Согласовано Судьбой

Когда Ким Сокджин устроился в строительную компанию пять лет назад, он и представить не мог, что однажды его жизнь превратится в череду бесконечных конфликтов. Работая инженером-конструктором, он привык к размеренному ритму: чертежи, расчеты, совещания, обсуждения проектов. Он не любил выделяться, не стремился к высоким должностям, просто делал свою работу — качественно и честно. Но все изменилось, когда в офисе объявили новость: — С завтрашнего дня начальником нашего отдела становится Чон Чонгук, — сообщил генеральный директор господин Чон, сверкая самодовольной улыбкой. — Надеюсь, вы примете моего сына с уважением. У Джина тогда даже глаз не дрогнул, но внутри что-то сжалось. — Сын владельца… — пробормотал он себе под нос, пока коллеги радостно кивали, стараясь произвести хорошее впечатление. И вот, на следующий день, Чонгук появился в офисе. Молодой, уверенный в себе, в дорогом костюме и с каким-то особенным взглядом, полным вызова. — Будем работать по-новому, — заявил он на первой же планерке. Джин сразу понял, что с этого момента его спокойная жизнь закончилась. …………………… Они не сошлись с самого начала. — Это нереально, — возмущенно сказал Джин, когда Чонгук предложил сократить время на разработку нового проекта. — Реально, если поднапрячься, — хмыкнул Чонгук. — Вы хотите, чтобы мы сделали некачественный проект? — Я хочу, чтобы вы не застревали в прошлом. Время — деньги, а мы их теряем. — А репутация? — Репутация строится на результатах. Вся команда молчала, никто не осмеливался спорить с новым начальником, кроме Джина. Каждое их совещание превращалось в спор. Чонгук был напористым, быстрым, не терпел возражений. Джин был упрямым, принципиальным, не шел на компромиссы, если дело касалось качества. — Вам просто нравится мне перечить? — однажды спросил Чонгук, когда они снова спорили в его кабинете. Джин сложил руки на груди и спокойно ответил: «Мне нравится хорошая работа». Чонгук фыркнул, но во взгляде мелькнул странный огонек. …………….. Чем больше они спорили, тем сильнее росло напряжение между ними. — Опять вы? — устало спросил Чонгук, когда Джин зашел в его кабинет в десятый раз за неделю. — Если бы вы не принимали поспешные решения, я бы сюда не ходил. — Может, вам просто нравится со мной проводить время? Джин нахмурился, но почему-то от этого комментария стало жарко в груди: «Вам льстит, что кто-то в отделе с вами разговаривает не только «да, начальник»»? Чонгук усмехнулся и встал из-за стола, сократив расстояние между ними. — Знаете, Сокджин-щи, — тихо сказал он, глядя Джину прямо в глаза, — вы единственный, кто имеет смелость мне перечить. Мне это даже нравится. Джин почувствовал, как пересохло в горле. Он был уверен в одном: этот человек разрушил его спокойную жизнь. И, возможно, что-то еще. ……………… В пятницу после работы Джин выбрался в кафе, чтобы встретиться со своим другом Пак Чимином. С ним он мог обсудить все, что угодно, не опасаясь осуждения. Чимин уже сидел за столиком у окна, с интересом разглядывая посетителей. Когда он увидел Джина, его лицо осветилось улыбкой. — Опять с таким видом, будто тебя заставили работать на стройке без выходных, — пошутил он, когда Джин сел напротив. — Ты не так уж и далек от правды, — вздохнул Джин, снимая пиджак. — Мне теперь приходится работать с начальником, у которого нет тормозов. Чимин тут же оживился: «О, рассказывай». Джин подпер голову рукой: «Чонгук. Тридцать лет, сын владельца компании. Думает, что разбирается во всем, но на деле просто разрушает все мои нервы. Мы ругаемся каждый день. Я — единственный, кто ему перечит, а он будто наслаждается этим». Чимин прищурился, а потом широко улыбнулся: «Так-так… Он молодой, красивый?» — Чимин… — А ты, значит, тот самый упрямый подчиненный, который спорит с ним в его кабинете? Джин недоверчиво посмотрел на друга: «И?» Чимин ухмыльнулся: «Звучит как начало какой-нибудь дорамы». Джин закатил глаза и, взяв вилку, медленно ткнул ей в салат: «Отлично. Теперь даже ты издеваешься». Чимин усмехнулся: «Да ладно тебе, я просто говорю, что в этом есть потенциал». Джин сделал вид, что обиделся, отвернувшись и принявшись молча есть. — Ой, ну не дуйся, — рассмеялся Чимин, — Просто интересно, чем все это кончится. — Кончится нервным срывом, — пробормотал Джин. Но, вспоминая то, как Чонгук смотрел на него в кабинете, он уже не был так уверен. ………………… Джин был уверен, что хуже недели у него еще не было. Чонгук, как назло, в последние дни буквально дышал ему в затылок — требовал отчеты, вносил правки, спорил по каждому пункту. Джин уже не знал, что раздражает его больше: сам факт, что Чонгук его начальник, или то, с каким азартом тот продолжал провоцировать его. Закончив работу поздно, он вошел в лифт, надеясь, что хотя бы домой он доберется без проблем. Но когда двери закрылись, в последний момент в лифт шагнул еще один человек. — Сокджин-щи, вы опоздали на пять секунд. Хотел сказать, чтобы вы завтра пришли пораньше, — усмехнулся Чонгук, нажимая на кнопку первого этажа. Джин стиснул зубы: «Если вы хотите, чтобы я завтра пришел пораньше, может, стоит отпустить меня домой сегодня вовремя?» Чонгук было открыл рот, чтобы ответить, но вдруг лифт дернулся и резко остановился. Лампы на мгновение замигали, а затем в кабине воцарилась пугающая тишина. — Что за… — Чонгук нажал на кнопку снова, но ничего не произошло. Джин медленно побледнел: «Нет…» Чонгук заметил, как тот напрягся, и нахмурился: «Не переживайте, сейчас вызовем техников». Он нажал на аварийную кнопку и приложил руку к телефону на стене лифта. — Это лифт на шестом этаже, застряли двое, — коротко сообщил он диспетчеру. — Понял вас, отправим людей. Это займет некоторое время, — раздался ответ. Чонгук повернулся к Джину: «Видите? Все под контролем». Но Джин не отвечал. Он прижался спиной к стене лифта, его дыхание сбилось, а пальцы дрожали, сжимая рукава пиджака. — Эй? — Чонгук нахмурился. — Вы чего? Джин сглотнул, но голос не слушался: «Мне… мне нужно выйти…» Чонгук моргнул, а затем фыркнул: «Ну конечно, я просто нажму волшебную кнопку, и мы выйдем. Расслабьтесь, Сокджин-щи». Но Джин не расслаблялся. Он вцепился в поручень, и его руки побелели от напряжения. Глаза были широко распахнуты, и Чонгук вдруг понял — это не просто каприз. — Подождите… вы что, боитесь? Джин не ответил, но Чонгуку не нужно было подтверждение. Он видел, как быстро тот дышал, как его грудь вздымалась с каждым резким вдохом. — Сокджин-щи? — Голос Чонгука стал мягче, без обычной насмешки. — Эй, посмотрите на меня. Джин не двигался. Чонгук сделал шаг ближе: «Сокджин-щи, дышите медленнее. Глубокий вдох… Давайте, вместе». Он намеренно сделал медленный вдох и выдох, показывая пример. Джин сначала не реагировал, но потом, сжав губы, попытался повторить. — Вот так, — одобрительно кивнул Чонгук. — Еще раз. Несколько минут они просто стояли напротив друг друга, пока дыхание Джина не стало ровнее. Лоб его покрылся потом, но взгляд уже не метался так испуганно. — Черт, — пробормотал он наконец, отводя глаза. — Ненавижу лифты. Чонгук вздохнул: «Ну, теперь я знаю». Джин выдавил короткий смешок: «Вы не издеваетесь?» Чонгук удивленно вскинул брови: «С чего бы?» Джин пожал плечами: «Вы обычно не упускаете шанс уколоть меня». Чонгук хмыкнул: «Это да. Но сегодня не тот случай». Еще через десять минут лифт наконец дернулся, и двери открылись. Работники лифтовой службы стояли снаружи, кивая им. — Вы в порядке? — спросил один из них. — Да, — ответил Чонгук, а затем повернулся к Джину. — Сокджин-щи? Джин выпрямился, нацепив привычное серьезное выражение лица: «Конечно». Но когда он вышел из лифта, Чонгук заметил, что его пальцы все еще дрожат. И почему-то это ему не понравилось. ……………….. — Так, и почему вы до сих пор не дома? Джин вздрогнул от неожиданности, услышав голос Чонгука прямо за спиной. Он только что купил бутылку воды в автомате у выхода из здания и собирался наконец-то отправиться домой, когда новый начальник снова оказался рядом. — Мне нужно было прийти в себя, — буркнул Джин, откручивая крышку. Чонгук кивнул, скрестив руки на груди: «Вы уверены, что все в порядке?» — Да. — Джин сделал пару глотков, отворачиваясь. — Вы плохо врете. — И вы снова пытаетесь мне указывать, — вздохнул Джин, закатывая глаза. Чонгук усмехнулся, но вдруг серьезно спросил: «Почему вы не сказали, что боитесь лифтов?» Джин напрягся: «Потому что это не ваше дело». — Сокджин-щи, я видел, как вы едва не задохнулись от паники. Если бы я знал заранее, я бы… — Что? — резко перебил Джин, обернувшись к нему. — Отказались бы заходить в лифт со мной? Обеспечили мне личную лестницу? Чонгук закатил глаза: «Вы упрямый». — Я практичный, — поправил Джин, одергивая пиджак. Чонгук внимательно посмотрел на него, затем вздохнул и вдруг шагнул ближе, заставляя Джина на секунду задержать дыхание. — Знаете, Сокджин-щи, — негромко сказал Чонгук, — я всегда думал, что вы спорите со мной из принципа. — А теперь? Чонгук слегка наклонил голову, его взгляд стал пронзительным: «А теперь мне кажется, что вам просто нравится бросать мне вызов». Джин открыл рот, но слов не нашлось. — Я прав? — Чонгук приподнял бровь. Джин заставил себя выдохнуть и скрестил руки на груди, повторяя позу Чонгука: «Если это поможет вам уснуть ночью, считайте, что правы». Чонгук рассмеялся: «Черт, Сокджин-щи, вы умеете играть словами». — А вы — играть на нервах. — Значит, ничья? Джин фыркнул и сделал шаг назад: «Как скажете, начальник». Чонгук проводил его взглядом, пока Джин уходил в сторону стоянки, и улыбнулся. Он впервые понял, что эта «война» с Ким Сокджином начала ему нравиться.