Хлам.

— Ребята! — Нет. — Эй, – возмутился Ники. – Я даже сказать ничего не успел. — Оно и к лучшему, – Сет даже не отвёл взгляда от пола, где были раскиданы карты. С пафосным видом выкинув бубновый козырь на короля треф, Гордон уставился на Нила и Кевина. Хэммик демонстративно фыркнул. Послышался глухой грохот, от которого троица подпрыгнула. Рядом с Ники стояла огромная картонная коробка, стенки которой раздулись от количества вещей в ней. На округлившиеся глаза сидящих, парень расплылся в широченной улыбке. — Ну и хлебальники у вас. Итак, – подтолкнув коробку ногой, Ники сел между ней и Нилом. – Это – хлам. — Информативно, – пробормотал Кевин, убирая в сторону «битые» карты и выкладывая свою. — Наш хлам, – последовало уточнение. Хэммик заглянул Нилу через плечо. — Я убирал нашу комнату, и в шкафу стояло это. Нил, ходи десяткой. Джостен положил нужную карту и вытянул шею, рассматривая содержимое коробки: куски ткани, какие-то шкатулки, страницы текста, просто мусор. И это только на поверхности. — Нам это зачем? – недоумённо спросил Нил. — Вот именно, что незачем. Поэтому надо разобрать всю эту кучу и выкинуть ненужное. — Почему сейчас? – покосился на него Сет. – Мы немножко заняты. И почему без остальных? Там наверняка есть много не наших вещей. К тому же, будет проще просто... — Слишком много вопросов на один квадратный метр, – хмыкнул Нил, кидая в друга подушку со своей кровати. Гордон возмущённо задохнулся и швырнул её обратно. — Эндрю ушёл в магазин, Аарон вроде на свидании. — А Элисон сейчас придёт, – подхватил Ники. — Насчёт Дэн не знаю. — Не сможет она, – раздался голос сверху. — Занята. — Блять, – Хэммик задрал голову, глядя на свисающего со второго яруса кровати Мэтта. – Боженька, ты ли это? «И разверзлись небеса, и сказал Господь...» Мэттью звучно засмеялся. — У меня не получается злиться на вас из-за того, что вы меня разбудили. Это был твой план? — Могу помочь, – Сет оживился. На укоризненный взгляд Нила он пожал плечами. – Что? Ну не может человек испытывать нужные эмоции сейчас. Не оставлять же его в беде! — Сейчас злиться будет не Мэтт, а Кевин, и это будет явно хуже. Слова Нила возымели свой эффект. Ехидно-зловещая улыбочка Гордона была встречена четырьмя парами осуждающих глаз. Двадцать секунд пропитанного угрозами молчания прервал Ники. Он запустил руку в коробку, вытаскивая вещь наугад. — Боа, – одобрительно хмыкнув, Хэммик достал нечто пушистое и пыльное. – Розовый. Сет чихнул. — Ты же не собираешься... О, ужас... – простонал Кевин, наблюдая, как Ники встряхнул это несколько раз и закинул себе на шею. — Это чьё вообще? – Нил отмахнулся от облака пыли. – Элисон? Или действительно твоё? — Не помню, чтобы это покупал я. Сет снова чихнул. — Ты заинтриговал меня этой розовой штукой. Насколько много там такой хрени? – Джостен встал, подходя к коробке. – О... Это камень? — Где? – Хэммик сунул нос внутрь. — Камень, - подтвердил он. — Какой рандом, – Мэтт флегматично-заинтересованно покачал головой, лениво спускаясь с кровати. Сет чихнул в третий раз. — Да будь ты уже здоров и счастлив! – вызверился Кевин. Ники подпрыгнул от неожиданности. – Говнюк. — Сам говнюк! – Гордон открыл рот, чтобы высказать своё очень важное мнение, но мысль была прервана новым чихом. — Да су-у-ука... Вот умру от аллергии, будете жалеть. Дэй торжественно положил руку на сердце. — Обещаю, что положу твою кепку рядом с чемпионским кубком по экси, который мы выиграем без твоего участия! – Вторая часть предложения произнеслась с особым напором, намекающим на бо́льшую слаженность команды без Сета. — Киньте тот камень им в головы обоим. По очереди, - тяжко вздохнул Мэтт, кладя тяжёлую руку на плечо Гордона, который порывался встать и влететь в живот Кевина двумя ногами. Никто из них не успел высказаться, так как зазвонил телефон Бойда. Свободной рукой взяв трубку, он промычал в знак согласия. Нил услышал бодрый голос Дэн. — Скоро буду, – Мэтт положил телефон в карман и строго, почти по-отцовски, посмотрел на притихшую компанию. – Буду очень рад, если вы станете хоть чуточку спокойнее. Все глотки должны остаться целыми, поняли? Нил уловил едва заметное поджатие его губ – Мэтт сдерживал смех. Он отвернулся и пошёл к выходу, заметив ухмыляющийся взгляд Джостена. Открыв дверь, Бойд столкнулся с Элисон. — О, адекватный человек, – обрадовался тот. – Ты к этим спиногрызам? Тогда у них есть шанс остаться живыми. А то мне убегать надо. Элисон гордо кивнула. — Шуруй уже. Мэтт пропустил Рейнольдс в комнату и ушёл. Её взгляд сразу упал на Ники. — Мой боа! Глазам не верю, – удивлённо улыбнувшись, Элисон коснулась розового пуха. – Мне казалось, я его выкинула. — Тебе казалось, – хохотнул Хэммик. – Подозреваю, тут ещё много твоего, которое ты «выкинула». — Ты правда покупала эту херь? – Сет поморщился. – Оно же... Фу. — Ничего-то ты не понимаешь, позорник, - перешагнув через коробку, Элисон села рядом с парнем. – Почему нос красный? Уже успели подраться? — Это Хэммик напылил, – проворчал Сет, двигаясь ближе к ней. – А я расчихался. — Бедняжка, – протянула она. – Как он мог так поступить? Негодяй! Кевин фыркнул от смеха, а Гордон злобно зыркнул. Пока не случилось нового взрыва, Ники вновь порылся в коробке. Внезапно он ойкнул и вытащил здоровенную ракушку с острыми отростками. В ней что-то шуршало. — О, это с нашего отдыха на пляже, – Элисон улыбнулась. – Кевин об неё порезался, когда купался, а я забрала с собой. — Памятник увечью Дэя? – съязвил Сет и тут же получил подзатыльник от Рейнольдс. Ники потряс ракушку. Из неё выпало что-то блестящее. С лица Гордона сошла вся краска, когда Кевин поднял блистер от таблеток. — Амитриптилин, – прочитал Дэй и изогнул бровь. – Тут ещё одна штука. От чего это вообще? Сет выхватил блистер из его рук и смял, заполняя неловкую паузу громким шуршанием фольги. Это был его старый антидепрессант, время приёма которого ассоциировалось с отвратительным периодом в жизни. — Какая красивая раковина, – пробормотал Нил, догадываясь, в чём дело. — Просто чудесная, – слишком бодро произнесла Элисон. – Ники, что там следующее? Хэммик выдохнул и вытащил сразу ворох всякой всячины. В этой кучке оказались обрывки конспектов по языкам, пёстрые тетради с абсолютно нечитаемым почерком и мятая коробка от пастельных красок для волос. Всё полетело в мусорный мешок, найденный там же. На самом дне коробки Нил нашёл складной нож с полностью гравированной ручкой. Лезвие переливалось синим. Восхищённо повертев оружие в руках, Джостен аккуратно сложил его и положил в карман. Такие красивые ножи были только у Эндрю. Или у Рене, но они всё равно были подарены Миньярдом. Кевин обнаружил свои старые перчатки. Изношенные и потёртые, они напомнили ему первое время в команде Лисов. Передёрнувшись, Дэй засунул их в пакет. Нил вопросительно приподнял бровь. — Не та память, которую я хотел бы сохранить, – Кевин повёл плечами. Джостен понимающе кивнул. Пачка модных журналов с дырявыми страницами была полностью пролистана. Вырезки образов и заметок о стиле то и дело выпадали. — Всё устарело, – вынесла вердикт Элисон, без сожаления комкая страницы. – Сдам в макулатуру. Настроение Сета быстро повысилось после находки в виде небольшого альбома с фотками. Пыльные фотографии старшекурсников имели невероятно сумасшедшую атмосферу. Там ещё были Хуан и Двейн! Нил с любопытством расспросил Гордона о бывших членах команды. Тот с максимальным воодушевлением рассказал несколько историй. Его энтузиазм заставил всех задуматься о его прошлой ориентации. Элисон даже пошутила о латентности Сета, на что получила убивающий взгляд. Старые футболки Лисов, отдельные фотографии, сломанный телефон, мяч экси, кассеты и диски – всё было перебрано и разобрано. Вещей оказалось в разы больше, чем все ожидали. Коробка развалилась, как только её полностью освободили. Вертя в руках новое – хорошо забытое старое, ребята оживлённо болтали, обсуждая темы, связанные с найденным. Даже Кевин и Сет перестали выглядеть, как вечно дерущиеся петухи. Разговоры были прерваны звуком открытия двери. На пороге стоял Эндрю и молча взирал на хаос, царивший в комнате. Нил резко вспомнил, что скоро спать, а здесь полный бардак. — Меня не было полтора часа. Вы охуели? – слишком невозмутимо сказал Эндрю. После мгновения тишины все дружно расхохотались.