Ссора

Частое дыхание и вздохи наполняли полумрак кухни. Два силуэта, переплетённые словно ветки лозы, двигались в быстром ритме. Разорвав поцелуй, Рей в изнеможении откинулся на гладкую поверхность стола, пытаясь восстановить дыхание. Сэнд с улыбкой садиста перешёл на медленный ритм. Рей заскулил, разрядка была так близка и сейчас это замедление заставляло страдать. Сэнд заставит его пожалеть обо всём, что он наговорил. За каждое слово Рей будет скулить вымаливая стонами прощение. Тело сотрясалось от мерных и глубоких толчков. Руки вцепились в края столешницы, чтобы уменьшить трение спины о жёсткий кухонный стол. Рей перевёл взгляд на гостиную, чтобы отвлечься от этой сладкой пытки. Квартира сейчас напоминала Новый Орлеан после урагана Катрина. Одежда кучками валялась на полу. Вода из разбитой вазы образовала озеро по центру комнаты. Осколки светились, отражая свет уличного фонаря. Цветы словно, выброшенный на сушу кит, лежали на полу моля о воде. Перевернутый стул, слово труп, торчал вверх тормашками. Мягкие подушки сиротливо валялись по углам комнаты. Диван покрылся разбросанными листами с аккордами. И только красно-белый Stratocaster аккуратно лежал на жёстком футляре от гитары. Свет с улицы как прожектор подсвечивал её как единственно нетронутый участок в этой комнате стихийным бедствием по имени Рей. Резкий толчок и полная остановка заставили его вернуться к Сэнду. Сэнд наклонился с улыбкой демона — искусителя и прикусил сосок. Рей выгнулся от этого болезненного удовольствия. Лопатки оторвались от теперь уже теплой поверхности стола. Будь здесь зеркало, то это был бы шикарный стоп-кадр из золотой коллекции порно. Руки обвили шею Сэнда, прижимая его к груди. Сэнд поднял взгляд, в котором плясало как минимум миллион чертей, и снова атаковал зубами сосок. Мозолистые пальцы захватили второй, словно это регулятор звука на его чёртовом комбике, и с силой сжав, покрутили его. Длинный стон вырвался против воли Рея. Удовольствие на грани боли или боль на грани удовольствия, уже не важно. Сэнд начал двигаться резкими вколачивающимися движениями, оторвавшись от Рея. Руки снова схватились за край стола. Рей же не понимал, откуда у него взялась эта выносливость. Первый год совместной жизни давался не легко, не только из-за притирки характеров, а из-за частых отъездов Сэнда на гастроли. Это в воображении здорово быть парнем рок-звезды. В реальности — это частые разъезды, бесконечные репетиции, поклонники требующие внимания. И в итоге к тебе возвращается не заряженный энергией секс-символ, а усталый и бурчащий на всё и вся человек, который вначале отсыпается, а потом отмокает в ванной. И Рей терпеливо ждёт его вначале с гастролей, потом когда он придёт в себя после них. Но первое что делает этот дебил, как только восстанавливается, так это бежит к своей ненаглядной гитаре и садиться играть. Сегодня Рей как последняя истеричка, в очередной раз пережив разрушение своих ожиданий, устроил скандал с раскидыванием вещей и битьём вазы. Размашистые движения бёдрами, пот стекающий по телу, руки с видимыми венами, опухшие от поцелуев губы, практически чёрные от желания глаза — это все сейчас принадлежит Рею. Низ живота расскалился от жара. Желание кончить стирает гордость и обиды в порошок. Он отрывается от стола и обвивает Сэнда руками. — Ммм... прости — на выдохе едва шепчет Рей пересохшим ртом и целует Сэнда. Руки Сэнда с силой впиваются в ягодицы Рея и он срывается на бешеный ритм. Возбуждённый член Рея оказывается зажатым между телами и эта дополнительная стимуляция приносит долгожданную разрядку. Рей мычит от удовольствия, не разрывая поцелуй. Сэнд следует за ним, изливаясь внутрь. Тёплая вспышка едва чувствуется онемевшей поясницей. Сэнд замедляется и после пары движений останавливается. Поцелуй разорван. Сэнд кладет лоб на плечо Рея. Лёгкие горят, как будто они бежали марафон. В каком то смысле это он и был. Улыбаясь своей широчайшей улыбкой Сэнд прошептал на ухо: — Тц, ревнивый придурок! Рей из последних сил ухмыльнулся и ответил: — ТВОЙ ревнивый придурок...