Не той масти

            В мире, населённом только мужчинами, различаемыми по половым диморфизмам исключительно из-за возможности вынашивать потомство и обилием мышечной массы у некоторых. Мне так казалось, пока я был совсем крохой.        Первое время мне было страшно и непонятно, потом стало грустно и одиноко. Спустя только пару лет, когда я уже полностью обосновался в новом мире и новом теле, я понял, что это все взаправду происходит со мной. Мне был дан второй шанс на жизнь, так почему нужно тратить его на сомнения и самобичевания. Пора брать от этого момента все.        Я с самого своего рождения начал замечать, что на меня смотрят как-то не так. Ну не так должны смотреть на своего собственного ребенка любящие родители. С отвращением. Пока я доростал до зеркала, я уже считал себя уродом, хоть и тело мое было вполне себе развитым и гармоничным, в соответствии с возрастными особенностями. Когда я всё же добрался до отражающих поверхностей, то так и не понял в чем дело. Вполне себе миленькая мордашка. Ангелочек с ямочками на щечках и с густыми вихрами черных волос, совсем как у отца-альфы. Особенно выделялись на лице огромные васильковые глаза.        Маленький котенок, которого родители так и назвали — Мао. Точнее, на сколько я понял позже, имя все же давал дедушка по «материнской» линии, у которого я впоследствии и жил. Он был кем-то вроде главы семьи, такой крестный отец местного разлива. Родители все пытались завести ещё одного ребенка, или же отдыхали в свое удовольствие, не знаю, но виделся я с ними только по праздникам. С рождения меня кинули на попечение нянек, а потом и деда с его экономкой, при этом я вовсю старался не проявлять особых умственных своих способностей, кося под обычного ребенка, но с единственной проблемой, что осталась мне ещё с прошлой жизни — я был абсолютно безэмоциональный. Даже если во мне кипел ураган, этого все равно никто не знал и не мог увидеть. Но это случалось редко, обычно мне было просто на все плевать. Родители называют уродцем? Ну и пусть. Новый нянька брезгует прикасаться? Его проблемы. Забыли покормить? Пора развивать способность прямохождения.        Этот мир в точности такой же, как и мой прежний, за исключением того, что женщин здесь заменяют мужчины-омеги — способные выносить и родить полноценного ребенка, отсюда и совсем другая история и политический уклад. Первое время я даже смеялся — а не рай ли это для геев? Да только не долго.        Помимо того, что есть Альфы и Омеги, со всеми вытекающими, ещё есть разделение на доминантов и рецессивов, которые обладают характерными для своего пола внешними чертами. Если видишь гору мышц, источающую невозможное количество феромонов, — то это Альфа. Тонкое нежное создание, похожее на лунную феечку из сказки, — Омега. На этом различия не заканчивались. И лишь пойдя в детский сад, я понял, что же во мне не так.        Лучше бы я рос незнающим ребёнком, потому что то, что я родился с полным осознанием себя и воспоминаниями о прошлой жизни, сказалось на мне не то чтобы положительно. По-первой вообще было сложно признать себя маленьким кричащим существом, не понимающим что вообще происходит. Хорошо, что новорожденные дети практически постоянно спят. Со взрослением пришло понимание языка и мировых порядков, а также принятие собственной новой жизни и сущности. Из друзей у меня были только книги и дед, и с возрастом это не сильно изменилось. Мне было намного комфортнее одному, нежели в компании, что очень удручало старика. Единственным моим другом в детстве был маленький светленький мальчик, мы с ним ходили в один детский сад и даже жили под одной крышей некоторое время, пока его не забрали родственники. Деду было в радость заботиться о нас двоих. Как он позже говорил, это было уникальное время на его памяти, когда я улыбался. Потом, чуть позже, появился ещё один, но я его уже воспринимал, как старшего брата.        Мне также поставили диагноз: рецессивен. То есть, будучи Омегой (анализы ни разу не показали другого результата), внешне я был похож на Альфу. Слабого и нежного, но всё же Альфу. Об этом просто кричали черные волосы и широкие плечи, а ещё, в период гормонального развития и всплесков феромонов в подростковом возрасте, характеризующихся также появлением специфических для каждого индивидуальных запахов, я всем казался абсолютно инертным. Рецессивность грозила для омеги почти полным отсутствием сексуального влечения и, как следствие, проблемами с зачатием. Может поэтому я так и не смог больше ни с кем сдружиться, ведь в любом социуме не любят не таких, как все.        Каждый из увиденных мною Омег был красивым ярким цветочком со светлыми тонкими волосами. Причем цвет их мог быть и розовым, и голубым, и даже жёлтым или рыжим. Все брюнеты и шатены, встреченные мной, являлись исключительно Альфами. То же самое с ароматами. Сладкие, значит Омега. Терпкие и свежие — Альфа. И чем ярче выражен аромат, тем доминантнее ген. При помощи этих запахов и привлекательной внешности люди зачастую находили себе пару, совсем как некоторые животные.       Привилегированной задачей для любого Омеги было создать семью и нарожать детей. Их берегли и пылинки с них сдували, но только тех, кому посчастливилось таки выйти замуж, потому что ситуация в мире была не совсем стабильная. На двух, а то и трех Омег, приходился лишь один Альфа. Это немного и удручало, и успокаивало. Все боссы мира, богатеи и бизнесмены, главы государств и другие политические деятели были Альфами. Горы мышц и вулканы тестостерона у власти. Они выбирали себе в супруги лишь тех, кого считали достойными. Ведь у них был этот самый выбор. Чтобы захомутать себе мужика и прожить жизнь безбедно, все Омеги стремились к одному и тому же — быть красивыми куклами, удобными в быту и постели. Они для этого проходили специальные курсы, занимались собой и своим телом, пытались любыми способами привлечь к себе внимание. И я их понимаю, ведь это куда проще, чем развиваться самому, постигать науки, формировать собственное мировоззрение.       На протяжении двадцати пяти лет, с самого своего второго рождения, я учился всему, чему мог, работал над собой и своим окружением, занимался бизнесом деда, не забывая о собственной самостоятельности, выгрызая свободу выбора и действ ий. А все для чего?