У вас демон!

Мамон скучал. Вокруг него бегали ангелы, которые, то и дело, поглядывали на демона с отвращением. Особенно молодые, кто, по наблюдениям Мамона, работал там недавно, обжигали своим невинным взглядом. Когда в главном зале появился советник, демон даже не сдвинулся с места. Ему уже надоело это место и он мечтал спустится обратно в ад. За советником вошла ещё дюжина архангелов: они переговаривались, кто-то возмущался, кто-то молчал. Когда все заняли свои места, то советник заговорил. — Мамон, здравствуй! Мы долго обсуждали вопрос о хранителях смертных и пришли к выводу, что мы готовы. Мы готовы. Впервые за тысячи лет мы изменим порядок, — голос советника был спокоен, но твёрд. — Мы дадим демону шанс. Эти слова вызвали шёпот среди ангелов. Один из них, с огненно-рыжими крыльями, нахмурился: — Они разрушители. Как можно доверить человека тьме? — Мамон этим словам лишь улыбнулся, видимо ангелок долго молчал. Демона радовал такой расклад, ведь, осуществив внедрение демонов в мир людей, у них станет ещё больше точек влияния и ад, наконец, перестанет быть таким ущемлённым. — Именно поэтому. Мы наблюдаем некий дисбаланс, и этот эксперимент покажет, насколько далеко может зайти их природа. На другом конце зала открылись массивные двери. В тишине прозвучали тяжёлые шаги, и воздух наполнился оттенком серы и золота. Демоны нечасто ступали в стены Цитадели, но сегодня был особый случай. Мамон даже не обернулся. Он сразу почувствовал знакомую энергию. В зале появился высокий юноша с воронёными волосами, одетый не в доспехи или церемониальные одеяния, а в чёрную рубашку, небрежно расстёгнутую у горла. Его золотые глаза вспыхнули лукавством. — Вы звали? — протянул Гарри Поттер, который привык использовать человеческую форму имени, ухмыльнувшись. Совет взглянул на него с неодобрением, но главный только кивнул. — Здравствуй, Вирракс. Мы не просто так пригласили тебя сегодня. Твой отец уже здесь и мы приняли важное решения для всего человечества. Ты получишь человека. Мы с советом поняли, что именно у тебя получится пройти пробную попытку, которая покажет, стоит ли впускать демонов в жизнь людей. Душа твоего человека это чистый холст, но он исписанный болью. Твоя задача – направлять его. Защищать. Помогать. — О, это будет весело. — Гарри хмыкнул. Где-то далеко, в мире смертных, Драко Малфой ещё не знал, что его судьба только что изменилась навсегда.

***

— Нет, отец, ты серьёзно считаешь, что это нужно демонам? — В Цитадели и так обнаглели. Ангелы-хранители у них! Посмотрите-ка. — Он зло смотрел на сына, который, видимо, не понимал всю ту ответственность, которая возлегла на его плечи и крылья. — Ты вообще в курсе, что они советуют смертным не вызывать нас. Не проводить обрядов. Они склоняют их к доброте и послушанию! Ад почти сгнил от недостатка нужных ресурсов. А если мы сможем быть рядом с людьми, то у нас получиться восстановить баланс! — Всё. Я понял. И когда же я должен стать послушным ангелочком? — он усмехнулся и, щёлкнув пальцами, сменил цвет кожи на белоснежный, а глаза вмиг стали голубыми. — Не дерзи мне. Твой человек - Драко Малфой. Ему 18 уже сегодня ночью, так что, будь добр, появись вовремя. — Неужели пунктуальность тоже важный факт? — Вирракс дерзил и насмехался над сложившийся ситуацией. Ему всегда было смешно с людей: таких беспомощных, слабых, жалких. Теперь же и ему придется стать неким надзирателем над подобным бездарным существом. — Тоже важный факт. Если ты подведешь меня, то о моём миловании даже не мечтай.

***

— Господи, уже сегодня! — Драко буквально светился от счастья, когда выходил из здания университета. — Уже думал, каким он будет? — Блейз не был для него другом, но Драко уверенно считал их хорошими университетскими приятелями. — Надеюсь, что не такой, как попался тебе. Хочется кого-то по спокойнее и адекватнее. — Слуша-а-а-ай, вообще-то ангел хранитель отображает твою внутреннюю силу. Вот я клоун. Что внутри, что снаружи, что в отображение моего хранителя. У тебя явно будет какой-нибудь искусствовед. — Я буду молиться всем существующим богам об этом. Смогу поговорить с ним о чём угодно! Это же так круто. — Ну-ну, — Блейз заулыбался, подходя к машине. — Подвезти тебя? — А, нет, спасибо. Хочу ещё зайти в магазин за красками. — Окей. Я буду ждать завтра твой восторженный отзыв о Хранителе. — Забини подмигнул блондину и скрылся в салоне авто. Пока Драко ходил по магазинам, на улице начало темнеть. Ещё совсем недавно до встречи с ангелом оставались сутки, как уже каких-то 5 часов и всё. Солнце уже клонилось к горизонту, заливая город мягким золотом, когда Малфой вышел с торгового центра. Асфальт всё ещё хранил дневное тепло, и воздух дрожал над тротуарами лёгкой маревой. Парень шёл медленно, не торопясь, хотя сердце гнало вперёд. Возвращение домой сегодня было не просто рутиной — это был последний вечер, в котором он был один. 5 июня. Он знал эту дату наизусть, как собственное имя. День, когда в его жизнь должен прийти хранитель. День, который он ждал, как ждут чуда — с замиранием сердца, с почти детской верой, упрямой, несмотря на всё. Оставалось меньше пяти часов. Прохожие смеялись, пили кофе с собой, сидели на ступенях старых зданий, обсуждая экзамены, вечеринки, отпуск. А он — он будто шёл сквозь прозрачную вуаль. Всё вокруг было живым, настоящим, но словно не касалось его. Он был весь в ожидании. Каждое движение казалось чуть отстранённым, будто тело шло само по привычному маршруту, а сознание дрейфовало где-то рядом. В голове то и дело всплывали обрывки мечт — детские, наивные, болезненно искренние. Образы: светлые крылья, тёплые руки, голос, которого он никогда не слышал, но точно знал, что он будет узнаваем с первого слова. Каждый шаг отзывался в груди эхом предвкушения. Он знал: когда проснётся завтра — он больше не будет один. Кто-то будет рядом. Кто-то, кому он будет важен по праву рождения. Кто-то, кто будет с ним, несмотря ни на что. Его ангел. Его защита. Он попытался представить, как это будет. Возможно, тот просто появится — среди света, среди шёпота ветра. Или войдёт в комнату, когда часы покажут полночь. Может, скажет первое слово, и Драко поймёт, что это оно — то самое. Случится что-то, что навсегда разделит жизнь на «до» и «после». И всё же… в глубине был страх. Что если он не почувствует ничего? Что если он не понравится своему хранителю? А что, если он окажется совсем не таким, каким Драко представлял? Слишком суровым. Слишком холодным. Он отогнал эти мысли и вдохнул полной грудью. Вечерний воздух был густ от запаха жасмина и горячего камня. Всё было слишком живым, чтобы бояться. Когда парень был дома, волнение подступило с новой силой. Он быстро поужинал и приступил к домашнему заданию, ведь ему хотелось, чтобы следующий день он начал лишь с мыслями и своём хранителе, а не о заданиях и учёбе. Закончив с этим, блондин глянул на время и ужаснулся, это случится совсем скоро. Комната была тиха, слишком тиха. Только старые часы на стене нарушали её своим мерным «тик-тик», будто дразнили: ещё секунда, ещё вдох, ещё удар сердца. Драко сидел на полу, скрестив ноги, и перед ним старая керамическая тарелка, на которой стоял маленький торт, чуть перекошенный, купленный наспех в ближайшей пекарне. В центре стояла тонкая свечка. Обычная, хозяйственная. В голове он называл это «ритуалом» — глупым, детским, но почему-то нужным. Хотелось, чтобы момент был особенным. Чистым. На экране телефона — 23:59. Последняя минута его одиночества. Он выпрямил спину, поднёс спичку к свече — и она вспыхнула мягким, дрожащим огнём. Он выдохнул. Медленно. И прошептал: — Ну давай… Я жду. Тишина. А потом... он почувствовал это. Не увидел, не услышал — почувствовал. Как температура воздуха изменилась, как будто сквозняк проскользнул по коже, хотя все окна были закрыты. Воздух стал плотнее. Тяжелее. Живее. Будто он перестал быть просто воздухом, он стал кем-то. Шорох. Где-то за спиной. В углу, где свет от свечи не доставал. — Я... Ты здесь? — голос сорвался с дрожью, хотя он ненавидел, когда срывался. И тогда он заговорил. — Прекрати драму, ты не на сцене, принц. Голос был низким. Насмешливым. С ленивым, чуть хриплым оттенком, как будто его хозяин только что проснулся… или только что вылез из чего-то далёкого от сна. Драко резко обернулся. Его глаза метались по полутени, но ничего. Пусто. Хотя он знал, что там кто-то есть. — Покажись. — Голос Драко дрогнул, и он возненавидел себя за это. — Уверен? — тот же голос, теперь ближе. Почти за спиной. — Люди обычно не хотят видеть меня сразу. И в следующую секунду тень в углу сгустилась. Из неё будто выкручивалась фигура, как будто тьма устала быть тенью и решила принять форму. Сначала он видит глаза — золотые, светящиеся, слишком яркие для темноты. Потом — ухмылка. Ровные зубы, чуть острее, чем стоило бы быть человеку. И только потом — силуэт: тёмная рубашка, растрёпанные волосы, крылья — не белые, а будто сплетённые из пепла и ночного золота, а кожа красная, словно горит. Драко отшатнулся. Он не кричал — слишком гордый, чтобы кричать. Но его сердце колотилось так, что, казалось, звук отдавался в стенах. — Ты… кто ты?.. Незнакомец сделал шаг вперёд, лениво, почти с кошачьей грацией. И сказал просто: — Гарри Поттер. Твой хранитель. Разочарован? — он усмехнулся, не скрывая удовольствия от его растерянности. — Скажи спасибо, что я вообще пришёл. Честно, я думал, ты окажешься… интереснее. И в этот момент Драко понял: его мечты о свете, крыльях и спасении можно выбросить в окно. Его хранитель — не дар. Это — наказание с небес. Или намного-намного ниже.