И навеки своё сердце тебе отдам

На следующее утро Намджун приехал в небольшое уютное кафе, которое Сокджин выбрал для встречи. Оно находилось в тихом районе, подальше от суеты центра, с панорамными окнами и ненавязчивым джазом на фоне. Намджун не знал, чего ожидать. Конечно, он встречался по работе с артистами, музыкантами, даже с актёрами, но с моделями… Это было впервые. Сокджин уже ждал его за столиком у окна. На нём был тёмно-синий свитер, подчёркивающий линию плеч, и лёгкое пальто, небрежно наброшенное на спинку стула. Когда Намджун вошёл, он поднял глаза и улыбнулся — легко, но без притворства. — Ты пунктуален, — отметил он, пока Намджун садился напротив. — Привычка, — отозвался тот, закидывая ногу на ногу. — А ты не любишь опаздывать? — Терпеть не могу, — признался Сокджин. — Особенно когда встреча важная. Намджун чуть приподнял бровь. — Значит, важная? — Разумеется, — Сокджин пододвинул к себе чашку кофе. — Не каждый день встречаешь продюсера, который не боится выходить за рамки. — То же могу сказать про модель, которая предлагает нечто большее, чем просто позирование. Сокджин усмехнулся, слегка качнув головой. — Я не просто модель, Намджун. — Я уже понял, — Намджун внимательно посмотрел на него. Он снова поймал себя на том, что изучает Сокджина: черты его лица, лёгкое напряжение в пальцах, когда он держал чашку, блеск в глазах, который выдавал в нём человека с амбициями. — Тогда, может, расскажешь, что именно ты предлагаешь? — мягко поинтересовался он. Сокджин поставил чашку на блюдце и чуть подался вперёд. — Я хочу создать что-то новое, — сказал он. — Соединить моду и музыку. Сделать не просто рекламные кампании, а что-то более глубокое, с историей. Ты ведь тоже работаешь с концепциями, создаёшь образы. А если совместить это с визуальной эстетикой? Намджун внимательно слушал, и чем больше Сокджин говорил, тем больше ему нравилось это предложение. Он думал, что встретит просто красивого человека, который хочет популярности. Но видел перед собой того, кто не просто понимал искусство, но и хотел его создавать. И это было чертовски интересно. — Соединить моду и музыку… — повторил Намджун, задумчиво потирая подбородок. — Это звучит амбициозно. И если сделать это правильно, то получится нечто уникальное. — Вот именно, — Сокджин кивнул, его глаза сверкнули азартом. — Мне надоело просто ходить по подиуму или позировать для камер. Я хочу, чтобы это было больше, чем картинка. Намджун с интересом наблюдал за ним. Видел, как он говорит с искренним увлечением, как его пальцы чуть-чуть подрагивают от волнения. — У тебя хороший голос, кстати, — заметил он. Сокджин удивлённо поднял брови. — Ты слышал, как я пою? — Я проверил несколько твоих старых видео, — Намджун чуть усмехнулся, откинувшись на спинку стула. — Было пару записей с караоке. Тебе явно нравится петь. — Ну, возможно, — нехотя признал Сокджин. — Но это не значит, что я могу соревноваться с профессионалами. — Необязательно соревноваться, — Намджун поднял палец. — Можно просто попробовать. Что если мы не просто создадим визуальный проект, а добавим к нему песню? Запишем трек, который будет дополнять концепцию. Сокджин немного помолчал, осмысливая предложение. — То есть я должен спеть? — Не обязательно делать это в одиночку, — спокойно сказал Намджун. — Мы можем привлечь кого-то ещё, сделать дуэт, трио… Но твой голос должен быть в этом проекте. Это придаст личный штрих. Сокджин вздохнул и усмехнулся. — Я должен был догадаться, что продюсер захочет добавить музыку в проект. — Это мой способ делать вещи незабываемыми, — Намджун подмигнул. Сокджин покачал головой, но в его взгляде промелькнуло что-то тёплое. — Ладно, я подумаю об этом. Но если ты заставишь меня звучать как жалкий новичок, я заставлю тебя дефилировать по подиуму в нелепом костюме. Намджун рассмеялся. — Считай, что это сделка.

***

На следующий день они снова встретились — уже в звукозаписывающей студии, которую Намджун выбрал специально для этой встречи. Просторное помещение с мягким приглушённым светом, полки с аппаратурой, гитары в углу, стеклянная перегородка, за которой находилась кабина для записи. Всё здесь было пропитано творческой атмосферой. Сокджин медленно прошёлся по комнате, изучая окружение. — Честно говоря, я впервые в студии, — признался он, останавливаясь возле пульта и оглядываясь на Намджуна. — Тогда тебе понравится, — тот улыбнулся и подошёл ближе. — Здесь можно творить настоящую магию. — Магия, значит? — Сокджин усмехнулся. — Я думал, всё это зависит от техники и таланта. — Конечно, но разве ты не замечал? Иногда есть нечто, что делает песню особенной. Это не только техника, не только правильные ноты. Это что-то необъяснимое, что цепляет. Сокджин на мгновение задумался, затем кивнул. — Пожалуй, я понимаю, о чём ты. Иногда бывает, что ты видишь модель на подиуме, и это не просто движение или одежда. Это… энергия. Намджун с интересом наблюдал за ним. — Вот именно. И я уверен, что у тебя она есть. Сокджин вздохнул и сел на высокий стул рядом с микшерным пультом. — Хорошо. Что ты приготовил? Намджун развернул ноутбук, быстро что-то набирая. — У меня есть несколько идей. Послушай это. Он нажал кнопку, и студию наполнил мягкий, но ритмичный инструментал. Глубокий бас, тонкая игра синтезаторов, едва уловимые перкуссионные элементы создавали атмосферу чего-то загадочного, почти интригующего. Сокджин слушал, постукивая пальцами по бедру в такт музыке. — Мне нравится, — сказал он через пару минут. — Очень стильный звук. — Я думал о чём-то, что отражало бы твою эстетику, — Намджун повернулся к нему. — Моду, грацию, элегантность, но с лёгкой ноткой дерзости. Сокджин прищурился. — Думаешь, я дерзкий? — Думаю, что ты не просто красивое лицо, — Намджун улыбнулся. На мгновение между ними повисла пауза. Сокджин вдруг почувствовал, как тепло разливается по его груди. Он быстро откинулся назад, словно хотел создать между ними дистанцию, и прочистил горло. — Ладно, так что мне делать? — Для начала просто попробуй напевать. — Намджун пододвинул к нему микрофон. — Посмотри, как твой голос ляжет на музыку. Сокджин колебался, но затем глубоко вдохнул и приблизился к микрофону. Музыка продолжала играть, и он осторожно начал напевать простые мелодии, пробуя разные вариации. Намджун слушал, наблюдая, как он постепенно расслабляется. Его голос был бархатным, тёплым, чуть хрипловатым — идеально подходил под задуманный стиль. — Не так уж и плохо, — пробормотал он, едва слышно, но Сокджин уловил его слова и усмехнулся. — Я слышал это, — сказал он, отрываясь от микрофона. — Отлично, значит, ты знаешь, что я прав, — Намджун подмигнул. — Так, давай попробуем добавить немного слов. Сокджин вздохнул, но в его глазах читалось любопытство. — Хорошо. Только если эта песня окажется провальной, я буду винить тебя. — Договорились, — Намджун усмехнулся. И так началась их работа.

***

Работа шла дольше, чем ожидал Сокджин. Он думал, что это будет простая попытка — немного напевать под музыку, обсудить идею, а затем оставить всё на плечах Намджуна. Но продюсер оказался слишком увлечённым и требовательным. — Попробуй ещё раз, но с чуть большей уверенностью, — сказал Намджун, опершись на край пульта и пристально глядя на него. — Ты говоришь, как будто я профессиональный певец, — Сокджин недовольно выдохнул, но всё же приблизился к микрофону. — А ты можешь им стать, — невозмутимо отозвался Намджун. Сокджин закатил глаза, но странное чувство гордости всё же кольнуло его где-то внутри. Он снова закрыл глаза и сосредоточился. В этот раз его голос звучал увереннее, а мелодия стала чётче. Когда он закончил, Намджун не сразу ответил. Он медленно откинулся назад, покачивая головой, будто размышляя. — Это оно, — наконец сказал он, и в его голосе прозвучало удовлетворение. — Ты чувствуешь разницу? Сокджин неопределённо пожал плечами, но он действительно чувствовал. Сначала было неловко, но сейчас он уже втянулся, и волнение сменилось азартом. — Хорошо, — пробормотал он, убирая наушники. — Допустим, ты убедил меня. Что дальше? Намджун посмотрел на него с лёгкой улыбкой. — Теперь пишем текст. — Прямо сейчас? — Сокджин удивлённо поднял брови. — Почему бы и нет? Ты уже в нужном настроении. — Я не писал песни в жизни! — Я помогу. Всё, что тебе нужно, — это искренность. Песня должна передавать твою историю, твою суть. Сокджин вздохнул и посмотрел на Намджуна с лёгким прищуром. — Ты всегда так убеждаешь людей делать то, чего они не планировали? — Только если знаю, что они способны на большее, чем думают, — ответил Намджун. Сокджин отвернулся, но не смог скрыть улыбку. Он не знал, к чему приведёт этот проект, но впервые за долгое время чувствовал, что делает что-то по-настоящему значимое. — Ладно, Намджун. Давай попробуем.

***

Работа над песней заняла больше времени, чем они рассчитывали. Вначале Сокджин лишь отмахивался — мол, у него нет опыта в написании текстов, и вообще, это не его сфера. Но Намджун оказался слишком терпеливым и, главное, слишком убедительным. — Просто расскажи историю, — говорил он, когда они сидели напротив друг друга с блокнотами в руках. — Какую ещё историю? — Ту, что ты хочешь, чтобы услышали. Сокджин вздохнул, барабаня пальцами по столу. Историй было немало, но делиться ими? Особенно через музыку? Это кажется чем-то слишком личным. — Ладно, давай проще. — Намджун склонился ближе. — Какое самое сильное чувство ты испытывал за последнее время? Сокджин задумался. Ему хотелось ответить что-то поверхностное, но, глядя в выжидающий взгляд Намджуна, понял, что этот человек не примет отговорок. — Знаешь… — он провёл языком по губам. — Когда я выхожу на подиум, иногда чувствую, будто всё вокруг исчезает. Только свет, музыка и я. Намджун кивнул. — Это хорошее начало. — Но одновременно это чувство… одинокое, — добавил Сокджин тише. — Ты в центре внимания, но это словно стеклянный купол. Люди восхищаются, но не видят настоящего тебя. Намджун молчал, позволяя ему говорить дальше. — Иногда мне кажется, что я больше образ, чем человек. Что никто не хочет заглянуть глубже. — Значит, вот о чём должна быть песня, — тихо сказал Намджун. Сокджин поднял на него взгляд. — О том, что за образом скрывается что-то настоящее? — О том, что ты хочешь, чтобы это увидели, — поправил Намджун. Сокджин некоторое время просто смотрел на него, а потом взял ручку и начал писать. Первые строки дались с трудом, но постепенно слова начали складываться в нечто целостное. Намджун помогал, подсказывал, направлял, но не навязывал. Сокджин понимал. Это наша общая работа, но песня по-настоящему принадлежит мне. Когда первый набросок был готов, Намджун сел за клавиши и начал подбирать аккорды, что-то насвистывая себе под нос. Сокджин, опершись локтем на стол, наблюдал за ним. — Ты ведь знал, что всё к этому придёт, да? — спросил он, прищурившись. Намджун усмехнулся, не отрываясь от клавиш. — Может быть. Сокджин покачал головой, но не смог скрыть улыбку. — Ты слишком упрямый. — Говорит человек, который только что написал свою первую песню, хотя был уверен, что никогда этого не сделает. — Твоя вина, — буркнул Сокджин, но его голос был тёплым. — Я приму это как комплимент, — хмыкнул Намджун. И когда он заиграл первые ноты, а Сокджин снова начал напевать строчки, они оба поняли — эта песня станет чем-то особенным.

***

Работа над песней затянулась до позднего вечера. Они уже не следили за временем, чередуя обсуждения, попытки записать демо и короткие паузы на кофе. Сокджин сперва немного стеснялся петь перед Намджуном, но постепенно его голос стал увереннее. — Ты точно не профессиональный певец? — Намджун откинулся на спинку стула, когда Сокджин в очередной раз напел припев. Тот закатил глаза. — Я модель, Намджун. — И всё же… твой голос звучит чертовски хорошо. Сокджин отвёл взгляд, делая вид, что рассматривает текст, но Намджун уловил лёгкий румянец на его щеках. — Ладно, допустим, ты меня уговорил, — наконец сказал он, сложив руки на груди. — Но что теперь? — Теперь мы запишем это как следует. Сокджин нахмурился. — То есть в студии? — Да. — С продюсерами? — Не обязательно. Только я и ты. Сокджин заколебался, но затем кивнул. — Хорошо. — Завтра? — Завтра. На следующий день они встретились в студии Намджуна. Это было небольшое, но уютное пространство, наполненное музыкальными инструментами, книгами и нотами. Сокджин огляделся, прежде чем занять место у микрофона. — Ты справишься, — сказал Намджун, настраивая аппаратуру. — Я не переживаю, — буркнул Сокджин. — Конечно. Ты просто вцепился в текст, как будто он последний лист бумаги в твоей жизни. Сокджин поспешно положил лист на стойку. — Просто… хочу, чтобы всё получилось. — Получится. — Намджун поднял на него взгляд. — Потому что в этой песне ты настоящий. Именно эти слова помогли Сокджину отбросить сомнения. Когда заиграла музыка, он закрыл глаза и начал петь. Намджун следил за ним из-за пульта, наблюдая, как тот полностью погружается в эмоции. Его голос, его выражение лица, даже лёгкое движение плеч — всё это передавало смысл песни. Когда последняя нота затихла, в студии повисла тишина. — Ну? — Сокджин открыл глаза, глядя на Намджуна с лёгким волнением. Тот улыбнулся. — Это было идеально. И в этот момент Сокджину пришла в голову совершенно неожиданная мысль. За один день я доверился Намджуну больше, чем когда-либо доверял кому-либо в своей жизни.