За гранью реальности

На улице было 23 июня, 2020 года. Светило солнце, температура превышала 25 градусов, а множество людей, у которых выходные и каникулы, ходили большими компаниями со счастливыми лицами. Зенар шел с чемоданом на вокзал, его рейс должен был отправляться в 14:03. Время же было только 13:40, но лучше прийти пораньше, чем впопыхах бежать на поезд. Несмотря на температуру на улице было довольно жарко, из-за чистого неба. На другой стороне вокзала стоял ларек с мороженым, до которого Зенар решил дойти. Взяв эскимо за 59 рублей он подошёл к лавочке, которая была прикрыта навесом от солнца, поставил чемодан, достал телефон, и сев на лавочку стал залипать в соц сетях. — Интересно, а кто-то вообще будет по мне скучать? Наверное только мама, и кошка дома. С Марком мы и так не виделись в живую давно, зато хотя бы общаемся по телеграмму. Надо бы ему кстати написать… Открыв чат, он набросал обычные сообщения: "Привет, как дела?... У меня все окей", но в конце добавил "Я тут решил в другой город уехать, точно еще не уверен, останусь я там или просто отдохну, но в общем в ближайшее время меня в городе не будет" Время было 13:42. Для лета это было странно, потому что обычно время шло намного быстрее. А сейчас оно будто тянется как жвачка. Магнитные бури, которые проходили на этой неделе, и показывали свое влияние, видимо были тоже замешаны в этой иллюзии. Зенар смотрел на экран телефона, словно в мутное зеркало, где отражались не только уведомления, но и его собственные сомнения. Слова, отправленные Марку, повисли в воздухе – электронные бабочки, готовые вспорхнуть в неизвестность. 13:45. Каждая минута била, как капля воды, точившая камень его нерешительности. Город в который собирался Зенар, казался для него просто внеземным достоинством, но спустя некоторое время, в него все же начала вкрадываться мысль «А стоило ли?». Мороженое таяло в руке, словно ускользающее время. «Долог день до вечера, коли делать нечего», — всплыла в памяти фраза. И Зенар полностью понимал смысл этой фразы, ему стоило бы себя чем нибудь занять. Отъезд – это не бегство, убеждал он себя, а скорее прыжок в неизведанное, в надежде найти там что-то новое, настоящее. Сирена поезда взрезала тишину, словно острый нож. 13:50. Пора. Он поднялся, взял чемодан – тяжелый груз ожиданий и надежд – и направился к платформе. Впереди – новый город, новые лица, новые возможности. "Дорогу осилит идущий", — подумал он, и шагнул навстречу неизбежному. Но внезапно, мириады маленьких звездочек вспыхнули вдали дороги, словно кто-то рассыпал бриллиантовую пыль. Он обратил внимание в сторону шума. С ее конца на Зенара мчалась просто буря разноцветных блесток, это не было похоже на обычную вспышку – звездочки пульсировали, переливаясь всеми цветами радуги, вырисовывая замысловатые узоры, словно танец космических фейерверков. Время на телефоне стало отматываться назад, будто в дешевом фильме про путешествия во времени.Зенар зажмурился, рука инстинктивно прикрыла глаза. Неприятный, пронизывающий до костей холод, сопровождаемый низкочастотным гулом, пронзил его тело, который казалось, вибрировал не снаружи, а изнутри, в самом центре его существа. Он ощутил давление, словно его вдавливало в воздух невидимой силой, и под действием этой силы, он рухнул на лавочку, как старое дерево. Мир вокруг начал искажаться, растягиваться и сжиматься, как капли ртути на раскалённой поверхности. Цвета вокруг стали нереальными, насыщенными до предела, затем постепенно блекли, сменяясь мрачной, серой дымкой. Звуки превратились в невнятный, булькающий шепот. Он чувствовал, как его тело то растворяется, то снова собирается в миллиарды крошечных частиц, готовясь лопнуть. Голова кружилась в безумном вихре, сознание плыло, как листок на быстрой реке. Он ощущал странное, щекочущее чувство нереальности, будто вся его сущность растворяется, испаряется, превращается в нечто невесомое и бестелесное. Затем, всё закончилось так же внезапно, как и началось. Холод отступил, гул стих, искажения пространства исчезли. Очнулся он через некоторое время на том же месте… Но по всей видимости, был уже не один. — Мужчина, с вами все хорошо? Вам нужна помощь? — послышался звонкий женский голосок. Не до конца прозрев и открыв глаза, он увидел только высокую фигуру, от которой лучами исходил свет. — Я? Вроде все хорошо, только отключился как то резко, плохо стало наверное… До конца открыв глаза, он увидел блондинистую девушку, с зеленым цветом глаз, похожим на летний лес после дождя. Одета она была в классический вид одежды. Темная юбка, белая рубашка и алый повязанный галстук на шее. — А что это за одежда такая? Праздник какой? Вы кто? — Мирослава, — сказала девушка улыбаясь, — позвольте представиться лучше, я участница комсомольского движения "ПИР". Это сокращенное название, полное - "Просвещение и Равенство". Мы занимаемся популяризацией добрых дел и науки среди молодежи и граждан Советского союза. И сейчас мы ищем участников в наш коллектив. Вы не похожи на злого человека, но я увидела что вы были в опасности. Вы помните что произошло? — Подожди, Советский Союз? Комсомол? Мне кажется тут что-то не так. Зенар вскочил с лавочки и стал осматриваться, вокруг были лишь старые дома, советские лозунги на плакатах, и строящийся город, в котором он живет. Подумав что все это сон, он решил подыграть девушке. — Крепко же я уснул… Такое причудилось, ух... — Вы же меня не пугайте так, товарищ, я подумала с вами что-то случилось, уж слишком странно вы выглядели. А что это за одежда на вас? Я такой раньше не видела, интересный внешний вид. — Вполне обычная одежда вроде как, рубашечка, футболка брюки. А насчет моего состояния… Я недавно… Переехал! И видимо так вымотался, что пока ждал автобус - уснул. Естественно вся история с автобусом была ложной. Зенар еще не успел куда-либо отъехать, как его накрыла эта волна сумасшествия. — Переехали? И все вещи в этом чемоданчике? Не много у вас вещей то было — Да я думал гостиницу снять, но в целом неважно. А что там про организацию? Просвещение и… — Рада поприветствовать вас, уважаемый. ПиР! Это коллектив комсомольцев-любителей, где каждый приносит вклад в общество. Если заинтересует, пойдемте ко мне домой, я вам все-все расскажу! — Не откажусь. По мнению парня, сон был довольно странным, каким то не совсем спокойным, так и весело какой-то тревогой. Но, а как иначе можно было объяснить его попадание в прошлое? Где его по факту даже не было. Вокруг все выглядело пыльно, но довольно-таки ухоженно, красочно. Везде цвели деревья и цветочные кусты, было много клумб, детишки катались на самодельных велосипедах, а молодые пары гуляли по паркам. Около вокзала был Парк Гагарина, но и он выглядел иначе. Аттракционы были другие, деревья высажены иначе, а спортивной площадки с турниками и вовсе не было. Идя по улице Зенар рассматривал вывески и магазины тех годов. Множество "блошиных рынков", ларьков с мясом, газетами, и другими предметами, а также универмагов. На улице пахло настоящим летом. Летом, как в детстве, когда все цветет, а в воздухе витает ощущение легкости, расцветания. От этого аромата становилось чуть спокойнее. — Как вас зовут? — спросила девушка. — Зенар. Довольно необычное имя… — И вправду, нечасто такое услышишь на улице, но уникальность это даже хорошо! Вот мое имя - довольно недавно стало распространяться, из-за популяризации движения за мир. Ну собственно оно и означает «Слава миру», или «Славить мир». Мне нравится, такое красивое, легкое имя, и одновременно какой смысл! — Да, мне тоже нравится… —        неуверенно подтвердил Зенар. — А в итоге, что с вами случилось? Ну, на лавочке, на вокзале. — А… Я же говорю, всю ночь не спал, собирался, готовился, сюда переехал, а в итоге все проспал, болван. Еще и сон такой странный снился, или снится прямо сейчас? До сих пор в себя прийти не могу… Видел будто на меня миллион каких то разноцветных блесток вылилось, и такое ужасное состояние было, будто я вообще умру скоро. И в итоге я тут… Да и в целом не знаю я, стоило ли мне вообще куда-то уезжать. Столько сразу проблем пришло… — Ничего страшного, наш город тоже очень хороший, сейчас пару деньков побудете у меня, и станет лучше. Вот увидите! Было ощущение, что эта девушка всегда была на позитивном настрое, при встрече от нее исходили солнечные лучи, да и сама она выглядела как маленькое, земное солнце. В ее разговоре слышалась твердая уверенность, и надежда? Надеждой это нельзя было назвать, но что-то хорошее в нем точно было. — А я же получается где, в… — В Новокузнецке! Город - герой! Замечательный город который растет не по дням, а по часам, и история у него замечательная. Ты скорее всего слышал, но к нам сам Владимир Высоцкий в город приезжал! В феврале — Да… Наслышан я о нем. На лице Зенара проявился ужас. « — Как я мог остаться в Новокузнецке, если город выглядит точно не как мой родной город, он выглядит старым, или новым? Если он не достроен было бы логичнее предполагать что он новый, и построен недавно. Но время выглядело явно не как будущее. А как прошлое! Но в прошлом я никак не мог оказаться, хотя оказаться в будущем тоже не очень простое действие..?» Ему было тяжело об этом думать… По крайней мере на данный момент. — Мы пришли. Вот мой дом, нам на пятый этаж, — с легкой улыбкой указала Мирослава. — А… Это как это? Двери в подъезд, и без замков? Домофона? Это же небезопасно как минимум… — Ну ты чего… У нас же честный народ, никто не будет без причины вламываться в подъезды. Откуда же ты приехал такой, что у вас везде прям подъезды закрыты? Интересно как ты жил вообще, в таком криминале… — Да обычно я жил… Просто обычная мера безопасности, и все. Не значит же это что у нас все было криминально!, — слегка раздраженно сказал Зенар. Почему-то это "обзывание" показалось ему чем то оскорбительным — Хорошо, я поняла, извини если что-то не то сказала, не хотела тебя обидеть. — Проехали. Пошли? — Угу. Подъезды ничем не отличались от тех, в которых бывал Зенар. Такие же зеленые комнаты, с бетонными ступеньками, которые уже много лет были поломаны, будто их жевали, а так же в нем стоял тот самый неприятный запах хлорки, вперемешку с камнями. Зайдя в квартиру, первым делом Зенар увидел главную достопримечательность - гостиную. В ней стояла большая софа, по центру невысокий чайный столик, напротив, в углу - телевизор, на котором висела вязаная салфетка. Рядом с телевизором стоял сервант, полки которого были заставлены книгами - энциклопедиями, художественной литературой, или другими рукописями. В самом же стеклянном отделении серванта, стояла хрустальная посуда, красивый большой салатник по центру, окруженный бокалами. На нижнем ярусе находился чайный сервиз, среди которого был заварочный чайник, пара кружек, и блюдца. Весь сервиз был раскрашен в ярко-оранжевые цвета, с белыми горошинами. Из гостиной веяло ароматом сирени, варенья, и чего-то сладкого. Даже никогда не бывав тут, парень смог ощутить тепло уюта, и летнего отдыха. — Не могу соврать, у тебя очень красиво тут, так уютно. — Ой, спасибо большое, у меня ремонт довольно старый, но рада, что тебе нравится! Чай будешь? Есть Грузинский, Краснодарский, обычный зеленый. Также к чаю есть пряники. — Можно зеленый? От пряников бы я тоже не отказался. Мирослава кивнула, и пошла на кухню. Зенар стал осматривать вид с окна. Это был 5 этаж. На улице все так же ничего не менялось, зелёные деревья, люди, идущие куда-то по своим делам, и солнце. С радио на кухне начала играть музыка. Диктор говорил: "Московское время -10 часов утра. Местное время - 14 часов дня. Сегодня 23 июня, 1970 года. Погода на улице ясная, малооблачная. Днем - до 24 градусов по Цельсию, Вечером - до 18 градусов по Цельсию....." Всё что сейчас происходило, казалось ему максимально странным. Радио, люди, окружение, все что как либо касалось его - было непривычным, родным, но все же не тем что нужно. — Мирослава, слушай, а у тебя нет, где новости можно почитать? Телефон? Или другое? — Газета лежит у прихожей, недавно забрала, можешь почитать. Кто-ж новости по телефону слушает. Зенар взял газету с полки, как ему велела Мирослава, и нервно теребя ее край, пробежал глазами заголовки. Но важной информации там не было. Была информация только о каком-то съезде КПСС, урожае пшеницы и победах советских спортсменов на международных соревнованиях. Ничего из того, что его интересовало – ни новостей о глобальной пандемии, ни информации о развитии технологий, ни даже знакомых имён политиков. Абсолютно чужая реальность. Он медленно отложил газету, чувствуя, как волна отчаяния накрывает его с головой. Сон? Нет, это не мог быть сон. Слишком реально пахла сирень в комнате, слишком осязаемой была шероховатость бумаги газеты, слишком настоящим казалось тепло от чашки зелёного чая, который Мирослава только что поставила перед ним. — Спасибо, — пробормотал он, понимая, что его голос звучит чуть хрипловато. — Очень вкусный чай. Он отпил глоток, стараясь сосредоточиться. Нужно действовать. Продолжать притворяться, что все это – нелепая шутка, больше не получалось. Надо что-то делать. Найти способ вернуться домой. Или, по крайней мере, понять, что происходит.