Безоружный

В зале душно и безумного много народу. Спортсмены, зрители и фотографы перемещаются по всему залу, лавируя между друг другом. Лучи предвечернего солнца падают из окон, расположенных под потолком, и освещают помещение, окрашивая всё вокруг в мягкий оранжевый цвет. Пусть солнце шпарит не так сильно, как днём, стоять под его лучами всё ещё безумно жарко. Минхо не хочет подносить свои руки к лицу, боясь потерять сознание от удушающего запаха, который оставляют перчатки после боя. Парень уже перемотал кумпур на руках, ему осталось только подняться и надеть перчатки, которые висят на плече его тренера Пака. Ли искренне не понимает,как мужчина может так спокойно себя чувствовать, когда у него под носом что-то настолько сильно воняющее сгнившей тряпкой. Прямо сейчас мистер Пак ушёл уточнять какие-то детали, касающиеся другого участника их боксёрского клуба, который получил несерьёзное сотрясение в прошлом бою. Минхо подпрыгивает несколько раз, разминаясь, и встряхивает головой, от чего пот с его отросших волос брызгами разлетается вокруг. Джисон, который всё это время стоял рядом, недовольно морщится и делает шаг в сторону. – Фу, хён, ты что, мокрая псина? – Хан трёт свои щёки руками, пытаясь стереть с них чужой пот. Минхо усмехается и снова трясёт волосами, поднесся их как можно ближе к младшему. Тот снова визжит и отскакивает ещё дальше, прикрывая лицо руками. – Отвратительно, фу, не буду больше с тобой стоять, – Джисон показательно вытирает лицо рукавами безразмерной толстовки, разворачивается и скрывается в толпе спортсменов и зрителей. Минхо невинно хлопает глазами, улыбаясь, и остаётся стоять на месте, ожидая тренера. Совсем скоро ему нужно будет подняться на ринг в свой чёрный угол. Ли Минхо – ученик второго курса Сеульского университета технологий и член университетской команды по боксу. Как он там оказался? Если вы спросите его, то ответ будет коротким: так жизнь сложилась. На деле всё не так просто и легко. Для самого Ли точно. Бокс никогда не был его стремлением и заветной мечтой, скорее это было что-то, чем можно заняться после нудных школьных уроков, а сейчас - после ещё более нудных пар. А ещё бокс – то занятие, которым его отец гордился. Отец Минхо был хорошим человеком, честно, он никогда не бил парня, не повышал голос на мать и в целом вёл образцовую семейную жизнь. Просто у него был пунктик неисполненной мечты: попасть в сборную по боксу. Вот для Ли-старшего бокс был всей жизнью. Он не пропускал ни одного матча по телевизору и при любой возможности старался оказаться непосредственно около ринга, поддерживая спортсменов. Мужчина бы хотел сам оказаться на ринге, однако его запущенная астма не позволяла ему этого. Поэтому он решил, что его здоровый сын идеально подойдёт на роль спортсмена. Минхо может и нравилось убивать время в спортзале, но связывать с боксом жизнь он не хотел. И они с отцом пришли к компромиссу: Минхо поступает в вуз на программирование, интересовавшее его больше, чем избиение людей, но вступает в университетскую команду. Пусть Ли старший и был разочарован потерей "такого перспективного бойца", но при этом невероятно горд, что его сын стал примером "умного спортсмена". Минхо было всё равно. С поступлением его жизнь почти не изменилась. Он также живёт с родителями и ходит на учёбу, а после идёт на тренировки, устраивает спарринги с грушей или с тренером - единственным, кто входит в весовую категорию Минхо. Теперь учёба сложнее и дальше от дома, и он стал реже видеться со своим лучшим и по совместительству другом детства Джисоном, семья которого живёт в квартире справа от семейства Ли. Правда это не мешает младшему всё также оставаться неотрывной частью жизни Минхо. Парень младше Ли на два года и уже строит планы, как поступит в тот же университет, что и Минхо, как будет тусоваться в зале, пока Минхо будет тренироваться, и как найдёт себе горячую девушку. Или парня. Хан ещё не определился. Минхо не против такого энтузиазма, он действительно любит своего друга, и если он сможет быть с ним рядом, Ли будет счастлив. Вот и сейчас Джисон пробивает себе самое выгодное место поближе к рингу, чтобы поддержать старшего. На сегодня для Минхо этот бой будет последним, если он выиграет, сможет поучаствовать в боях и завтра. Завтра последний день соревнований между клубами при университетах и колледжах. Команда Минхо тусуется в этом районе Сеула уже несколько дней, соревнуясь за, как считает Минхо, воздух - медали и бумажки, которые кроме громких слов за собой ничего не несут. Для него точно. Джисон же пользуется случаем и делает вид, что законно прогуливает школу. Тренер Пак позволил ему поехать с командой и остаться с ними в гостинице и даже вручил ему бумажку с членством клуба. Сейчас Минхо ожидает спарринг с бойцом спортивного клуба, который привязан к Корейскому национальному университету спорта, но не является его основной частью. Как считает Минхо, это не спортивный клуб, а клуб тех, кто не смог, но всё ещё пытается. Если выделишься на подобного рода соревнованиях, будучи частью конкретно этого клуба, тебе может повезти и, может быть, возьмут в запас команды самого университета. Но неудачники остаются неудачниками, а Минхо не любит тратить на них своё время. Именно поэтому он уверен в своей победе. Из толпы выныривает мистер Пак вместе с младшим тренером Чхве и отправляет Минхо в компании последнего на ринг, передав Ли боксёрские перчатки. Минхо поднимается, садясь в своём углу. Секундант в лице младшего тренера помогает ему натянуть и укрепить перчатки, а после разобраться с капой. Чхве проверяет надёжно ли укреплены тейпы и завязаны ли шнурки на ботинках. Когда он убеждается, что спортсмен готов, то хлопает его по плечам в поддерживающем жесте и слезает вниз – к тренеру Паку. Минхо решает ещё немного размяться. Он разогревает лодыжки, когда тренер зовёт его, чтобы тот наклонился ближе. – Минхо, будь осторожнее, говорят, что этот пацан - опасный противник, – тренер шепчет и нервно сжимает канат. Их команда впервые за долгое время продержалась так долго. И всё благодаря Минхо. Он последний "выживший" из команды, ещё одна надежда – тяжеловес из старшей группы – выбыл, получив сотрясение мозга в придачу. – Тренер Пак, не волнуйтесь. Я знаю, что делаю, – максимально чётко, насколько это возможно с капой в зубах, говорит Минхо и улыбается самой обворожительной улыбкой, на которую способен сейчас. Он поворачивается к рингу с таким же спокойным выражением лица. Обычно его тренер любит преувеличивать. В этот момент в противоположный угол забирается его противник. Минхо сразу же оценивает его. Если ему не изменяет память, перед ним стоит Ким Сынмин, Ли видел пару его боёв в предыдущие дни. Парень довольно высокий и с конечностями длинными и нескладными, как у школьника, хотя очень хорошо сложенного. Однако все его движения наполнены силой, балансом и точностью. Многие тут считали его гением и опасались, Минхо считал это глупостью. Каким бы точным этот парень не был, против Ли ему сражаться будет тяжело. Сынмин попал в одну весовую категорию с Минхо за счёт своего роста. А это не всегда преимущество. Минхо сильнее, спортивнее и, как он сам подозревает, опытнее. Но как же Минхо ошибался. Ким быстро приготовился к бою и вот уже они с Минхо стоят в центре ринга обмениваясь рукопожатиями. Глаза Сынмина стеклянные и на секунду Ли становится страшно. И не зря. Первая трёхминутка показалась ему настоящим адом. Он едва успевал блокировать удары. Парень перед ним перестал выглядеть дохляком и превратился в самого настоящего монстра. Ли едва ли смог задеть его хотя бы пару раз. Чёрт бы побрал организаторов, которые решили приблизить всё к профессиональному боксу, из-за чего Минхо теперь ещё больше беспокоится о своей голове, которую не защищает специальный шлем. Какая-то майка чёрного цвета, соответствующая его углу, не спасёт его от машины-убийцы, продолжающей наносить удары. На минутном перерыве Минхо никак не мог заставить себя начать снова дышать. Он вылавливает взглядом напуганного Джисона, который сжимает свои крохотные кулаки, пытаясь издалека поддержать хёна. В глазах Хана напускная уверенность, которой он пытается скрыть нарастающее беспокойство. Тренер продолжает что-то говорить, но Минхо его не слышит. Парень словно заперт в огромном стеклянном шаре наедине с удавом, пока сам он — мышь, брошенная на обед. Минхо легко представляет, как его противник, подобно удаву, окольцовывает его тело, сжимая и лишая кислорода, а после отрывает голову Минхо, вместе с ней проглатывая всю его гордость, не жуя. Ему нужно продержаться ещё пять раундов, хотя бы пять, чтобы не уйти полностью опозоренным своей самоуверенностью. С этими мыслями Минхо совершает ещё одну ошибку. Он поднимает взгляд на Сынмина. То, как Сынмин выплёвывает капу в руки своего полноватого ассистента не должно было выглядеть настолько горячо, как выглядело по мнению Минхо. Но в его глазах этот Сынмин с влажным от пота лицом, с блестящими от слюны губами и взглядом настолько пронзительным, что, кажется, способен проткнуть Ли насквозь, словно клыки змеи, выглядел именно так. Старший не мог отделаться от мысли о том, что его соперник был сексуальным. Ли пытается отвлечься и начать думать о бое и о том, как не позволить Сынмину его избить. Ким не похож на большинство парней, с которыми Минхо дрался за последние дни. Все они старались бить как можно больше, чаще всего не задумываясь, как и зачем, ведь перед ними стояла задача: попасть своей перчаткой по противнику как можно больше раз и, желательно, нокаутировать. Именно поэтому Минхо всегда удавалось обойти их, ведь их удары и они сами, зачастую, были предсказуемыми. Но не Ким Сынмин. Он действовал чётко и быстро, каждый его удар попадал в цель, заблокировать его было практически невозможно. Мозг парня работал на сто процентов, одновременно с телом и ударами. Он придерживался своей собственной стратегии, создавая её на ходу и всегда успешно. Минхо понимал, что, скорее всего, этот бой он проиграет. И это не расстраивало его, внутри его тела начал кипеть азарт, желание узнать больше о технике Сынмина, чтобы после, в следующей битве, использовать все эти знания на полную и выйти победителем. Но ещё больше ему хочется узнать о том, как долговязый парень, так отчаянно сейчас пьющий воду в другом углу ринга, сможет стонать и рассыпаться в руках Ли. Спортсмен закрывает глаза и словно в живую видит тело Кима, лежащего под ним, такое же потное и влажное. Он легко может представить, как Сынмин выгибается на встречу, подчиняется и умоляет-умоляет-умоляет Минхо. Ли ударяет себя ладонью по щеке несколько раз, заставляя мозг прийти в себя, сосредоточиться на бое. Не то чтобы это сильно помогло. Он натягивает насквозь мокрые внутри перчатки с помощью мистера Чхве и выдыхает через нос, сжимая капу зубами. Он должен сосредоточиться, врезать как следует парню перед собой – пусть даже бить столь красивое лицо и кажется преступлением – и выиграть. Чтобы тренер был счастлив, чтобы отец мог похвастаться друзьям, чтобы Джисон визжал и прыгал от радости, словно хомяк вокруг новой порции еды, и чтобы Минхо смог потешить своё самолюбие. Но, что ж. Этого не случается. Уже через две минуты Минхо полностью нокаутирован. Чёткий, быстрый и беспощадный удар Сынмина повалил Ли с ног и встать он смог только с помощью тренера. Лёжа на ринге парень не мог оторвать взгляда от лица своего соперника, стоящего над ним с высоко поднятой головой. Колючие волосы, прищуренные из-за пота глаза, приоткрытые пухлые губы и тяжело вздымающаяся грудь... Парень смотрит на Ли сверху вниз и явно наслаждается своей победой. На лице его мелькает самодовольная улыбка, скрывающая что-то ещё, и он облизывает губы. В этот момент Минхо понимает, что проиграл с самого начала. И дело даже не в боксе. Сынмина объявляют победителем, судья высоко поднимает его руку вверх и зал взрывается аплодисментами. Минхо всё ещё тяжело дышать, а шум и яркий свет вокруг не делают его состояние лучше. Он сползает с ринга и падает в руки тренера. Тот продолжает говорить утешающие слова, прижимая к себе потное и невероятно тяжёлое тело своего бойца, в это время младший тренер помогает Минхо снять снаряжение. Перчатки сползают с рук тяжело, их буквально приходится сдирать с рук парня, от чего он недовольно стонет, но приходит немного в себя, вставая самостоятельно на ноги. Пока они продвигаются к раздевалке из толпы выныривает взволнованный Джисон. – Ты всё равно был супер крут, – пытается поддержать его друг. Минхо на это только усмехается. Его раскатали по рингу бульдозером, задушили в змеиной чешуе, впились клыками и впрыснули яд в его тело. Самое ужасное – он даже не был против. И повторил бы всё ещё раз, лишь бы увидеть ту ухмылку и язык, пробегающий по чужим губам. Он готов снова быть избитым Ким Сынмином. Но всё чего он хочет сейчас больше всего – принять душ и переодеться в свои поношенные спортивки. Тело ощущается ужасно липким и грязным, а ещё Минхо видит, как Джисон пытается сдержаться и не скуксить оицо из-за запаха пота, которым "благоухает" Ли. Ну и конечно он хочет снять напряжение в штанах, нарастающее с каждой секундой всё больше с того момента, как его противник решил высунуть свой язык, точно змеюка. Хорошо, что боксёрские шорты такие широкие. Тренера и Джисон рвутся пойти вместе с Ли в раздевалку. Их можно понять, всё-таки его не слабо приложили и они хотят проконтролировать его состояние. Однако боксёр категорически запретил кому-либо идти с ним. Нет, дело не в гордости и стеснении, а в парне, который зашёл в раздевалку минутой ранее. Ким Сынмин не отрывал взгляда от Ли с того момента, как они оба спустились с ринга. И даже заходя в раздевалку, он ещё раз окинул чужое тело взглядом и улыбнулся. Он в последний раз посмотрел Ли в глаза, а после скрылись за дверью, облизав губы. Минхо хочет затолкать этот язык обратно в гланды. И думает, что сегодня сможет это сделать. У Минхо всегда была чуйка на хороший секс. Когда он заходит в раздевалку Сынмин всё ещё там, роется в своей спортивной сумке. Через его обнажённую шею уже перекинуто полотенце. Какие же у него огромные плечи. Широкие, шире, чем у Минхо, спина покрыта маленькими родинками, напоминающими созвездия, а на левом плече, ближе к лопатке, красуется одна выделяющаяся, больше остальных. Минхо сдерживает рваный вздох и желание подойти к парню, обвить ладони вокруг тонкой талии и коснуться губами этой злосчастной родинки. Он уверен, что талия боксёра идеально будет чувствоваться под его ладонями, так же как родинки под его губами. Но Сынмин резко отстраняется от своей сумки и уходит в душ. Тяжёлая дверь с хлопком закрывается за ним, оставляя Минхо в тишине раздевалки. Не долго думая, он тоже раздевается и достаёт своё полотенце с принтом кошачьих лапок, направляясь в душевую комнату. Когда он открывает дверь, его встречает небольшое тёмное помещение, полностью отделанное белым кафелем, на котором в углу комнаты активно растёт плесень. Пахнет сыростью. Минхо вешает полотенце на крючок, который грозит вот-вот свалиться, рядом с чужим, на котором напечатан большой золотистый ретривер, и поворачивается к самим душевым. Это три кабинки с дверьми, две из которых распахнуты, из-за того, что деревянные побелённые стены кабинок доходят почти до потолка свет в них почти не попадает, так что все моются почти что в темноте. Он на пробу пытается открыть ту, что закрыта, просто, чтобы проверить свою чуйку, однако она не поддаётся. Минхо приходится занять одну из свободных, разочаровано поджав губы. Неужели в этот раз его чуйка ошиблась? Струи прохладной воды приятно остужают кожу и освежают голову. Парень мнёт ноющие мышцы рук и груди в надежде снизить боль и расслабить тело. Прежнее возбуждение не спадает, пока Ли стоит под холодным душем, и ему приходится помочь себе рукой, это оказывается очень легко, когда в голове возникает образ Сынмина, стоящего под таким же холодным душем. Фантазия у Минхо всегда была хорошая, а благодаря редким звукам, доносящимся из-за деревянной перегородки образ в голове рисуется ещё проще. Он кончает быстро, не сдерживая стон специально, чтобы парень, с которым его разделяет тонкая перегородка, точно услышал его. Насладившись водой лишние несколько минут, Минхо открывает кабинку, отмечая, что Сынмин всё ещё не закончил. Вода продолжает литься за закрытой дверью, а полотенце с собакой всё также висит рядом с полотенцем Минхо. Спортсмен старается отвлечь свои мысли от образа, всё не желающего покидать его разум, и, взяв полотенце, выходит из душевой. Прежде чем за ним закроется дверь, Сынмин откроет свою душевую и произнесёт тихое: "дай мне минуту". Минхо терпеливо ждёт. Сейчас раздевалка пуста – все парни собрались вокруг ринга. Кто-то ждёт своей очереди, кто-то просто смотрит. Но на всякий случай Ли защёлкивает дверь раздевалки, чтобы никто не мог войти. Изначально парень тоже хотел присоединиться к зрителям, однако сейчас ему не были интересны другие бои. Его интересовал один единственный парень, скрывающийся в душевой. Ли сидел на жёсткой скамейке и слушал шум воды, доносящийся из-за закрытой двери. Парень закрыл глаза, и в его голове всплыл образ младшего: голое тело, его изгибы, капли воды на шее, спине, груди, которые хочется поймать языком... Он всё ещё сомневался в намерениях Сынмина, однако взгляд, который тот ему подарил, смотря на Минхо сверху, навесая над ним, вселил надежду и разжёг его ещё больше. Внезапно шум воды прекращается, а через секунду тяжёлая дверь ванной открывается и из неё выходит Сынмин. На нём лишь полотенце, обмотанное вокруг бёдер и эти капли воды. Ситуация слишком сильно напоминает глупый лакрон. Парень, не обращая внимания на Минхо, проходит мимо и останавливается совсем рядом, открывая свой шкафчик. Минхо не может оторвать взгляд от перекатывающихся мышц, плеч и от задницы бойца, имеющей такую красивую форму. Руки чешутся, как сильно ему хочет сжать её в своих ладонях, но внутреннее сомнение не даёт ему пошевелиться. – Долго пялиться будешь или, может, наконец сделаешь хоть что-то, – спрашивает Сынмин. Минхо поднимает глаза и встречается с чужими. Огромные и тёмные, сейчас они смотрят прямо в душу Ли. Когда он отвечает, его голос немного хрипит. – А можно? – Я бы не спрашивал, будь это не так. И Минхо срывает крышу. Он подрывается и впечатывает парня в красные шкафчики, от чего те неприятно гремят, но ни одному из них нет до этого дела. Минхо сминает чужие губы, сразу же проникая в чужой рот, языком не встретив никакого сопротивления. Ким целуется неуверенно, из-за чего по их подбородкам течёт слюна, но это никого не волнует. Минхо сплетает языки и гуляет руками по всему телу Сынмина. Полотенце давно упало на пол, и теперь валяется у их ног. Ли сжимает упругие ягодицы и ловит чужой стон губами, едва сдерживая свой собственный. Он чувствует чужое возбуждение через свои спортивные штаны, и он больше чем уверен, что Ким чувствует его также. Минхо отрывается от чужих губ и Сынмин тянется за утраченным поцелуем, но Ли уже усыпает его шею и ключицы влажными поцелуями, кусаясь и оставляя красочные следы. Сынмин, не в силах выдержать эту пытку, тянется к своему члену, однако Минхо ловит его руки и припечатывает их к шкафчикам, вновь заставляя их шуметь. – Хён, – Сынмин хнычет, его голос такой умоляющий и это сделал с ним Минхо, – Хён, пожалуйста, сделай что-нибудь. – Детка, ты не против, если хён трахнет твои прекрасные бёдра? – шепчет Минхо в чужую шею, наслаждаясь её запахом, и снова сжимает ягодицы. Сынмин в ответ протяжении стонет. – Чёрт, да, пожалуйста, хён, пожалуйста, – парень продолжает лепетать, и Минхо замечает, как его член дёргается после слов Ли. – Какой хороший мальчик, – Минхо оставляет лёгкий поцелуй на подбородке младшего и отстраняется, – А теперь повернись ко мне спиной и облокатись на ящики. Но не трогай себя. Сынмин слушается, он опирается грудью и щекой на шкафчики, расставив руки по бокам, и наблюдает за Минхо боковым зрением. Тот роется в своей сумке, пока не достаёт тюбик смазки. Он поворачивает голову к Киму и зависает на секунду. Сынмин едва стоит на дрожащих ногах, его мокрые волосы всклочены, покрасневшие пухлые губы приоткрыты, и из уголка стекает дорожка слюны. Член парня истекает предикуляром. Весь вид Сынмина кричит о том, чтобы его взяли прямо здесь и сейчас, и Минхо поверить не может, что меньше получаса назад этот парень полностью уделал его на ринге, а сейчас он выглядит таким нуждающимся и уязвимым. И сделал это с ним Минхо.  – Ты всегда с собой смазку таскаешь? – спрашивает Сынмин. – Никогда не знаешь, где встретишь невероятно красивого парня, – отвечает Минхо и встаёт позади Кима, наконец поцеловав ту самую родинку. Сынмин на комплимент ничего не говорит, лишь прячет красное лицо в сгибе локтя.  Ли выдавливает смазку на ладонь не жалея, и разогревает её немного между пальцев. После он касается ладонью внутренней стороны бедра Кима и начинает смазывать бёдра. Кожа парня нежная, Минхо не может насладиться ею, и, не сдержавшись, шлёпает по внешней стороне бедра ладонью. Звук – чистая нота, а тепло от касания тел – рай. И судя по едва сдерживаемым стонам Сынмина, ему это нравится так же сильно, как и Ли. Старший проводит по своему члену рукой, смазывая его оставшимся на ней лубрикантом, и шипит от напряжения. Он ведёт руками по груди Сынмина, оттягивает его соски, ловя тихий стон, и опускается ниже – выступающие рёбра, тонкая талия, рельефный живот, истекающий смазкой и дёргающийся от напряжения член. Минхо ведёт по стволу рукой вверх, обхватывая головку и поддевая нежную кожу, Сынмин с силой и отчаянием кусает своё предплечье, но это не помогает ему скрыть стон наслаждения. – Как думаешь, сможешь кончить только от того, как я трахаю твои бёдра? – Минхо шепчет в ухо Кима, задевая мочку искусанными губами, – Ты так трясся, когда я тебя подготавливал, и твой член такой твёрдый уже сейчас... Что думаешь? Сынмин отчаянно кивает головой, отрываясь от руки, на которой остался аккуратный след зубов. От его губ тянется слюна, он смотрит через плечо на Минхо своими огромными глазами и шепчет: – Просто сделай это уже. Минхо стонет, опускает руки на бёдра Кима, плотно сжимая их вместе и сминает мягкую кожу. На ней точно останутся синяки. – Посмотрим, насколько ты чувствительный, – шепчет он в шею Сынмина и толкается своим членом между сведёнными бёдрами. Они стонут одновременно и Минхо тянется за губами Сынмина, пока тот делает это в ответ. Поцелуй неудобный в таком положении, но безумно желанный. Их языки сразу находят друг друга, сплетаясь и становясь единым целым. Минхо начинает двигаться: размашисто и быстро, полностью отдаваясь наслаждению от Сынминовых бёдер. При каждом толчке он трётся своим членом о член и яички Кима, от чего тот буквально плавится от наслаждения. Бёдра всегда были его эрогенной зоной и то, что Минхо вытворяет с ними сейчас, заставляет его разум катапультироваться. В голове только Минхо, его член и руки, которые приносят крышесносное удовольствие. Совсем скоро толчки Минхо становятся более хаотичными, он сильнее сжимает бёдра Сынмина, впиваясь губами в шею парня. Ким уверен, что на бёдрах останутся синяки, а шея будет вся в отметинах, но он совсем не против. Особенно когда понимает, что кончает, пачкая шкафчик, не прикоснувшись к себе, лишь от того как Минхо трахает его бёдра. Старший заканчивает через пару толчков после, покрывая бёдра Сынмина своим семенем. Тяжёлое дыхание, одно на двоих в этой маленькой раздевалке. Минхо отпускает бёдра Сынмина и опирается ладонями на потёртые шкафчики, положив их по обе стороны от головы парня. Спина Кима всё ещё влажная, капельки пота смешались с водой и медленно стекают вниз по позвоночнику. Его плечи поднимаются и опускаются в такт сбившегося дыхания. Безумно красиво. – Кабэ-дон, – усмехается Минхо в волосы парня и, не сдержавшись, оставляет ещё один поцелуй на шее соперника, – Тебе понравилось, крошка? Сынмин под ним вздыхает и отталкивается от дверцы шкафчика, от чего та неприятно гремит. Минхо приходится отойти в сторону, чтобы Сынмин мог развернуться в этом узком пространстве. – Ты серьёзно пошутил про кабэ-дон сейчас, – Ким усмехается, беря в руки откинутое ранее полотенце, – Было... хорошо. Действительно хорошо. Но теперь снова придётся мыться. Последние слова он произносит недовольно. Сынмин морщится от липкого и скользкого ощущения между своими бёдрами. Чёртов Ли с его властными руками и голосом. Такому человеку сложно сопротивляться, да и не очень хочется. – Согласен, – Минхо садится на неудобную скамейку и открывает бутылку воды, – Ты хорош не только на ринге. – Приятно это слышать, – спокойно отвечает Сынмин, однако Минхо видит, как краснеют от смущения его лицо шея. – Тебе разве не говорили этого раньше? – Ли делает глоток. – Это мой первый раз, так что нет, – Минхо давится, а Сынмин пожимает плечами и, как ни в чём не бывало, идёт в сторону душа.  Старший нервно откашливается, настала его очередь краснеть. Он уже чувствует, как пылают его уши. – Ты не шутишь? – он в неверии смотрит на Сынмина, тот в ответ лишь отрицательно качает головой, – Чёрт, ты должен был сказать мне. Первый раз не должен быть... таким. Минхо неопределённо машет рукой в воздухе. Он думает о том, что между ними сегодня было и не может поверить в то, что был у Сынмина первым. Однако, это объясняло его удивлённый взгляд в первые секунды. Эти огромные глаза... – Прости, – шепчет Ли. Сынмин улыбается, его явно забавляет реакция Минхо. – А каким он должен быть, хён? – его голос наполнен озорством и скрытой за ним безысходностью, – Сомневаюсь, что твой первый раз чем-то сильно отличался. И тут он оказывается полностью прав. Его первый раз Минхо подарили друзья на 19летие, заказав девушку. Однако, несмотря на все старания профессионалки, у них толком ничего не получилось. Вернее, ей удалось заставить Минхо кончить, однако удовольствия ни одна из сторон не получила. Так, на своё совершеннолетие Минхо убедился в том, что он гей.  Но даже несмотря на это, на осознание того, что редко первый сексуальный опыт проходит идеально, Минхо хотелось, чтобы у Сынмина всё было именно так. Чтобы со взаимными чувствами и нежностью во взгляде, чтобы с поцелуями и долгими объятиями. А не в душной мужской раздевалке, прижатым к холодному шкафчику и с парнем, которого перед этим отметелил на ринге. Сынмин непонимающе хмурится, из-за чего между его бровями появляется маленькая морщинка, а кожа на переносице собирается гармошкой.  – Да ладно тебе, почему ты вообще об этом переживаешь, – он стоит, держась за ручку двери в душевую, – У тебя такое лицо, словно ты меня в жопу выебал, а не об бёдра потёрся. Минхо ничего не говорит, просто не знает, что сказать. Сынмин скрывается в душевой. И слушая шум воды Минхо начнёт думать о том, почему он вообще беспокоится о подобных вещах. Надо бы тоже сходить в душ. *** Команда Сеульского университета технологий покидает отель, находившийся рядом со спортивным комплексом, где проводились соревнования, тем же вечером, когда Минхо, их последняя надежда, выбывает. Сам спортсмен не сильно расстроен этим фактом. Он провёл первые несколько дней с командой и Джисоном, получил хороший опыт и не беспокоился об учёбе. Уже завтра ему нужно будет вновь ехать в универ, корпеть над учебниками и кодами. Но мама обещала в ближайшие дни устроить для него и Джисона "утешительный ужин", что скрашивает не радужную перспективу возвращения к учёбе. Есть ещё кое-что, к сожалению, не добавляющее позитива в жизнь Минхо. И винит он в этом своих товарищей по команде.  Когда боксёр вышел из душа, Сынмин всё ещё был в раздевалке, несмотря на опасения Минхо, что парень постарается уйти как можно быстрее. Ким уже был в штанах и чёрная ткань прекрасно обхватывала его милейшую задницу. Парень натягивал белую футболку, когда Минхо хотел подойти к нему, чтобы взять номер и, может быть, немного посоперничать со спортивками за чужую задницу. Однако ему не дают этого сделать. Несколько парней из его команды вваливаются в раздевалку, которую, судя по всему, открыл Сынмин. И это так не вовремя, что Минхо не может даже как следует поблагодарить их за поддержку и ответить на все вопросы о самочувствии. Он буквально стоит в одном полотенце, а самый горячий парень в его жизни собирается покинуть душное помещение раздевалки. И Минхо ничего не может сделать, потому что Минги и Сухо, два тяжеловеса, выбывших ещё в самом начале, буквально придавливают его к скамейке, устраивая допрос. И Ким Сынмин уходит, перекинув рюкзак через одно плечо. Свет спортивного зала поглощает его тело и Минхо остаётся только смотреть. На задней стороне шеи, прямо над выпирающем позвонком, алеет пятно, оставленное Ли. Он грустно провожает его взглядом. Так что да, он остался без номера Сынмина. Возможно, это не такая уж большая потеря, однако в груди Минхо всё равно погано. Он надеялся на то, что вскоре забудет очаровательного боксёра, оставит мысли о нём далеко позади и, возможно, вспомнит только через несколько лет на какой-нибудь пьянке с командой. Но история показывает, что ожидания Минхо редко оправдываются. Так что несколько дней спустя, сидя дома перед ноутбуком с домашкой, он обнаруживает, что последние полчаса смотрел в одну точку и думал только о сегодня должны быть опубликованы официальные результаты Сынмин наверняка победил это значит он перейдёт в спортивный надеюсь он тоже думает обо мне Бесконечный поток мыслей прерывает противная вибрация телефона и на экране высвечивается сообщение от Джисона: "Списки с результатами выложили!¡!" Минхо, вздохнув, открывает вкладку сайта соревнований. Простенький сайт открывается на главной странице с меню, на самом видном месте которого – вкладка с результатами. Для Минхо это впервые – так нервничать из-за чужих результатов. Он ведь знает, что ни его имени, ни имени его команды в списках победителей не будет, а имя Ким Сынмина будет красоваться на первой строчке его веса, но всё равно не может унять лёгкого мандража, сковывающего лёгкие, и нервного вздоха. Минхо довольно вздыхает, откидываясь на спинку кресла и закидывая руки за голову. Он пробегается глазами по списку, находя себя и другие знакомые имена, а потом находит взглядом имя Ким Сынмина. На почётной первой строчке, как и положено. В столбце с баллами тоже красота: все последующие соперники Сынмина были разбиты в пух и прах. Это странно, но Минхо испытывает гордость и благодарность, что смог сойтись с этим парнем на ринге. Внезапно раздаётся телефонный звонок и на экране появляется незнакомый номер. Обычно Минхо сбрасывает незнакомые номера, но последнее время в его жизни ничего не идёт "обычно". – Алло? – приветствует он незнакомца. – Привет, мистер Нокаут, – доноситься с той стороны насмешливый, но очевидно взволнованный голос, – Уже видел списки? Не уверенный в своей догадке, Минхо решает сперва установить личность звонящего: – Мы знакомы? – Хорошо я тебя приложил похоже, уже забыл, как опорочил меня? – Сынмин делает наигранно обиженный голос, повышая его на несколько октав. И Минхо чувствует, как плывёт, буквально растекается по креслу смущённой и счастливой лужицей. Ким Сынмин, это Ким мать его Сынмин! – Ты молодец, Сынминни, – кое-как выдавливает из себя Минхо, всё ещё не веря в происходящее, – Я в тебе не сомневался. Минхо слышит, как Сынмин тяжело втягивает воздух и его губы расплываются в ещё большей улыбке. – Откуда у тебя мой номер, победитель? – нарушает неловко-счастливое молчание Минхо. – Твой друг очень любит хвастаться тобой, даже если ты проиграл, – отвечает Ким. Минхо в который раз благодарит бога за то, что Джисон есть в его жизни. – Ты позвонил мне, только чтобы похвастаться? – спрашивает он. – Ну, вообще-то... – Сынмин замолкает на несколько секунд, явно обдумывая слова, – Я не хочу тебя к чему-то обязывать, но ты... неплохо дерёшься. И трахаешься. А ещё ты милый и я просто подумал, ну... – Это попытка пригласить на свидание? – спрашивает Минхо и чувствует, как у него спирает дыхание. – Да, – на выдохе отвечает Сынмин, явно радуясь, что Минхо избавил его от необходимости самому говорить это, – Да, это она. У меня в ближайшие несколько месяцев все дни будут забиты подготовкой к поступлению, так что я буду торчать в зале и, если захочешь, я бы хотел с тобой побоксировать. Если ты не против. – Сидеть в душном зале, пока самый сексуальный парень в мире будет колотить грушу или меня? – саркастически спрашивает Минхо, даже не пытаясь сдержать нежную улыбку, – Звучит как мечта. – Тогда отправлю тебе мой гугл календарь, – радостно щебечет Сынмин и тут же отключает звонок. Минхо откладывает телефон на стол и упирается покрасневшим лицом в ладони. Кажется, он скоро начнёт встречаться с Ким Сынмином. Змей всё-таки проглотил мышку.