Stardust

"Женщины не могут летать в космос, женщинам не место в мужской профессии, женщина должна…" — и прочая херь. Джина стрижёт коричневые мягкие волосы строго по шею, хмурит густые чёрные брови почти двадцать четыре часа в сутки так, что морщинки на лбу уже никуда не исчезают, и носит только удобную одежду. Юбки, каблуки и косметику она видала в гробу ещё в подростковом возрасте, когда поняла, что всё это просто не для неё. Зато стереотипов наслушалась вдоволь. Поэтому она никогда никому не говорила о своей мечте побывать в космосе, о том, что она уже несколько лет занимается тяжёлой атлетикой, потому под свободной одеждой скрывается жилистое, сильное тело. Проще держать всё в себе и закрываться, чем выслушивать очередные вопли про "женское предназначение". Почему-то для мужиков такового не существует. — А знаешь, нахер их всех. Когда Кёрли сказал эти слова, Джина на мгновение застыла и перестала хмуриться, глядя в голубые глаза напротив. Грант всегда был тем, к кому можно прийти с любой проблемой или поплакаться в плечо. Джинни никогда не делала ни того, ни другого, предпочитая решать все проблемы самостоятельно, но Кёрли даже в таком случае умудрялся помочь и поддержать.  Женщина, конечно, доверяла своему лучшему другу. Он знал про неё всё. Знал, что она одевается в тёмные тона, ненавидит длинные волосы, ходит в зал вместе с ним. И когда он предложил послать нахер всех ничего не понимающих мужиков, Джина только кивнула с ухмылкой. — Только меня не посылай, — отшучивается Грант. Они сидят в кабине пилотов, и Джина смотрит на капитана в упор, вместо того, чтобы следить за управлением. — Подумаю над этим, кэп. Джина дала себе обещание, что будет минимально пересекаться с мужчинами, потому что они, очевидно, привыкли к коротким юбкам вместо широких джинсов и не могли нормально общаться, не отпустив сальной шутки или не сказав грубость о внешности женщины, если она им не нравилась. С Кёрли же невозможно было не шутить, не смеяться, не закатывать глаза и не улыбаться. Профеминист, терпеливый, понимающий и всегда готовый прийти на помощь - ну чем не идеал мужчины? Джина мотает головой и заплетает волосы в низкий хвост, снимая с руки резинку. — Ты красотка, Джина, — Грант ободряюще улыбается и приобнимает помощницу за плечи как сестру. — Да у тебя сиськи больше моих, — женщина качает головой, усмехается и в шутку слабо бьёт блондина в солнечное сплетение. — Эй, не правда, — капитан по-детски дует щёки, будто обижается. Джина сдаётся и обнимает его за талию одной рукой. Они стоят в комнате для отдыха и вглядываются в ночной экран с тысячами цифровых звёзд и планет. Помощница скользит взглядом по мужчине рядом. Кёрли смотрит куда-то вперёд, в его ярких глазах заметна целеустремлённость и решительность, широкие плечи расправлены, а на губах играет гордая улыбка - ну прямо бравый капитан. Идеален со всех сторон, как ни посмотри. И это очередное напоминание о том, по какой причине она вообще находится здесь, рядом с ним. Дело тут не совсем в мужчинах. Грант ведь тоже мужчина. Ты просто завистливая сука, Джинни.  Жаль, Кёрли так не считает. Капитана всегда можно было читать, как открытую книгу, предугадывать его действия и слова. С ним с детства было до невозможного просто. И сейчас ничего не изменилось.  Кёрли - Вселенная, переполненная миллиардами небесных тел. Джина - непонятно каким боком затесавшаяся там невзрачная звезда, которую Вселенная всегда зачем-то берегла как зеницу ока. — Ладно, капитан, пора работать, — Джина отстраняется, складывая руки на груди. — Вообще-то, сейчас все спят, — Кёрли трёт шею, улыбаясь. — Если хочешь, можешь пойти отдохнуть. — Нет уж, — хмыкнула женщина, сдувая со лба чёлку. — Если я хочу здесь остаться, то надо вложиться, что ли. Это тебе легко, выше уже прыгнуть некуда, можешь расслабиться, — неизвестно откуда взявшаяся желчь вылилась из её рта, хотя Джине почти не жаль. Кёрли вздыхает, кладёт ладонь на плечо подруги и сжимает. — Ты же знаешь, я никогда не оставлю тебя, Джина. Мы всю жизнь вместе. Только ты и я, помнишь? — Помню, Кёрлис, — Джина накрывает её ладонь своей смуглой узкой рукой и сжимает, случайно переплетая их пальцы. Но Кёрли, конечно, не против. Он, конечно, всё понимает. Иногда хочется ему вмазать, иногда хочется наорать на него, иногда хочется смеяться с ним.  Но больше всего хочется, чтобы Вселенная продолжала хранить тусклую звезду, как самое ценное сокровище.