Обрывки музыки связывающие нас.

— Лукас, я же совсем не умею танцевать, — смущенно пролепетал старший. — Пустяки, дядя, я тебя научу, — лукаво блеснув глазами, ответил племянник с озорной улыбкой. Рассмеявшись, и его смех, словно перезвон хрустальных колокольчиков, наполнил тесную комнатушку, он тихонько проскользнул тонкими пальцами между чужими, чуть сжимая и приподнимая их. Раскачивая руки в такт музыке, мальчишка зажмурился, озаряя своё лицо ещё более широкой улыбкой. Мужчина растерялся первые пару секунд, но тут же поддался на этот порыв, чуть крепче сжимая чужие ладони в ответ. Завороженно наблюдая за сияющим лицом напротив, он прикрыл глаза, и губы тронула нежная улыбка. В порыве восторга Лукас разводил руки в стороны, плавно взмахивая ими, и дядя, словно отражение, повторял за ним, оба подчинились ритму музыки, отчетливо звучащей в ушах. — Дядя Линч, покрути меня! — он отпустил одну из рук старшего, поднимая другую над головой. — Лукас, я не уверен, — Линч тут же открыл глаза, смущенно глядя на племянника. — Не бойся! — вновь прозвенел веселый смех. Линч с тяжелым вздохом уступил и, помедлив, закружил племянника, словно яркую звезду. В глазах Лукаса все поплыло, и, едва не потеряв равновесие, он почувствовал, как крепкие руки бережно обхватили его талию. Голубоглазка Лукас вздрогнул, когда Линч, крепко держа племянника, поставил его на ноги. От неожиданной близости Лукас буквально свалился в объятия старшего, и щеки его мгновенно вспыхнули румянцем. Егор и сам не понял, отчего так смутился. Переведя взгляд на младшего, он тихо спросил: — Все хорошо? Прости, я, видимо, слишком сильно тебя раскрутил, — виновато произнес он. — Нет-нет, все в порядке. Наверное, это просто было не лучшей идеей, — неловко посмеялся Лукас, разглядывая профиль напротив. Сердце вдруг замерло, пропуская удары медленно и болезненно. Отчего вдруг такие чувства? В последнее время именно рядом с дядей они стали такими… до чертиков необычными. Может, уже пора? Может, пора все рассказать? В конце концов, он не может больше держать это в себе. — Дядя Линч, — тихо произнес Лукас. — Да? — также тихо ответил Егор. «Надеюсь, ты меня простишь», – прошептали мысли Лукаса. Он вздохнул и лишь на мгновение прикоснулся к губам старшего, тут же сгорая от желания отстраниться. Линч опешил, округлив глаза в недоумении, и щеки его залились краской. — Л-лукас… — голос дрогнул лишь на долю секунды, но зеленоглазый тут же вернул его в привычное состояние и спросил: — Что это было? Лукас опустил взгляд в пол, пряча лицо. — Прости… прости, я не знаю, почему это… произошло, — начал оправдываться племянник, но его перебили. — Нет-нет, спокойно, вдох, выдох, — начал успокаивать юношу Егор. По его просьбе Лукас снова поднял свой невинный взгляд, вдохнул и выдохнул, после чего произнес: — Дядя Линч, я люблю тебя не как родственника, — голос почти неслышно дрожал, а колени предательски подрагивали. Глаза Линча расширились от потрясения, взгляд метнулся в сторону, а внутри все болезненно сжалось. Слова Лукаса словно воспламенили грудь изнутри. Он не ожидал услышать этого, тем более от него. Зажмурившись на мгновение, Линч вновь посмотрел на смущенного парня. — Я тоже Лукас, — робкая улыбка коснулась его губ, а рука скользнула к щеке младшего, заставляя сердце болезненно и сладостно дрогнуть. Лукас тут же поднял взгляд на мужчину. Его щеки вспыхнули румянцем от нежного прикосновения, и он робко ответил на ласку, прижавшись своими тонкими пальцами к чужой руке. Улыбнулся, опуская ресницы. — Хех… Я боялся, что ты отвергнешь меня… не примешь, — прошептал он, едва слышно. — Что ты? Лукас, я приму тебя любым, — брюнет крепко обнял парня, нежно поглаживая его по голове. — Я люблю тебя, — прошептал Лукас в ответ, прижимаясь еще крепче. Линч обвил его руками, словно стремясь навсегда заключить в этом объятии. Он не мог поверить своему счастью. Не мог поверить, что это происходит на самом деле.