Моя зависть – моя любовь

***

На улице светло и лучи солнца падают прямиком в помещение через огромные стеклянные окна. Посетителей не так много, к тому же, скоро обеденное время, повсюду разбросаны вещи. Вот он, один из самых известных бутиков по свадебным атрибутам и им заправляет сама Уэддинг Кейк. Она снова носится с одеждой и покупателями, пока я мирно сижу и смотрю на всё это зрелище. Признаться, я очень ей благодарна за то, что та не оставила меня в беде. В прошлом, я состояла в культе, который ничего хорошего мне не принес. Я должна была участвовать в кровавом ритуале подношения великим божествам – Ведьмам. Всю протяжность жила с одной-единственной мечтой – слиться с ними, стать единой с моими кумирами. Нас взращивали с любовью и упоением к ним, идеализируя образ прародительниц. Во время подготовки к жертвоприношению мы заглянули сюда, и тогда я впервые увидела Кейк. Даже сами боги никогда не сравнятся с её красотой и великолепием. Уэддинг вытащила меня из того круговорота грёбаных сектантов, что жаждали крови юной девы. Вся моя жизнь перевернулась с ног на голову, весь её смысл был утерян. Теперь я учусь жить по-новому, заново; и начала работать тут, помогая ей. Похоже, я снова обрела крылья находясь в этом заведении. Она приютила меня, открыла глаза на происходящее, Орден Святой Вилки был не лучшей организацией. Не смотря на это, он сформировал меня, такую, какая я есть. И я жалею об этом. Страшно жалею. Утопая в своих мыслях, вижу, как Кейк бегает по магазину, буквально порхает, как бабочка с цветка на цветок. Её туфельки громко цокают по кафельному полу, а белое ситцевое платье развевается от таких шустрых движений. Она оставляет шлейфом за собой аромат пряных цветов, что щекочет мне нос и я принюхиваюсь, легонько прикрывая глаза. Я привыкла к нему за те месяцы стажёрства, но всё равно, каждый раз, прямо как в первый, потому что он выделяется среди общего пыльного запаха комнат. Я завидую ей. Очень сильно. Твои волосы такие мягкие и рассыпчатые, словно сливочный водопад и гладкие, как глазурь. Я помню, случайно коснулась их; просто не оторваться. Не то что мои, больше напоминающие шоколадные завитки и по текстуре, словно трюфель. У тебя мягкая улыбка с симметричными впадинками по бокам, а смех, будто трель весенних птиц. Такая лёгкая, почти невесомая, с тобой нетрудно общаться и вовсе не страшно заговорить, в отличии от меня. Бархатный голосок я различу даже за километр. Кажись, ты соткана из света и нежности, при этом, совмещая в себе ловкость и настойчивость. У моего субъекта симпатии шёлковый характер, вкупе с отличной фигурой и формами. Кейк обладает чудесным личиком, что точно создано опытным мастером, который знает своё дело. Глаза её – изумруды сверкающие в полночной тьме окружающей меня; они служат мне путеводителями. Иногда мне кажется, будто Уэддинг фарфоровая кукла; тронешь и она разлетится на мелкие кусочки. Твоя лебединая шея невероятна, да так, что хочется оставить влажную дорожку от поцелуев, и не единственную. Но мне страшно, страшно что ты не поймешь меня. Оттолкнешь, будто я ненормальная. Мне страшно потерять тебя. Возможно, я не самый лучший выбор, не самая лучшая пассия. Может, я не достойна тебя. Потому что я не от мира сего, потому что я странная, воспитанная не так, как принято в обществе. Мне пророчили стать жертвой, но в конечном итоге я тут, с тобой. Люди сторонятся меня, боятся, даже мои тщетные попытки поболтать о чём-то с ними всегда заканчиваются их понурыми лицами. Моя шоколадная кожа никогда не сравнится с твоей мягкой. Я никогда не смогу стать такой же как ты, к которой народ сам тянется. Всё не так, веду себя не так, выгляжу не так и живу не так. Но ты всегда терпеливо относилась к моим загонам. Твои слова успокаивают получше любого горячего чая, из твоих уст всегда льются только тёплые слова поддержки. Я завидую тебе. Твоим умениям, твоей внешности, всему. Завидую так, как никогда бы больше не могла ни к кому другому. Я даже не знала, что могу испытывать такое сильное чувство. Ощущаю себя мерзопакостно, но ничего поделать с собой не могу. Оно разъедает меня, точно желчь иль гниль. Но могу ли я назвать эту зависть чёрной? Нет, в какой-то степени, это восхищение и благоговение, медленно переросшее в желание быть подобной тебе. Я так и не решилась. Быть тобой или быть с тобой. Моё сердце пропускает резонанс каждый раз, как твои тонкие пальцы зарываются в мои лохматые кудри. Каждый раз, когда ты произносишь моё имя я стараюсь запомнить этот миг. Будь бы я художником, отрисовала бы каждую твою клеточку тела. Ты бы стала моим настоящим шедевром. Ты нравишься мне, мой любимый лучик солнца, но вряд ли я когда-нибудь это скажу тебе напрямую. Вероятно, унесу эту тайну с собой в могилу. — Блэк Форест! — окликает меня Уэддинг Кейк. Её лицо становится немного взволнованным. — А? — немного потупила я. Точно! Сейчас же обед, я снова витаю в облаках, позабыв про всё. — Ох, конечно. — Смотри, что я урвала в пекарне напротив, — та протягивает мне на подносе свежий бисквитный торт с вишней. — Прямо как ты и любишь. — Спасибо большое, что бы я без тебя делала, — кидаю мимолётную фразу я, принимаясь разрезать его на равные куски. Она всегда заботилась обо мне и помнила о моих предпочтениях. — Мне с вишенкой, — лукаво лыбится Кейк, отчего моя душа понемногу тает. — Может, всё-таки на кухню? — Конечно, — мы направляемся в другую комнату, специально отведённую для перерывов. Усаживаемся и она заваривает чай нам обеим. — Не устала? Носишься с утра, как угорелая. — Мне не привыкать, — вяло отвечает Уэддинг, пихая себе в рот очередную ложечку вкусного десерта. Я бы могла сейчас сравнить её с этой самой сладостью. — На кассе, небось, тоже тяжко. — Да не особо. Справляюсь, — и вот снова, ощущение, будто я слишком сухо ответила. Нутро теребит непонятное осознание. Решаюсь хоть как-то скрасить наш диалог. — Как жизнь? — Хах, смешная, мы же с тобой каждый день видимся, милая. Конечно всё прекрасно! — она звонко рассмеялась, будто услышала оригинальную шутку. Судя по её лицу, та не против поддержать беседу капелькой иронии. — А ты сама как? Я не успеваю ответить, как ты теребишь мои локоны и тискаешь меня за щёчку. Уже ощущаю, что покрываюсь румянцем. Неловко отвожу взгляд и пытаюсь прийти в себя от таких прикосновений. Стыд лёгкими мурашками проходится табуном. Твои духи опять ударяют мне в рецепторы. Клянусь, готова вечно их нюхать. Хочу сделать также, но мне боязно, оттого и щемит в грудной клетке. Вряд ли мне хватит смелости даже дыхнуть в твою сторону, но стоило с этим бороться. Движение твоих кистей такое отточенное, изящное. Сама ты – элегантность, женственность и уют. Не знаю, смотришь иль восхищаешься ли ты мной, но я тобой – да. Твои очи смотрят на меня с умилением, хочу знать, что ты чувствуешь ко мне. Нужно проработать свою собственную трусость, неспособность даже чуточку намекнуть тебе о своих чувствах. Я обязательно найду в себе силы. Люблю тебя. Даже больше чем себя, определённо. Когда я закрываю свои глаза, то всегда представляю в этой полумрачной дымке тебя. Представляю, как ощупываю каждый миллиметр твоей физиономии, как мои пальцы сплетаются с твоими воедино. Как мы сливаемся в бешеном ритме, танце без конца и края. Как мы вместе проводим время и радуемся короткой жизни. Мне хочется прикусить губу от одних лишь бессмысленных фантазий. Иногда в подкорку залезают грешные мысли, какая пошлость, но я балдею от одного твоего существования. Приятная волна удовлетворения катится по телу, хочу вспорхнуть хоть на миг. Ты замечаешь моё хорошее настроение и тянешься ко мне. Мы сталкиваемся взглядами. В этот раз я не смогу отвести свой взор, будто его приковали к тебе неизвестные силы. Кажется, будто ты сама Афродита, спустившаяся к нам на землю, будто скульптура Микеланджело, будто ангел из господни. Эти сравнения просто пыль. Ты лучше. Ты прекраснее. И ты любимее. Ты смотришь с такими же нотками влюблённости. Я прикрываю глаза на промежуток и, вот, твои руки обнимают меня. Твои персиковые губы касаются моих, обжигая, маня. Я впиваюсь в них, словно это мой последний шанс выжить в этом безгранном мире. Медленно исполняю свои мечты, ликуя и светясь изнутри. Мне не хочется это прерывать, хочу, чтобы оно длилось вечность. Хочу, чтобы ты навсегда стала моей. Даже и не верится, что это реальность, а не очередной бредовый сон, мои жалкие галлюцинации. Необычайное чувство, которое заставляет меня парить над землей. Это будто сладкий десерт, тающий на кончике языка. Отдам всё, лишь бы ещё раз это испытать. А что ощущаешь ты? Кислорода критически не хватает, а мозг даёт сбой в своей работе, одурманенный этим чудом. Мои губы всё ещё цепко держатся, но даже такой момент приходится ставить на паузу, иначе попросту можно задохнуться. Хотя, пожалуй, это будет лучшая смерть для меня.

***