шанс на любовь

***

Антон проснулся резко, словно его выдернули из тягучего, вязкого сна. В комнате было ещё темно, но за окном уже угадывались первые бледные отсветы рассвета. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбивалось. Он ещё чувствовал липкий страх от кошмара — голос отчима, его тень, этот удушающий страх… Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать: это была всего лишь ночь, всего лишь сон. Здесь не было отчима, не было той квартиры с тяжёлым воздухом. Только мягкое постельное бельё, прохлада подушки и слабый свет уличного фонаря, пробивающийся сквозь шторы. Антон сжал пальцы, вцепившись в одеяло, пытаясь успокоиться. Сделал глубокий вдох, провёл ладонями по лицу. Всё хорошо. Всё уже закончилось. Он собирался повернуться на другой бок, но почувствовал что-то под подушкой. Лист бумаги.Антон нахмурился и достал его. Это была записка. Простая, сложенная вдвое бумажка.Он развернул её и при слабом свете смог разобрать аккуратный, знакомый почерк: "Пойдём посмотрим, как просыпается лес? Выхожу в 6:30. Если хочешь — присоединяйся." Подписи не было, но Антон сразу понял, кто это написал. Арсений Сергеевич. На секунду внутри что-то дёрнулось, смешивая чувства. После кошмара, после той темноты и страха эта записка казалась чем-то нереально тёплым, светлым. Он ещё раз перечитал слова, задержал взгляд на строках, а затем быстро отбросил одеяло и начал одеваться. Антон вышел из дома, кутаясь в тёплый шарф. Утренний воздух бодрил — влажный, прохладный, с ароматами сосновой хвои и талого снега. Ещё не рассвело полностью, но небо уже начинало светлеть — переливалось холодными оттенками голубого и сиреневого. Арсений Сергеевич стоял чуть поодаль, в тени высокого дерева, неторопливо рассматривая узоры инея на тонких ветках. Увидев Антона, он слегка улыбнулся и кивнул: — Успел. Я уже думал, что испугался холода и решил остаться в постели. — Нет, — Антон натянуто усмехнулся, поправляя перчатки. — Не мог пропустить такое. На самом деле он просто не хотел оставаться в доме после того кошмара. Лес сейчас казался ему чем-то спасительным, чистым — местом, где можно отвлечься, почувствовать себя живым.Они пошли по тропе, ведущей к небольшой поляне. Снег скрипел под ногами, воздух был свежим и лёгким, тишину нарушало лишь редкое потрескивание деревьев от мороза. — Тебе часто снятся кошмары? — неожиданно спросил Арсений, не глядя на Антона. Тот вздрогнул, но постарался скрыть это за хмыканьем. — Бывает, — коротко ответил он. Арсений внимательно посмотрел на него, но больше не стал расспрашивать. Антон был ему за это благодарен. Через несколько минут они вышли на поляну. Здесь снег искрился в первых лучах солнца, деревья отбрасывали длинные тени, а над землёй поднимался лёгкий туман. Всё выглядело настолько красиво, что Антон невольно замер, задержав дыхание. — Ну как? — спросил Арсений, вставая рядом. — Круто, — тихо ответил Антон, оглядываясь. Лес будто оживал. Ветки качались от лёгкого ветра, редкие птицы перекликались в кроне, а небо, наконец, начинало окрашиваться в мягкие золотистые тона. Антон вдруг поймал себя на том, что чувствует себя легко. Будто ночного кошмара и вовсе не было. — Хотел тебе это показать, — вдруг сказал Арсений. — Иногда полезно встречать утро не среди стен, а среди деревьев. Антон посмотрел на него. — А вам не надоело возиться со мной? Арсений приподнял бровь, будто этот вопрос удивил его. — Ты что, думаешь, я делаю это из вежливости? Антон отвёл взгляд. — Не знаю. Просто… не привык. Наступила короткая пауза. Арсений чуть наклонился вперёд, глядя на него внимательно, но мягко. — К хорошему отношению? Антон молчал. Это было именно то, что он хотел сказать, но не мог заставить себя признать вслух. — Значит, пора привыкать, — спокойно добавил Арсений и, заметив, что Антон замёрз, слегка хлопнул его по плечу. — Ладно, пойдём обратно. Пока не окоченели. Антон не стал возражать. Он чувствовал, как откуда-то изнутри разливается странное тепло. И дело было не только в утреннем солнце. Они неспешно шли по лесной тропе, утопая ботинками в мягком снегу. Утренняя свежесть бодрила, а воздух был таким чистым, что казалось — им можно напиться. Антон зябко поёжился и глубже засунул руки в карманы. — Замёрз? — Арсений бросил на него быстрый взгляд. — Да нет, нормально, — буркнул Антон, хотя тёплый пар, вырывающийся изо рта, выдавал его с головой. Шли молча. Антон краем глаза смотрел на учителя — тот выглядел спокойным, чуть задумчивым, но его губы тронула едва заметная улыбка. Видимо, прогулка ему нравилась. — Антон, — вдруг негромко произнёс Арсений. Парень вопросительно взглянул на него. — Я слышал, как ты звал меня во сне. Антон резко отвёл взгляд, сердце на миг пропустило удар. Он знал, что рано или поздно разговор об этом случится, но надеялся, что не так скоро. — Дима рассказал? — пробормотал он. — Нет. Я сам слышал. Антон сжал зубы и ещё сильнее втянул голову в воротник куртки. Было стыдно. Он не помнил, насколько громко кричал, но, видимо, достаточно, чтобы разбудить других. — Хочешь рассказать, что тебе снилось? — Не хочу. Арсений не настаивал. Они ещё немного прошли в тишине, пока Антон сам не заговорил: — Это был не просто сон. Это… — он сглотнул, подбирая слова. — Мне снился отчим. И вы. Арсений слегка нахмурился, но не перебивал. — Я видел лес, ночь. Я… был там, и вы оба тоже. Отчим… Он стоял рядом, говорил что-то, а я не мог пошевелиться. А вы… вы уходили. Просто шли прочь, и я знал, что если вы уйдёте, то я останусь с ним. Навсегда. Антон вздохнул, чувствуя, как пальцы в карманах дрожат. — Поэтому и звал вас. Он замолчал. Арсений шагал рядом, не говоря ни слова. Потом медленно выдохнул и тихо сказал: — Ты не один, Антон. Парень бросил на него взгляд. Взгляд учителя был серьёзным, полным чего-то… тёплого. — Я здесь.—Добил он чуть тише. Они не торопились возвращаться. Лес манил своей тишиной, и идти по хрустящему снегу было приятно.

***

Антон шёл немного впереди, подбрасывая в воздух снежок и ловко ловя его одной рукой. Арсений наблюдал за ним с лёгкой усмешкой. — Ты всегда такой энергичный с утра? — спросил он, когда Антон в очередной раз кинул снежок вверх. — Только когда настроение хорошее, — ответил тот, — но это бывает редко. Арсений усмехнулся, не уточняя причины.Антон вдруг резко остановился и нагнулся, рассматривая что-то в снегу. — О, смотрите! Следы! Арсений подошёл ближе. На белой поверхности действительно тянулись мелкие отпечатки лап. — Заяц, — сказал он, присмотревшись. — Точно? — Ну да. Вон следы от задних лап длиннее передних. Антон наклонился ещё ниже, будто надеясь разглядеть что-то ещё. — Хотел бы я увидеть зайца вживую, — пробормотал он. — Они шустрые. Почувствуют нас — и сбегут. Антон выпрямился и огляделся. — А вдруг он где-то рядом? Арсений усмехнулся. — Хочешь, чтобы мы за ним погнались? — Ну, звучит как план, — с азартом подхватил Антон. — Не лучший, — покачал головой Арсений. — Вряд ли мы его догоним, да и с чего ты решил, что он вообще поблизости? Антон сделал шаг в сторону деревьев. — Проверим? — Антон… Но тот уже углубился в лес, внимательно оглядывая кусты. Арсений вздохнул, но всё же пошёл следом. Погоня за зайцем, конечно, была обречена на провал, но прогулка превратилась в игру. Они искали следы, старались двигаться тише, словно охотники, замирали, если слышали треск веток. В какой-то момент Антон, обернувшись, заметил, что Арсений пристально на него смотрит. — Чего? — Да так, — спокойно ответил тот. — Просто рад, что тебе весело.Можно я тебя сфотографирую? —Что? Ну ладно.Дерзайте—Хихикнул Антон и стал позировать. После пары тройки вспышек ,Арсению пришла идея. — Давай теперь вместе, — внезапно предложил Арсений,переключая камеру. — Вместе? — переспросил Антон, явно удивлённый. — Ну а что? — Арсений пожал плечами. — память о прогулке. Антон пару секунд молчал, но затем кивнул. Арсений подошёл ближе, поднял телефон, на экране появилось их отражение — он сам с лёгкой улыбкой и Антон, чуть серьёзный, но спокойный. — Ближе становись, а то на полэкрана один лес, — усмехнулся Преподаватель. Антон хмыкнул, но всё же шагнул чуть ближе, их плечи почти соприкоснулись. Арсений быстро сделал пару снимков, проверил их и остался доволен. — О, нормальные вышли, — он повернул экран к Антону. Тот посмотрел и кивнул: — Хорошо. Арсений усмехнулся и убрал телефон в карман. — Ну вот, теперь есть доказательство, что ты со мной гулял, а не просто потерялся, — пошутил он. Антон качнул головой, но уголки его губ чуть дрогнули, выдавая лёгкую улыбку. Арсений вдруг смутился, но скрыл это за улыбкой. — Конечно весело! Я вообще люблю природу, знаете ли. — Рад слышать. Ещё немного побродив по лесу, они поняли, что зайца им не найти, и решили вернуться. — Ну, хоть попытались, — философски заметил Антон, пристраиваясь рядом с Арсением. — Это да. Они шли медленно, не торопясь. И чем ближе был дом, тем больше Антону не хотелось, чтобы эта прогулка заканчивалась. Когда они только вышли из леса, небо уже затянули густые серые тучи. Ветер стал сильнее, бросая в лицо мелкие снежные хлопья. — Кажется, зря мы так далеко ушли, — заметил Арсений, ускоряя шаг. Антон вскинул голову к небу, морща нос. — Ага… Похоже, нас сейчас хорошенько завалит снегом. И действительно, снегопад усиливался с каждой минутой. Ветер гнал его в лицо, кусая щеки холодом. Сначала это казалось даже весёлым испытанием — они смеялись, утирая снег с лиц и ускоряя шаг, но вскоре стало ясно, что буря не собирается утихать. — Бежим! — крикнул Арсений, взяв Антона за руку и почти силой заставляя его идти быстрее. Они сорвались с места и побежали по тропинке, которая из-за налетевшего снега быстро терялась из виду. Антон зажмурился, чувствуя, как ветер буквально сбивает его с ног. Арсений, напротив, крепко держался на ногах и не отпускал его руку. — Почти пришли! — прокричал он сквозь завывания ветра. Антон едва разобрал очертания дома впереди и с облегчением бросился к нему. Добравшись до крыльца, они оба перевели дух. — Вот это нас накрыло, — пробормотал Антон, стряхивая снег с куртки. Арсений посмотрел на него и усмехнулся. — Ну, теперь точно отогреваемся горячим чаем. Пошли. Они зашли в дом, оставляя за собой мокрые следы. Ветер гудел за окнами, метель набирала силу, а внутри было тепло и уютно. К обеду метель начала стихать, и небо немного прояснилось. Все оставшиеся в доме ребята собрались в гостиной, обсуждая, что делать дальше. Арсений проверил прогноз погоды и, посоветовавшись с учителями, принял решение: — Друзья, думаю, нам пора возвращаться домой. Погода более-менее наладилась, но неизвестно, как будет дальше. Лучше уехать завтра утром, пока дороги ещё проходимы. Ребята зашумели — кто-то радостно вздохнул, кто-то наоборот выглядел разочарованным. Антон сидел молча, разглядывая узоры на оконном стекле. Он не хотел уезжать. Здесь, в этом доме, он чувствовал себя свободнее, чем в родных стенах. — Поезжайте, а мы ещё останемся, — в шутку сказал Дима, но Арсений покачал головой. — Нет, все вместе уезжаем. Пойдите собирайте вещи, утром машина будет здесь. Антон нехотя встал и направился в комнату. Он медленно складывал вещи, словно пытаясь растянуть этот процесс. В голове крутились воспоминания: ночные разговоры, прогулка по лесу, шумные вечера с друзьями… После ужина Антона потянуло в сон,сам того не заметив он уснул.

***

Утром, проверив все комнаты ,все собрались в прихожей. Когда Антон вышел в прихожую, все уже стояли с рюкзаками. Оксана что-то тихо обсуждала с Серёжей, Дима зевал, а Арсений проверял, не забыли ли ничего. — Всё? — уточнил он, оглядывая ребят. Все кивнули. — Тогда поехали. Они вышли на улицу, где уже ждала машина. Сев в салон, Антон последний раз взглянул на дом. Он чувствовал, что оставляет здесь что-то важное — тепло, покой, что-то ещё, что он пока не мог объяснить. Машина тронулась, увозя их обратно в привычную жизнь. Автобус мягко тронулся с места, покидая заснеженный загородный дом. Антон сидел у окна, глядя на пролетающие мимо деревья. Он устал за эти дни — эмоции, прогулки, кошмары… Всё наложилось, и теперь веки тяжелели с каждой минутой. Рядом сидел Арсений. На этот раз он снова выбрал место в конце автобуса рядом с ребятами, и никто не удивился — за время поездки учитель стал своим среди них. Антон сначала держался бодро, перекидывался парой фраз с друзьями, но постепенно разговоры утихли, и тёплый воздух в салоне разморил его окончательно. Он даже не заметил, как кивнул вперёд, а потом мягко опустился боком на плечо Арсения. Арсений почувствовал лёгкий вес и чуть повернул голову. Антон спал, его дыхание было ровным, а тёплый свет из окна подсвечивал пряди волос. Он выглядел таким беззащитным, что Арсений невольно задержал взгляд. Ребята впереди что-то обсуждали, никто не обратил внимания. Арсений вздохнул, собираясь осторожно разбудить Антона, но вместо этого лишь немного расслабился, позволяя ему поспать. Путь ещё долгий. Пусть хоть немного отдохнёт.Серёжа, сидевший напротив, лениво листал телефон, пока взгляд не упал на Антона, мирно спящего на плече у Арсения. Губы парня тронула хитрая улыбка. Он медленно, чтобы не спугнуть момент, поднял телефон и незаметно щёлкнул камеру. — Опа, вот это кадр, — шепнул он Диме, который сидел рядом. Дима заглянул в экран и фыркнул, прикрывая рот рукой. — Серьёзно? — прошептал он. — Если Антон увидит, тебе конец. — Зато какой момент, — хихикнул Серёжа. Он пригляделся к фото: Арсений смотрел в окно, явно даже не замечая, что его плечо стало подушкой для Антона. Лицо учителя было спокойным, а вот Антон… Он так мирно спал, что даже Диме стало смешно. — Ты это кому-нибудь отправишь? — спросил он. — Пока нет, — хмыкнул Серёжа. — Но пусть лежит. На память. Они переглянулись и снова подавили смешки, пряча телефоны. Главное — не разбудить спящего Антона и не попасться Арсению. Пока автобус мягко катился по дороге, укачивающий ритм движения и лёгкий шум разговоров окончательно расслабили Арсения. Он уже давно смотрел в окно, провожая взглядом заснеженные деревья, но сам того не заметил, как веки стали тяжелеть. Антон на его плече лишь глубже вдохнул, чуть подвинувшись, и учитель, не желая тревожить его, остался сидеть в той же позе. Тепло, исходившее от юноши, успокаивало, и вскоре Арсений тоже закрыл глаза, отдавшись дремоте. — О-о-о, ещё лучше! — тихо выдохнул Серёжа, едва сдерживая смешок. Теперь на его фото были не только спящий Антон, но и Арсений, слегка склонивший голову на своего ученика. Картина получилась почти умилительной. — Вот теперь точно никому не показывай, — шепнул Дима, прикусывая губу, чтобы не рассмеяться. Серёжа лишь довольно хмыкнул, сохраняя ещё один кадр в свою коллекцию.

***

Прошло несколько дней после поездки. Антон не мог сказать, что чувствовал себя дома — скорее, просто находился здесь. Воспоминания о поездке казались чем-то далёким, почти нереальным. Всё снова стало серым, тяжелым. Он сидел за столом в своей комнате, рисовал. Тонкие линии ложились на бумагу, но в голове был полный хаос. Ему казалось, что он задыхается в этих стенах. За дверью послышался глухой удар — бутылка о стол, затем звук шагов. Антон напрягся. — Антон! — донёсся громкий голос отчима. Парень промолчал, сделав вид, что не слышит. — Я к тебе обращаюсь! — Голос стал резче, а через секунду дверь с силой распахнулась. На пороге стоял отчим. Пьяный, с мутным взглядом, от него резко пахло алкоголем. — Ты, значит, совсем охренел, да? Мать на работе а ты сидишь тут, как барин! — Его лицо исказила гримаса злости. — Жрёшь на мои деньги, в моей квартире, а даже спасибо сказать не можешь! Антон медленно поднял на него взгляд. — Я тебя не просил меня кормить, — сказал он спокойно, но внутри всё горело. Отчим зло фыркнул. — Ты мне ещё дерзить вздумал?! Он сделал шаг вперёд, схватил Антона за ворот футболки и резко дёрнул на себя. — Пусти, — холодно произнёс Антон, пытаясь вырваться. Но в следующее мгновение всё произошло слишком быстро — резкий, грубый удар. Голова дёрнулась в сторону, щека мгновенно запылала. Антон пошатнулся, но удержался на ногах. На несколько секунд всё будто остановилось. Он не мог поверить, что это только что произошло. Сжав кулаки, он посмотрел отчиму в глаза: — Ты мне не отец. Тот сначала удивился, но потом снова скривил рот в пьяной усмешке: — А ты мне никто, сопляк! Антон больше не слушал. Он быстро зашагал в комнату, схватил рюкзак и начал кидать туда телефон, кошелёк, зарядку, тёплую кофту. — Ты куда собрался?! — отчим рявкнул, но в голосе послышалась лёгкая неуверенность. Антон не ответил. Он закинул рюкзак на плечо, натянул куртку и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. На улице было холодно, но внутри у него всё кипело. Он приложил пальцы к пульсирующей щеке — было больно. Наверняка останется синяк. Антон шагал по улице, зябко кутаясь в куртку. Ветер пробирался под одежду, обжигая кожу. Он дёрнул молнию повыше и сунул руки в карманы. От удара щека продолжала пульсировать, но сейчас его волновало другое — куда идти? Внутри всё сжималось от напряжения. Он никогда не оставался один на улице, не зная, что делать дальше. Заметив круглосуточный магазин, Антон направился туда. Внутри было тепло, пахло выпечкой и кофе. Он остановился у полки с горячими напитками, взял самый дешёвый чай и подошёл к кассе. — Пакет нужен? — спросил продавец, скользнув по нему взглядом. — Нет, спасибо, — ответил Антон, протягивая мелочь. Получив чашку, он отошёл в сторону и достал телефон. Открывал контакты с замиранием в груди. Кому позвонить? Первым набрал Диме. — Антох? Чё случилось? — спросил тот, когда взял трубку. — Дим, можно я переночую у тебя? — Блин… Антох, я бы рад, но у меня дома бабушка… Она против гостей, сам знаешь. — Ага, понял, — тихо ответил Антон, стараясь не показать разочарования. — Ладно, пока. Он сбросил вызов и сразу набрал Серёжу. — Алё? — Серёж, ты дома? — Да, а что? — Слушай, мне негде ночевать… Можно у тебя? На том конце наступило молчание. — Блин,Батя не разрешит, сорян… Антон сжал губы. — Ладно, понял. — Ты точно в порядке? — насторожился Серёжа. — Да, всё норм. Не парься. —Оксане он решил даже не звонить,знал что будет максимально не красиво так прийти к подруге , зная что у нее не сильно добродушные родители. Антон сбросил вызов и выдохнул. Он остался один.Антон сидел за маленьким столиком в углу магазина, обхватив холодными пальцами чашку с уже остывшим чаем. В голове пульсировала одна мысль: Что теперь Шаст? куда ты пойдешь поздно вечером?станешь бомжом да ? Он украдкой осматривался, стараясь не встречаться взглядом с продавцом, который уже пару раз бросал в его сторону настороженные взгляды. Наверное, подумал, что он какой-то бродяга. Антон сделал последний глоток чая и задумался, куда идти. Но внезапно его взгляд зацепился за знакомую фигуру у холодильников с молочной продукцией. Высокий, в чёрной куртке, с немного растрёпанными после ветра волосами — Арсений Сергеевич. Антон замер, не веря своим глазам. Какого чёрта он здесь делает? Арсений в это время выбирал кефир, явно не замечая его. Антон сглотнул и инстинктивно втянул голову в плечи, но было поздно — учитель обернулся и их взгляды встретились. Арсений прищурился, будто не сразу его узнал, но затем брови взлетели вверх от удивления. Он быстро положил бутылку кефира в корзину и направился к нему. — Антон? — Он выглядел озадаченным, но голос был ровным, без лишних эмоций. — Ты чего тут сидишь один? Антон почувствовал, как внутри что-то сжалось. Он опустил глаза на пустую чашку, будто надеясь, что учитель исчезнет, если он просто не будет на него смотреть. — Просто… вышел прогуляться, — тихо ответил он, но сам понимал, как нелепо это звучит. Арсений молча оглядел его — тёмные круги под глазами, покрасневшие от холода щёки, слегка дрожащие руки. Затем взгляд его остановился на едва заметном синяке на скуле, и выражение лица резко изменилось. Глаза потемнели, челюсть напряглась. — Антон, — голос стал серьёзнее. — Что случилось? Антон лишь плотнее сжал ладони, будто пытаясь спрятаться за своим же безразличием. — Ничего, — коротко ответил он, не поднимая глаз. Арсений медленно опустился на стул напротив, поставив перед собой корзину с покупками. Некоторое время он просто смотрел на него, словно раздумывая, стоит ли давить, но потом всё же заговорил: — Синяк сам по себе не появляется. Антон нервно сглотнул. Казалось, даже воздух в магазине стал гуще, тяжелее. — Упал, — соврал он. Арсений слегка качнул головой, убирая локти со стола. — Ладно, по-другому спрошу. Почему ты один, в магазине, поздно вечером, с глазами, будто не спал несколько суток? Антон молчал. Он чувствовал, как ком в горле становится всё больше, и боялся, что, если скажет хоть слово, всё хлынет наружу. Арсений выдохнул, провёл рукой по лицу и вдруг спросил: — Ты голодный? Вопрос был таким неожиданным, что Антон поднял на него глаза. — Что? — Ты ел сегодня? Антон не нашёлся, что сказать, а значит, ответ был очевиден. Арсений снова вздохнул и протянул руку к его пустой чашке. — Пошли. — Куда? — Антон машинально прижал к себе рюкзак. — Поедим. И ты мне всё расскажешь. Антон колебался. Уйти с Арсением казалось одновременно спасением и чем-то пугающим. Но холод пробирал до костей, а желудок, напомнив о своём существовании, слабо сжался. — Ладно, — тихо ответил он, вставая. Они вышли на улицу, где морозный воздух сразу же ударил в лицо. Антон поёжился, кутаясь в куртку, и пошёл за Арсением к его машине. — Куда? — спросил он, когда учитель открыл дверь водителя. — Давай ко мне, — просто сказал Арсений, будто это был самый естественный вариант. Антон напрягся. — Я не… — Антон, — спокойно перебил Арсений, глядя на него поверх крыши машины. — Тебе сейчас есть куда пойти? Ответ был очевиден. Антон нервно сглотнул и отвёл взгляд. — Я не хочу никого напрягать, — пробормотал он. — Поздно, — усмехнулся Арсений. — Я уже напрягся. Антон всё ещё колебался, но холод, усталость и одиночество пересилили. Он кивнул и сел в машину. квартира Арсения Сергеевича была все такой же. Тёплый свет, запах кофе и лёгкий беспорядок создавали ощущение, что здесь живёт обычный человек, а не строгий учитель. — Раздевайся, — сказал Арсений, проходя на кухню. Антон неуверенно снял куртку и огляделся. Всё казалось… слишком нормальным. Словно он действительно мог здесь остаться, хотя бы на ночь. — Что будешь? — спросил Арсений из кухни. Антон пожал плечами: — Всё равно. — Тогда макароны с сыром, — решил учитель. — Иди пока умойся. Антон кивнул и направился в ванную. Там он взглянул в зеркало и вздрогнул. Синяк на скуле темнел ещё сильнее, глаза были красными от недосыпа, а губы — потрескавшимися. Он выглядел так, словно через него проехался грузовик. Сжав зубы, Антон зачерпнул ладонями воду и плеснул себе в лицо. Хотя бы сегодня нормально посплю.Потом уже решу что делать. Но даже он понимал, что сам себе врёт. Антон вышел из ванной и замер, услышав, как на кухне что-то зашкворчало на сковороде. Запах сыра и специй наполнил квартиру, заставив его желудок сжаться от голода. — Садись за стол, — сказал Арсений, не глядя на него, сосредоточенно помешивая макароны. Антон осторожно подошёл и сел, всё ещё чувствуя себя чужим в этой квартире. — Неудобно как-то… — пробормотал он, опустив взгляд в столешницу. — Почему? — спокойно спросил Арсений, не оборачиваясь. — Ну… вы же не обязаны мне помогать. Арсений поставил сковороду на плиту и, наконец, посмотрел на него. — Ты прав. Не обязан. Антон уже приготовился услышать что-то вроде «но я это сделаю» или «я просто не мог оставить тебя в таком состоянии». Но Арсений лишь вздохнул, наложил макароны в тарелку и поставил перед ним. — Ешь. Антон замялся, но запах был слишком соблазнительным. Он взял вилку, обмотал на неё макароны и отправил в рот. Горячо, вкусно, сытно. — Спасибо, — выдохнул он. —Что произошло Антон?Почему ты сбежал? —Отчим. Он… напился. Снова. — Голос Антона дрогнул, но он быстро взял себя в руки. — Я привык, это не впервые. Обычно он просто орёт, ломает что-то, а я ухожу к себе и жду, пока закончится. Арсений молчал, но внутри всё закипало. — А в этот раз… — Антон нервно провёл рукой по волосам. — Он начал снова докапываться до меня. Что-то про то, что я смотрю на него «не так», что слишком молчу, что не уважаю его. Я пытался уйти, но он схватил меня за руку. Он медленно выдохнул и, будто не замечая, коснулся плеча, где наверняка остались следы от грубых пальцев отчима. — И тогда он ударил.Мать ушла в ночную,и он позволил себе это.снова. Арсений сжал челюсти. — Я не сразу понял, что произошло. Просто в глазах потемнело. Потом почувствовал, что лицо горит. А он… Он даже не извинился. Сказал что-то вроде «Так с тобой и надо». Антон горько усмехнулся и покачал головой. — И тогда я понял, что больше не хочу оставаться там. Просто собрался и ушёл. В комнате снова повисла тишина. Арсений смотрел на Антона, ощущая одновременно злость, бессилие и боль за него. — Ты не должен был терпеть это, — наконец тихо сказал он. Антон пожал плечами: — А куда мне было деваться? — Сюда, — твёрдо ответил Арсений. Антон подавился. — Что? — Ты остаёшься у меня. По крайней мере, пока не разберёмся с твоим отчимом. Антон уставился на него, не веря своим ушам. — Но… я же не могу… — Почему? — Ну… родители… школа… — А что родители? Ты сам сказал, что отчим тебя ударил. Значит, там тебе оставаться небезопасно. А в школе я всё улажу, тем более каникулы ещё не закончились. Антон молчал, вцепившись в вилку. Всё это было слишком. Слишком заботливо. Слишком… хорошо, чтобы быть правдой. — Антон, — тихо сказал Арсений. Антон поднял взгляд. — Ты не один. Эти слова сломали в нём что-то. Горло сдавило, он резко опустил голову, чтобы Арсений не видел, как его глаза наполняются слезами. Но тот уже видел.

***

Когда посуда была убрана, а кухня приведена в порядок, Арсений посмотрел на Антона и спросил: — Хочешь принять душ перед сном? Антон кивнул, чувствуя усталость во всём теле. Он доел ужин, но напряжение в голове не отпускало. Всё случилось слишком быстро — уход из дома, встреча с Арсением, предложение остаться… Всё это казалось нереальным. Ванная была уютной и тёплой, пахла чем-то свежим, с лёгким оттенком древесного аромата. Антон долго стоял под горячей водой, позволяя ей смывать усталость и беспокойство. Он разглядывал синяк на скуле в зеркале, проводя по нему пальцами. Казалось, что это просто плохой сон, но боль была настоящей. Когда он вышел из ванной, Арсений уже сидел в гостиной, расстелив диван. — Будешь спать здесь, — сказал он. Антон кивнул, натянув на себя футболку, которую ему дал Арсений.На ней была надпись «Я перестал волноваться».Прочитав это Антон хмыкнул.Она была чуть великовата, но тёплая. — Ты уже спать? — спросил Арсений, подходя к выключателю. — Да, — пробормотал Антон, устраиваясь на диване. Арсений кивнул, погасил свет и ушёл в спальню. Тишина. Антон закрыл глаза, но сразу почувствовал, как беспокойство накатывает новой волной. Образ отчима, его злое лицо, глухой удар, звук собственного дыхания в пустом магазине… Всё снова и снова прокручивалось в голове. Он ворочался, стараясь уснуть, но ничего не получалось. Через какое-то время дверь спальни открылась. Арсений, в пижамных брюках и с немного растрёпанными волосами, прислонился к дверному косяку. — Антон, ты не спишь? — Не могу, — глухо ответил тот. Арсений немного помедлил, потом подошёл и сел на краешек дивана. — Всё нормально. Ты в безопасности, — сказал он. Антон не ответил. — Если хочешь, можешь спать в комнате. Антон приподнял голову. — С Вами? — Ну, если так будет легче, да. Антон сглотнул. Это было… странно. Но мысль о том, что он снова останется в темноте один, пугала ещё сильнее. Через несколько секунд он встал, взял подушку и молча последовал за Арсением в спальню. В комнате было тихо и темно, только уличные фонари мягко освещали стены. Арсений поправил постель и лег на свою половину кровати, оставив Антону место рядом. Антон неуверенно сел на край, сжимая подушку. Сердце билось глухо и быстро. — Ложись, — спокойно сказал Арсений, поворачиваясь на бок. Антон кивнул и медленно улёгся, стараясь не касаться учителя. Он натянул одеяло до самого подбородка, ощущая его мягкое тепло. Несколько минут они молчали. Антон прислушивался к звукам ночи, к тихому дыханию Арсения. Тревожные мысли всё ещё роились в голове, но рядом с ним было спокойно. второй раз у него в кровати, серьезно? Антон ты сплошное приключение,и кажется ты сумасшедший ведь опять сам с собой разговариваешь. — Спасибо, — вдруг прошептал Антон, не зная, услышит ли его Арсений. — Спи, — так же тихо ответил тот. Антон прикрыл глаза. Впервые за несколько дней он почувствовал себя в безопасности. Тревога медленно отступала, уступая место усталости. Через некоторое время он провалился в сон. Арсений лежал, глядя в потолок. Дышать рядом с ним стало ровнее, и он понял, что Антон уснул. Учитель тихо выдохнул, стараясь не шевелиться. Днём он пытался вести себя спокойно, но на самом деле был в ярости. Отчим Антона… Этот человек был чудовищем. Арсений не знал, что делать, но знал одно: он не позволит Антону вернуться туда. Арсений чувствовал тяжесть в груди. Он смотрел в потолок, прислушиваясь к ровному дыханию Антона, и не мог избавиться от ощущения, что мог бы предотвратить случившееся. Злость к отчиму смешивалась с бессилием. Как он мог поднять руку на Антона? Да ещё так, что остался синяк… Мысль об этом вызывала волну гнева, но Арсений тут же заставил себя дышать глубже. Злость не поможет. Нужно что-то решать. Он повернул голову и посмотрел на Антона. Тот спал беспокойно, чуть поджимая руки к груди, будто защищаясь. Сердце сжалось. Арсений чувствовал ответственность. Он сам предложил Антону остаться, и теперь должен был позаботиться о нём. Но что дальше? Как долго он сможет держать его у себя? Ведь если Антон просто сбежал, рано или поздно об этом узнают. Кроме того, было ещё одно чувство — странное, почти пугающее. Арсений заметил, как сильно переживает за Антона. Не просто как учитель за ученика, а… глубже. Он встряхнул головой, отгоняя эти мысли. Сейчас главное — безопасность. Остальное потом. Он выдохнул, закрыл глаза и попытался заснуть. Завтра предстояло разобраться, что делать дальше.