Часть 1
23 марта 2025 г., 22:11
Кабру приближает свое лицо к его. Под пальцами, сжимающими подбородок, ощущение легкой щетины. Его нос касается щеки Лайоса, вдыхая его головокружительный запах. Он целует легко, затем целует еще. Отстраняется. Лайос смотрит на него с широко открытыми глазами.
Ладно, теперь он нервничает.
— Все... в порядке?
— Да.
На лице Лайоса ни единой подсказки.
— ...точно?
— Ага.
Кабру откидывается на руки и смотрит в потолок. Витиеватые узоры начинаются в углах и соединяются по периметру в изящную золотую рамку. Будто они, здесь и сейчас — снимок с высоты. Как же это неважно.
— Хорошо, — Кабру поднимается с кровати, пошатнувшись. Вино играет в его крови, но недостаточно. Хочется выпить еще, хотя пару секунд назад хотелось только целоваться.
Лайос ловит его за руку и смотрит снизу вверх. Такими щенячьими глазами, что Кабру сглатывает.
— Куда ты?
...С таким чистым непонимаем в голосе.
— Я, э-э, к себе?
— Зачем?
Правда, зачем? Лезть к нему было ошибкой. И все же, Лайос ведет себя так, будто все еще хочет его видеть. Непостижимый человек.
— Ты... — Кабру вздыхает. Если он не будет смотреть на Лайоса, будет проще. Он все равно чувствует, как горят его уши поверх опьянения. — Тебе не понравилось...
— Что? Мне все, — Лайос сводит брови, — все понравилось. Что-то не так?
Кабру прикрывает глаза. Боже.
— ...ты не ответил.
— На что?
— На поцелуй, идиот!
Какого демона он один тут смущен? Это просто нечестно! Кабру падает обратно на кровать, ссыпаясь лицом в ладони.
— Ты злишься?
— Нет.
— Ты расстроен?
— ...
Чужая рука смачно приземляется на его ляжку и беспардонно ее сжимает. Лайос лезет в личное пространство Кабру своим носом, взглядом и улыбкой, будто его и не существует.
— Ничего страшного, все будет хорошо!
Кабру вздрагивает. Ему было известно, что по какой-то непостижимой причине Лайос стал брать у сестры "уроки общения". Ощущалось все еще дико. Будто лось вдруг попытался заговорить с тобой вместо того чтобы вести себя, ну, как лось.
— Тебе стало лучше?
На всякий случай Кабру говорит "да". Чтобы его, не дай бог, не пытались утешить ещё больше.