Странная жизнь Не Хуайсана

Хуайсан помнит, что ему было сказано о коте, но все равно приносит порцию куриного филе. Можно его опустить в кипяток ненадолго, это избавит от неприятных последствий. И Сюэ Ян все еще не говорит, как зовут кота. — Это ему или мне? — спрашивает он, едва открывает дверь. — Хотя что я. Конечно, ему. Хуайсан улыбается. — Если хочешь, могу и тебе что-нибудь приготовить. Сюэ Ян чертыхается. — Не Хуайсан, ты идеальный. Улыбка Хуайсана немного тускнеет. — Это плохо? — Да. Очень. Очень плохо. Не люблю сравнивать. — Что сравнивать с чем? Или кого? — Забей. — Знаешь, я тебя тоже не всегда понимаю. Сюэ Ян фыркает, целует его и забирает пакет с филе. Хуайсан настаивает и коту филе достается сразу. Сюэ Ян ворчит, но позволяет ему нарезать филе полосками и в кипяток опустить. Кот смотрит на Хуайсана крайне подозрительно целую минуту, если не больше, но к миске подходит. И — Хуайсан поклясться может — всасывает полоски как пылесос, даже голову не особенно опускает. Сюэ Ян вздыхает и говорит, что именно поэтому коту нельзя много еды сразу. Трудное детство, сложная юность, он ест вообще все и жевать не приучен. На этих словах Хуайсан переводит взгляд на самого Сюэ Яна. Тот совершенно мистическим образом выглядит по-прежнему, но в его погрустневших глазах угадывается голодное детство. Хуайсан встряхивается и ударяет его в плечо. Они друг друга стоят — Сюэ Ян и его кот. Сюэ Ян входит в его жизнь незаметно. В ванной остается его зубная щетка и смена белья, Хуайсан привозит кое-какие свои вещи и обнаруживает, что квартира Сюэ Яна куда более приспособлена для совместного удовольствия, чем его. Хуайсан давит неуместную ревность. Когда никто не видит, Сюэ Ян обнимает, ластится и вьется вокруг, как большой кот. Хуайсан ему улыбается, касается где придется, смотрит и не может наглядеться. Глупости, конечно, Сюэ Ян не красавец и сам это знает, Хуайсан даже не заикается о его привлекательности, но, глядя в эти невероятные глаза, он забывает обо всем. Сюэ Яну нужно внимание, Хуайсан готов смотреть на него вечно. — У тебя были отношения? — спрашивает Хуайсан. Хуайсан принес пакет засахаренных орешков, чем привел Сюэ Яна в восторг. Он пересыпал орешки в миску, лег Хуайсану на колени и теперь подкидывает и ловит орешки ртом. Поймал, к слову, все. — Как у всех, — Сюэ Ян пожимает плечами. — Мне лучше честно ответить, да? — он печально вздыхает. — Давай лучше придумаем что-нибудь. — Нет уж, я хочу о тебе правду знать. — Мне в отношениях не нравятся обязательства. Не люблю обязательства. — Вот как? — Хуайсан берет орешек из миски. Сюэ Ян ловит его руку своей и подносит к губам. Прикосновение такое мягкое, у Хуайсана мурашки бегут от удовольствия. Орех он, конечно же, выпускает. — Скучно. Секс уже не тот, друг друга не привлекаем, держимся на чувстве долга. И ничего сделать нельзя. — Значит ли это, что через пару месяцев ты остынешь и захочешь быть с другим? — Понятия не имею. Хуайсан не напоминает его недавнюю фразу про всю жизнь, хотя очень хочется. — Еще мне не нравится, когда меня ограничивают. Нельзя делать то и это, потому что не принято. Или обидятся. Ненавижу обидки. И правила. — Ты инженер, — напоминает Хуайсан. — И что? — У вас вся физика в правилах. — Сюэ Ян закатывает глаза, показывая, где он эти правила видел. — И математика. — Всегда можно заставить законы физики работать в свою пользу. Похоже на то, что говорил брат. Хуайсан усмехается. — А ты? — Что я? Были ли у меня отношения? Да. Но они плохо заканчивались. Сюэ Ян смотрит на него пристально. — Непохоже, чтобы ты устраивал скандалы любовникам. Хуайсан сникает. Он и скандал? От неловкости он смеется и отводит взгляд. — Скандалы не мой профиль. — Но ты мстишь? — Сюэ Ян ерзает, заглядывая ему в глаза. — Скажи, что ты мстишь. — Это недостойное и достаточно бессмысленное деяние, чтобы я не стал его совершать. Месть ничего не изменит, она только отравит мою душу злобой и скорбью. Я стремлюсь обезопасить себя и брата. Вряд ли это можно считать местью. — Божечки! — глаза Сюэ Яна загораются тем особенным интересом, после которого Хуайсану становится стыдно за разыгравшееся воображение. — Больше подробностей! — Это совсем неинтересные истории, правда. — Неинтересные? То есть их больше одной? Хуайсан стонет про себя. Зачем он сказал? — Неважно. Все уже в прошлом. — Но я хочу знать! Хуайсан наклоняется и целует его, чтобы сменить тему. Удается, когда он разрывает поцелуй, взгляд Сюэ Яна тяжелый и потемневший. Он убирает с лица Хуайсана выбившуюся прядь и смотрит в глаза. — Если ты не можешь, я отомщу за тебя. Хуайсан отделывается шуткой, потому что не знает, как реагировать. Не то чтобы ему катастрофически не везло в любви, просто не складывалось. Не так-то просто найти себе парня, да и совета спросить не у кого. Хуайсан всю жизнь был с братом, дагэ был посвящен во все его детские, а потом и не очень детские тайны, все понял раньше Хуайсана и переживал его взросление острее него самого. Хуайсан просто осознал и принял, брат тревожился за его тонкую душу больше, чем за свою. Хотя ему бы за себя переживать не мешало. Помогало и то, что бывшие сокомандники брата его любили. Когда за спиной сборная провинции по ушу, сердцу определенно спокойнее. И Вэй Ин. С Вэй Ином они познакомились случайно и надолго разошлись, пока тот в старшую школу не перевелся. Дружить с ним так же естественно, как дышать. Брат даже сказал однажды, что не против, если Вэй Ин перейдет в официальный статус, по крайней мере, ему можно доверять. Хуайсан тогда посмотрел на него с таким ужасом, что брат смутился. Вэй Ин поддерживает его во всем и всегда и каким-то непостижимым образом узнает, когда нужно связаться. Хуайсан очень редко делится с братом неприглядными подробностями, потому что в характере дагэ восстанавливать справедливость насилием, а с Вэй Ином можно. Вэй Ин точно никому не будет мстить. А теперь Сюэ Ян так буднично сообщает, что вернет его боль всем, кто ее причинил. Хуайсан под впечатлением еще пару дней. Он не мстителен, по крайней мере, когда дело касается него самого, но люди часто путают вежливость и беспомощность. Хуайсан это на своем примере видел несколько раз, почему-то считается, что через него проще к брату подбираться. В чем-то это правда, брат себе верит меньше, чем ему, но это же не означает, что Хуайсан дурак. Хуайсан разве что хочет верить в лучшее. В последнее время он немного тревожится за брата. Тот много работает и забывает заботиться о себе, а кроме Хуайсана, у него только Бася. Хуайсан собирает тарелки с ужином в термосумку, свою решимость в кулак и едет в лифте два этажа. Стучит в дверь, чтобы Бася не беспокоилась, и открывает. Брат обнаруживается в кабинете за столом. — Дагэ, ты поужинал? — Хуайсан ставит сумку на пол и обнимает его. Он так обычно не делает, но брат будет вынужден выпрямиться и сменить позу, кровообращение восстановится и голова перестанет болеть. — Я тебе обед оставлял, ты же не забыл его съесть? — Я хожу на обеденный перерыв, — ворчит брат. — Сегодня суббота, дагэ. Брат чертыхается. — Да съел я его, съел. — Тебе нужно хорошо питаться. — Да, да, — брат раздосадовано трет висок. — И спать. Спать тоже важно! — Я сплю, — вздыхает брат и смотрит на него укоризненно, но Хуайсана этим не проймешь лет с двенадцати. — И тебе нужен кто-то, кто будет о тебе заботиться. — Второго я не переживу. Хуайсан смеется. Брат усмехается вместе с ним, потом встает и поднимает сумку. Это хорошо,  у него будет перерыв, а Хуайсан успеет его успокоить и развеселить. За ужином брат спрашивает, когда он их познакомит. Хуайсан смущается и даже краснеет слегка, он пока не готов Сюэ Яном делиться. Но вот поговорить может, отвечать на вопросы о Сюэ Яне он может долго. Удивительно, что за пару месяцев он столько узнал. Интересно, Сюэ Ян тоже о нем кому-то рассказывает? Есть же у него друзья. Тему дружбы Сюэ Ян в разговоре обходит. Хуайсана всерьез беспокоит нелюбовь Сюэ Яна к отношениям. Понятно, что секс без обязательств быстрее и приятнее, а Сюэ Ян не раз признавался, что любит очаровывать и покорять, но теперь речь о самом Хуайсане и ему бы не хотелось праздновать полгода отношений с разбитым изменой сердцем. Ему бы хотелось вовсе измен избежать. Ему бы хотелось, чтобы их отношения — со взаимными обязательствами и приобретениями — были если не навсегда, то хотя бы надолго. Наверное, Сюэ Ян уже обжигался. Наверное, у него уже был печальный опыт, который не хочется повторять. У самого Хуайсана, по крайней мере, есть такая история. Наверное, спрашивать о таком слишком грубо. Сюэ Ян врывается в его дом ранним воскресным утром, когда самый сладкий сон. Хуайсан бредет к двери, не открывая глаз, открывает наощупь и оказывается подхвачен и зацелован. — Я скучал, — бормочет Сюэ Ян в перерыве между поцелуями. — Прости. Ты скучал? Пофиг. — Ты где… — С самолета, — Сюэ Ян прижимает его к себе. — Сразу к тебе, не хочу время терять. Он целует шею и Хуайсан как-то перестает волноваться о ерунде. Надо бы в душ, но Сюэ Ян только фыркает в ответ на предложение и роняет его на постель. Целует, пока голова не закружится, переворачивает на живот и обнажает его ягодицы. Хуайсан еще не очнулся ото сна, тело податливо и расслабленно, Сюэ Ян берет его торопливо, но потом замедляется, поняв, что у них впереди день. Хуайсан любит вот так, лицом вниз, чувствуя каждое движение, слушая дыхание и стоны в самое ухо. Любит заканчивать одновременно и ощущать принадлежность каждой частичкой своего тела. Сюэ Ян что-то шепчет ему на ухо и расслабляется, разжимает переплетенные пальцы. Эти минуты после близости, полные взаимной нежности, Хуайсану особенно дороги. — Еще немного полежим, а потом в душ, — говорит Сюэ Ян. — Ты заснешь. — Не… ха! Ты умеешь разговаривать! — Не припомню, чтобы давал повод усомниться в этом умении. — Как человек разговаривать. Хуайсан начинает смущаться. — Наш разговор не касается недостойных или излишне откровенных тем, поэтому… — Ты смущаешься. Божечки, ты правда смущаешься! — Сюэ Ян смеется. — Обожаю тебя. Да, пойдем в душ. Ты прав, я засну. В душе они, в основном, целуются, пока Хуайсан не отправляет Сюэ Яна в постель. Ему нужно немного больше времени, чтобы привести себя в порядок, и за это время Сюэ Ян, не спавший всю ночь, разумеется, задремлет. Или не разумеется. В постели его ждет недовольный Сюэ Ян, сразу раскрывший объятья. Хуайсан не сопротивляется, ложится ему на плечо и спрашивает, почему тот не спит. — Без тебя не могу, —  Сюэ Ян, очевидно, этим обстоятельством раздражен не на шутку. — Бесит. — Почему? — Чтоб я знал. — У нас отношения, а не… зависимость, — Хуайсан с трудом подбирает нужное слово. — Нет нужды так желать ублажить другого. — Учту, — коротко говорит Сюэ Ян. — Прошу прощения, если задел своими словами. — Да не… Черт, да! Да, задел! Сам знаю, что ненормально. — Я не говорил, что считаю ненормальным такое, — осторожно говорит Хуайсан. Он приподнимается на локте: — Я не жду, что ты будешь во мне ежечасно нуждаться. — Да я понял. Ты ждешь обратного! — Мое желание лишь в том, чтобы донести… — Хуайсан замолкает, так он ничего не донесет. — Хочу, чтобы ты действовал по зову сердца и велению души, а не долга. В наших отношениях я всегда поступал именно так. — Я понял, — Сюэ Ян расслабляется, можно снова положить голову на его плечо. — Но все равно бесит. — Почему? — Ты без меня спать можешь? — Конечно, — отвечает Хуайсан, не задумываясь. — А я — нет! — отрезает Сюэ Ян. — В твоей постели — только с тобой. Даже если сплю стоя. Хуайсан смущенно улыбается. Слышать подобное очень приятно. — В таком случае, полагаю, большая удача, что я сейчас в ней. Сюэ Ян фыркает и целует его в макушку. Обнимает крепче и вслух надеется, что Хуайсан никуда не денется из его сильных рук. Ладно, про сильные руки Хуайсан приукрасил, но смысл тот же. И нет, Хуайсан никуда деваться не собирается.