niente telecamere

Ночи в горах безумно холодные. А дикие условия лишь добавляют уныния. Кушать тоже хочется. А еще хочется простого. Человеческого. Просто голод еще и тактильный. Свет остается включенным лишь на улице. И здесь еще холоднее. Тишко кутается в куртку. Многие уже спят. На улице никого. Разве что небольшой темный силуэт на спортивной площадке. Одиночество одолевает. И тянет хотя бы к единственному живому и не спящему человеку, как две капли воды на гладкой поверхности стремятся слиться в одну. Ледяная роса обжигает щиколотки, но это не заставит Владимира вернуться обратно. Вблизи силуэт приобретает более четкие очертания и становится понятно, что это Никита. В глубине душе участник шоу надеялся, что это будет именно он. Или хотел, увидеть именно его. Экстрасенс тренировался в своих новых, недавно выигранных перчатках. Конечно, Владимир знал, что именно Никита, помимо ушедшего Степана, голосовал против него. Однако злость и обида давно угасла. Он пугающе быстро проникается к мальчишке и это вызывает смешанные чувства. В основном собственная слабость раздражает. Но желание поговорить сильнее. Наверное, так влияют плохие условия.. Да все дело точно в них. Турчин делает еще один удар по груше, а после оборачивается. Его кулак пролетает в сантиметре над макушкой Тишко, но он даже не успевает отшатнуться. На лице экстрасенса улыбка с привычной насмешкой. В ответ он получает закатанные глаза и это именно то, чего он ждал. Стабильность здесь точно не повредит. — Пришел и здесь меня покритиковать? Или обнимашек захотелось? — С иронией тянет Никита. — Ты не спишь и я тоже. Просто поговорить захотелось. От одиночества можно сойти с ума, — Мужчина и сам не понимает, зачем оправдывается. — Мне кажется ты уже с ума сошел, — Парирует Турчин. И Володе так тоже кажется, только вслух он об этом не скажет. — Распалась твоя коалиция, за кого теперь голосовать будешь, умник. — Создам новую, — Никита пожимает плечами. Тишко с этого смешно, но он кривит губы в физиономии отвращения. Он разворачивается и шагает беседке. Где-то глубоко внутри он знает, что Никита пойдет следом. Экстрасенс и вправду догоняет его. Снимает перчатки и закидывает их за спину. Беседка не тронута утренней росой. Тишко запрокидывает голову на спинку скамейки. Сквозь резную крышу видно россыпь крупных звезд. Таких в городе не сыщешь и в них хочется раствориться. Когда Володя переводит взгляд на Никиту, то видит его профиль, тоже любуются звездами. Ненависть к этому человеку вытесняет симпатия. Мальчишка кажется еще более маленьким и наивным. В голове мелькают недавние события. — Обнимитесь, братья. — Говорит ведущий. Он делает шоу, на него сложно злиться. И Тишко ждет драмы. Сам хочет ее закатить, но Турчин подается на встречу первым и все планы вмиг рушатся. Он в его объятиях. И ему комфортно. Тактильный голод понемногу отступает. Сменяясь спокойствием. Желанием раствориться. Мгновение, длящееся несколько секунд проходит и Никита отступает, оставляя после себя пустоту. За пределами камер они все становятся другими. И Никита с Володей не исключение. Хотя полностью суть человека не меняется. — Зачем ты сюда приехал? — Вдруг задает вопрос Никита. Конечно, он чувствует на себе пристальный взгляд, но от звезд не отрывается. Он сам себя звездой считает, хотя кто из них нет? Думать над ответом кажется абсурдом, но Тишко думает. Деньги? Как будто у него их мало. Может скуку развеять? Разве оно того стоило? Хотя все же наверное стоило. Или банальное, доказать самому себе. Но Никите знать не обязательно. — А ты? На лице Турчина проступает ухмылка. — Деньги конечно, — Над ответом он долго не думает и Володя ему конечно же не верит. И не может отказать себе в колкости: — На вторую ортопедическую подушку не хватает? Никита хмыкает, а после выдает совсем неожиданное. — Если выиграю, подарю одну тебе. Будешь засыпать с мыслями обо мне, — Теперь Турчин смотрит в глаза пронзительно и улыбается. — Боже упаси, — Сразу отвечает Тишко. — Закрой глаза, — Настойчиво просит Турчин. В ответ на озадаченное выражение лица спокойствие и уверенность. И Володя закрывает. С ним и вправду что-то происходит. Почему применялись иголки. Где прежняя осторожность, где прежнее недоверие, переходящее в агрессию. Почему они растворяются с каждым днем все сильнее. На своих плечах и талии он ощущает чужие руки. Никита прижимает ближе, всем телом. Грудью прикасается к боку. Голову на плечо кладет. И хорошо становится. В голове даже проскальзывает мысль, что все это легкий и одновременно мучительный сон. И глаза открывать не хочется. Потому что страшно. Страшно раствориться, страшно хорошо. И Тишко обнимает в ответ, все также в слепую. Без камер и взглядов других участников они сидят так еще долго. И без единого слова. Они точно сейчас не нужны.