Странная жизнь Не Хуайсана

Хуайсану нужно несколько недель, чтобы привыкнуть, что выходные он проводит… не в одиночестве. Сюэ Ян по субботам работал — правда, обычно, неполный день — и приезжал к обеду. К обеду Хуайсан готовил что-то мясное и сытное на троих и успевал за сладким для Сюэ Яна. За сладкое он неизменно благодарил так, что из постели Хуайсан выбирался с большим трудом. Когда брат спросил, все ли у него хорошо в личной жизни, Хуайсан покраснел. Брат хмыкнул и сказал, что хорошо. Когда Хуайсан будет готов, пусть знакомит. Сюэ Ян приходит, как обычно, почти вовремя. Хуайсан уже выучил эту его привычку назначать время из расчета самого позднего и приходить за двадцать-тридцать минут, но понять все еще не может. Люди любят опаздывать, но чтобы раньше приходить? Словом, Хуайсан оставляет дверь приоткрытой и уходит на кухню проверять маффины. Не то чтобы он умел готовить маффины, но одна из бывших девушек Вэй Ина была так любезна, что поделилась рецептом и даже ответила на вопросы. Вэй Ин умел так расставаться с девушками, что они совершенно не обижались. — М-м, какой прекрасный запах, — Сюэ Ян обнимает его за пояс. — Что это? — Маффины, — мрачно говорит Хуайсан, глядя на остывающие формы. — И они не удались. — Переделаешь, — легкомысленно говорит Сюэ Ян, вытряхивая маффин из бумажной формы. Если бы все было сделано правильно, маффин бы так легко не сдался. — А эти мне отдай. — Ты их есть не будешь, — Хуайсан пробует отобрать маффин, но Сюэ Ян поднимает его над головой. — Я другие сделаю! — Ну и делай, а эти мои! — Сюэ Ян уворачивается. — Отдай! — Хуайсан делает последнюю попытку отобрать неудавшийся маффин. — Еще чего, они… — Невкусные! Слишком мало разрыхлителя, слишком много муки. — Сахара в них мало, вот это проблема. — Сахар там по рецепту. — Поверь, рецепт ошибается. Нужно в два раза больше. Или в три. Хуайсан перестает пытаться и складывает руки на груди. — Нельзя есть столько сахара, это вредно! — Сюэ Ян опускает руку, потянувшуюся за вторым маффином. Хуайсан взмахивает руками, показывая, что он сдается. — Там в холодильнике готовый крем. Только не съешь весь сразу, должно что-то на вечер остаться. Или на утро, — заканчивает он совсем тихо. Сюэ Ян смотрит на него очень внимательно. — Да, я хотел их испечь для тебя, — Хуайсан опускает голову. — Но не получилось и… — Ты испек для меня… это? Хуайсан усмехается. «Это» для неудачных маффинов очень точное слово. — Думал, тебе будет приятно. — Ты даже не представляешь, насколько приятно, — Сюэ Ян подходит ближе и обнимает. Его глаза снова темные, а сердце бьется так, что Хуайсан через одежду чувствует. — А-Сан. — Даже несмотря на то, что в них нет сахара? — Хуайсан безуспешно пытается взять себя в руки. Чувство такое, словно он пропустил что-то очень важное и теперь уже никогда не поймет. — Плевать на сахар. У тебя мед был. — Они невкусные. — Хуайсан обнимает в ответ. — Ты их все равно съешь? — Все. И вторые. И потом. — Сюэ Ян прижимается щекой к его виску. — Ты волшебный. — Это же не потому, что… Ну… Ты же не чувствуешь себя обязанным хвалить мою еду, потому что мы встречаемся? — Да мне срать как ты готовишь, — честно отвечает Сюэ Ян. — Я ем, потому что твое. — Разве твои… партнеры не пытались тебя порадовать вкусной едой? — Хуайсан бы пытался. Это же самое естественное, что можно придумать. — Мне никто не готовил уже лет двадцать, — говорит Сюэ Ян. — Только мне. И если у тебя в голове фанфик, то я хочу знать сюжет. — Нет у меня в голове ничего такого, — вяло отбивается Хуайсан. Прям такого нет, но мысли о маленьком голодном бродяжке Сюэ Яне так просто не выбросить. — Обычные вопросы как так получилось. — Вырос просто, — Сюэ Ян отстраняется. — Семья большая, людей много, денег нет. Утром все ели одно и тоже и уходили работать. Скучная история. — Ты не рассказывал про семью, — тихо говорит Хуайсан. — Да там не о чем, — Сюэ Ян морщится. — Все как у всех. А, ладно. Мать умерла, я ее почти не помню. Отец вернул меня в ее семью. Потом женился. Я всегда жил в глуши, просто вторая была победнее. — Они не были тебе рады? — Они всем были рады, но не материально. Они бы и отца приняли, но ему было со мной… тяжело. — Он тебя не любил? — Он любил мою мать, — Сюэ Ян встряхивается. — Да он умер давно. Не о чем говорить. Хуайсан отгоняет мысль, что Сюэ Ян приложил к этому руку. — И ты по ним не скучаешь? — Нет, — Сюэ Ян смотрит на него удивленно. — Зачем? — Я скучаю. В этот день их близость особенно долгая и нежная. Хуайсан постепенно привыкает к манерам Сюэ Яна — хотя, скорее, к их отсутствию. Он весьма своеобразно общается с миром, будто всегда ждет нападения. Провоцирует, угрожает, повышает ставки и бьет первым. И всегда очень больно. Хуайсан думает, где он научился такому общению. Как с ним обращались, если он реагирует, не задумываясь. Когда он сообщает об этом Вэй Ину, тот вздыхает. — Ты своего брата вспомни, — Вэй Ин подпирает щеку рукой  смотрит в камеру укоризненно. — Я с большим почтением отношусь к твоему брату, но то, как он с тобой разговаривает… — Нормально он разговаривает! — немедленно вскидывается Хуайсан. — Он вырос в сборной, как еще ему разговаривать? — Как ты, например? С соблюдением всех форм вежливости? — Дагэ достаточно вежливый. — Ну да, если считать вежливой цензурную речь. Хуайсан вздыхает, признавая его правоту. Но это же брат, брат всегда был вспыльчив. Мог кого-то побить, но только за дело. И, ну, не доходило обычно до переломов. — Я понял, ты просишь держать в руках фантазию. — Что-то вроде. Твоя фантазия всегда идет об руку с чем-то большим. Признавайся, что ты придумал? Хуайсан вспыхивает. — Ничего такого я не придумывал. Ну, просто… просто… — Не Хуайсан, ты рисовал порнокомиксы и на меньшем. Признавайся. — Ты со мной рисовал! — Хуайсан искренне возмущен. — И это ты притащил меня в фандом! — Я ж не знал, что он гейский, — Вэй Ин прыскает. — Было забавно. Там все еще пишут комментарии? — Там все еще ждут проды, — Хуайсан мрачнеет. — Вот зачем ты напомнил. — Про безумства нашей юности? — Вэй Ин мечтательно улыбается. — Даже не знаю. А, про твоего парня я ничего не нашел. Если он с кем и связан, то только с тобой. — Спасибо. — Познакомь нас. — Да ни за что, — искренне говорит Хуайсан. — Он мне еще нужен. Вэй Ин смеется. — Не буду я его спаивать. — Споить его я и сам могу. Ты слишком много знаешь, чтобы тебя можно было знакомить с кем бы то ни было. — Ты боишься за меня или за него? — Вэй Ин наклоняет голову к плечу. — Я боюсь за свою психику. Вэй Ин, разумеется, прав, а он снова драматизирует. Если судить по манере общения брата, Хуайсан должен быть робким, пугливым и все время молчать. И женатым, ясное дело. А если судить по манере общения Хуайсана — впрочем, он так и выглядит. Сюэ Ян, должно быть, просто вырос в деревне и перенял манеру общения. Хуайсан встряхивается. Что-то не сходится, но об этом он после подумает. Завтра у них годовщина, два месяца как они стали встречаться. Хуайсан специально не уточняет, намереваясь проверить, действительно ли Сюэ Ян не помнит. Они все еще встречаются в парке у метро, несмотря на зимнее время. Не так уж и холодно по меркам Хуайсана, а Сюэ Ян мерзнет. Так забавно находить подтверждение своим догадкам. На два месяца отношений Сюэ Ян дарит ему подарок. Хуайсан смотрит на узкую деревянную коробочку и боится брать ее в руки. Сюэ Ян перестает улыбаться, его взгляд тяжелеет. — Сделай лицо попроще. Не нравится, так и скажи. — Там веер, — ровно говорит Хуайсан. — Верно? — Ну да. И че? Тебе понравится. Всем нравится. Всем, кто как ты. — Кто как я — снизу? — Хуайсан склоняет голову к плечу. — Не. Эти, — он взмахивает рукой. — Умные и прозрачные. И в стихах. Тебе пойдет. Хуайсан принимает коробочку, стараясь не меняться в лице. О его безответной любви к веерам знали только брат и Вэй Ин, оба подарили по экземпляру в свое время. Брат антикварный, Вэй Ин — поновее. Хуайсан любит веера беззаветно, будь время другое, ходил бы с ними и менял по три раза в день. А сейчас им разве что место на полке. Он снимает крышку и любуется резным узором. — Ты подарил мне веер. — Тебе пойдет, — повторяет Сюэ Ян. — Достань. Хуайсан раскрывает веер. Алый дракон летит по небу, задевая облака. Алая шелковая кисть качается, от веера исходит легкий запах сандала и шелка. Хуайсан прикрывает глаза. — Ты подарил мне веер, — говорит он все с той же странной интонацией, непонятной даже для него самого. Ведь не мог же он знать? Не мог? — Это, — Сюэ Ян проглатывает ругательства. — Это сраный веер. — Мой, — Хуайсан прикрывает веером лицо и смотрит на Сюэ Яна. Эффект, судя по всему, сокрушительный. — И, раз уж он теперь у меня, расскажи, что натолкнуло тебя на мысль. — Ты, — просто говорит Сюэ Ян. — У тебя должен быть веер. К заколке. — В пару? — Хуайсан улыбается глупо. Хорошо, что лицо закрыто. — Остроумное решение, учитывая, что на заколке у меня цилинь. Сюэ Ян ругается шепотом. — Так мне вернуть его или что? — Тебе, — Хуайсан тянется и целует, закрывая их веером от посторонних глаз. — Тебе принять мою благодарность, Сюэ Ян. И я хочу целовать тебя наедине очень долго и сделать все, что ты пожелаешь. — Прям все? — Все, что придет тебе в голову, — соглашается Хуайсан. Кажется, что он не стоит, а парит в воздухе. Сюэ Ян придерживает его за пояс одной рукой, чтобы не улетел. — Я что? С драконом попал? — С шелком, — Хуайсан снова целует. — Почему не ноты? — Веер тебе идет больше. — А ты правда из деревни, — Хуайсан опускается на пятки. — Разговариваешь как человек, привыкший к другой манере общения, когда волнуешься. — Это часть моего обаяния, — Сюэ Ян улыбается. Наконец, улыбается. Хуайсан только сейчас понимает, что он волновался. — Это не плохо, — продолжает Хуайсан. — Просто заметил, что ты снова говоришь короткими простыми предложениями. — А ты точно историк? — Ты мне нравишься. — Я на это надеялся. — И ты улыбаешься, — Хуайсан улыбается в ответ и гладит его по щеке. — Это мне тоже нравится. И веер нравится. И твой подарок. Сюэ Ян перестает улыбаться. — Два месяца, да? Или вчера было? — Сегодня, — Хуайсан глуповато хихикает. — Если ты про дату, то это сегодня. Ты попал вовремя. — Вовремя я лучше цветы подарю. Я тут стоять не железный. — Ко мне, — Хуайсан целует, на этот раз не закрывая их веером. — Я приготовил праздничную трапезу. — И себя? — в голос Сюэ Яна возвращаются лукавые нотки. — И себя. Хуайсан смеется. Влюбиться в человека, который понимает его без слов, что может быть лучше? Да, Сюэ Ян нашел его весьма странным способом, но и что? Жизнь полна неожиданностей и неочевидных последствий. И Хуайсан намерен взять от них все.