Там, где время остановилось

Последние полгода выдались для Драко слишком насыщенными. Прогулки, обеды, беседы, мероприятия, званые ужины. Он сбился со счета, скольких ведьм он кружил в танце, скольким отодвинул стул, открыл дверь и скольких целовал. Драко не запоминал их имена. В какой-то момент он даже перестал вникать, с кем говорит и о чём. Драко просто следовал сценарию. Поприветствовать. Представиться. Провести время. Поцеловать. Попрощаться. Последнее было опционально и могло трансфигурироваться во что-то иное, если хоть одна была бы той самой. Та самая. Пф, это словосочетание уже набило у него оскомину. Стоило только часам дать обратный отсчёт, как Нарцисса прострелила этой фразой ему мозг навылет. Драко уверен, что фантомный след ошметков его мозгов до сих пор красуется на стене в столовой Мэнора. Драко не нужна мифическая «та самая». Его в принципе раздражала сама концепция, что ты не можешь сделать выбор сам. Что где-то живет та самая, которая станет твоей судьбой, любовью всей жизни, лекарством. Да вот только никто почему-то не понимает, насколько вся эта ситуация безжалостна. Однажды ты просто узнаешь, что вот с этим человеком тебе придется быть до конца своих дней, потому что иначе ты умрешь. Все. Никаких вариантов. А, ну и еще сначала тебе надо постараться найти этого человека. Потому что не будет никаких подсказок, надписей на запястье, снов, тянущей боли в груди или связующей нити. Ни-че-го. Хотя почему-то все вокруг утверждают, что ты сразу почувствуешь, когда встретишь своего человека. Но почему же он так и не понял до сих пор? Таймер Драко включился, когда ему было 11 лет. Он стоял в Большом зале и ждал распределения, когда почувствовал это — отчетливый звук тикающих часов. Говорят, что этот звук можно услышать всего дважды: в начале и в конце. Его же концом должны были стать 30 лет — столько времени ему отвела магия, чтобы найти свою суженую. Тогда Драко решил, что времени еще полно, что даже если он не будет стараться, то все решится как-то само собой. Вон у Забини было время только до 19 лет. И что теперь? Драко 29, и Нарцисса уже бьет тревогу, созывая будто всю Магическую Британию, устраивая приемы почти ежедневно. Если так подумать, за всю жизнь Драко не воспылал чувствами ни к одной женщине. Он мог считать их привлекательными, но не испытывал к ним ничего, кроме разве что сексуального желания. Но вот только его не прельщала такая перспектива — он пробовал несколько раз, но это ощущалось так бессмысленно, будто лить воду в дырявый котел. У него осталось 300 дней и 0 вариантов. Он думал. Много думал. Если таймер включился в 11 лет, то это значит, что уже тогда он встретился с этой девчонкой. Она была в Большом зале. Это могла быть любая из присутствующих. И каждой несвязанной и живой (что немаловажно) Нарцисса разослала приглашения. Драко старался не думать о том, что она могла погибнуть за это время — вот он, недостаток такой большой отсрочки. Ты не торопишься, а жизнь просто идет. И если этой девушки уже нет, то и для Драко вариантов не осталось. Время на его руке безжалостно — ему плевать, жива твоя избранница или нет. В твоих же интересах найти ее, как можно раньше. Последняя гостья покинула сегодняшний вечер, а завтра все начнется по новой. Это истощало, изматывало, потому что он надеялся, что, может, это будет она. А смотря на другую, молился, хоть бы не она. Закрывая глаза в своей постели, Драко думал: «Я больше не выдерживаю. Пусть завтра все это закончится». Засыпая, он уже не слышал, как мягко посмеивался весенний ветер.

***

Как только рассветные лучи коснулись горизонта, Драко разбудил хлопок появившегося эльфа: — Мистер Драко, миссис Нарцисса просит Вас собраться и спуститься в беседку у озера. — И исчез, не дождавшись ответа. Ступая по тропинке, Драко гадал, зачем мама разбудила его так рано, пока не столкнулся с ней на полпути: — Драко, дорогой, тебя ожидает гостья, — как-то очень жизнерадостно произнесла Нарцисса. — Только не это, мама. Ни свет, ни заря. — Я тебя прошу, будь вежливым. Через час девушка покинет страну. — И, похлопав по плечу сына, Нарцисса скрылась среди цветущих деревьев. Драко уже подготовил свою стандартную улыбку, как увиденное заставило его обомлеть: в беседке сидела Грейнджер, помешивающая чай, и ведомые ветром лепестки вишни путались в ее кудрях. Он не знал, зачем она сюда пришла, но реакция матери намекала на причину, отпечатанную на его запястье. Так странно — они не виделись со времен окончания Хогвартса, но он узнал ее сразу же, хоть лицо скрывалось за волосами. — Грейнджер, — поприветствовал он, присаживаясь напротив. — Привет, Малфой, — без тени прежних гневливых ноток ответила она. Эта Грейнджер была ему не знакома: она стала старше, черты лица острее, а голос мягче. И лишь глаза все также цепляли душу, будто хотели ее вырвать. Он смотрел и не хотел отводить взгляд. — Признаюсь, твое присутствие здесь для меня неожиданно... — Я здесь из-за Пэнси, — так привычно оборвала она, но сейчас это не раздражало. — Вчера мы паковали вещи, и она нашла приглашение от Нарциссы. Сказала, что если я его проигнорирую, то она скинет меня в Фудзияму. — Ты переезжаешь в Японию? — Драко не знал, чему удивляться больше: что Грейнджер так близка с Пэнси, что она переезжает в Японию, что она сидит в его саду или что она получила приглашение от матери. Конечно, она тоже была тогда в зале, но Драко никогда не сомневался, что Грейнджер уже давно закрепила связь с Уизли. А сейчас он видел перед собой девушку, о которой не вспоминал годами. Удивительно, столько лет бушующих чувств: ненависти, неприязни, раздражения — все куда-то ушло, обточившись о волны времени. Остались лишь отголоски воспоминаний. Ее лицо не косила презрительная усмешка, а глаза не горели гневом. Может, и ей годы даровали душевный покой. Он не знал. Но сидя в этой беседке, Драко казалось, что так ощущается мир. «Так вот за что ты боролась, Грейнджер?» — Да, портал сработает через час. Гермиона разглядывала его. Может, искала какие-то отголоски прошлого, может, опасалась какой-то реакции — этот взгляд Драко не мог прочитать, он просто смотрел, как солнечный луч рисует блики на щеках, а ветер треплет отдельные завитки ее волос. Драко поймал себя на мысли, что женщина перед ним обладает теплой красотой. Пожалуй, он мог бы так ее описать. Будто кусочек ранней осени спрятался в весеннем дне. Гермиона молчала, и Драко чувствовал ее неловкость вместе с отведенным взором. — Почему ты уезжаешь? Ему правда стало интересно. Возможно, на мгновение его голоса коснулась грусть. — Мм... Я бы хотела провести оставшееся мне время рядом с родителями. — И положила свою левую руку запястьем вверх на стол. Там, на нежной коже, полупрозрачными чернилами утекало ее время. 300 дней. Драко расстегнул манжету рубашки и положил свое предплечье рядом — их секунды шли в обратном направлении, повторяя путь друг друга. Он впервые видел такое, и сердце забилось быстрее. А может... А вдруг... Текли мгновения, а они просто смотрели на запястья друг друга, видя там свое собственное, а когда их глаза вновь столкнулись, Драко спросил: — Можно? — Попробуй. Драко облокотился одной ладонью о стол, а другой ощутил тепло обласканной солнцем щеки, и легким поцелуем коснулся уголка ее рта. И время остановилось.