hate and love

— У тебя же завтра день рождения? Вопрос разрезает пространство, как бритва по натянутой коже. Ники бесцеремонно плюхается за их столик, балансируя на подносе несколько стаканов и тарелку с чем-то горячим. От еды поднимается пар, обволакивая воздух терпким запахом специй, но Кевин даже не смотрит в сторону угощения. Он едва заметно кивает в ответ на вопрос, предпочитая не привлекать к этому дню лишнего внимания. — Как будешь праздновать? — не унимается Ники, вцепившись в тему, будто голодный пёс в кость. Кевин сжимает губы, готовясь пробормотать привычное «не знаю», но вдруг, как вспышка молнии среди беспросветного неба, в его голове вспыхивает безумная идея. Она дерзкая, неуместная, абсурдная. Она разнесёт всё и всех к чертям, но, чёрт возьми, она слишком хороша, чтобы от неё отказаться. — Устрою вечеринку, и позову весь пятый курс, — спокойно объявляет Кевин, словно не он все эти годы избегал любых массовых сборищ и предпочитал узкий круг своей компании. Словно он всю жизнь занимался организацией массовых мероприятий, а не скрывался от них, выбирая тишину узкого круга своих друзей. Ники захлёбывается газировкой, Аарон, не задумываясь, хлопает его по спине. Элисон, которой явно не повезло с выбором закуски, неожиданно давится бананом и выплевывает кусок прямо на одежду Рене. Та моргает, медленно стирая липкую массу с одежды, говоря Элисон, что всё хорошо. Кевин даже отмечает, что его лицо остается таким же невозмутимым, как и всегда. Университет Пальметто – место без надежды. Это бездна, в которой гаснут любые проблески света. Здесь нет дружбы. Нет любви. Нет ничего, что можно было бы назвать добрым или настоящим. Пальметто — это болото, в котором каждый утягивает другого вниз, лишь бы оказаться на вершине. Студенты соперничают за первенство, распускают слухи, травят друг друга. Преподаватели? Они закрывают глаза, молчаливо одобряя этот хаос. Здесь у каждого есть враг, но нет друга. Кевин ненавидит это место, но выбора у него нет. Остался всего один год. Всего один шаг — и он вырвется отсюда, сбросит с себя тяжесть лжи, жестокости и вечного противостояния. Иногда ему снятся сны, где он уезжает из Пальметто в день выпуска, не оборачиваясь. Но, несмотря на весь этот ад, он нашел свою компанию. Тех, кто, как и он, не желает быть частью этой гнилой системы. С ними он чувствует себя в безопасности. Он знает, что они не предадут. Кевин никогда не ошибается в людях. Он видит их насквозь. — Ты с ума сошёл? — шипит Мэтт, оглядываясь, будто кто-то может подслушать их разговор. Он понижает голос, но эмоции всё равно прорываются: — Они не такие, как мы. Они «крутые», а мы кто? Мы изгои. В его голосе сквозит презрение, будто слово «изгой» оставляет горечь на языке. — Знаю, — Кевин наклоняется вперед, его глаза вспыхивают азартом. — Но что, если хотя бы на одну ночь мы окажемся в одном месте? Может, это поможет нам… привыкнуть друг к другу. — в глазах мелькает надежда. По крайней мере, он хочет в это верить. Ники задумчиво вытирает губы, словно смакуя эту идею, как дорогой алкоголь. — В этом что-то есть… — протягивает он. — Но будет сложно. Кевин кивает. Он уже собирается развить свою мысль, когда ощущает на плече тяжёлую, и до боли знакомую руку. Холод пробегает по спине. — Сплетничаете без меня? Этот голос — бархатный, мягкий, но обманчиво опасный, как остро наточенный нож, прячущийся в складках тёмной ткани. Кевин вздрагивает, но страха нет и никогда не было. Бывало немало стычек, в которых он побеждал не кулаками, а головой, в отличие от Сета, кой только кулаками и махал. Он привык к этому голосу, к его обладателю. Его противник. Его головная боль. Кевин медленно поворачивается, поднимая взгляд. — Завтра я устраиваю вечеринку, и ты тоже приглашен, — спокойно вводит он его в курс дела. На лице Сета мелькает нечто странное — удивление? Смущение? Тень чего-то далёкого, что он тут же прячет под маской безразличия.Оно длится долю секунды, но Кевин замечает всё. — Ты? Зовёшь меня? Кевин улыбается краем губ, скользя взглядом по лицу. — Я зову всех. Сет фыркает, разворачивается и уходит, не дав никакого ответа. Кевин смотрит ему вслед, чувствуя смутное раздражение. Но Сет просто такой человек, который любит оставлять всех без нужных ответов, заставляя тонуть в замешательстве. Кевину не привыкать. Почему-то, он желает, чтобы Сет пришёл. Этих ощущений не должно быть. Сердце набирает быстрый темп, и это раздражает. — Кевин? — придуривается Ники, замечая его состояние, — У тебя щёки покраснели. — Жарко, — бросает он в ответ. Но это ложь. Кевин не желает продолжать дальше разговор, ведь всё нужное уже было сказано. Он не сомневается: весь курс придёт, не смотря на соперничество. Как не посмотри, никто не против лишнего бесплатного алкоголя. И Кевин это понимал, потому это было хорошей идеей. Медленными шагами он направляется прочь из университета. Пальметто — это не только паутина интриг, но и сцена, где каждое движение может оказаться подставой. Ледяная вода обрушивается на него, будто тысячи иголок впиваются в кожу. Холод мгновенно парализует тело, отрезая дыхание. Грубые руки хватают его, толкают к стене, и он падает на колени, чувствуя, как кожа мгновенно стирается в кровь. Сет стоит перед ним, возвышаясь, как чёртов монумент, глаза мерцают ленивым огнём. — И теперь ты всё ещё хочешь позвать меня к себе? — спрашивает он, садясь на корточки, приподнимая подбородок Кевина. Его голос звучит безразлично, почти лениво. Он подмечает его состояние: веки полуприкрыты, а ресницы немного подрагивают от нарастающего холода. Куртка небрежно полетела в сторону Кевина, дабы тот накрылся, что он и сделал. — Это не мешает мне продолжать тебя приглашать, — шепчет Кевин. Сет усмехается. — Знаешь, ты безнадёжен. Он достаёт из кармана своих штанов пачку дорогих и элитных сигарет Parliament Reserve. Сет хмурится, понимая, что забыл зажигалку. Он не замечает, как Кевин успевает подняться на ноги и поджигает вместо него. Сет бормочет под нос что-то похожее на: «Спасибо», и закуривает. Он делает глубокую затяжку, задерживает дым в лёгких, словно в нём растворены все его тревоги, а потом медленно выпускает его в ночной воздух. Кевин неожиданно для самого себя выхватывает сигарету из пальцев Сета. Движение спонтанное, будто тело действует само, не дожидаясь команды разума. Губы касаются фильтра, и он делает первую в жизни затяжку — неуклюже, слишком резко, пропуская едкий дым прямо в легкие. Он мгновенно сдавливает горло, вонзаясь в него тонкими иголками, и Кевин начинает кашлять, почти задыхаясь. Глаза щиплет, в груди горит, но почему-то это даже нравится. — Не твоё, да? – фыркает Сет, глядя на него с едва скрываем весельем. Кевин молча возвращает сигарету, погружаясь в мысли. Ещё минуту назад они готовы были разорвать друг друга на части, растерзать, впиться зубами в чужую горло, доказывая своё превосходство. А теперь они стоят рядом, плечом к плечу, настолько близко, что ощущают друг друга даже кожей. Дыхание сливается с ночным воздухом, смешиваясь с горьковатым табачным дымом. Сигарета плавно переходит из руки в руку, и никого это не смущает. — Так что, ты придёшь? — наконец подаёт голос Кевин, развеивая тишину. Сет поворачивает голову. Взгляд мерцает в полумраке. — А ты не боишься меня? — С чего вдруг? — он издаёт легкий смешок, в котором слышится некий вызов, брошенный Сету. — Например, — он делает шаг ближе, — что я накачаю тебя наркотой, или напою тебя до беспамятства, а потом что-то сделаю? Голос его звучит низко, чуть хрипло, будто шелест чёрного бархата по коже. Сет склоняется к нему так близко, что Кевин чувствует его дыхание на щеке — тёплое, обжигающее, заставляющее волосы на затылке встать дыбом. Взгляд Кевина намертво вцепился за Сета, не отводя глаз, лишь слегка приподнимает уголки губ. — Если бы я этого боялся, то не звал бы тебя. На лице Сета он замечает некое удивление? Восхищение? Озадаченность? Не знает, но в любом случае его это ещё больше забавляет. Сет смотрит на него чуть дольше, чем нужно. Сигарета гаснет после последней затяжки Сета. Кевин собирается уходить, но замечает, что на нём всё ещё чужая куртка. Ткань хранила остатки чужого тепла, его запах, что-то необъяснимо родное. Он хочет оставить себе эту вещь, но через секунду куртка оказывается в руках Сета. — Надеюсь, что ты придешь, — говорит он напоследок. И уходит не оборачиваясь, оставляя Сета в темноте утопать в непонимание. Что-то внутри него сдвинулось, качнулось, оборвалось и закружилось вихрем. В сознании уже успела зародиться мысль — маленькая, незаметная, но абсолютно необратимая. Кевин всё же успел оставить в его сознании что-то необратимое.

***

Дом Кевина огромен. Чудовищно, пугающе огромен. Высокие арочные окна отбрасывают мягкий лунный свет на ухоженный сад, где струятся среди фонтанов тени гостей. Три этажа, лепнина, высокие колонны, величественные лестницы — будто не дом, а дворец, вырванный из эпохи рококо и перенесенный в эту ночь, в этот миг. Внутри — ещё роскошнее. Атмосфера пропитана ароматами вин, дорогого табака и сладковатых духов. Гости — словно ожившие картины, запечатленные художником в позолоченных рамах. Девушки были в роскошных и дорогих платьях стиля полонез , что подчеркивали их красоту. Парни надели жюстокоры и камзолы, которые акцентрировали внимание на их привлекательности. На лицах присутствовали маски, дабы не раскрывать свою личность. Тематика дня рождения: маскарадный бал. Сет ловит своё отражение в зеркале, и на мгновение его охватывает странное ощущение: он будто попал в другой мир. — Нравится? Кевин появляется так же неожиданно, как всегда, наклоняясь к самому уху. Его голос скользит по коже, цепляется за тонкие нервные окончания, оставляя после себя тягучий, разогревающий след. — Очень, — с трудом отвечает Сет, чувствуя, что горло начинает пересыхать. Он оборачивается на Кевина и замирает. Полумаска скрывает верхнюю часть его лица, но губы остаются открытыми — мягкие, выразительные, немного приподнятые в лёгкой усмешке. Глаза, спрятанные за вырезами маски, сверкают в полумраке, и Сет чувствует, как что-то горячее опускается в его живот. Кевин ловит его за запястье, сжимая крепко, но не больно. Рывок — и они уже идут сквозь зал, где смех, музыка и блеск дорогих украшений смешиваются в единый вихрь. Кевин сжимает покрепче руку Сета, будто та могла в любой момент исчезнуть. Они направляются, кажется, на второй этаж. Кевин мимолётно замечает замешательство на лице Сета, и ухмыляется. — Если у тебя есть вопрос, то просто задай. Кевин отпускает его руку, прижимая к перилам лестницы, дабы не загораживать путь другим. Он избегает взгляда с ним, переключаясь на гостей, которые уже веселятся на полную катушку, не думая о том, что будет завтра. — Разве ты не должен быть с гостями? — спрашивает Сет, запоздало осознавая, что происходит. — Должен — лениво отвечает Кевин, — но я хочу отпраздновать с другими людьми, — он наклоняется ближе к его лицу, и ощущает, как тот затаивает дыхание. Кевин касается своим носом носа Сета, и отстраняется, возвращаясь к изначальному их пути. Вопросов становится всё больше, а ответов всё меньше. Сет замечает, как Кевин переговаривается со слугами: — Позаботьтесь о моих гостях. — Да, господин Дэй, — вежливо отвечает одна из слуг, и подзывая остальных, спускается вниз. Сет ощущает, что он находится в другом мире. Второй этаж тихий и уютный, где нет шумливых людей, от который начинает болеть голова, в отличие от первого. Кевин хватает за руку уже привыкшего к такому Сета, и ведёт в отдаленную комнату, где сидят остальные гости, друзья Кевина. Он не знает, почему его вдруг бросает в жар. Всё внимание приковано к ним. Кто-то выражал полное безразличие, что не могло не радовать, а кто-то был слегка недоволен. Все расположились на полу, а рядом стояли стаканы, уже наполненные наполовину алкоголем. Место для Кевина и Сета нашлось возле окна. В комнате уже витает запах алкоголя, дорогого парфюма и ночной свободой. Полуразбитые бокалы, смех и пьяные разговоры наполняли помещение. — Что будешь пить? — интересуется Кевин, наливая себе виски. Сет кидает взгляд на весь ассортимент алкоголя, и цепляется глазами за бургундское. Зрачки медленно расширяются, когда приходит осознание, что именно это за вино. Пальцем он указывает на то самое дорогое вино. — Хороший выбор, — ухмыляется Кевин, наливая в красивый бокал алкоголь. Сет перехватывает свой напиток из его рук, и медленно, почти не двигаясь, садится в круг, понемногу присоединяясь к компании. Он ощущает себя слегка некомфортно, но присутствие рядом сидящего Кевина успокаивает. — Сыграем в «Я никогда не» — выкрикивает Ники, уже явно опьяненный спиртными напитками. — Те, у кого было, пьют до дна. — Хорошая идея, отказы не принимаются, — поддакивает Элисон, доливая себе и остальным алкоголь. Сет начинает интересоваться в происходящем, и с радостью втягивается в игру, чувствуя как адреналин бушует в крови. Кажется, после игры все будут до неузнаваемости пьяны, в том числе и он. — Я начну первый, — Ники задумывается и тут же продолжает: — Я никогда не следил за бывшими в соцсетях. Никто не начинал первым, опасаясь опозориться или ещё чего похуже. Но тут Кевин поднимает свой стакан с виски, и целиком выпивает. Ни один мускул не дернулся на его лице. Взгляды всех присутствующих направлены только на него, с явным непониманием. — Расстались – вычеркнули из жизни друг друга, — поясняет Кевин. Его взгляд встречается с тёмно-зелёными глазами Сета, чувствуя, как утопает в них. Хочется раствориться в них. Кевин поздно замечает, что в открытую глядит на него, бессовестно разглядывая его красивые черты лица. Только касание Мэтта помогают вернуться в этот мир. — Я продолжу, — говорит Кевин, — я никогда не занимался сексом в общественном месте. Ники выпил залпом. — Постыдился бы, — пробормотала Элисон, а затем продолжила: — Я никогда не жалела о близости с кем-то. Сет выпил первым, почувствовав некий укол стыда, а за ним сразу же Кевин. Стало легче от понимания того, что он не один такой. Игра шла долго. Моментами было весело, и интересно узнавать что-то новое друг о друге. Бывали и случаи, что игра становилась напряженной от неожиданности вопроса и ответа. Кевин пил больше всех, он уже перестал участвовать в игре на 5 вопросе: просто валяется на коленях Сета, держа в руках бутылку спиртного. Ноги начинают затекать. Он принимает решения убрать тяжёлую голову со своих ног, но та не поддаётся, поудобнее укладываясь на мягких бёдрах. — Я никогда не влюблялся в своего врага, — подаёт голос слегка опьяненный Аарон. Кевин тут же вскакивает с удобных колен Сета, и тянет руку к ещё одной бутылке виски, подливает себе и тут же залпом выпивает. Рука Сета замирает на полпути к своему стакану, чувствуя, как его голова снова ложится на колени. Сет всё же достигает цели. Он повторяет действия Кевина: выпивает залпом. Все в комнате удивленно переглядываются друг на друга, но на их лицах лишь лёгкая улыбка, означавшая, что они всё знают. — Сет, — подзывает его шёпотом Элисон. — Кевин очень пьян, ты сможешь донести его до комнаты? Мы поможем приподнять. Сет кивает, кидая ненавистный взгляд на валяющегося пьяницу, но улыбка всё же расцветает на лице. Ники с Мэттом забирают бутылку, отчего Кевин начинает дёргаться, мешая им подхватить его. Сет неосознанно кладёт руку на мягкие волосы, поглаживая по голове, словно успокаивает, и это помогает. Мэтт с Ники приподнимают его, закидывая на крепкую и мускулистую спину, оставляя Кевин в распоряжении Сета. Коротко выслушав объяснения, где находится комната, он понёс тяжёлую тушку в нужную сторону. — Пусти меня, паршивец, — шепчет Кевин своим обжигающим дыханием, заставляя мурашки пробежаться по коже целым табуном. В штанах становится узко. Плохо дело. Сет наконец добирается до комнаты. Она большая и просторная. На первый взгляд, ничем не отличавшаяся от других, но было ощущение, что она – другая. Медленными шагами он доходит до кровати, и останавливается, чувствуя, что Кевин пытается что-то сказать: — Знаешь, — раздался его хриплый голос , исходящий из ночной тишины. — Я довольно таки удивился, когда в игре ты выпил алкоголь на вопросе, где «я никогда не влюблялся в своего врага». Сет молчит. Все нужные слова испарились, будто их тут вообще не было. Мышцы начинают затекать, и держать Кевина становится невыносимо. Сет не может найти включатель света, и хер с ним. Он неуверенными шагами ищет кровать, и кажется находит. Секунда. Кевин должен был плюхнуться на кровать, но кажется, благополучно пролетел мимо, ударяясь с глухим стуком об свой копчик, заставляя его немного отрезветь. Он шипит неразборчивые для Сета слова, и опираясь на кровать, встаёт с пола. Медленными, но уверенными шагами он подходит к Сету, будто видит всё в светлых оттенках, а не темных. Они стоят близко, ощущая обжигающее дыхание на телах друг друга. Сету становится до невозможности тесно. Ему становится тяжело держать себя в руках, когда алкоголь уже во всю блуждает в крови по организму. Он должен уходить, пока не стало только хуже. Его внутренний голос говорит: «Уходи, пока не стало поздно», что он и делает. Рука Кевина хватает его за запястье, не позволяя сделать задуманное. — Только не уходи, — шепчет он, а в голосе слышатся нотки грусти. Это стало конечной точкой. Теперь Сет не сможет уйти до самого утра. Кевин смотрит в глубоко карие глаза напротив. Рука медленно движется вперёд, стараясь в темноте на ощупь найти лицо. И находит. Следующее, что делает Кевин, водит пальцами по лицу, в поисках чего-то ещё. Губы. Большим пальцем он проводит по нижней, до жути пересохшей губе. — Надо увлажнить, — тихо произносит Кевин, приближая своё лицо ближе. Его губы медленно накрывают чужие. Тепло разливается по всему телу. Сет чувствует, как начинает плавится от этого поцелуя. Желанного поцелуя. В его теле бушует целая буря ощущений и эмоций. Всё не так, как с другими. Может, отличие в том, что то был секс на одну ночь. А может это потому, что перед ним Кевин, а не кто-то другой. Сейчас это не имеет значения. Сет поддается вперед, отвечая на поцелуй. Он нежен, но требовательный, будто в нём накопилось много всего, что надо вложить в него. Кевина подхватывают под бёдра, и прижимают к стене. Из его уст вырывается сдавленный стон, от ощущений чужого органа между своих ног. Сету окончательно сносит голову. Он углубляет поцелуй, делая его настойчивей, будто это могло случиться в последний раз. Но они знают, что это не так. — Кровать, — шепчет Кевин в перерывах между поцелуями. Сет понял его намёк, и ухватившись покрепче за бедра, понёс на кровать. В этот раз без падений. Он аккуратно кладёт Кевина на мягкую постель, нависая над ним. Сета хватают за воротник костюма, и притягивают для ещё одного поцелуя. В его голове проскакивает мысль, что волнует его ещё сильнее, и он отстраняется, сталкиваясь с замешательством Кевина. — Ты знаешь кого целуешь? — тихо озвучивает Сет. Кевин хмурится, что начинает пугать. — Я не настолько пьян, чтобы не знать кто передо мной, Сет. Сет наконец утихомиривает страх, возникший нежданно, шепча на ухо своим бархатным голосом: — Возможно, мы совершаем ошибку. Кевин молчит, заглядывай в глаза, пытаясь там увидеть сожаление. Но того чувства и в помине нет. — Ошибка была только в том, что ты кинул меня мимо кровати, — он целует Сета в нос, говоря, мол, всё хорошо. — Не пожалей потом, — ухмыляется он, оставляя дорожку из мокрых поцелуев от подбородков до ключиц, в то время как комната понемногу наполнялась тихими вздохами и мелкими постанываниями. — Не пожалею, — шепчет отрывисто Кевин. — Ты – не они. Сет на секунду замирает, вспоминая, что так же само думал и про Кевина, а затем возвращается к своему делу. Дрожащие руки Кевина трепетно расстегивают редингтон, в который одет Сет, пока тот своими глубокими и выразительными глазами смотрит, ожидая когда весь трепет с одеждой закончится. Внизу становится тесно, что давит на жёсткую ткань бридж. Костюм у Кевина роскошный, но тяжелый. Сет не желает с ним долго возиться, не желает тратить время впустую, а потому просто разрывает, помогая высвободиться из этого плена одежды. — Эй! — вскрикивает Кевин, не ожидавший таких действий. — Долго возиться с ним, — лениво ответил Сет. Этой ночью они будут тонуть друг в друге. В поцелуях, в объятиях, в сексе. Только они вдвоём. Перед Сетом открывается слишком прекрасный вид, отчего он издаёт вздохи восхищения. Лицо Кевина вдруг хмурится. — Что-то не так? — спрашивает он. Сет тут же мотает головой. — Нет-нет, просто… — он подбирает нужные слова, — ты чертовски красив. Щёки Кевина порозовели, в темноте этого не видно, но Сет ощущает это. Он тянет свою руку к обнаженному телу, проводя пальцами по каждому рельефу, ощущая каждую напряженную мышцу и плавные изгибы его силуэта. Кевин выгибается в спине, и Сет слышит как хрустит позвоночник. Боксёры уже давно где-то валяются на холодном полу, никому до них нет дела. Кевин откидывает голову назад, оголяя шею и предоставляя на неё полный вид. Сет слегка прикасается к оголенной коже, нежно целуя, а затем прикусывает её, получая жалобный стон, сразу же зализывая это место. — Фетиш на шею? — подмечает Сет, ухмыляясь. Кевин скрывает своё краснющее лицо, не в силах вымолвить ни слова, лишь слегка кивает. Сет проводит носом по его кадыку, вдыхая вкусный аромат его парфюма. Лицо Сета перемещается к члену, но он не прикасается к нему. Играется с нервами Кевина, расцеловывает внутреннюю сторону бедра с обеих сторон, опускаясь то выше, то ниже. С его уст срываются тихие стоны и сбитое дыхание. Колени его неосознанно сдвигаются из-за надвигающегося возбуждения, чуть ли не оставляя Сета без воздуха. — Прости, — шепчет Кевин, когда это случается в очередной раз. — Постараюсь это контролировать. Сет кивает. — Смазка есть? — Кевин указывает на верхний ящик прикроватной тумбочки. Холодная смесь легла на тёплые пальцы Сета, растирая её, и он заставляет Кевина раздвинуть дрожащие ноги пошире. Кевин смотрит на него с небольшим удивлением, а в голове всплывают отрывки воспоминаний секса с другими. Никто не старался так, как делал это Сет. Никто не желал доставить удовольствие человеку снизу, только себе, даже презервативы не использовали. Кевин в который раз убеждается: Сет абсолютно другой человек, кардинально отличающийся от других. Пальцы Сета приближаются к отверстию. В его движениях чувствуется неуверенность, и он смотрит на Кевина, дабы удостовериться, что можно продолжать. Получая кивок, первый палец медленно проникает, осторожно и нежно растягивая, стараясь не причинять дискомфорта. Сет замирает в ожидание одобрения Кевина. — Продолжай, — тяжело шепчет он, сильнее сжимая простынь. Сет добавляет второй палец, заставляя Кевина выгнутся в спине. Из губ вырывается стон. Ноги начинают мелко подрагивать. Возбуждение давит на тело, прибавляя к нему дикую усталость. Темп ускоряется, а исходящие звуки из от Кевина являются райским наслаждением для Сета, и сигнал, что он делает всё правильно. — Презервативы есть? — спрашивает Сет, тяжело дыша, будто пробежал целый километр. — В тумбочке есть? — Нет. Кевин вздыхает, закрывая лицо руками и издавая странные звуки. — Я сейчас. Пальцы Сета покидают нутро, от чего Кевин недовольно закатывает глаза. Он роется в карманах своей одежды, ища нужную вещь. Брови Кевина хмурятся, когда Сет находит презерватив. — Ты носишь с собой презервативы? — Никогда не знаешь, какая ситуация с тобой может случиться. Например, как сейчас. Сет натягивает презерватив, а у Кевина сводит ноги от одного лишь ожидания. От понимания, что сейчас будет. Блядство. Его самые постыдные сны сбываются. Сет вдруг останавливается, и осторожно льнёт губами к внутренней части бедра Кевина, проходится языком по коже, а после кусает, сразу же зализывая болезненное место. С таким удовольствием, что Сет слышит, как Кевин скулит, от этих прикосновений. — Перестань играться, и просто войди, — шипит Кевин. Сет послушно отстранился. Головка его члена оказывается у основания, после чего начинает слегка проникать внутрь, вызывая у Кевина громкий болезненный вздох. Тот судорожно выгибается в спине, перестает дышать, ожидая когда Сет полностью в него войдёт. Тот вдруг останавливается, замечая как вздрагивает Кевин, и ещё сильнее хватаясь за простынь. Сет зацепил простату и замирает, ожидая когда тот начнёт снова нормально дышать, давая время, дабы привыкнуть к члену внутри себя. Чёрт возьми, к этому тяжело было привыкнуть. Сет ждёт, но чувствует как начинает сходить с ума. Слишком мокро, горячо, тесно. — Можешь двигаться, — кое-как шепчет Кевин. Тело подрагивает, в желании получить удовольствие, почувствовать как можно быстрее Сета, его движения, его тяжёлое дыхание. Он думает об удовольствии, которое никогда не получал от других людей, которое волной накрывает его тело. Кевин скулит не от боли или не комфорта, а от желания, когда Сет наконец наберёт темп, наконец сможет двигаться без страха. Сет закидывает ноги Кевина на себя, нависая над ним и целуя в уголок его губ, а после набирает темп, заставляя того судорожно цепляться за его крепкую спину, оставляя красные следы, и не сдерживать свой голос. Комната наполняется новыми звуками: пошлые шлепки, хлюпанье и тяжёлое дыхание двух парней. С каждым толчком Кевин чувствует, как начинает терять грань между реальностью и мечтами. Он полностью отдаётся Сету, утопая в жгучем и долгожданном удовольствии, которое расплывается по всему его телу. Спина Кевина снова неестественно выгибается, моля ещё и ещё, моля Сета быстрее, потому что вот-вот был готов кончить. Кевин начинает задыхаться от чувств, которые его переполняют, от ощущений, которых слишком много. Как же много он, блять, чувствует. Сет заставляет его чувствовать невозможное, как и Кевин заставляет Сета. Тот не позволяет себе отвести взгляд от Кевина, который мечется по кровати из-за его члена внутри, стонущего от получаемого удовольствия, которое Сет с трепетом доставляет ему. Это было так нереально, что Кевин все ещё не верит в происходящее, пока Сет снова не толкается прямо по простате, заставляя кончить первым. Следом кончает Сет, прямиком в презерватив, насаживая Кевина по самое основание члена. Спина Кевина наконец может расслабиться. Он пытается отдышаться. Сет выходит из него, заставляя холодку пробежаться по телу, ведь теперь жар их тел немного спал. Он наклоняется к лицу Кевина, целуя того в нос, уголки губ и лоб, дабы затмить пустоту внутри него. Его ноги слегка подрагивают от недавнего оргазма, и он не сможет сидеть ещё несколько дней точно, а вот Сет каким-то образом встал бодрячком, дабы убрать последствия их секса. Кевин вдруг понял, что ничего не мешает уйти Сету сейчас. С этой мыслью разворачивается спиной к нему, сжимаясь. Он ощущает, как кровать немного скрипит и прогибается под весом другого человека. Чьи-то грубые руки обхватывают его талию, притягивая ближе к себе. — Как тебе ночь? — шепчет Сет на его ухо. Дыхание всё такое же горячее. Кевин молчит, не зная, что ответить. — Чертовски хороша, — выпаливает он первое попавшееся в голову. В комнате повисла тишина, лишь биение сердца и дыхание были слышны. — Будешь жалеть? Кевин ощущает нотки грусти в его тоне, он оборачивается к нему лицом, внимательно вглядываясь в него. — Не буду, — и целует его. Не так, как в первый раз. Нежно, спокойно, как в знак завершения тяжёлого дня. Кевин знает, что теперь Сет не уйдёт, не оставит его, как оставляли другие люди. То, что творится за пределами комнаты никого из них больше не волновало. Кевин целиком полагается на своих слуг, которые профессионально справятся со своей работой и не посмеют его потревожить. — Чёрт возьми! — шипит вдруг Сет, обращая на себя внимание Кевина. — Я забыл тебе подарок сделать. Тот начинает смеяться. Он не помнил, когда в последний раз был так счастлив, но рад, что причиной радости стал именно Сет. — Эта ночь, лучший твой подарок. The end.