Пока цветёт лилия

Гарри никогда не любил Хэллоуин. На Тисовой улице дядя Вернон и тётя Петунья ни за что не стали бы отмечать праздник, связанный, хоть и косвенно, с магией, однако в Хогвартсе это стало своего рода традицией. Плюсом ко всему в замке жили осязаемые привидения, одним из которых являлся почти безголовый Ник, дух факультета Гриффиндор. Гарри уважал его, но уж слишком это привидение было обидчивым.  Однако причина, по которой мальчик не любил этот день, была простой. 31 октября Гарри потерял обоих родителей, убил, как многие думали, Волан-де-Морта и освободил волшебный мир. И так страшно — слышать предсмертный крик своей матери, понимая, что никогда она ничего не произнесёт больше. Гарри не помнил её голос, не помнил, как она качала его на руках. Всё это будто вообще не существовало, как сами Лили и Джеймс Поттеры, но они были и, возможно, где-то есть до сих пор. Мальчик не верил в загробную жизнь, однако ему хотелось, чтобы его родители всё ещё существовали, пусть даже и не в привычном понимании.  Утро выдалось ленивым, но, по крайней мере, можно было полежать подольше. Гарри почти уже свыкся с тем, что вставать с кровати стало проблемой вселенского масштаба, но казалось, словно рано или поздно он всё-таки не сможет этого сделать.  Во время завтрака некоторые учащиеся бросали своё имя в Кубок Огня, тем самым подтверждая участие в турнире. Школы Шармбатон и Дурмстранг сделали это поочерёдно, после чего демонстративно удалились. Многие думали, как обойти возрастную метку, начерченную Дамблдором. Больше всего загорелись этой идеей Фред и Джордж.  — Ничего у вас не выйдет, — смеялась Гермиона, наблюдая за попытками близнецов.  — Очень жаль, мисс Грейнджер, что Вы о нас столь однозначного мнения, — сказал Фред, показывая руками, будто слова девушки ударили его в самое сердце. — Вы думаете, что сможете обмануть профессора Дамблдора?  — Мы верим в удачу и случай! — закончил Джордж.  Гермиона отмахнулась и перевела взгляд на Гарри.  — Всё в порядке? — обратилась к мальчику подруга.  — Да... Я просто... Не люблю этот день, — ответил парень, продолжая возить вилкой по тарелке.    — Ты совсем не ешь, Гарри. Тебе нехорошо? Может, ты заболел?  — Нет, Гермиона, я просто не голоден.  — Но у тебя же растущий организм! Нужно поесть немного! — настаивала девушка.  — Ладно, — буркнул Гарри, понимая, что спорить бесполезно, после чего откусил тост, получив одобрительный взгляд подруги.  — А давайте сходим к Хагриду? Всё равно до пира времени вагон, — сказал Рон, пытаясь разрядить напряжение.  — Отличная идея! Гарри, что скажешь?  — Да, ладно, — ответил мальчик, уже согласный на всё что угодно, лишь бы его оставили в покое. После недолгих сборов друзья покинули башню Гриффиндора. Гарри всеми силами старался вникнуть в разговор, но смысловая нить упорно ускользала от него. Мальчик шёл, отвечал, улыбался, словно на автомате. Никакое действие ему уже не казалось настоящим.  Пересекая территорию замка, ребята решили пройтись немного вдоль озера. Ноябрь наступал на пятки. Уже совершенно отчётливо ощущался холод, который обычно присутствовал в завершении осени. Гарри пинал ногами камни у берега, пока Гермиона куталась в шарф от ветра.  — Смотрите, это кто там? — Рон указал на приближающуюся точку на горизонте. — Так это ж Крам! — добавил парень, когда очертания человека впереди стали более отчётливыми.  — Ого, он бегает по такому ветру? — спросил Гарри, разглядев парня, который был одет явно не по погоде. — Говорят, Дурмстранг находится где-то, где очень холодно, — начала Гермиона, — Наверное, он привык.  — А где, кстати, эта школа вообще? — озадаченно спросил Рон, когда Крам пробежал мимо них.  — Никто не знает, — ответила девушка. — Они тщательно скрывают своё местоположение. Говорят, там изучают очень тёмную магию.    — Неудивительно, — заверил Гарри. — Вы вообще видели их директора? Он чем-то на Снейпа похож.  — Действительно! — воскликнул Рон.  Вскоре друзья добрались до хижины Хагрида, однако лесничего не оказалось дома. Троице ничего не оставалось, как вернуться в замок. Ветер с огромной силой хлестал по лицу, поэтому о продолжении прогулки речи не шло.  Гарри ужасно вымотался, хотя от чего конкретно, мальчик не знал. По возвращении в башню он продремал вплоть до момента, пока Рон не разбудил его со словами, что через час начнётся пир. Вставать не хотелось, но учащимся не позволялось оставаться в комнатах одним во время праздников. Конечно, парень думал притвориться больным, но друг уж очень старался поднять его с кровати… Зал был украшен на славу. Удивительным казалось то, что утром он выглядел, как обычно, а сейчас преобразился, будто здесь потрудилась не одна дюжина человек. Гарри догадывался, что не обошлось и без эльфов, но говорить об этом не стал, чтобы Гермиона вновь не начала монолог об их условиях работы. Зачарованный потолок был заволочен плотными тучами с оттенками тёмно-фиолетовых и синих вкраплений. Парящие свечи неизменно находились над столами факультетов, на которых этим вечером появились ещё и дополнительные источники освещения. Мягкий сумрак приятно ощущался для глаз. Отдающие в золото подсвечники равномерно распределились между частями стола вместе с вазами, в которых находились прекрасные осенние композиции. В довершении антуража были тыквы разных размеров с прорезанными глазами и ртами. Почему-то Гарри подумал, что к этому причастен Хагрид. Возможно, именно поэтому они не застали его днём.  Ребята уселись рядом с Невиллом, который о чём-то болтал с Дином. Заметив троицу, те поздоровались с товарищами, после чего вновь вернулись к своему обсуждению. Гарри мог поспорить, что слышал краем уха слово «турнир», чему нисколько не удивился.  — Уже на следующей неделе узнаем, кого выбрал кубок! Интересно до жути! — воодушевился Рон. — Я слышал, что многие с Хаффлпаффа поддерживают Седрика Диггори. — Ну Седрик показался мне достаточно неплохим парнем, — заключил Гарри. — В отличие от его отца, — добавил Рон, немного скривив губы. Вскоре начался пир. Дамблдор, как обычно, сказал несколько слов, обратившись к традициям и истории Хогвартса. По большей части это было сделано из-за присутствия гостей, многие из которых действительно внимательно слушали. Когда директор завершил речь, столы факультетов заполнились различными блюдами, и все приступили к ужину.  Гарри заставил себя съесть немного из того, что ему в тарелку положила Гермиона. Позже мальчик включился в разговор, в котором также принимали участие Дин, Симус и Невилл.  — Вот бы Кубок выбрал кого-нибудь с Гриффиндора, —мечтательно сказал Симус. — Жаль, у Фреда и Джорджа так и не получилось обойти возрастную черту. — Вы всерьёз считаете, что кто-то сможет обмануть профессора Дамблдора? — с удивлением спросила Гермиона. — Бабуля говорит, что нет могущественнее волшебника, чем Дамблдор. Даже Сам-Знаете-Кто его всегда боялся, — заверил Невилл. Гарри старался вникать в слова сокурсников, но его взгляд то и дело метался в сторону преподавательского стола. Парень отметил, что директор был увлечён разговором с мадам Максим и профессором Макгонагалл, в то время как Игорь Каркаров с неподдельным недовольством смотрел в сторону Снейпа, который, очевидно, в открытую это игнорировал.  — Гарри, а ты что скажешь? — спросил Рон, выдернув мальчика из мыслей. — Скажу? О чём? — О том, кто может стать участником турнира, конечно! —ответил Дин. — Я не знаю, — ответил Гарри, снова повернувшись в сторону преподавателей. И тут парень заметил изменения. Каркарова уже не было на месте, как и Снейпа, а профессор Макгонагалл теперь посматривала в сторону слизеринского стола. План созрел мгновенно, и Гарри резко поднялся. — Ты куда? — спросила Гермиона. — Я скоро. Прикройте меня, — торопливо ответил мальчик, после чего осторожно направился к выходу из Большого зала.  — Что это с ним? — услышал он голос Симуса, отдаляясь от Гриффиндорцев. В коридоре было тихо и пусто. Гарри знал, куда ему нужно идти, однако он выбрал маршрут длиннее, чтобы ненароком не столкнуться со Снейпом или Каркаровым. Мальчик стремительно преодолевал повороты замка, но старался делать это осторожно. И как только у Снейпа получается так незаметно подкрадываться? Приблизившись к выходу, Гарри услышал голоса мужчин, после чего осторожно подкрался и в отражении увидел профессора и его собеседника.  — А мне кажется, ты просто что-то скрываешь. Никак стал собачкой Дамблдора, — усмехнулся Каркаров. Парень закрыл рот рукой, дабы не издать ни единого звука, когда Снейп внезапно прижал Каркарова к стене. Гарри испытал ужас от увиденного. Конечно, он всегда знал, что профессор не отличался миролюбивым характером, но, чтобы тот мог проявить физическую силу по отношению к другому, мальчик не предполагал. Гарри представил себя на месте директора Дурмстранга. А если Снейп когда-нибудь разозлится и поступит с ним так же? — Ещё раз ты позволишь себе подобное высказывание в мой адрес, Игорь, я перестану играть с тобой в старых товарищей. Не думай, что все забыли твой трусливый номер в прошлом. Ты меня понял? — П..он..ял.. — прохрипел Каркаров, после чего Снейп отпустил его. — А теперь предлагаю тебе вернуться ко всем за стол и продолжить хорошо проводить вечер, — сказал профессор, после чего Гарри понял: надо уходить.  Аккуратно двигаясь вдоль стены, мальчик думал, о чём же говорил Снейп. Неужели те были давно знакомы? И что такого сделал Каркаров? Очевидно, тот перешёл дорогу профессору в прошлом и достаточно серьёзно, ведь Снейп буквально мог задушить собеседника минутой ранее.  Гарри брёл в сторону Большого зала, пытаясь отделаться от липкого страха. Стоит ли рассказывать друзьям увиденное? Мысли бушевали наряду с подкатившей к горлу тревогой. С одной стороны, ничего сверхъестественного не случилось. С другой стороны, какая-то хрупкая иллюзия навсегда разрушилась. С годами Гарри стал прислушиваться к словам Гермионы по поводу Снейпа и даже верил, что тот, хоть и был неприятным человеком, не представлял опасности. Сейчас же такой уверенности не стало. Кто этот человек, скрывающийся в ночи? И куда он отправился снова? Всё это не давало покоя, но самым пугающим оказалось то, что вновь не было ответов.  Оказавшись практически около входа в зал, мальчика окрикнули: — Поттер! Откуда-то появился Драко Малфой, который теперь приближался к Гарри. — Чего тебе? — буркнул парень. — Повежливее, Поттер. Разве родители не учили тебя хорошим манерам? Ах да, они же умерли, — с довольным прищуром процедил слизеринец. — Пошёл ты, — сказал Гарри, пытаясь удержаться от того, чтобы хорошенько вмазать Малфою. — Что? Правда глаза колет?  — Давно в хорька не превращался, Малфой? Могу освежить тебе воспоминания. — Ты здесь один, поэтому Грюм не прилетит спасать тебя, — отчеканил Драко. — А ты думаешь, что я сам с тобой не справлюсь? —ухмыльнулся Гарри. — Совершенно уверен. — Молодые люди, — голос профессора Макгонагалл разлетелся по коридору, — позвольте спросить, что здесь происходит?  — Ничего, профессор, — постарался спокойно ответить Гарри, — мы с мистером Малфоем ведём светскую беседу. — Это, конечно, похвально, однако на данный момент я присматриваю за факультетом Слизерин, пока профессор Снейп отсутствует. Поэтому попрошу вас обоих вернуться к своим факультетам. — А где профессор Снейп? — спросил Драко. — Мистер Малфой, преподаватели не обязаны отчитываться перед студентами, — отрезала Макгонагалл. — Однако смею заверить, что он скоро вернётся и вряд ли оценит Ваши прогулки по коридору. Драко закусил губу, а на его лице промелькнула тень страха. Гарри понял, что Слизерин боялся Снейпа не меньше, чем остальные. Очевидно, декан устраивал им нагоняй не при всех, как делал с другими факультетами, а лично. И это казалось более пугающим. — Мистер Поттер, Вас тоже касается, — проговорила женщина, подталкивая мальчика в сторону зала.  — Иду, — ответил Гарри, после чего все трое вернулись на праздник… Воскресенье пролетело, будто в тумане. Гарри проспал долго, после чего они с Роном играли в шахматы, пока Гермиона сидела над домашним заданием. Позже Рон присоединился к подруге, а Гарри вновь ушёл в комнату и задремал. Усталость с каждым днём становилась только сильнее, мешая делать не только базовые вещи, но и учиться. Однако сколько бы ни спал парень, лучше не становилось. Как будто его глубже и глубже затягивало в эту бездну.  Утро понедельника наступило внезапно. Рон тряс Гарри за плечо, пытаясь заставить того подняться. Мальчик лишь отмахнулся, даже не открывая глаза: свет почему-то казался слишком ярким. — Гарри, вставай! У нас Снейп первым уроком, — твердил друг, стаскивая с парня одеяло. — Я не пойду, — ответил Гарри. — В смысле не пойдёшь? Он тебя живьём сожрёт, если прогуляешь. — Да и пусть. Снейп всё равно сказал, что больше никогда не хочет меня видеть в своём кабинете. Что ж, я выполню его просьбу. — Друг, это плохо кончится. Ты понимаешь? — голос Рона пропитался тревогой.  — Я очень хочу спать, — ответил Гарри, пытаясь отделаться от фантазий судного дня, который ему устроит Снейп. — Ладно, — сдался товарищ, — если спросит, скажу, что ты заболел. — Спасибо, — заключил Гарри, натягивая на себя одеяло. — Ты-то потом на уроки придёшь? У нас Макгонагалл и Грюм ещё сегодня. — Да, Рон, приду, — раздражённо ответил парень, после чего услышал, как входная дверь закрылась за другом. Гарри снова провалился в сон.  Когда он в следующий раз открыл глаза, часы уже показывали почти одиннадцать утра. Гарри не чувствовал себя отдохнувшим, а как будто ещё сильнее устал. Голова болела, в висках неприятно тянуло и покалывало. Парень сел на кровати и массажировал лоб в надежде, что рано или поздно полегчает. Гарри осознал, что до урока «защиты» осталось около двадцати минут. Опаздывать к Грюму не хотелось, поэтому мальчик поспешно оделся, собрал сумку и покинул башню факультета. Гарри специально выбрал путь так, чтобы обойти вход в подземелья, откуда должны были вскоре подниматься его сокурсники. К тому же находиться в потенциальной близости к Снейпу, урок которого мальчик успешно прогулял, едва ли казалось безопасным. Он всё ещё вспоминал картину, как профессор напал на Каркарова, от чего внутренности завязывались в узел. Оказавшись в крыле, где находился кабинет «защиты», Гарри немного выдохнул. До подземелий здесь было достаточно далеко, поэтому страха быть случайно пойманным практически не осталось. Мальчик сел на подоконник и стал терпеливо ждать урока.  — Поттер, что-то ты рановато сегодня, — Аластор Грюм внезапно появился из-за поворота. — Да, профессор, — начал Гарри, — так получилось. — А где же твои одноклассники? — продолжил Грюм, волшебный глаз которого сканировал мальчика с ног до головы. — Они… Скоро будут. — Наверное, они сейчас покидают урок зельеварения, на котором сегодня, очевидно, тебя не было. Да, Поттер? — Да, сэр, — ответил Гарри. — Что ж, ценю твою честность, парень. Как я заметил, с профессором Снейпом вы не в ладах?  — Немного, сэр. — Не скромничай, Поттер. Сложно не заметить вашу неприязнь друг к другу. Не думай, парень, что я поддерживаю прогулы занятий, однако об этом я никому не скажу. — Спасибо, профессор! — воодушевлённо ответил Гарри, после чего Грюм ухмыльнулся, отхлебнул из своей фляжки и исчез за дверью кабинета. Мальчик снова остался один. После разговора на душе внезапно полегчало. Хоть кто-то видел положение вещей таким, какое оно есть. Гарри вновь задумался о Снейпе. Тот с начала года был каким-то странным, особенно если проанализировать ночь Хэллоуина. Профессор, очевидно, вёл некую игру, которую у Гарри разгадать не получалось. Вскоре коридор заполнился подоспевшими учащимися, но Рона и Гермионы не было. Всматриваясь в толпу, мальчик всё-таки заметил друзей, спешивших к нему несколько взволнованными. — Гарри! — выпалил Рон, оказавшись перед мальчиком. — Тебе срочно надо отсюда сматываться!  — Что… — Иди, иди скорее! — друг буквально оттаскивал того в другой конец коридора, но было поздно. — Поттер! Стоять! — голос прорезал гул коридора, после чего все обернулись. На них надвигался разъярённый Снейп. — Вот же ж, — прошептал Рон. — Уизли, свободны! — рявкнул профессор, после чего друг скрылся в толпе. — Поттер, потрудитесь объяснить, где Вы были во время моего урока. — Я плохо себя чувствовал, профессор, — ответил Гарри. — Плохо себя чувствовали? — мужчина изогнул бровь. — Полагаю, утром Вы посещали больничное крыло, не так ли? — Нет, сэр. — Тогда по какой причине Вы не удосужились почтить нас своим присутствием? — закипал Снейп. — Профессор, Вы же сами сказали, что не хотите меня видеть в своём кабинете, — отрезал Гарри, прекрасно понимая, чем кончится эта полемика. — Замечательное решение, Поттер. Очевидно, Вы совершенно не можете контролировать своё поведение, которое другие Вам спускают с рук. Придётся мне научить Вас банальным вещам, которые к Вашему возрасту большинство соблюдает. Жду Вас в среду после ужина на отработку. И только попробуйте прогулять её. Боюсь, Вам совершенно не понравятся последствия, — отчеканил зельевар, сложив руки в замок. — Вам всё понятно?  — Да, профессор. — Кажется, Вы сегодня пропустили и завтрак, — добавил мужчина, после чего вытащил из кармана пузырёк с зельем. — Выпейте сейчас, Поттер. Гарри забрал из рук профессора бутылочку, Снейп бросил на мальчика презрительный взгляд и скрылся в классе «защиты». Гарри побрёл в сторону ожидавших его друзей.  — Что сказал? — спросил Рон. — Отработка в среду, — уныло ответил парень. — Чего он вообще тут забыл? — На уроке Малфой похвастался Снейпу, что Грюм показывал нам непростительные, — начала Гермиона. — Видимо, он не оценил такой подход и решил поговорить с профессором. А мы-то знали, что ты должен прийти. Бежали, как могли, но Снейп быстро ходит, — печально закончила подруга.  — Что ж, — заключил Гарри, — я хотел отработку — я её получил. Правда, не совсем так, как планировал.  — Ты ещё не выкинул эту идею из головы? — удивилась Гермиона. — Нет, но нужно всё обдумать тщательно. Друзья переглянулись и со звонком вошли в кабинет, где Снейпа уже не было.  

***

  Утро у Северуса всегда начиналось за час до общего подъёма. Это время тишины ему было просто необходимо перед днём, наполненным орущими подростками. Особенно тяжелым Снейп считал понедельник. Уроки четвёртого курса Гриффиндора и Слизерина редко проходили без эксцессов.  За завтраком Флитвик что-то бубнил на ухо профессору, который не был в состоянии воспринимать нечленораздельные предложения. Позже Минерва попросила Снейпа проверить один из кабинетов на наличие засевшего там богарта, на что Северус кивнул, пытаясь сосредоточиться на чашке кофе. Ему совершенно не хотелось видеть кого-то в принципе, но по утрам люди вызывали большее раздражение. Поглядывая на свой факультет, профессор пообещал себе как следует отчитать первогодок за неподобающее поведение за столом. Он был строгим деканом, хоть и никогда не делал замечания слизеринцам при других. Мужчина придерживался позиции «хвали при всех — ругай по отдельности». Конечно, данная методика распространялась только на его детей. Тому же Гриффиндору и так многое спускалось с рук. В потоке мыслей зельевар перевёл взгляд на стол в другом конце зала. Фред и Джордж Уизли проделывали очередные трюки перед ровесниками. Снейп недовольно фыркнул и всмотрелся в самую дальнюю часть стола. Макушки товарищей Поттера тот заприметил быстро, однако самого мальчишки в поле зрения не было. Северус даже подумал спросить у Макгонагалл о местонахождении «золотого ребёнка», но остановился, так как выглядело бы это уж слишком странно.  Северус впервые просидел до самого конца завтрака, однако Поттер так и не появился. Дождавшись, пока гриффиндорцы покинут зал, Снейп подошёл к столу, с которого забрал пузырёк с зельем. Он понимал, что, во-первых, пропуск принятия лекарства может иметь последствия, а во-вторых, ингредиенты были слишком редкими, чтобы оставлять их так.  Когда в класс ввалилась толпа четверокурсников, Снейп понял, что Поттер не объявился. Наблюдая за тем, как полусонные ученики готовятся к уроку, Северус пытался подавить беспокойство. Он не верил, что с зельем что-то могло пойти не так, ведь мужчина проверял всё тщательно, не оставляя возможности для ошибки. — Успокаиваемся, — начал профессор, когда все уже достали тетради. — Сегодня мы поговорим о «Долголетних эликсирах». Мистер Уизли, — профессор прервал свою речь, — где мистер Поттер? — Он…Эээ, — мальчишка покраснел, опустив глаза. — Мисс Грейнджер, очевидно, мистер Уизли сегодня туго соображает, — сказал Снейп, после чего со стороны Слизерина прокатились смешки, — ответьте на вопрос. — Он плохо себя чувствует, профессор, — ответила девочка, будто её спросили что-то по теме урока. — Понятно, — заключил мужчина, — Итак, «Долголетние эликсиры» — группа зелий с направленностью на долголетнее или же неисчерпаемое действие… Урок шёл в этот день просто ужасно. Драко Малфой успел похвалиться, что на «защите» им показывали применение непростительных. От услышанного Снейп остался в неподдельном шоке. Как можно было додуматься продемонстрировать применение «авады» четвёртому курсу? Или того же «круциатуса», которым пытали родителей Лонгботтома? Северус не был примерным педагогом, но за такие границы никогда не заступал. Мужчина решил непременно переброситься парой слов с Грюмом, а также — с директором. Снейп ждал, пока все перепишут с доски классификации. Если неделя начиналась настолько неудачно, ждать, что будет лучше, не стоило. Все мысли профессора снова занял Поттер, которому, по словам его дружков, плохо. Однако такого просто не могло быть, и Северус это знал. Новолунный камень — мощный ингредиент, который излечивает не только заболевания психики, но и защищает от обычных простуд. Если всё сделано правильно, мальчишка не мог заболеть, но ключевым в этом предложении было слово «если».  По окончании урока Снейп сказал, что дойдёт вместе с учащимися до класса Грюма, от чего Уизли как-то занервничал. Снейп сразу уловил перемены, потому что мальчишка всегда читался как открытая книга. И вскоре Северус понял причины: подходя к классу защиты, он увидел, как Уизли тянет Поттера в другой конец коридора. Профессор закипал от злости. Поганец решил прогулять? Однако приблизившись к мальчику, Снейп отметил, что тот выглядел весьма болезненно. Лучше случая для назначения отработки было сложно придумать, поэтому мужчина воспользовался возможностью. Необходимо срочно выяснить, что творится с Поттером. Удовлетворённый, Снейп отправился в Грюму.  Каждый преподаватель ЗОТИ подстраивал кабинет под себя. Вспомнив год, когда здесь находился Локхарт, Северус презрительно сморщился. Тогда на стенах висели его портреты, да и весь кабинет Гилдерой пытался наделить неким «шиком». Сейчас же не было никаких отличительных знаков от нового профессора. Снейп не удивился, так как Аластор страдал, в лучшем случае, паранойей, поэтому точно не стал бы «оставлять следы».  — Снейп! Что привело тебя сюда? Никак этажи перепутал, — прохрипел Грюм, поднимаясь из-за стола. — Нет, Аластор, я пришёл поговорить, — спокойным голосом сказал мужчина. — О как, — профессор выдавил кривую улыбку, — валяй! — Ты показывал на уроке детям «непростительные»? — Да, а что не так? — Что не так? — Снейп изогнул бровь. — А всем мракоборцам дозволено применять «непростительные» или это очередное твоё самодурство?  — Хах, это мне ты говоришь? Сам-то никогда не применял их, да? — усмехнулся Аластор. — К делу это не имеет никакого отношения. — Да нет, как раз самое прямое. — Я сообщу об этом директору, Аластор.  — Не сомневаюсь, — отмахнулся Грюм. — Так на чьей ты стороне, Снейп? Северус с вопросом посмотрел на профессора, который с усмешкой отвернулся и выпил из фляги.  — Всего доброго, — отрезал зельевар, после чего стремительно покинул кабинет…  

***

 

Гарри спускался в подземелья, в которых, по его меркам, давно не бывал. День прошёл так себе и закончиться на хорошей ноте уже никак не мог. Утром он проснулся в поту от очередного кошмара с болью во всём теле, но на этот раз вставать пришлось. К своему разочарованию, мальчик стал как-то плохо соображать. Обращённые к нему вопросы, фразы, просьбы доходили до осознания уж слишком медленно. Всё вокруг стало как будто неимоверно быстрым, а Гарри теперь не поспевал за миром.  Постучав в дверь и услышав «войдите», парень прошёл в класс. Почему-то в этот раз здесь оказалось намного холоднее, поэтому Гарри невольно съёжился. Снейп сидел за столом, но приближаться к тому совершенно не хотелось. Как будто прочитав мысли мальчика, профессор поднял взгляд и ожидающе посмотрел. — Поттер, — начал мужчина, — Вы собираетесь стоять там всю отработку? Спешу расстроить, но у Вас более полезное наказание. И да, это не единственный вечер, когда Вы проведёте время за чем-то стоящим. — Хорошо, — ответил Гарри, пытаясь внушить, что это сыграет ему на руку.  — Подойдите сюда. Подросток медленно поплёлся в сторону Снейпа. Очутившись рядом с профессором, Гарри ощутил напряжение, однако попытался не подавать виду. — Итак, Поттер, сегодня Вы закончите то, что делал Ваш дражайший Уизли. Все оставшиеся котлы почистить. Надеюсь, не нужно напоминать о правилах ручного труда? — Нет, сэр. — Приступайте, — закончил Снейп, вернувшись к своим делам.  Гарри молча принялся за работу. В какой-то момент он совершенно перестал улавливать время и ход своих мыслей. Сознание спуталось, однако мальчик всё ещё понимал, для чего и где находится, хоть и окружающая действительность была нереальной. Парень помнил, кто он такой, но почему-то ощущал себя иначе. Гарри пытался сосредоточиться на очередном котле, но ловил себя на том, что трёт одно и то же место слишком долго. Время в моменте превратилось в ничто. Мальчик просто делал всё на автомате.  — Поттер, Вы что делаете? — знакомый голос раздался где-то извне. — Поттер! — он стал ближе и почему-то пугал. Вдруг кто-то дёрнул Гарри за плечо, от чего подросток пошатнулся. Когда он смотрел в одну точку, мир был достаточно чётким, теперь же всё совершенно смазалось и смешалось. Мальчик чувствовал, как его трясут за плечи, слышал голос, но слова звучали словно на другом языке. Картинка окончательно расплылась, а после погрузилась в тьму.  Гарри открыл глаза и ощутил, что лежит на полу. Мир всё ещё вращался, но казался более реалистичным. Мальчика подташнивало, а голова побаливала. Внезапно Гарри понял, что кто-то поддерживает его спину, а отдалённое звучание голоса, наконец, стало разборчивым. — Пейте, Поттер! — мальчик ощутил, как в него вливают не шибко приятное зелье, но через несколько секунд стало легче.  — Что… Что случилось? — рассеянно пробормотал Гарри, переходя в сидячее положение. — Вы упали в обморок, — сказал Снейп. Парень только-только осознал, что профессор тоже сидел на полу и секундой ранее служил опорой для Гарри. — Как Вы питаетесь? — вопрос звучал несколько странно, и мальчик не сразу понял, что от него хотят.  — Я…Эээ.. Нормально, — пожал плечами подросток. — Я смотрел за Вами за ужином. Вы ничего не съели, — каким-то необычно спокойным голосом произнёс зельевар. — Это для Вас — «нормально»? — Я просто не хотел есть, — заверил Гарри, поднимаясь с пола, после чего мужчина поступил так же. — Неудивительно, что Вы упали в обморок, Поттер. Такое случается, если отказываться от еды. Кстати, в конце концов люди от этого умирают, — съязвил Снейп.  — Сомневаюсь, что это мне грозит, профессор.  — Конечно, не грозит, — отрезал Снейп, — потому что теперь я буду внимательно за этим следить, Поттер. — Зачем Вам это, сэр? — То зелье, которое Вы принимаете, может иметь негативные последствия, если пить его на голодный желудок. Вся Ваша симптоматика свидетельствует об этом. — Эээ. Понятно, — ответил Гарри, пытаясь немного выправить диалог. — А что Вы мне дали сейчас? — Укрепляющий раствор. — А это? — неуверенно спросил подросток. — О, Мэрлин, — устало отмахнулся Снейп, — зелье, способствующее исцелению незначительных ранений, как физических, так и полученных под воздействием проклятий. В состав зелья входят порошок из когтей грифона и кровь саламандры.  Гарри хотел было что-то сказать, но профессор поднял руку, показывая, что ещё не закончил: — Прежде, чем спросить, Поттер, советую обдумать вопрос. Вы находитесь у меня на отработке, поэтому я вполне могу задать Вам некое «домашнее» чтение о свойствах и изготовлениях Укрепляющего раствора. И да, мне плевать, что оно для пятого курса, — мужчина оглядел мальчишку, вопросы у которого, очевидно, отпали. — На сегодня всё, Поттер. Полезного Вы сделали мало, но в таком состоянии от Вам проку не больше, чем от Лонгботтома на уроке. К тому же мне доставляет удовольствие отскребать Вас от пола. Я провожу Вас до гостиной факультета. — В этом нет необходимости, сэр, — замешкался Гарри, понимая, что отбоя ещё не было, а идти на глазах однокурсников вместе со Снейпом — так себе удовольствие.  — По-моему, я не говорил, будто у Вас есть выбор, — ровно ответил профессор.  Гарри ничего не оставалось, как следовать за мужчиной. К счастью, в это время учащимся полагалось быть в своих гостиных, поэтому по пути они никого не встретили. Подросток шёл чуть позади профессора, который то и дело оборачивался на спутника. Гарри надеялся, что Снейп не станет заходить в башню факультета, иначе вопросов было бы не счесть. Когда они оказались у портрета Полной Дамы, мужчина, к счастью, остановился, однако теперь его взгляд пронизывал мальчика, от чего Гарри стало не по себе.  — Жду Вас в пятницу на отработку во вменяемом состоянии, Поттер. Надеюсь, никакая нелёгкая не понесёт Вас побродить ночью по замку, а прямо сейчас Вы отправитесь в постель, — прервал молчание профессор, который в полутьме выглядел устрашающе. — Да, сэр. Спасибо, — пробормотал Гарри. — За что? — несколько удивлённо спросил Снейп. — Ну… Что проводили. Доброй ночи. — Доброй, Поттер, — ответил мужчина. Казалось, они оба были удивлены этому ответу.   

***

 

Бесчисленное количество событий, происходящих в этом году в Хогвартсе, не давали профессору расслабиться даже на минуту. Сейчас мужчина сидел в Большом зале, ожидая церемонию выбора чемпионов, искренне надеясь, что Кубок не выкинет имя никого из Слизерина. Только этой головной боли для полного «счастья» не хватало Северусу, однако судьба никогда не была к нему благосклонна, поэтому зельевар уже ничему бы не удивился.   Взгляд Снейпа то и дело метался в сторону гриффиндорского стола, высматривая Поттера. Мужчина считал, что спятил, потому что в последнее время его заботило буквально всё, связанное с мальчишкой. «Надо будет сказать, чтобы пересел в поле моего зрения!» — подумал Северус, скривившись от данной мысли. — «Да что со мной происходит?!» Профессор погрузился в мысли о прошлом вечере… Настроения после очередного поручения от директора не было. Во многом сказывалась усталость, от которой болели плечи и спина. Северус ждал Поттера на отработку, но желания играть в детектива, пытаясь понять, что же с мальчишкой идёт не так, сегодня не было. Профессор решил отложить это занятие на другой раз. Поттер не опоздал, что уже было удивительным. Парень снова казался несколько молчаливым, однако профессор счёл это за благо. Если тот будет работать молча, то Северусу удастся сосредоточиться на написании заказов ингредиентов. Дав задание, мужчина вернулся за стол, занявшись своими делами. Снейп не отрывался от пергамента. Перо скрипело от нажима, и, только когда свиток оказался заполнен, профессор оглядел класс. Поттер как будто не слишком продвинулся из-за чего мужчина начал закипать. Посмотрев на часы и осознав, что прошёл час, Северус направился к мальчишке. — Поттер, Вы что делаете? — грубый голос профессора разорвал тишину, но парень даже не вздрогнул. — Поттер!— никакого ответа не последовало, а Снейп, наконец, увидел достаточно странную картину. Подросток, будто заворожённый, тёр по одному единственному месту котла, которое блестело, слово его тщательно полировали.  Северус дёрнул Поттера за плечо, от чего мальчишка пошатнулся. Взгляд того подозрительно блуждал и, очевидно, речь парень не воспринимал совсем. Не успев ничего предпринять, Снейп увидел, как глаза подростка закатились, после чего тот начал падать. Мужчина среагировал, не дав Поттеру удариться головой о край стола, а затем опустил его на пол.  В бледности лица мальчишка сейчас мог вполне посоревноваться со Снейпом. Северус не стал трясти ребёнка, а просто ждал, когда тот придёт в себя. Если это — обычный обморок, то человек выходит из него в течение минуты. Однако внутри зародился страх, который заставлял сердце биться быстрее. Вдруг это что-то другое? Время тянулось долго, пока мужчина всматривался в черты лица Поттера.  «Вылитый Джеймс», — уверил себя профессор, однако теперь его мысли звучали не так утвердительно. Что-то было в этом мальчишке ещё. Что-то, давно забытое, стёртое из памяти. Что-то, напоминавшее Снейпу девушку, которую он любил.  Ресницы мальчика дёрнулись, и Северус поспешно убрал руку с головы мальчика. Через несколько секунд тот открыл глаза и ошарашено осматривал всё вокруг, пытаясь сконцентрироваться. Снейп призвал из шкафа пузырёк с Укрепляющим раствором, после чего сказал: — Пейте, Поттер! — очевидно, парень ещё не слишком воспринимал окружающий мир, поэтому профессор буквально влил в него зелье.  — Что… Что случилось? — пробормотал мальчишка, выйдя из транса.  — Вы упали в обморок, — сказал Снейп, после чего неожиданно для себя добавил — Как Вы питаетесь? — вопрос выбил парня из колеи, но Северус видел, что мальчишка практически не ест. Видимо, это и стало причиной обморока.  — Я…Эээ.. Нормально, — пожал плечами подросток. — Я смотрел за Вами за ужином. Вы ничего не съели, — каким-то необычно спокойным голосом произнёс зельевар. — Это для Вас — «нормально»? — Я просто не хотел есть, — мальчишка стал подниматься с пола. Снейп поступил так же, но был готов в любую минуту подстраховать внезапное падение. — Неудивительно, что Вы упали в обморок, Поттер. Такое случается, если отказываться от еды. Кстати, в конце концов люди от этого умирают, — съязвил профессор, пытаясь вернуть своему голосу привычную отстранённость. — Сомневаюсь, что это мне грозит, профессор. — Конечно, не грозит, — отрезал Снейп, — потому что теперь я буду внимательно за этим следить, Поттер. — Зачем Вам это, сэр? Северус сам и не понимал, зачем ему это. Потому что он обещал? Потому что испытывал чувство вины? Потому что привязался к Поттеру? От последнего предположения хотелось выйти в окно, но, к счастью или к сожалению, в подземельях их не было. — То зелье, которое Вы принимаете, может иметь негативные последствия, если пить его на голодный желудок. Вся Ваша симптоматика свидетельствует об этом, — максимально холодно сказал профессор. — Эээ. Понятно. А что Вы мне дали сейчас? — Укрепляющий раствор. — А это? — неуверенно спросил подросток. Северус закатил глаза. Он не хотел устраивать лекцию, но перед вселенской глупостью оказалось сложно устоять: — О, Мэрлин, — устало отмахнулся Снейп, — зелье, способствующее исцелению незначительных ранений, как физических, так и полученных под воздействием проклятий. В состав зелья входят порошок из когтей грифона и кровь саламандры.  Мальчишка, очевидно, хотел выдать ещё какое-то умозаключение, но Северус остановил его: — Прежде, чем спросить, Поттер, советую обдумать вопрос. Вы находитесь у меня на отработке, поэтому я вполне могу задать Вам некое «домашнее» чтение о свойствах и изготовлениях Укрепляющего раствора. И да, мне плевать, что оно для пятого курса, — мужчина оглядел мальчишку, вопросы у которого, очевидно, отпали. — На сегодня всё, Поттер. Полезного Вы сделали мало, но в таком состоянии от Вам проку не больше, чем от Лонгботтома на уроке. К тому же мне доставляет удовольствие отскребать Вас от пола. Я провожу Вас до гостиной факультета. — В этом нет необходимости, сэр.  — По-моему, я не говорил, будто у Вас есть выбор, — ровно ответил профессор. Ему совершенно не хотелось, чтобы после отработки мальчишка раскроил себе голову по дороге обратно, внезапно упав в обморок. Северус то и дело оглядывался на Поттера, который плёлся позади. Парень всё ещё был бледным, но, по крайней мере, больше не впадал в оцепенение. У входа в башню Снейп выдал мальчишке чёткие инструкции, хотя и не сомневался, что тот уснёт, как только ляжет. Однако дальше произошло нечто удивительное.  — Спасибо, — пробормотал Поттер. — За что? — несколько удивлённо спросил Снейп, ощутив нечто странное. — Ну… Что проводили. Доброй ночи. — Доброй, Поттер, — ответил мужчина. Он только через минуту осознал сказанное… Северуса выдернули из мыслей слова директора. Профессор был рад, что скоро очередная пытка для него кончится. — Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Дамблдор. — Думаю, ему требуется еще минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний. Дальше началась церемония. От Хогвартса, к счастью, был выбран Диггори, после чего Снейп облегчённо выдохнул. Слизеринцы за своим столом немного померкли, но профессор знал: такое решение к лучшему.  Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило еще один пергамент. Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя. Повисла длинная пауза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал: — «Гарри Поттер». Северуса словно облили ведром ледяной воды.  «Поттер? Он умудрился кинуть своё имя в Кубок?» — злость накрыла Снейпа мгновенно. Он годами пытался спасти этого ребёнка, чтобы тот неблагоразумно попытался самоубиться таким образом? Или это всё то же желание покрасоваться перед дружками? Не помня себя, профессор вместе с остальными направился в комнату, где сейчас ожидали чемпионы. — Мы были уверены, Дамблдор, что запретная линия допустит к участию в конкурсе только учеников старших курсов. — Каменная улыбка не сходила с лица Каркарова. — Иначе мы привезли бы сюда куда больше претендентов. — Каркаров, это все проделки Поттера, — вкрадчиво произнес Снейп, его черные глаза зло поблескивали. — Вины Дамблдора нет в том, что Поттер нарушил правила Турнира. Этот негодный мальчишка с первого дня появления в школе только и делает, что нарушает правила. — Благодарю, Северус, — отчеканил Дамблдор.  Дальше началась неразбериха. Поттер отрицал свою причастность к случившемуся, а на его защиту встал Грюм. Неудивительно, ведь мальчишка был любимцем всех преподавателей ЗОТИ. Однако всё выглядело как бредовый сон. И только разгорающийся конфликт вывел Северуса из прострации.  — Маг сумел обмануть предмет, обладающий исключительными магическими свойствами. Только мощнейшее заклятие Конфундус могло заставить Кубок забыть, что в Турнире должны участвовать три школы. Ведь чтобы Кубку не из кого было выбирать, надо иметь в школе всего одного претендента. И скорее всего, имя Поттера подложили от некой четвертой школы. — Сдается мне, ты очень много об этом думал, — холодно заметил Каркаров. — Занятная гипотеза. А я тут недавно слыхал такую историю: ты вбил себе в голову, — ха-ха! — что один из подарков, которые ты получил в день рождения, — хитроумно замаскированное яйцо василиска. Ты его взял и разбил вдребезги прежде чем понял, что это каретные часы. Потому-то мы и не воспринимаем тебя всерьез… — Да, существуют люди, умеющие раздуть из мухи слона. — В голосе Грюма прозвучала угроза. — Работа у меня такая: разгадывать замыслы темных сил, Каркаров. Тебе бы следовало об этом помнить… — Аластор! — предупреждающе остановил Грюма Дамблдор. Снейп посмотрел на Каркарова, который тут же побледнел. Не хватало только сейчас устраивать разборки прошлого при участниках турнира. Профессор пытался отключить эмоции, но его взгляд то и дело возвращался к Поттеру. Мужчина видел, что мальчишка ошарашен. Неужели всё-таки не он сам это сделал?  Огласили правила турнира, а также дату первого тура. Зельевар слушал внимательно, ведь ему в том числе участвовать во всей этой организации. Вскоре чемпионы были отпущены, после чего ещё какое-то время длился разговор. Снейп отметил странное поведение Крауча, но решил подумать об этом позже. Когда все стали расходиться, Северус задал вопрос директору: — Альбус, ты считаешь, это верное решение? Дамблдор задумался, а после ответил: — Нет, Северус, однако я не говорил, будто у нас есть выбор…  

***

  Гарри только что разошёлся с Седриком и теперь направлялся в гостиную. Он всё ещё не до конца осознал произошедшее, но понимал, что обратной дороги нет. Мальчика совершенно не прельщало звание чемпиона. С превеликой радостью парень смотрел бы за состязаниями с трибун, болел бы за Седрика, а теперь они — соперники. Мир снова перестал казаться реальным. Может, нужно просто открыть и закрыть глаза, чтобы это наваждение растворилось? Однако ничего не изменилось. Гарри почувствовал, как вместе со страхом к горлу подступает что-то ещё. Ноги несли мальчика по коридору в сторону туалета. К счастью, он успел вовремя, прежде чем его вырвало. Этим вечером он смог поужинать, так как настроение и самочувствие были достаточно неплохими. Теперь ни от того, ни от другого не осталось и следа.  Умывшись ледяной водой и прополоскав рот, Гарри посмотрел в зеркало. На душе стало тоскливо, и мальчик осознал, что очень нуждается сейчас в поддержке друзей. Какой бы ни была ситуация, они всегда выбирались из западни.  Собравшись с мыслями, подросток дошёл до башни и преодолел проход. Бурные овации встретили Гарри. Кто-то поздравлял, кто-то спрашивал, как мальчику удалось пройти возрастную метку. В гостиной сейчас были все. Все, кроме его лучших друзей, в которых Гарри так нуждался. Совладав с толпой, мальчик направился в комнату... ______________________________ Дорогие, глава писалась долго, но получилась объёмной. Надеюсь, ожидание того стоило. Я включила публичную бету, потому что иногда не вижу свои опечатки. Выкладываю ночью, поэтому не уверена, что вычитала всё. Утром пробегусь по тексту ещё раз точно. Буду рада и вашим сообщениям об ошибках. Жду с нетерпением комментарии. Обнимаю🫂