Энергетический выброс

Виктор откидывает голову назад, медленно вдыхает и вдруг смеется. — То есть, мне нужно угадать, кто из вас мой Джейс, и я получу награду? — Розовая лента путается между пальцами, на Виктора смотрит несколько пар глаз, абсолютно идентичных, похожих друг на друга как две капли воды. Даже одежда виновников быстрого сердцебиения почти идентична, явно пытаются устроить для Виктора настоящее испытание. — Абсолютно верно. — Отвечает Джейс, проезжаясь пальцами по слабой щетине. Виктор следит за этим внимательно, будто бы кот, которому перед глазами повесили шуршащий объект. Их всего пять в комнате, а Виктор один, это вызывает лёгкую панику и что-то завораживающее. Они все смотрят на Виктора, но у каждого в глазах читаются свои собственные мысли, похожие, но всё ещё различимые. Виктору нетрудно определить, где его Джейс. Воздуха в помещении не хватает, ремни на талии вдруг начинают давить, а плед, который Виктор до сих пор носит с собой, кажется вдруг липкой и неприятной тряпкой. «Джейс», сидящий в его ногах, почти не смотрит на самого Виктора. Лишь катает в кружке капли чая, наклоняет голову то в одну, то в другую сторону. Рука тянется к его волосам, Виктор осторожно обводит затылок и цепляет ноготками воротник, отчего в ответ слышен тихий стон. Даже реакция у всех будет одинаковая, это просто бессмысленно. — Если захочешь, то призом будем мы все, — о, Виктор уверен, что его сердце просто-напросто не выдержит. Тело гудит и искрится, в пальцах буквально можно увидеть ярко-фиолетовое свечение, которое до этого лишь ритмично пульсировало. Виктор хмыкает, смотря в глаза другому «Джейсу», который в этот момент, оперевшись на свой молот, обсуждает что-то с другим Джейсом. — Каждый сделает всё, что ты пожелаешь, — вторит другой «Джейс», приземляясь рядом на самодельный диван. Не такой мягкий, да и выглядит точно не как в обычном понимании остальные диваны, но Виктору вполне удобно на нём отдыхать. — А если не угадаешь, то награда будет наша. — Наконец-то пятый «Джейс» подает голос и наклоняется к Виктору, чтобы шепнуть возле самого уха. Тот тихо охает и вздрагивает, тут же встряхивая головой, закрывая волосами уши от этих демонов-искусителей. — У меня только один вопрос, — Виктор вдруг улыбается, хватает подсевшего «Джейса» за подбородок, и в его глазах можно увидеть, насколько довольно он сейчас улыбается. Большой палец проезжается по нижней губе, в комнате становится слишком тихо. — Зачем ты побрился? «Джейс» напротив него с тоской вздыхает, потому что Виктор поворачивает голову к Джейсу, что всё это время стоял возле молота, и задает свой вопрос ему. — Как ты угадал? — Без тени злобы спрашивает нужный Джейс и подходит к нему ближе, присаживаясь с другой стороны. — У тебя несколько шрамов на лице выделяются, особенно вот тут, — Виктор тычет указательным пальцем в нос, обводит большим линию скул и с улыбкой убирает волосы Джейса за ухо, замечая ещё один шрам. Они лишь несколько секунд смотрят друг другу в глаза, прежде чем Виктор отворачивается и хватает «Джейса», который всё это время стоял позади дивана, за галстук и тянет на себя. — Ты слишком нахальный, а ты слишком невинный, — он по очереди рассматривает каждого Джейса, которые явно не из этого времени. И как они здесь оказались, ему неизвестно, но, видимо, всё под чётким контролем его собственного Джейса, который с восхищением наблюдает, как Виктор отчитывает его более молодые версии. — Тот, видимо, только недавно вступил в совет, а этот явно после создания оружия из хекстека. Видеть так много разных Джейсов в одной комнате странно. Это заставляет голову кружиться, а сердце бешено колотиться, потому что он знает каждого из них. Но одновременно с этим будто бы этих его версий больше не существует, они в прошлом, они часть того Джейса, который сейчас сидит рядом с Виктором и гладит его ногу. Тот самый правильный Джейс, который вместо выстрела в грудь решил с ним поговорить. Это действительно помогло, но вот откуда все остальные, Виктору действительно интересно. — Где ты их всех нашел? Словно щенков с улицы понабрал, — Виктор вдруг вспоминает о ленте в своих пальцах и тянется к волосам Джейса, пока за спиной слышны слабые разговоры остальных. Джейс слегка наклоняется вперёд и выдыхает. — Недалеко отсюда произошёл странный энергетический выброс, хотел сначала сам разобраться, а потом… последствия ты видишь. — Джейс тихо смеется в ответ и отстраняется, ощущая на своих волосах завязанный небольшой бант. Остальные его версии смотрят с подозрением и какой-то завистью. Вероятнее всего, каждый хочет заполучить внимание такого Виктора. С длинными волосами, изменённым телом, в котором больше ничего не болит, в котором теперь намного больше выносливости. — Я тебя понял. Значит, теперь вы выполните любое мое желание? — С заинтересованным прищуром произносит Виктор, уже ощущая, как «Джейс» касается его плеч и начинает разминать, будто бы старается успокоить. — Абсолютно любое. — Успевает в ответ сказать Джейс, прежде чем тихо простонать в поцелуй, когда Виктор хватает его за галстук и впивается в губы. Привычной щетины больше нет, от этого становится немного обидно, потому что Виктору она очень нравилась. Ему нравилось, словно ласкающийся кот, млеть от покалывающих ощущений на коже. Сейчас, впрочем, и остальных ощущений хватает сполна. Его плеч касаются мягкие пальцы, явно не одна пара рук пытается раздеть его, отчего на губах появляется улыбка, а щеки начинают гореть. На диване этим будет неудобно заниматься, хочется на мягкую кровать, которую они с Джейсом сделали в своей комнате. Мысли Виктора будто бы слышны для них всех одновременно, знакомые руки поднимают его над полом, хотя, когда он всё же открывает глаза, то видит не своего Джейса. Этот улыбается мягко, почти что невинно, и видно, как осторожно держит больную ногу. Видимо, не привык к тому, что этому Виктору больше не нужна никакая поддержка. Он спокойно может ходить сам, лишь иногда опираясь на трость от усталости или же по привычке. Кровать прогибается под весом нескольких тел сразу, Виктор тонет в поцелуях, тихих смешках, а фразы вовсе не долетают до него. — Есть пожелания? — «Джейс» наклоняется к его уху, мажет кончиком носа по щеке, лижет шею, и с губ срывается тихий выдох. Виктор закатывает глаза лишь чтобы собраться с мыслями, но они тут же вылетают из головы. Чьи-то шаловливые пальцы раздвигают его ноги. — Кажется, вы отлично справляетесь с моими пожеланиями, — кончик языка Виктора скользит между губ, и это замечают абсолютно все в комнате. Он хватает пристроившегося между его ног «Джейса» за волосы, опускает к члену и блаженно выдыхает, ведь в этот момент другие руки обхватывают его икры и начинают сминать. — Станет плохо, сразу говори. — Глаза открывать сложно, поэтому Виктор лишь лениво моргает, замечая Джейса, что исчезает из поля зрения и скидывает свою одежду. Его тело покрыто шрамами, мышцы крупные и ярко выделяются, когда он напрягает руки, а небольшой мягкий живот заставляет забыть обо всем. Наконец-то этот человек питается правильно, и его фигуре можно позавидовать. Виктор и раньше завидовал, но лишь со стороны здоровья. Здесь и сейчас лишь восхищение, разбавленное горячими поцелуями с другой его версией. Рот Виктора жадно исследуют, лижут ряд зубов, толкаются языком глубже, и он ощутимо сжимает волосы «Джейса», сидящего в его ногах. Язык облизывает головку члена, но бедра сами двигаются вперёд. Виктору позволяют толкнуться глубже, упереться в горло и мучительно простонать в поцелуй, который ему не дают разорвать. Хочется воздуха, ему становится жарко, и как раз в этот момент чьи-то руки стягивают с него всю одежду. Щелкают ремешки, которые утягивали его талию, шуршит ткань, и из-за этого вместо привычных человеческому телу мурашек на коже начинают мелькать разные оттенки синего и фиолетового света. Виктор открывает глаза, соприкасается головой с подушкой и недовольно жмурится, когда «Джейс» перестает ему сосать. Хочется вернуть эти ощущения обратно, но ему, кажется, хватает и всего остального в данный момент. Потому что его гладят, целуют, смазанные пальцы толкаются в анус, и даже не глядя можно сказать, что это точно его Джейс. Он знает, куда нужно давить, как согнуть, в какой момент развести на манер ножниц, чтобы ощутить яркое давление на стенки. Виктора целуют с обеих сторон в лицо, куда деть руки, он уже не знает, отчего просто хватается до чего дотянется. Джейс оглаживает низ живота, слегка давит и входит по самые костяшки двумя пальцами, следя взглядом, как другой «Джейс» обводит языком набухшие соски Виктора. Сквозь толщу различных звуков и прикосновений, которые выбивают почву из-под ног, Виктор не сразу понимает, что кого-то не хватает. Приходится открыть глаза, рассмотреть каждого Джейса вблизи. Один ласкает его грудь, мажет языком, оставляя после себя влажную дорожку, что светится мерцающим фиолетовым цветом благодаря прорезям на теле. Второй дрочит возле его лица, и язык сам тянется к члену. Виктора тут же хватают за волосы, насаживая по самые яйца. Он на секунду поднимает злой взгляд вверх, но видит лишь самодовольную улыбку, которую хочется стереть с этого лица. В комнате слышны тихие разговоры, видимо, кто-то решил не вмешиваться в процесс и дождаться самого горячего. Виктор на это лишь закатывает на секунду глаза, позволяя трахать себя в рот. Кислорода не хватает, пальцы внутри него ускоряются, и даже стонать нормально не получается. Вторую его руку тянут куда-то в сторону, и он ощущает второй член. Пальцы складываются в кольцо, большой обводит головку, и сверху слышны мягкие стоны. — Джейс, постой, умоляю… — Виктору всё же удаётся оторваться от члена и прокашляться. Говорить сложно, голос осипший, словно он кричал последние несколько минут. Рука в волосах мягко оглаживает затылок, будто бы извиняется за сделанное. Джейс отрывается от поцелуев на внутренней части бедра Виктора, останавливает движения пальцами, позволяя тому вдохнуть. — Ноги затекли. Его тут же хватают за лодыжки, которые всё это время были задраны высоко вверх. Неприятное гудение в икрах исчезает, но Виктор не успевает расслабиться, как его подтягивают ближе и переворачивают на живот. Настолько легко, будто бы он тряпичная кукла, которой можно вертеть как угодно. Вместе с этим краем глаза Виктор успевает заметить сидящего на краю кровати «Джейса», который в целом пока что просто наблюдает, как и ещё один, который стоит рядом. Пальцы Джейса скользят по спине Виктора, словно пытаются исцарапать, он сжимает бока, наклоняется к уху и прикусывает мочку, сжимая волосы плотно в кулак. Виктор бы сказал что-нибудь, может, даже попросил бы не нежничать с ним, но его мысли и так словно слышат. «Джейс» ложится перед его лицом, улыбается неуверенно и смущенно, отчего внизу живота у Виктора начинают порхать бабочки. Он вбирает покрасневшую головку в рот, а Джейс сзади толкается членом почти наполовину, выбивая землю из-под ног. Колени тут же разъезжаются по постели, голову крепко держат две пары рук, что сжимают его волосы. В голову лезет множество мыслей и вопросов, но они все стираются в клочья, когда Джейс начинает двигаться быстрее. До обжигающих шлепков тела о тело, до белых пятен перед глазами, до громких стонов, которые сейчас просто-напросто не удаётся издавать, потому что мешает член во рту. — У тебя красивые длинные волосы, тебе идет, — сквозь толщу различных звуков долетают обрывки комплиментов. Виктор бросает взгляд в сторону и видит «Джейса», его глаза мелькают где-то на периферии сознания, а голос словно мягкая шёлковая постель, что касается кожи. Виктор покрывается мурашками, давится членом и загнанно дышит носом, который упирается в лобок. Горячая сперма заставляет подавиться и закашляться, его тут же отрывают от одного члена и тянут за скулы к другому, отчего даже не удаётся вовремя сообразить. Он на автомате высовывает язык, сперма стекает по подбородку и падает на постельное белье, а «Джейс» размазывает её пальцами, пока сам вбивается в податливый рот. — И рот твой всё так же прекрасен. — Смех заставляет нахмуриться, и Виктор до боли сжимает бедра «Джейса» одной рукой, благодаря чему ему удаётся отстраниться и поднять голову. — Ты мне нравишься меньше всех, — рычит в ответ Виктор, угрожающе клацая зубами возле покрасневшей головки. Позади слышен мягкий знакомый смех, и можно заметить восхищение в глазах Джейса, который давит ему на поясницу и оглаживает низ живота. — Понял-понял. — Неуверенно произносит «Джейс», и Виктор возвращает внимание к его члену. Челюсть неприятно ноет, возбуждение давит на голову и хочется кончить. Вот именно сейчас, когда Джейс двигается в правильном темпе, когда его ласкают сразу несколько рук, когда губы целуют во все возможные участки. Виктор выпускает член изо рта, упирается щекой в бедро стоящего на коленях «Джейса» и жадно вдыхает вперемешку с булькающими стонами. Джейс отлично его чувствует, обхватывает член Виктора в кулак и начинает быстро дрочить, не сбавляя ритма. На них направлены все взгляды, каждый словно задерживает дыхание, когда Виктор кончает. Запрокидывает высоко брови, вытягивает губы трубочкой и падает на грудь «Джейса». Под пальцами ощущаются накаченные, ярко выраженные мышцы груди, отчего пальцы сами проезжаются по соскам, плечам, животу, едва сжимая мягкую кожу. Джейс выходит из него и кончает на спину, дышит тяжело и загнанно, но даже на негнущихся ногах падает рядом с Виктором и гладит его по щеке. — Всё в порядке? — В его глазах виден блеск от возбуждения и бесконечного восхищения. Виктора это в какой-то степени заводит, потому что мысли не хотят концентрироваться вокруг того, что его тут в несколько стволов оформляют. Главное не начать думать, просто отдаться процессу, в любой момент можно остановиться, но это действует словно наркотик. — Более чем, — его подтягивает вверх «Джейс», целует в губы, не брезгует чужой спермой, и возле ануса вновь ощущается знакомое давление. Виктор расслабляется и позволяет войти. Член с хлюпающим звуком входит по самые яйца, Виктор выгибается словно кошка, тут же изнывая от желания свернуться в клубок. Тело словно оголенный провод, сквозь отвердевшие нити мышц видно мерцание, на которое внимательно смотрит Джейс. Чьи-то пальцы обводят анус, и движения «Джейса» замедляются, а глаза Виктора распахиваются от удивления. Он смотрит себе за спину, как его буквально облизывают глазами, как молящий щенячий взгляд смотрит из-подо лба, как палец толкается вместе с членом, и с губ лишь срывается тихое шипение. — Черт бы вас подрал. — Тихо выдыхает Виктор сквозь стиснутые зубы и падает головой на разгоряченную кожу груди. Здесь мягко и удобно, его и так всего облизывают с каждой стороны, может позволить себе побыть бревном и ничего не делать. — Дерут тут только тебя, — голос «Джейса», который уже кончил, слышен неподалеку, но Виктор на это лишь закатывает глаза. Точно, этот «Джейс» только недавно стал советником и почувствовал лёгкую власть в своих руках. Не в его характере, он скоро поймет это, но такое лёгкое нахальство заставляет вздрогнуть и проскулить. Другой «Джейс» садится с другой стороны, и теперь на Виктора смотрят три пары глаз. Член одного «Джейса» сейчас в нём, второй, оригинальный Джейс, внимательно следит за всем, а третий явно не знает куда себя деть, и Виктор сам тянется к нему. Обхватывает влажной ладонью член, облизывает головку языком, толкая её за щеку, на что слышит удовлетворенный стон. Значит, даже слабые стороны у них у всех одни и те же. Второй член толкается осторожно, Виктор лишь закатывает на это глаза и благодарно смотрит на «Джейса» перед собой, который даже руку в его волосы не кладёт. Полностью даёт власть доставить ему удовольствие, боится сделать лишнее движение. Лишь бы дышать не забывал, но не Виктору об этом беспокоиться. Распирающее ощущение внутри выбивает землю из-под него. Пальцы начинают дрожать, а взгляд замыливается от подступающих слез. — Всё хорошо, ты отлично справляешься, — голос Джейса мягкий и вкрадчивый, он целует за ушком, убирает прилипшие к лицу волосы, вглядываясь за спину Виктора. Где «Джейс», что лежит на спине, поднимает высоко бедра Виктора, где другой «Джейс» точно так же держит его и толкается глубже. Стоны почти что фальцетные, отражаются от стен и будто бы эхом возвращаются обратно, прямо в головы всем, кто находится в комнате. — Пусть двигаются быстрее, пожалуйста, — ловить от этого удовольствие для Виктора странно, но просто плевать. Его слышат и без повторения, члены начинают входить глубже и быстрее, трутся друг о друга, отчего оба «Джейса» стонут в унисон. Виктор возвращает внимание члену перед лицом, вбирает его по самые гланды, причмокивает, когда облизывает головку, дышит шумно и быстро моргает, стараясь не отрываться от реальности. Его собственный член вновь стоит, ему бы хоть немного внимания, и ладонь на автомате тянется вниз. Но это неудобно, отчего Джейс возвращает его руку на грудь «Джейса» и сам обхватывает член Виктора в кулак. Ощущений настолько много, что не теряться в них попросту нельзя. Виктор в конце концов перестает сосать, концентрироваться на этом невозможно. Его длинные волосы наматывают на кулак, слегка тянут назад, и для «Джейса» сейчас явно открывается самая сексуальная картина в его жизни. Виктор вытягивает язык, кидает взгляд на член, и тот тут же начинает дрочить, слегка поглаживая шею и скулу. «Джейс» внимательно изучает тело Виктора, как оно гудит и мерцает, как отзывается на каждое касание, звук, поцелуй, стон. На всё, что происходит в этой комнате. Движения членов становятся рваными, всё тело вмиг напрягается от этого, и Виктор кончает второй раз, выводя себя из игры окончательно. Оба «Джейса» толкаются до упора, один наваливается сверху и давит локтем на поясницу, пока второй до боли сжимает бедра. Внутри тут же становится жарко, сперма с хлюпающим звуком выходит вслед за выскользающими членами, стекает по бедрам на кровать. «Джейс» перед ним забавно жмурится, резко хватает Виктора за голову и кончает в рот, отчего приходится на автомате проглотить и поморщиться от солёного, слегка горчащего привкуса. — Надеюсь, ты найдёшь способ отправить их обратно, — сипло произносит Виктор, слабо хватая Джейса за волосы. Тот улыбается и показывает ему язык, явно разморенный и довольный после всего произошедшего. — А что, больше не выдержишь? — «Джейс», что всё это время был где-то в стороне, садится на свободное место на кровати и сжимает ягодицу Виктора, смотря на обилие спермы. — Щас лягну ногой, и тебе это явно не понравится. — Мы найдем способ, — Джейс явно обозначает «мы» в своём тоне, попутно кивая в сторону ванной комнаты, когда кто-то спрашивает у него об этом. Виктор показывает большой палец и кряхтит себе под нос. «Джейс», что лежал всё это время под ним, точно так же исчезает из комнаты, их остаётся немного в помещении, но Виктору сейчас явно не хватает пространства. И свежего воздуха. И тёплой ванны. Джейс гладит его по волосам, вступает в беседу с другой своей версией, но у Виктора нет никаких сил поддержать разговор, он просто закрывает глаза и даёт себе время прийти в себя.