Странная жизнь Не Хуайсана

Разумеется, Хуайсан никуда не идет. Это же смешно. Нет у него никаких причин верить в невиновность Сюэ Яна, кроме свидетельства брата. Сюэ Ян выбрал его и познакомился, имея вполне конкретные цели, достигнув которых… Вот тут сложность, Хуайсан признает. Зачем прикладывать столько усилий, если в итоге не пользуешься плодами? В чем смысл? И он так смотрел. Хуайсан понимает все, кроме разочарования в его взгляде. Разочарование было совершенно лишним, если он хотел манипулировать Хуайсаном и дальше. К чужой боли Хуайсан в достаточной мере чувствителен, обиду он бы постарался искупить, но разочарование? В нем? Это Хуайсан как раз приветствовал. Совершенно некстати вспоминается, что Сюэ Ян был с ним нежным и ласковым, особенно в субботу вечером. Как он ловил его руку и целовал ладонь и запястье, словно ему хотелось ответной ласки. Хуайсан отвечал, конечно, но он был более сдержанным. Трудно отпустить себя, когда всю жизнь воспитывался по-другому. Так хотелось взять его лицо в ладони и целовать нежно и медленно, раскрывать его губы, тонуть в его потемневших глазах. Хуайсан часто смотрел в его глаза, завороженный их цветом. Насыщенные красные глаза и ослепительная улыбка делали его внешность удивительно привлекательной. Хуайсан бы мимо не прошел, даже если бы они просто на улице встретились. Кстати, почему они не встретились? К чему лишние сложности? По его профилю понятно, что он любит все необычное в рамках известного, можно было проще устроить. Ну, хотя бы он не признался. Не выставил себя на посмешище. Сложно предугадать, как бы отреагировал Сюэ Ян на его слова. Хотя признайся он в своей обычной манере, вряд ли бы тот его понял. Хуайсан даже эту его черту считал очаровательной, хотя раньше необразованность его не привлекала. Но он учился, читал, старался ради благодарной улыбки Хуайсана. Хотя нет, ради себя, конечно, поправляется Хуайсан. Ради себя и своей мечты. Что бы там брату ни показалось. Беда в том, что брат никогда не был легковерным и в людях разбирался отлично. Ему не хватало тонкости и терпения, поэтому в клановых интригах так и не преуспел, но уж отделить ложь от правды он мог. У Не Минцзюэ было какое-то звериное чутье, Хуайсан сам зарекся хотя бы умалчивать в разговорах с братом лет в девять. Даже мать ему верила, а Минцзюэ непостижимым образом всегда знал, когда он отдаляется от правды на пару волосков. Если брат говорил, что Сюэ Ян его не использовал, значит, с ним Сюэ Ян был честен. Не то чтобы это было приятно. Хуайсан сомневается все воскресенье и понедельник. Не может так быть, просто не может и все. Он не мог ошибиться. С другой стороны, мнению брата он доверяет не меньше, чем своему. А в таких делах, может, и больше, со стороны виднее. На Ло Есю ему тоже глаза Вэй Ин раскрыл. Нужно просто встретиться и поговорить, тогда Хуайсан сам сделает выводы. Теперь, когда знает, внушать ему что бы то ни было будет гораздо сложнее. Хуайсан выбирает встречу возле дома, потому что в другое место ему все равно не попасть. Достаточно безопасно, можно просто мимо пройти, но Сюэ Ян выберет поговорить, хотя бы немного. А Хуайсан поймет, ошибался он или нет. Только нужно, чтобы Сюэ Ян не заметил его раньше времени. К счастью, ему есть, куда спрятаться. К сожалению, оттуда не видно, кто идет по дорожке. Хуайсан два раза уже обознался и был вынужден извиняться, на третий раз тоже думает, что ошибся, но нет. Сердце сладко замирает при звуке шагов, еще не видя, кто идет, Хуайан уверен. — Зачем пришел? — Сюэ Ян спрашивает прежде, чем увидел. Не может же быть, что он тоже понял. — Не все выяснил? — Нет, — Хуайсан выходит из своего укрытия, декоративной ниши в стене. — Осталась пара вопросов. — Твой брат не все рассказал, Не Хуайсан? Или я должен называть тебя «молодой господин Не?» Слышать сарказм в его голосе непривычно. Хуайсана задевает почему-то. — Неважно, можешь называть как угодно. — Польщен оказанной честью, — Сюэ Ян издевательски раскланивается. — И чем же этот недостойный обязан вашему визиту? В его голосе все еще слышна боль и обида. Это странно, очень странно, он должен был не скрывать их, а выставлять напоказ, как злость. Злости в Сюэ Яне много. — Хотел выяснить кое-что, — Хуайсан задумчиво смотрит. — Например, отчего ты так долго ждал, если знал, как зовут моего брата. Сюэ Ян ухмыляется. — Да вот как-то все удачный момент не подворачивался. То ты был занят, то я. Ты б не бросил своего прошлого ради меня. Хуайсан признает его правоту. Тогда бы — не бросил. — Почему я? Все другие способы перепробовал? — Почему нет? — Сюэ Ян пожимает плечами. — Через тебя было ненапряжно. Ты милый, с тобой легко. Трахаться было даже приятно. — Откуда ты знаешь про веер? Крохотная заминка. Сюэ Ян не знает, что ответить или знает, но не хочет. Как будто его этот вопрос за живое задел. — Тебе нравится все такое изящное. На картины у меня денег нет, стихи ты бы вслух читал. Хуайсан понимает, что он лжет. Весь этот ответ — ложь от первого до последнего слова. Удивительно, как он раньше не понимал. — Тебе было со мной хорошо? На лице Сюэ Яна медленно появляется издевательская улыбка. — Еще как. Ты такой страстный, такой отзывчивый, так хотел доставлять мне удовольствие. Тут и святой бы не устоял. Совсем от одиночества устал, да? Ты бы хоть дрочил иногда, раз уж с игрушкой стесняешься, — Сюэ Ян презрительно усмехается. — Опыта, правда, у тебя маловато, чтобы было приятно. Но я тебя обучил. А это правда. — Значит, тебе не понравилось. — Ну, потом-то втянулся, — Сюэ Ян пожимает плечами. — Да и оно того стоило. — И ты совсем ничего не чувствовал? — К тебе? — Сюэ Ян вздергивает бровь. — Думаешь, тебя можно любить? Хуайсан закусывает губу. Это больно, очень больно. Да, он именно так и думает, но каждый раз так хочется ошибаться. И каждый раз ему доказывают, что нет, нельзя. Его положение можно, его деньги, его связи, но не его самого. Он никого не может привлечь. — Ты не воспользовался предложением моего брата. — Поинтереснее нашлось, — Сюэ Ян перестает улыбаться. — Не хочу иметь ничего общего. Вы, уроды, кроме своих денег ничего не видите. Вам на всех плевать. Наиграетесь и дальше идете. Что, не нравится, когда с вами так же? И сейчас он говорит абсолютно искренне. И ненависть и презрение тоже искренние. — Приношу свои извинения, — Хуайсан глубоко кланяется. — Мой брат ошибся. Мы больше никогда вас не потревожим. — Засунь свои извинения. Думаешь, извинился — и не было ничего? Можно заново начинать? Другого найди. Мы закончили. Он снова сбивается на короткие простые предложения. Хуайсан выпрямляется и смотрит ему в глаза. Сюэ Ян отвечает на его взгляд нецензурно, он побрезгует с Хуайаном удовлетворять некоторые потребности между делом, не то что на ложе взойти. Его издевательски удивленное «Думаешь, тебя можно любить?» проникло глубоко в сердце и там жжет нестерпимо. Он снова кланяется, не доверяя голосу, и уходит. Перед глазами какой-то странный туман. Он закрывает глаза, но это не слезы. Идти на удивление легко, хотя он думал, что с места не сдвинется. На стоянке удачно оказывается несколько свободных такси. Хуайсан показывает адрес и мотает головой в ответ на предложение ехать в больницу. Ничего с ним не произошло, просто неприятный разговор. Уже совершенно неважно, какие цели преследовал Сюэ Ян при знакомстве. Не нужно было приезжать, только испортил все. Лучше было думать, что Сюэ Ян его обманул, чем… так. Телефон вибрирует, Вэй Ин интересуется его самочувствием. Хуайсан бы ответил, но не может сфокусировать взгляд. Вэй Ин, наверное, понимает, он всегда понимает, и пишет, что приедет в два часа ночи и Хуайсану лучше бы открыть дверь. Хуайсан невероятным усилием пишет просьбу не говорить брату. Если он правильно понимает, Вэй Ин чем-то занят настолько, что не может звонить, но от сообщения брату это его не удержит. «В два часа, — повторяет Вэй Ин. — И если мне не понравится, я Минцзюэ-гэ разбужу». Хуайсан не отвечает. Такси подъезжает, он выбирается из машины и выпрямляется. Лучше не стало, но дышать он может по-прежнему, голова не кружится, никаких признаков душевных переживаний. Даже смешно. Ничего нового он не узнал, кроме, разве что, настоящего отношения Сюэ Яна. С братом его связывают родственные узы, а Вэй Ин… нужно будет уточнить, почему он с Хуайсаном дружит. Как-то не доводилось интересоваться, дружили и все. К дому он идет кружным путем. Не то чтобы ему нужно проветриться и освежить голову, просто подниматься в квартиру не хочется. Телефон звонит, Хуайсан сбрасывает не глядя. Вэй Ин обещал зайти и зайдет, а больше ему никто звонить не должен. Телефон снова звонит, Хуайсан сбрасывает еще раз и отключает. Брату сегодня не до звонков, он зайдет, если нужно. Он бесцельно кружит по двору, находит скамейку под деревом и садится. Холод не чувствуется, Хуайсан сидит, глядя перед собой, на плитку дорожки и круги света от фонарей. Нужно только до двух часов подняться, чтобы Вэй Ин его не искал. Перед ним останавливаются черные ботинки, Хуайсан моргает недоумевающе. Сколько он тут просидел? — Разве уже ночь? — он тянется за телефоном и вспоминает, что выключил. — Прости, я задумался. Поднимает взгляд и почти сразу понимает, что ошибся. Это не Вэй Ин. — Зря ехал, — усмехается Сюэ Ян. — Не скучаешь. Хуайсан кивает. Действительно, зря. Все же закончилось. — Не стоило беспокоиться, — он встает, в глазах ненадолго темнеет. — Или я неправильно понимаю причину, по которой ты здесь? Хуайсан говорит слишком тихо. Когда удается сфокусировать взгляд, обнаруживает, что Сюэ Ян его держит под локоть. Отпускает почти сразу. — Все? Я на это второй раз не куплюсь. — Не стоило беспокоиться, — повторяет он чуть громче. — Я хорошо… — Да срать мне как ты себя чувствуешь, — фыркает Сюэ Ян. — Я приехал за веером. Да. Конечно. Веер, который он так и не вернул. Хуайсан кивает и идет к дому. В лифте они молчат. Хуайсан открывает дверь, не приглашая войти. Сюэ Ян переступает порог, не спрашивая разрешения, и останавливается у двери. Хуайсан оглядывается, словно не помнит, куда убрал веер, хотя знает прекрасно. Он сегодня думает не очень хорошо. — Ну? — Он здесь, — Хуайсан обводит жестом полки. — Я надеялся, ты позволишь мне… Он не продолжает, сам не знает, что говорить. — Что? — нетерпеливо спрашивает Сюэ Ян. — Неважно. Так лучше, ты прав, — он протягивает руку и берет с полки узкую коробочку. — Вот он. Сюэ Ян не дожидается, пока он передаст веер, берет коробочку с другой стороны и зачем-то смотрит Хуайсану в лицо. — Ты ел? Хуайсан не отвечает. Да и какая разница, это же не искренняя забота. Сюэ Яну о нем заботиться незачем. — Если это все… — говорит он наконец. — Да пошел ты, — перебивает Сюэ Ян. — Я тут не для того, чтобы о тебе беспокоиться! — Со мной все хорошо, — Хуайсан выпускает коробочку. — Нам больше незачем видеться. Он отворачивается, в последний момент видя в темных красных глазах беспомощность, но это показалось, конечно. — Прощай, Не Хуайсан. Сюэ Ян хлопает дверью. Хуайсан слабо усмехается и закрывает глаза. Зачем он приходил, не за веером же? Веер можно было попросить вернуть сообщением. Хуайсан вспоминает, что Сюэ Ян его заблокировал, но это же не проблема. Написал бы и снова в черный список отправил. Он отступает к стене и съезжает вниз. Вэй Ин поймет, что дверь открыта, а сил куда-то идти у него нет. «Думаешь, тебя можно любить?» — вспоминает он снова. Даже Сюэ Ян это понял. — Да чтоб тебя, — его хлопают по щекам. Хуайсан открывает глаза. — Ты ел? — И ел, и спал, мое тело в полном порядке, почему ты беспокоишься? — Ты себя видел? — Сюэ Ян ставит его на ноги и толкает к зеркалу. Бледность сильная, но ничего особенного. Бывало и хуже — Ты ведь не весенним забавам предаться зашел. Отдохну и пройдет. Не стоит твоего беспокойства. Сердце все еще бьется неровно, Хуайсан прижимает руку к груди, так проще дышать. Сюэ Ян поджимает губы от злости. — Когда твой новый приедет? — В два часа, — Хуайсан поворачивается. — Мой новый?.. — Он смеется. Сюэ Ян думает, что у него свидание. — У нас не такие отношения, как с тобой. — Я спросил? — Нет. Нет, ты не спрашивал. — Хуайсан улыбается через силу. — Зачем ты пришел? Мы ведь все выяснили. Во взгляде Сюэ Яна снова проскальзывает беспомощность. — Твой брат сказал, у тебя были причины думать что ты подумал, — говорит он невпопад. — Ты мог мне сказать. Ты поверил. Что он хочет теперь, не понимает Хуайсан. Когда сказал, как к нему относится. — Я… это… Это неважно, да? — его ведет, он отступает к стене. — Это неважно. Ты все и так понял. Сюэ Ян отвечает, но он уже не слышит. В глазах темнеет, он слышит странный шум и перестает дышать. Приходит в себя на диване. Кажется, он лишился чувств как в дешевом романе. Сердце по-прежнему бьется неровно, но дышать легче немного и кто-то держит его за руку. Вэй Ин, наверное, кому еще. Хуайсан приоткрывает глаза. — Ян-Ян? — Очнулся? — он хмурится. — Заткнись и пей. Он протыкает коробочку с детским питанием и вставляет Хуайсану соломинку в рот. Хуайсан послушно выпивает коробочку, а потом и вторую. Никакого детского питания в его доме отродясь не водилось. — Сколько времени? — Половина второго. Не переживай, я успею. — Оставайся, — Хуайсан сглатывает. — Поздно уже. Вэй Ин поймет. По крайней мере, Хуайсан хочет надеяться, что поймет. — Помешаю вам. — Он мой друг, а не, — Хуайсан вдыхает чуть глубже, чем следует, и пережидает волну дурноты. — Все хорошо. — Ты холодный как лед. У тебя пульс слабый. Ты упал в обморок. — Это от волнения, — Сюэ Ян коротко смеется. — Не стоит… Правда не стоит. Не хочу обременять излишними обязательствами. Тебе неприятно. Сюэ Ян вскакивает и шипит ругательства. — Я вспылил! Сначала братец твой, чтоб его черти драли! Потом ты! Мог бы хоть извиниться! — Я принес извинения. — Не за то! — Сюэ Ян садится рядом и берет его за руку. Движения резкие, порывистые. — Ты знал, что было. — Я и сейчас не уверен, что знаю правду, — Хуайсан морщится, Сюэ Ян сжимает его пальцы слишком сильно. — И ты… не скрывал своего отношения. — Ты бы простил? Он и простил. Но он любит, вряд ли Сюэ Ян испытывает что-то подобное. Хуайсан пробует сесть. Сюэ Ян подхватывает его, помогает. Когда Хуайсан заваливается набок, Сюэ Ян садится рядом и обнимает за плечи, как будто сам не понимая, что делает. — Ты солгал про веер. А про близость правду сказал. Почему ты солгал про веер? — Потому что, — отрезает Сюэ Ян. — Когда этот твой? — В два часа. — Хуайсан останавливает себя от предложения остаться. Уже предлагал и Сюэ Ян ответил отказом. — Спасибо, что позаботился обо мне. Голова тяжелеет. Кажется, Хуайсан отключается в самый неподходящий момент. В очередной неподходящий момент. Раньше он таким впечатлительным не был. — Спи, — Сюэ Яна явно раздражает ситуация. — Встречу этого твоего. Хуайсан хочет возразить, но, кажется, засыпает.