергардской, окна были тёмными, но я знала, чувствовала, что ты там. Ощупала карман, ключи были на месте, как знала, что понадобятся. У меня дрожали руки, когда я прикуривала очередную сигарету, никак не решаясь открыть дверь подъезда. На негнущихся ногах буквально вползла на нужный этаж, каждая ступенька давалась с трудом. Мысли метались в голове бешеными дикими скакунами: а вдруг не одна, вдруг не пустишь, вдруг тебя там нет, а где искать, я не знаю. И самая страшная из всех мыслей - вдруг больше не любишь. Ты открыла сразу, будто стояла под дверью и ждала меня. Я сделала шаг навстречу и ты буквально упала в мои объятия. — Светуль, прости меня. Ты же знаешь, почему я вечно творю хуйню, просто больше всего на свете я боюсь за детей и того, что однажды ты меня разлюбишь. Ты задрожала всём телом и заплакала, горько и безутешно, по-детски. Твои слезы ручьями стекали по моей шее, а я прижимала тебя крепче к себе, гладила твои лопатки и шептала в макушку: «Не плачь, пожалуйста, я просто умру, если ты не перестанешь». И оставляла невесомые поцелуи на твоих волосах. Ты постепенно успокаивалась, лишь слегка ещё подрагивали плечи и были слышны тихие всхлипы. Сначала я ощутила лёгкие касания твоих губ на моей шее, щеке, а потом… Ты резко прикусила мочку моего уха и буквально прорычала: «Раздевайся, Арбенина и быстро в постель»! Потом посмотрела на меня в упор, одарила ведьминской улыбкой и промурлыкала: «Я скучала».