Грешная ночь, честное утро

Ночной клуб гремел басами, разноцветные огни хаотично метались по залу, отражаясь в бокалах, потных телах и полураздетых танцующих фигурах. Воздух был густым – смесь алкоголя, дешёвых духов, сигаретного дыма и чего-то более запрещённого. Хонджун был пьян в хлам, даже слишком, но ему было хорошо. Лёгкость, беспечность, тёплая пелена опьянения, в которой всё кажется простым. Он стоял у танцпола, когда взгляд зацепился за стройную фигуру у барной стойки. Узкое чёрное платье подчёркивало изгибы, длинные ноги на высоких каблуках, запястье с тонким браслетом обхватывает бокал с каким-то ярким коктейлем. Неожиданно захотелось приблизиться. Почувствовать тепло. Пьяный мозг решил, что это отличная идея. Он подошёл неслышно, скользнул руками по талии, почувствовав гладкую ткань под пальцами, и наклонился ближе, к самому уху. — Что за красавица тут одна? — голос чуть хриплый, ленивый, пропитанный алкоголем. Фигура даже не дёрнулась, только плавно повернула голову, и губы тронула лёгкая улыбка. — Да, — короткий ответ, спокойный, будто так и должно быть. Хонджун усмехнулся, пальцы чуть сильнее сжали талию. — Я могу раскрасить твой скучный, одинокий вечер… — Попробуй. Простота этого ответа его немного даже удивила, но он не стал задумываться. — Поедем ко мне? — Лучше ко мне. Бархатный голос. Почти гипнотический. Хонджун опьянён не только алкоголем, но и этим. — Как пожелаешь, принцесса, — прошептал он, прежде чем рука скользнула ниже, а горячее дыхание снова обожгло ухо.

* * *

В такси воздух был горячий, пахло смесью алкоголя, духов и чего-то терпкого — может быть, остатков ночного клуба, может быть, нетерпения. Хонджун сел рядом, развалился, голова чуть откинута назад, но стоило машине тронуться, как его взгляд снова наткнулся на "элегантную незнакомку". Линии дороги расплываются в глазах Хонджуна, но одно остаётся неизменным — желание целовать эту "красивую незнакомку", что сидит рядом. Она кажется спокойной, чуть насмешливой, но не отстраняется, когда Хонджун наклоняется ближе. — Ты всегда так настойчив? — тихий голос с ноткой развлечения. — Когда вижу такую красоту – да, — пьяный смех, пальцы зарываются в чужие волосы. Вкус алкоголя на губах, поцелуй смазан и неточен, но она не протестует, позволяя Хонджуну настойчиво изучать ее губы. Только когда такси притормаживает у нужного здания, она легко отстраняется, кидая: — Мы на месте. Дом оказывается дорогим, утопающим в холодных огнях. Высотка с панорамными окнами, охраной на входе и вестибюлем, похожим на отель. Лифт поднимается почти беззвучно, а за дверью квартиры раскрывается просторное, светлое пространство. Белые стены, серый диван, деревянные панели на полу, стеклянный стол и роскошные полупрозрачные шторы, за которыми ночной город раскинулся во всей своей красоте. — Присядь пока здесь, я в душ, — спокойно предлагает Сонхва, указывая на кровать в спальне. Хонджун послушно падает на мягкое покрывало, мир медленно начинает вращаться. Ему чертовски тепло и хорошо, а глаза слипаются, едва голова касается подушки. Алкоголь снова подводит, выключая его быстрее, чем он успевает осознать происходящее. Сонхва задержался в ванной ненадолго, а когда вышел, полотенце небрежно висело на его бёдрах, с влажных волос капала вода. Он ожидал увидеть возбужденного незнакомца-красавчика, ждущего его в полуприлежной позе, может быть, с нетерпеливым взглядом. Но вместо этого увидел: — Пиздец… — выдохнул он, разглядывая картину перед собой. Бессовестно красивый незнакомец, практически полностью раздетый, лежал на кровати поперёк, одной рукой свесившись с матраса. Его лицо уткнулось в подушку, и он уже откровенно пускал на неё слюни. Сонхва поджимает губы, сдерживая смех. Ну и что с этим делать? Разбудить и выставить? Слишком жестоко. Разбудить и получить свой желанный секс? Ну, с таким сонным состоянием это точно не вариант. Он вздыхает, тушит свет и, повинуясь внезапному желанию, просто ложится рядом. Алкогольный запах от незнакомца ощущается даже на расстоянии, но в этом есть что-то смешное и даже… милое. Сонхва невольно улыбается, прежде чем закрыть глаза. Чёрт с ним. Хоть ночь проведёт не один.

* * *

Хонджун медленно открыл глаза, и мир вокруг него показался чуждым и неясным. Первое, что он заметил — белизна простыней и неумолкающий полумрак незнакомой спальни, второе — он чувствовал себя абсолютно голым, а третье — рядом кто-то тихо и спокойно лежал. — Блять... Где я? — проревел он, пытаясь разобраться в суматохе ощущений. "Кто-то" повернул голову к нему, и в его ясных глазах блеснула мягкая, почти насмешливая улыбка. — Проснулся? — нежно спросил он, словно подталкивая Хонджуна к пробуждению не только тела, но и памяти ночи. Хонджун, всё ещё пытаясь собрать обрывки мыслей, закашлялся и с трудом произнёс: — А, да... Где я? Кто ты? Разве я вчера не с какой-то девушкой был? Сонхва тихо рассмеялся, слегка поправляя положение тела. — Верно… Эхх, девушка. Ты принял меня за девушку, но я парень… Эти слова повисли в воздухе, заставляя Хонджуна прищуриться от недоумения — Парень? Что за парни ходят на каблуках…? — произнёс он, оглядываясь на каждую деталь своего обнажённого тела, словно ища объяснения странности увиденного. С легкой насмешкой в голосе Сонхва ответил — Я и хожу. На мгновение между ними воцарилась тихая пауза, наполненная смесью смущения, искреннего удивления и тонкой чувственности. Хонджун, словно пытаясь обосновать свои ощущения, медленно провёл взглядом по своему телу, как будто пытаясь вспомнить, кто он такой в этой странной реальности. — Ладно, они тебе подходят, — продолжил он с легким дрожащим смехом, — Во всяком случае, я рад, что... Ты парень..А и случаем...между нами что-то... — Не было. Ты уснул. – Сонхва мягко прервал его Алкоголь, предательски незаметный спутник ночи, вновь показал своё влияние. Хонджун опустил взгляд, словно смущённый своим опьянённым забвением, и тихо добавил: — Ах, прости... Алкоголь – враг мой. — Да ладно, есть будешь? Я приготовлю. Немного смущённый, но уже чувствуя, как в теле пробуждается голод и странное чувство спокойствия, Хонджун тихо согласился. — Было бы неплохо... Ах, и да, я – Хонджун. Сонхва легким движением кивнул и, с небрежной решимостью, произнёс: — Сонхва. Как только дверь спальни тихо заскрипела, оставляя Хонджуна наедине с воспоминаниями ночи, в его голове всё ещё витала неразрешённая головоломка. Тонкий аромат духов, смешанный с остатками ночного алкоголя, обволакивал комнату, создавая атмосферу некой интимной загадки.

* * *

Сонхва уже сидел за столом, элегантно потягивая кофе, а перед Хонджуном стояла тарелка с чем-то горячим и ароматным. Он взял вилку, но едва успел сделать первый укус, как услышал насмешливый голос: — Слушай, ты такой милый, когда пускаешь слюни. Но вот было бы лучше, если бы не на мои люксовые наволочки из Италии… Хонджун застыл, ошарашенно моргая. — Ч-что? — Ну, ты так сладко спал, обняв подушку, и пускал слюни, будто увидел во сне самую вкусную сладость в мире, — Сонхва усмехнулся, подперев подбородок рукой. — Ты такой бесстыдник… — пробормотал Хонджун, краснея и откусывая кусок еды, чтобы скрыть смущение. Но Сонхва явно не собирался останавливаться. — А ты хорош, конечно. Надо же было прямо в такси начать меня лапать и так грязно засасывать, — невинным тоном продолжил он, делая вид, что восхищается Хонджуном. — Сонхва! — возмущённо выдохнул тот, чуть не подавившись. — Что? — парень улыбнулся шире. — Я просто освежаю твою память. Хонджун нахмурился, уткнувшись в тарелку, но Сонхва явно наслаждался его реакцией. — Милаш, а вчера обещал быть зверем… Я-то уже думал, что ты отодрёшь мою задницу, — с нарочитой печалью вздохнул он, делая вид, что разочарован. Хонджун резко поднял голову, глаза чуть расширились. — Так сильно хочешь этого? Сонхва выдержал паузу, затем медленно поднял чашку с кофе к губам, сделав глоток. — Может быть, — промурлыкал он, небрежно пожав плечами. Хонджун почувствовал, как его шею и уши обжигает жар, но вместо возмущения в глазах мелькнул вызов. — Так значит, я тебе вчера понравился, раз ты всё ещё на что-то надеешься? Сонхва улыбнулся, облизнув губы. — Ну, ты был пьян… но да, мне понравилось. Хонджун ухмыльнулся, придвигаясь ближе. — Тогда, может, стоит дать мне шанс проявить себя по-трезвому? Сонхва прищурился, оценивающе посмотрел на него и, чуть наклонив голову, произнёс: — Посмотрим… всё может быть.