Мой извращённый друг

Мой друг оказался в очень и очень щекотливом положении. Довольно дурацком, и не менее печальном. Всё дело в том, что он… как бы это сказать… изнасиловал девушку. Ну, то есть это она так посчитала. Имея на то вполне законные основания, вынужден заметить. Дело в том, что Лёха с самого детства был озабоченным парнем. Чуть ли не в семь лет шутил на сальные темы, после наступления зрелости же буквально грезил о будущем первом сексе, и не стеснялся свои фантазии рассказывать. Звучит как обычное дело для подростка, но в этом отношении мой приятель выделялся на фоне сверстников полным отсутствием какого либо стеснения. Возьмём тот же онанизм… Ну кто им не занимался? Разве что безрукие. Но обычно таких вещей стесняются, а Лёха как делать нефиг мог сказать: — Пойду, что ли домой, передёрну. В личной беседе, конечно, с друзьями. А вот публично он рассуждал о «науке вулканизма», и прочих таких вот вещах… В общем, всегда он был озабоченный, и без тормозов. Однако пришло время, и это стало играть даже ему в пользу. Весьма смазливый парень, который всегда знал, чего хочет, и не стеснялся об этом прямо говорить. Долгих и романтических отношений у него, конечно, не складывалось, но в целом девчонок хватало. Алина же, та самая пострадавшая, была, наверное, первой, с кем он действительно попытался серьёзно встречаться. И тут, увы, у Лёхи оказалось весьма… неправильное представление о том, что такое «моя девушка». Он почему-то думал, что романтические отношения подразумевают постоянный доступ к телу, кроме тех случаев, когда она совсем не в духе, или плохо себя чувствует. В общем, мой приятель отчего-то решил, что ему можно всё, чего только не запрещено. Алине это даже нравилось. Она ведь тоже ни разу не целомудренная недотрога была, такая фифа рядом с Лёхой и трёх минут бы не продержалась. Однако даже у неё были пределы, которые мой друг так и не осознал. И вот они пришли к ней домой после пьянки. Пришли весёлые, а в квартире никого нет… Лёха, разумеется, сразу же решил, что ситуация очень располагает к делу. Алина же сказала ему, что очень устала, и не раздеваясь прилегла на кровать… Думаю, можно представить, что было дальше. Она уснула, а у него дико зудело. Как итог, он решил тайком заняться с ней сексом, пока та спала. Заняться, так сказать, орально. Я понятия не имею, что за дерьмо у Лёхи в тот момент мозги заменило, да он и сам ответить потом не смог. Типа решил, что она не проснётся. Решил, что раз он её парень, ему всё можно… Однако Алина вот так не считала, и проснувшись, устроила своему парню дикий скандал. А параллельно, хитрая бестия (объективно хитрая, хотя Лёху это не оправдывает), записала часть их перекрикиваний на диктофон. И там Лёха… Ну, в общем, он признаётся, что она ему «Нет» сказала, но ему слишком хотелось. Алина, впрочем, оказалась особой не меркантильной, но зато с очень большим, хотя и извращённым, чувством справедливости. Она не стала нести диктофон в полицию, и денег тоже с Лёхи не требовала. Вместо этого она решила, что он должен в полной мере испытать на себе то, чему подверг её. Понять каково это, когда тебе в рот против твоей воли суют член. Понять, записать видео, и ей показать. Просто показать, перекидывать не надо. Взамен Алина обещала Лёхе удалить компромат, и расстаться миром. Если же нет… В общем, понятно, чем бы всё закончилось. И вот тут, увы, пришло моё время. Лёха ведь, если убрать из него всю озабоченность, парень-то неплохой. Такой всегда впишется за друга, полезет за него в драку (ещё бы толк там от него был), даст взаймы. Конкретно мне он в своё время сильно помог, когда меня чуть из универа не попёрли. Я умудрился в пух и прах разосраться с одним из преподов, а Лёха просто пошёл к нему, о чём-то поговорил, подкинул сколько-то денег (даже не сказал потом сумму), и всё. Не то чтобы проблема была полностью решена, но свой «уд» я всё-таки получил, хотя вообще-то знал предмет на отлично. Можно сказать, Лёха спас меня от исключения, и перспективы изучения армейской пайки, вместо изучения пищевых технологий. И вот теперь настало время расплаты. Для него и для меня. Что поделать, так уж вышло, что я был единственным из друзей, к кому мог пойти Лёха. Все остальные были… В общем, они либо отказались бы участвовать, либо потом проболтались бы. Я же был человеком в меру открытым и при этом не особо разговорчивым. Идеальный кандидат, дабы исполнить месть Алины. О да, об этом Лёха меня и попросил. Ему впервые в жизни было неловко говорить на тему секса. Однако мы всё-таки пришли к определённому соглашению. Договорились, в том числе, об условиях. Ведь Алине вовсе не достаточно было, чтобы он просто взял и отсосал. Нет, для удовлетворения извращённой мстительной девушки, Леха должен был нарядиться как настоящая женщина, а парень, то есть я, должен был кончить, и исключительно ему в рот. Чтобы, как говориться, насильник всё понял и прочувствовал. И вот мы с Лёхой договорились, что он постарается максимально замаскироваться, чтобы его вообще не узнать было, а я, со своей стороны, должен был несколько дней придерживаться строгого целебата. Чтобы кончить побыстрее, само собой, ибо затягивать процесс никому не хотелось. И вот я у него в квартире. Мы одни. Лёха выходит из комнаты, и я понимаю, что он действительно выполнил свою часть сделки. Весь разодетый в короткое платье, с ненастоящей грудью, в чулках и длинном светлом парике, он действительно выглядит весьма… не сказать привлекательно, но очень даже пошло. Он ставит на стол телефон, чтобы тот снимал видео, подходит ко мне, встаёт на колени. Я, заметно нервничая, снимаю штаны и трусы. Наверное, не будь трёх дней воздержания, у меня бы от нервов даже не встало, но они помогают. Да и Лёха старается, как может. Даже делает вид, что ему нравится. Оно и немудрено, от вида его брезгливого лица у меня бы точно всё опало. А так… Медленно, но верно, он приближается к цели. Даже, в некотором роде, умело. По себе знает, что работает, а что нет… И вот, мои трёхдневные запасы ударяют ему в горло. Я вынимаю член, а он всё стоит на коленях, на лице его крайнее недоумение, озадаченность. Словно бы и не ожидал, что этим всё кончится, хотя такова и была изначальная цель. Потом, правда, пришёл в себя и долго-долго промывал рот. А я, не став дожидаться завершения столь интимной процедуры, свалил домой. Шёл и всё ярче понимал, что нашей с Лёхой дружбе теперь, видимо, каюк. Не переживёт она такого, не сможем больше друг на друга смотреть. Хотя цели своей мы всё-таки достигли. Леха показал видео Алине, и та, прямо на его глазах, удалила с телефона аудиозапись. Конечно, никто не мог гарантировать, что хитрая девушка не сделала копию, но тут уж пришлось верить на слово. Леха поверил. А потом они просто разошлись в разные стороны, исчезли из жизни друг друга. Для Алины на этом история и закончилась, а вот для Лёхи… Для Лёхи всё только начиналось. И для меня тоже, хотя я этого тогда и не понимал. В тот момент я встречался с одной девушкой, которая мне давно нравилась. Ничего прямо серьёзного, обещания мы друг другу не давали, но я всё-таки надеялся, что это самое серьёзное возникнет. Очень надеялся. А она взяла, и прокинула меня. Другого нашла, да ещё и сообщила об этом так… мерзковато. Удар был ещё тот. И вот, я еду домой, жалуюсь в одном из общих чатов на жизнь. Все сочувственно пишут мне, подбодрить пытаются. И вдруг личное сообщение от Лёхи: приходи, мол, в гости, есть идея, чем тебя отвлечь. И значок в виде бутылки водки следом. Ну, думаю, ловко или неловко, а выпить сейчас самое то… Еду к нему. Звоню. Дверь открывается, и чья-то одетая в чёрное рука мигом затягивает меня внутрь. Дверь закрывается. В этот раз я совершенно не узнаю своего друга. На нём теперь чёрный парик с прямой чёлкой, и вообще он весь такой… красивый. Не пошлый, а именно женственный и в этом смысле привлекательный. В длинном чёрном платье с глубоким вырезом, с умеренной небольшой грудью, с лёгкой косметикой. Я стою, и молча смотрю на него. А он, тоже молча, смотрит на меня. Кажется, одно лишь следующее слово, или даже жест решит, чем всё это закончится. Моё слово. Мой жест. Лёха смотрит на меня с нетерпением… А я стою, и не могу понять: что должен делать? Что хочу делать? Снимать штаны мне кажется совершенно неправильным и неуместным, но и уходить я не хочу. Прислушиваюсь к себе. Думаю. Пытаюсь, что называется, послушать сердце. А вот оно подсказывает мне совершенно неожиданный вариант. Неожиданный как для меня, так и для ложной девушки, что столь бесцеремонно затащила меня в гости. Я подхожу, кладу руки ей на плечи. Она уже готова опуститься на колени, но я не позволяю ей этого сделать. Вместо этого, я целую её в губы. Целую долго, нежно, торжественно. В сексе я не так опытен, но уж целоваться умею отлично. Прекращаю. Она смотрит на меня опешившим взглядом. Понимает: что-то пошло совсем не по плану, и очень смущена. Смущена, но всё равно довольна. — Ты очень красивая, — говорю я ей. — Будешь моей девушкой? — Я… Да, конечно! — кивает она. — Кстати, как твоё имя? — Моё? Моё… Л…Люба. Да, Люба. Любовь. Мы улыбаемся друг другу. Я всё ещё помню, что передо мной мой друг, но если он может выглядеть настолько классно, это уже не имеет значения. Я вновь целую её, но в этот раз она перехватывает инициативу, превращая поцелуй во французский. Я знаю, всё в любом случае закончится так, как она хочет. Я не против. Просто начинать надо правильно. В конце концов, я, как ни странно, не Лёха. Меня не устраивает пару раз потрахаться и разбежаться. И если уж девушка мне понравилась, я сделаю всё, чтобы мы были вместе. Подхватываю её на руки, несу в комнату. Смотрю на кровать. Люба смотрит на меня. Кивает. — Уверена? Будет больно… Ответа нет, лишь длинный и влажный поцелуй. Я бросаю её на кровать, и Люба достаёт из-под подушки заготовленные сюрпризы. Три упаковки специальных прочных презервативов, и лубрикант. Она с самого начала знала, что этим и кончится? Впрочем, сейчас это не важно. Я спешно раздеваюсь, и ложусь рядом с ней… — Сделай это по-миссионерски, — просит она. — Как с настоящей девочкой. Сможешь? — Так будет ещё больнее… — предполагаю я. — Мне всё равно! Сделаешь? Я стаскиваю с неё трусы, и вижу, что член Лехи спрятан в какой-то странный футляр. На нём закрытый на замок пояс верности… И это почему-то ещё сильнее возбуждает. На меня находит небывалый азарт. Я заставлю её кончить как девушка! Заставлю! Смазываю. Прохожусь пальцами. У меня было не так много девчонок, но отношения всегда были близкие. Мы доходили до анала, и я знаю, как поступать, чтобы было не так больно. Люба тихо постанывает. Смотрит на меня. Закусывает губу. Наконец, я начинаю… Мне туго. Ей больно. И всё-таки она шепчет: — Не останавливайся… милый… любимый… ещё… Ах! У меня так и не получается заставить её кончить, но Люба всё равно довольна. Она говорит, что мы потом попробуем ещё раз. И ещё раз. Ещё сотню раз, если понадобиться. Она говорит, что больше не хочет кончать как парень. Что ей надоело быть рабом своего отростка. Она хочет любить. Она хочет быть со мной. Всегда! Хочет стать моей девушкой. Любимой. Женой! Я замечаю, что он слишком уж забегает вперёд, но отчего-то сам понимаю, что эти слова мне нравятся. Женой… Конечно, для этого придётся многое сделать, и внести некоторые изменения… Но Люба, кажется, вовсе не против. Жена… Да, пожалуй, это может сработать. Кто бы мог подумать, что помогая другу, я обрету семейное счастье, а вот поди ж ты… Наверное, что-то вроде кармы всё-таки есть в мире. Ну, или у нашего мира очень хорошее чувство юмора, тут уж одно из двух.