Странная жизнь Не Хуайсана

Телефон звонит долго, кто-то настойчивый хочет его слышать. Хуайсан смотрит на экран без удивления и принимает вызов. — Рассказывай, — говорит Вэй Ин. — Нечего рассказывать. Мы расстались. — Ты не мог с ним расстаться по собственной воле, — отрезает Вэй Ин. — Что произошло? — Я был нужен, чтобы устроиться на работу. Хуайсан усмехается. Звучит как если бы Сюэ Ян делал карьеру через постель, но там обычно все по согласию сторон происходит. Хуайсан не подозревал и, наверное, это должно называться как-нибудь по-другому. — Уверен? — Он сам сказал. И брат. Дагэ предложил ему должность. — А он? — А он не отказался, конечно. Они раньше были знакомы. — Я приеду, — Хуайсан протестует, но Вэй Ин его возражений не слушает, повторяя с нажимом: — Я приеду. Хуайсан сдается. Да и пусть, хуже не будет. Вэй Ин приезжает через полчаса. Он бледный, немного осунувшийся, с тенями под глазами и с пустыми руками, Хуайсан пробует заставить его спать, но он только отмахивается. Хуайсан чувствует себя виноватым. — Со мной не произошло ничего такого, чтобы лишать тебя сна! — Сегодня могу пожертвовать, я уже спал, — Вэй Ин обнимает его быстро, но крепко. — А где вино? Я заказал нам вино, еще не доставили? — он расстраивается. — Вот и верь им после этого. Ладно, но хоть острая курочка есть? И ее нет? Так, давай я выйду и зайду нормально! В дверь звонят, это курьер с бутылками и, судя по количеству, Вэй Ин рассчитывал остаться до завтра. Хуайсан накрывает в большой комнате, на столике у дивана, пока Вэй Ин заказывает что-то еще. Вряд ли закуску для него, так что лучше самому приготовить. Вэй Ин любит пищу такой остроты, чтобы на следующий день чувствовалась. Когда Хуайсан возвращается со своими закусками, уже все готово. — Я смотрю, тебе очень нужна успокоительная готовка, — Вэй Ин приподнимает брови, но и только. Хуайсан удивляется, пока не видит, что он и мясо нашинковал мелкой соломкой. — Мне нужно сочувствие. Я любил его, Вэй-сюн. Я по-настоящему его полюбил. — Выпей два раза, зажуй чем-нибудь, а потом рассказывай. Хуайсан послушно выпивает два полных стакана чего-то крепкого, жует, не разбирая вкуса, и сжимает зубы, чтобы не стучали. — Ты… тебе правда можно быть здесь? Ты не выглядишь как человек со свободным временем. — У меня есть три часа, за которые мы все выпьем, а ты все расскажешь. После этого я вернусь на работу. — Нетрезвым? — Вэй Ин смотрит на него с некоторым сочувствием. — Я столько не выпью. Ну… Да нет. Ну, может, две трети. — Две трети меня, в общем, устроят. Больше подробностей, насколько это было похоже на Ло Есю? Хуайсан вздыхает прерывисто. — В чем-то совсем нет, а в чем-то совпадение идеально. Ло Есю не веера дарил, а Сюэ Ян сам догадался. И вручил на два месяца, представляешь? Я же сам ему сказал, как для меня важны даты. — И он не пропустил ни одной? — И он не пропустил ни одной, — кивает Хуайсан. — Хотя уверял, что не помнит. И до постели мы дошли нескоро, хотя он не оставил сомнений в силе своего желания. Оба хвалили мою еду, интересовались моей работой, оба касались и ласкали меня все время, отлично зная, как мне важны прикосновения. Оба заставили меня чувствовать себя особенным и важным. Характер только у них был разный, Сюэ Ян вспыльчивый и порывистый, как дагэ, а Ло Есю спокойный, утонченный и сдержанный, больше похож на меня. Насколько я могу судить про характер. Оба умные и расчетливые. Сюэ Ян более эмоциональный, от этого кажется более искренним. Никогда ничего не просил для себя, не хотел познакомиться с братом, придумывал мне прозвища ласковые. Хотел, чтобы я его звал Ян-Яном. Ло Есю плевать было, как я его называю, он все имена с восторгом принимал. Я таких притягиваю, да? — Каких? — Вэй Ин разливает вино. — Тех, кто видит мое одиночество и желание быть любимым. — Ты не одинок. — Да, я не одинок, — Хуайсан выпивает вино. — Только у меня больше нет близких. Вэй Ин что-то бормочет и обнимает его за плечи. Хуайсан с благодарностью утыкается ему в шею. — У тебя есть я и Минцзюэ-гэ. — Но не все время. — Да, не все время. Вэй Ин снова разливает вино. — Я вас не виню. Дагэ много работает, чтобы дать мне жить моей жизнью, а ты… — Тоже много работаю? — Понятия не имею, — признается Хуайсан. — Но я знаю, что в нужный момент ты всегда рядом, даже если тебе придется чем-то пожертвовать. Дело не в том, что вас нет в моей жизни. Дело в том, что мне вас не хватает. Вэй Ин крепче сжимает его плечо. — Давай рассказывай по порядку. Хуайсан рассказывает по порядку. Про то, как они познакомились, как начали встречаться, про первый раз и воскресные завтраки, про почти ежедневные встречи по вечерам. Они в самом деле не пропускали ни одного вечера, если только кто-то из них не был занят. Сюэ Ян менял ради него расписание и даже говорил, что из-за этого проблемы возникали пару раз. Если его словам можно верить, конечно. Вэй Ин интересуется, говорил ли он прямо так. Хуайсан признается, что не говорил, он сам сделал вывод по недомолвкам. Сюэ Ян удивительно хорошо умел пользоваться молчанием и его воображением. — Какая-то схема тупая, — Вэй Ин откидывается на диван. Они давно сползли на пол, выпив не меньше половины вина. Хуайсан удивляется мельком, как им удалось. — Ну… да, вроде того, — соглашается Хуайсан. — Не верх изящества. Но сработало же. Если бы я не порвал, могло бы и дальше работать. Я же для него почти на все был готов. — Вот этого-то я понять и не могу, — ворчит Вэй Ин. — Не Хуайсан, которого я знал, не глупеет до такой степени. — Вот встретишь свою любовь, узнаешь, до какой степени поглупеешь. — Ты всегда сохранял холодную голову и здоровую самокритику. — Я сейчас чувствую, как будто мне сердце вырвали, — признается Хуайсан. — А еще утром я от счастья летал, какая уж тут самокритика. — Ты сейчас драматизируешь? Хуайсан издает странный звук, похожий на всхлипывание. — Я преуменьшаю. Он был моим сердцем, моей душой, моим счастьем. Он все еще мое счастье. Если он придумает любую причину, я поверю. — Хайсан усмехается. — Да я и без причины поверю, если он просто придет. — Настолько все плохо? Хуайсан кивает. — Я бы… я бы даже согласился, если бы он меня в своих интересах использовал, только бы со мной был. Так больно знать, что он обманывал. Больнее, чем в прошлый раз. Я даже… — голос срывается, Хуайсан делает глубокий вдох и говорит еще раз. — Я даже не могу думать, как дагэ объяснить. — Так и скажи, — Вэй Ин оценивает количество вина в бутылке. — Вы расстались, потому что он тебя обманул. Хуайсан качает головой. — Ты не понимаешь. Это была его мечта и если я расскажу, что на что он ради мечты пошел, все разрушится и ему будет больно. А я не могу причинить ему боль. — А себе можешь? — Я привык? — Хуайсан допивает вино и жестом просит налить. — Мне так проще. Я знаю, ты скажешь, что в прошлый раз меня это не остановило. Но в прошлый раз я хотел, чтобы он понял, почему нельзя подбираться к дагэ через меня. Чтобы они все поняли. Сейчас — сейчас я хочу, чтобы он был счастлив. Вэй Ин обзывает его дураком, Хуайсан не спорит. Только дурак может горевать по утраченным иллюзиям. Зато Вэй Ин рядом, обнимает его за плечи, позволяет прижаться к себе и зажмуриться, пережидая накатившие чувства. Он больше не расспрашивает, не осуждает, даже не говорит, какую Хуайсан несет чушь, хотя он сам знает, что несет. Он просто сидит рядом и слушает. Хуайсан уверен, что следующую неделю он переживает только благодаря Вэй Ину. Потом — не то чтобы становится легче, скорее, он привыкает. Уже не так остро ждет звонка, с усилием, быстро ставшим привычным, снова идет после работы в метро, разве что в магазине по-прежнему покупает еды на троих. И не спит. Не может спать в постели, которая все еще пахнет Сюэ Яном. Он собирает вещи и отсылает курьером. Собирает долго, отвлекаясь на все подряд и подолгу задерживая в руках. Вещей Сюэ Яна в его квартире не так много, разве что подарки. Подарки Хуайсан тоже укладывает в коробку. Все, кроме веера. Даже зная, зачем он был нужен, Хуайсан не может заставить себя с ним расстаться. И смотреть на него тоже не может. Хуайсан убирает его на полку в коридоре, надеясь когда-нибудь вернуть. Служба доставки присылает извещение о вручении. Значит, Сюэ Ян согласен. Хуайсан механически ест, ходит на работу и просматривает ленту в вейбо, потому что нужно же занять время. Под какими постами ставит лайки, он не помнит даже примерно, но время до сна проходит. Не сказать чтобы быстро, но и не медленно. Хуайсан бездумно листает ленту и ошибается, палец соскальзывает на иконку диалогов и он долго рассматривает сообщение. Сюэ Ян его заблокировал. Хуайсан не то чтобы против, но — зачем? Какой смысл блокировать, логичнее ему Сюэ Яна в черный список отправить. Разве может быть у него соблазн сообщения Хуайсана читать? В конце концов Хуайсан перестает думать об этом и выходит из приложения. В субботу брат присылает сообщение о срочной командировке. Хуайсан пишет, что ждет и скучает, но в глубине души испытывает облегчение. Как будет говорить брату, Хуайсан по-прежнему не представляет. Впервые со смерти родителей хочется плакать. Бася к нему удивительно равнодушна. Раньше она бы не упустила возможности сделать мелкую пакость, теперь просто наблюдает за ним издалека. Хуайсан бы удивился, не будь ему все равно. Хуайсан оценивает предосторожность Сюэ Яна. Если бы не блокировка, он, бы, может, что-то и написал. Совершил бы очередную глупость. Стоит быть благодарным за то, что Сюэ Ян о нем позаботился, нет смысла писать, зная, что твое письмо не прочтут. Сюэ Ян получил что хотел, их больше ничто не связывает. Он пишет Вэй Ину о своем в высшей степени жалком желании написать Сюэ Яну признание. Вэй Ин отвечает немедленно. Говорит писать все ему — и признания, и пожелания счастья, и ежедневную выматывающую тоску. И обвинения. Хуайсан не может писать обвинения. Сюэ Ян его предал, но не желал зла, обвинять его Хуайсан не может. «Я не понимаю, почему он так поступил, — пишет он Вэй Ину. — Можно же было завязать дружбу. Я бы все равно его дагэ представил. Зачем было нужно делать вид, что я что-то для него значу?» «Потому что дружба — дольше и не так надежно. Прости». «Это так больно. Знать, что я для него — только возможность, так больно. Зачем он ждал? Зачем привязывал? Это тоже часть плана?» «Ты знаешь ответ». «Да, я знаю». Хуайсан несколько минут бездумно смотрит перед собой. «Как думаешь, я что-нибудь для него значил?» «Думаю, он испытывал к тебе определенную симпатию». Конечно, переводит Хуайсан. У него же вставало. Хотя бы желание, тоже неплохо. Хуайсан бы должен испытывать к себе отвращение за эту мимолетную радость, его каждый раз на этом и ловят. На желании отношений, недооценке себя и вере в лучшее. Каждый раз. Но он никому не доверял так, как Сюэ Яну. Никого не подпускал так близко. Ни с кем не чувствовал себя в такой безопасности. Никто не значил для него столько, чтобы почти считать его членом семьи. Ло Есю он настолько не верил. Сюэ Яну он доверился беззаветно.