Обратный эффект

Школьный звонок прозвенел ровно в 9:00. Ученики, лениво переговариваясь между собой, зашли в класс, разбредаясь кто куда. В этой суете существовали два мира: первый — где серая масса плыла по течению, не заботясь о том, что ждёт их дальше; второй — мир, в котором обитал Чонгук и ему подобные — наблюдатели. Подняв глаза и отвлекшись от чтения книги, Чонгук не задерживал взгляд ни на ком конкретном. Ему не нужно было смотреть — он уже знал, кто где сидит, кто с кем спит и кто кого недолюбливает. Для него все они были предсказуемы. Он мог предугадать действия каждого, знал, какие мысли их посещают и какую жизнь они ведут вне стен школы. Некоторые пытались выделиться, другие стремились к признанию, но Чонгук не относился ни к одной категории. Он всегда был сам по себе. Одиночка. Однако в их классе был ещё один человек, который иногда нарушал эту предсказуемость, — Ким Тэхён. Стоило Чонгуку подумать об этом богатеньком и смазливом выскочке, как он тут же вошёл, будто под его ногами постелена красная дорожка. Тэхён даже не пытался привлекать внимание — оно просто следовало за ним, куда бы он ни пошёл. Увидев объект общего восхищения, девчонки начали шептаться между собой, скрывая хихиканье за вспотевшими ладошками. Каждая из них хоть раз представляла себя под ним. Кто-то из парней громко поздоровался с ним, а кто-то присвистнул с дальних парт. Чонгук опустил глаза, чтобы не видеть, как ярко и одновременно фальшиво светилась его надменная улыбка. В ней было ровно столько тепла, чтобы заставить человека почувствовать себя особенным. Каждый из них хоть раз представлял себя его лучшим другом. Тэхён сел за своё место, закинул ногу на ногу и достал из рюкзака планшет. Тонкие браслеты на его запястье звонко бренчали, когда он набирал текст, стуча по экрану длинными пальцами. Для Тэхёна жизнь была простой — он получал всё, что хотел, потому что по-другому в семье бизнесмена и известной актрисы быть просто не могло. Для Чонгука жизнь была сложной — он не получал всего, чего хотел, потому что его родители были обычными рабочими среднего класса, которые даже не задумывались о его будущем образовании. Именно поэтому учёба стала главным фактором в его жизни. Он сосредоточился на ней 24/7, увлекался психологией и наукой, любил проводить различные эксперименты и не забывал посещать внеклассные дополнительные занятия по разным направлениям, чтобы везде преуспевать. Чонгук был ботаником и заучкой в глазах всего класса, и это его вполне устраивало. Никто не обращал на него внимания или пытался задеть, им было абсолютно плевать. Однако, кое-кто всё же иногда посматривал на него с опаской. Тот, кто чувствовал на себе обжигающий взгляд в спину. Тэхён проявлял к нему скрытый интерес, пока в ответ его изучал Чонгук. Это началось после каникул на первом году старшей школы. Встреча одноклассников после жаркого лета в классе наделала много шума. Большинство из них изменились до неузнаваемости. Так произошло и с Чонгуком. Его тело претерпело несколько изменений: исчезла худоба, появились мышцы благодаря ежедневной пробежке и постоянному плаванию в реке. Волосы стали чуть длиннее и закрывали его лоб, спадая на глаза. Чонгук начал носить более облегающую одежду, выгодно подчёркивая результат работы над своим телом. Если бы он не был общеизвестным заучкой с холодным и расчётливым взглядом, к нему бы не побоялись подойти девчонки. Но не только Чонгук изменился до неузнаваемости. Возгласы удивления ещё долго стояли в стенах класса, стоило Ким Тэхёну зайти. Его руки и шея были покрыты татуировками, волосы заметно отросли и вились на концах, но он просто собирал их в небольшой хвост на затылке, оставляя несколько прядей обрамлять лицо. На запястьях поблёскивали множество браслетов, а в ушах виднелись несколько серёжек. Его стиль стал более свободным, а взгляд, которым он одарил всех, — дерзким и надменным. В тот день между ними произошло нечто странное. Они встретились взглядами, и ни один не хотел отвести глаза первым. Удары сердца становились быстрее с каждой секундой, пульс набирал обороты. Чонгук смотрел отстранённо, предвкушая план, который мгновенно созрел в его голове. Его эксперимент должен был свершиться. Он стал наблюдать, анализировать каждое действие Тэхёна, изучая его реакции и привычки. Через несколько месяцев он полностью исследовал свой объект и обнаружил несколько несостыковок. Все знали, что богатый мальчик жутко избалован, ему нельзя было говорить нет. Он всегда получал то, что хотел и был любимцем всей школы. Учителя закрывали глаза на его выходки, а девчонки сходили с ума от образов, в которых Тэхён появлялся. Он излучал свет, богатство и вседозволенность, о которых мечтали многие, но абсолютно терялся в простых вещах и был некомпетентным по многим вопросам. Как же так вышло? Чонгук не мог оставить этот вопрос без ответа. Он был уверен: любое поведение можно объяснить. Всё должно подчиняться логике. Так почему Тэхён, привыкший быть в центре внимания, не знал, как обращаться с простыми бытовыми вещами, с которыми бы справился даже младшеклассник? Почему иногда он выглядел абсолютно потерянным, когда его заставали врасплох вопросами, на которые любой бы ответил без раздумий? Чонгук замечал всё. Как Тэхён растерянно смотрел на автомат с закусками, словно понятия не имел, как им пользоваться. Как откладывал школьные документы в сторону, не понимая принцип их заполнения. Как в столовой всегда заказывал одно и то же — не потому, что ему это нравилось, а потому, что, похоже, он просто не знал, что может выбрать что-то другое. На первый взгляд — мелочи. Но Чонгук так не считал. Если собрать эти особенности вместе, получалась картина, совершенно не вписывающаяся в образ идеального, раскованного и надменного наследника, у которого, вероятно, уже имелось на счету несколько десятков миллионов вон. Чонгук начал выстраивать собственные гипотезы. Может, Тэхён просто ленив и не считает нужным заниматься такими мелочами, ведь за него всегда всё делали другие? Или же он действительно не понимал, как устроены самые обыденные вещи? Вторая версия казалась абсурдной, но подтверждений у неё было куда больше, чем у первой. Тэхён прятался за маской надменности, не позволяя никому усомниться в своём идеальном образе. Вот только Чонгук не все, и видел он куда больше остальных. Однажды, когда им нужно было заполнить бланки для промежуточных экзаменов, Тэхён завис над ними с пустым выражением лица. Он был похож на потерянного котёнка, который боялся сделать шаг без своей грозной мамы-кошки. И тогда Чонгук понял, что оказался прав. — Ты же знаешь, как их заполнять, верно? — спросил он с усмешкой, слегка наклонив голову. Тэхён медленно повернулся на его голос и удивленно уставился. В глазах промелькнуло замешательство, но Чонгук успел уловить его. — Конечно, — бросил он небрежно и тут же пододвинул бумаги к сидящей рядом девчонке, которая посмотрела на него влюбленными глазами. — Развлекись, сладкая. Радостно хихикнув, девушка кивнула и принялась заполнять его бланки. Облизнув губы, Чонгук наблюдал, как напряглись плечи Тэхёна, как он изо всех сил пытался сохранить уверенность на своём лице. Что ж… Ему определенно это нравилось. Похоже, его объект исследования оказался куда интереснее, чем он думал. Чонгук не собирался поднимать эту тему или высказывать догадки прямо в лицо, но у него так сильно зудело под кожей, что в один из дней он просто не вытерпел. Тэхён задевал что-то внутри, подогревал интерес и одновременно с этим раздражал своим беспечным взглядом. Он вёл себя так, будто мир уже лежал у его ног, хотя совершенно не представлял, как тот устроен на самом деле. После уроков, когда класс полностью опустел, Чонгук остался. Согласно расписанию, изученному заранее, Тэхён должен был вернуться сюда, чтобы забрать вещи после тренировки по баскетболу. Услышав тяжёлые шаги за дверью, Чонгук рассчитал идеальный момент, чтобы выйти навстречу и столкнуться с ним. Тэхён слегка опешил, замер на долю секунды, бросил на него недоумённый взгляд, но тут же взял себя в руки и, не сказав ни слова, направился к шкафчикам. Чонгук ухмыльнулся, прежде чем спросить: — Всегда убегаешь от проблем? Тэхён остановился. Ему хватило трёх секунд, чтобы проанализировать ситуацию, и, развернувшись, он натянул привычную маску, но в глазах мелькнула тень любопытства. — Это ты мне? — прозвучало с усмешкой на губах. — А ты видишь здесь кого-то ещё, кто ведёт себя так же? — спокойно парировал Чонгук. Тэхён чуть прищурился. Вытащив вещи из шкафчика, он запихнул их в сумку, а затем громко захлопнул дверцу. Воздух вокруг сквозил раздражением. — Ты что, пытаешься меня воспитывать? — Нет… конечно нет, — Чонгук покачал головой, забавляясь. — Я просто изучаю тебя, только и всего. Тэхён на это фыркнул, но его взгляд стал чуть теплее. — Я не одна из твоих книжек, над которыми ты сидишь часами, — бросил он, сложив руки на груди. Кончики его пальцев подрагивали от нарастающего напряжения. Чонгук знал, что Тэхён провоцирует его, но охотно поддавался, продолжая свой эксперимент. — Ты не книга. Ты — система. Испорченная. Со скрытыми дефектами, которые никто не замечает. Выдаёшь набор повторяющихся сигналов, но на деле ведёшь себя совсем иначе. Тэхён замер, а Чонгук не переставал смотреть прямо на него, считывая реакцию и то, как сильно сжалась челюсть. — Система? — уголки губ Тэхёна едва дрогнули. — Думаешь, что сможешь разобраться в ней? — Не думаю, — Чонгук чуть наклонил голову. — Уже разбираюсь. Тэхён громко рассмеялся, будто его всерьёз позабавило всё происходящее. Он шагнул ближе, разрывая дистанцию между ними, практически вплотную, демонстрируя своё превосходство. — И что же ты там нашёл, мистер заучка? Чонгук даже бровью не повёл. Он ликовал внутри. Наслаждался их близостью, вдыхая невесомый запах парфюма, смешанный с разгорячённой кожей. — Несостыковки, — ответил он мягко, чуть понизив голос. — Все видят твой идеально выстроенный образ, но не я. Тебе не интересно, почему? Тэхён прикусил губу и наклонился ближе. Они были практически одного роста, за исключением пары сантиметров, отчего разница была не столь заметна. Чонгук намеренно позволял ему доминировать над собой, упираясь спиной в дверной косяк. — Сиди за своими учебниками и учись, Чонгук. Не лезь в мои дела. — О, ты знаешь моё имя. Я польщён. — улыбнулся широко Чонгук, пока вдоль позвоночника прошибло током. — Услышал где-то случайно, вот и запомнилось, — небрежно бросил Тэхён. Чонгук медленно наклонил голову вбок, заглядывая ему прямо в глаза. Между ними оставалось всего ничего — катастрофически мало, чтобы это можно было назвать безопасной дистанцией. Он чувствовал чужое дыхание на губах и в ответ делился своим. Стоило лишь податься чуть вперёд — и он бы ощутил вкус его губ. Но Чонгук не собирался быть тем, кто разрушит это первым. Тэхён должен захотеть сам. И он захотел. Чонгук уловил это в коротком обрывистом выдохе. Всего на секунду, но он заметил, как его взгляд скользнул к губам. А затем Тэхён наклонился ближе, будто случайно оставил лёгкое касание. Но это не было случайностью. Чонгук едва ощутил его прикосновение, как в следующий миг Тэхён резко отстранился. Его лицо было напряжённым, но он поспешно спрятал истинные эмоции за маской замешательства и раздражения. — Не теряй голову, ботаник, — сказал он насмешливо, толкнув его плечом, прежде чем выйти из класса. После этого случая, Чонгук стал ещё более пристально наблюдать за ним. Не то чтобы раньше он смотрел сквозь пальцы, но теперь он видел больше. И начал замечать. Как его взгляд задерживался на долю секунды дольше, стоило Чонгуку войти в класс. Как он бросал двусмысленные фразы, пытаясь защититься, нападая первым. Как пытался не раздражаться в его присутствии и держать себя в руках. Но вся эта напускная выдержка шла трещинами. Чонгук никогда его не щадил, добивал до конца и сам растворялся в собственном эксперименте. Так, на одном из уроков он заметил, что Тэхён украдкой бросал взгляды в его сторону. Усмехнувшись про себя, Чонгук опустил руку, будто случайно уронил ручку на пол, а затем слегка наклонился и повернулся через плечо. — Тэхён, — позвал он негромко, дождавшись, пока тот вернёт своё внимание. — Чего? — процедил Тэхён сквозь зубы. Чонгук высунул кончик языка и медленно провёл им по нижней губе, будто раздумывал над ответом. — Не теряй голову. Тэхён сжал челюсть и резко отвернулся. Он прекрасно понимал, о чём речь, оттого и покраснел. И всё же, через несколько минут бросил разъярённый взгляд на Чонгука. Это принесло незабываемое удовольствие. Ощущение растекалось по телу сладкой патокой, от которой сводило низ живота. Чонгук впервые почувствовал, как сильно хочет увидеть его под собой. Он должен был просто провести свой эксперимент, проанализировать данные, закрепить полученный результат и забыть. Но то, что он узнал, наблюдая за объектом, затронуло что-то глубоко внутри. Сердце пропустило удар. А потом заколотилось быстрее. Но почему? Неужели он сам стал частью своего эксперимента? Чонгук задумался. Он так долго был поглощён Ким Тэхёном, что совершенно потерялся в собственных чувствах. Оглушающая правда ударила по нему со всей силой, стоило лишь бросить взгляд в его сторону. Тэхён, словно почувствовав, что на него смотрят, обернулся. И в этот момент Чонгук услышал, как громко стучит его сердце. Тук-тук-тук… Он хотел его. Хотел со всеми эмоциями, с дерзкой улыбкой и надменным взглядом, с остроумными фразами, со сломанными функциями, с наигранной популярностью, с выпадами в его сторону, с тем багажом тараканов, который тот хранил в своей голове, куда никому не добраться. Чонгук хотел услышать, как Тэхён выдохнет его имя на пике наслаждения. Хотел почувствовать его капитуляцию и признание в собственных желаниях. С трудом собрав свои мысли, он снова посмотрел в учебник перед собой. Всё зашло куда дальше, чем он планировал. Пора было с этим заканчивать. Перемена уже подходила к концу, но шум в коридоре не утихал. Чонгук сидел на подоконнике, уткнувшись в книгу, и ждал. Из всех голосов, что разносились в стенах, до него донёсся один — низкий, от которого по коже расходились волнами мурашки. Сглотнув, он поднял глаза, стоило Тэхёну пройти мимо. — Эй! — прозвучало слегка надменно. Чонгук знал, что это сработает, и смиренно ждал, пока Тэхён не обернётся и не посмотрит на него с любопытством. — Ты всегда так тяжело дышишь, когда волнуешься? В коридоре мгновенно все стихли. Где-то раздался короткий смешок, а затем кто-то шикнул. Чонгук усмехнулся и продолжил смотреть прямо на Тэхёна. Тот напрягся, но быстро взял себя в руки. — Что за хрень ты несёшь? — Просто наблюдение. Тэхён сжал пальцы на ремешке рюкзака, его кадык дёрнулся. Он помнил. Как помнил и Чонгук. Они оба проживали тот момент: касание мягких губ, горячее смешанное дыхание, вспышка, возникшая между ними буквально на секунду. Выдавив смешок, Тэхён покачал головой. — Ты реально псих. — Возможно, — согласился легко Чонгук. — Хочешь проверить? Фыркнув, Тэхён ещё больше рассмеялся. Звонок удачно прервал их столкновение. Он подошёл ближе, встав между его разведённых ног, и наклонился, абсолютно наплевав на то, что на них обращены десятки любопытных глаз. — Да пошёл ты! — протянул по слогам, не скрывая довольной улыбки. И резко развернулся, чтобы зайти в класс. Прежде чем пойти следом, Чонгук проводил его взглядом, ощущая, как внутри разгорается удовлетворение. Он ждал чего-то подобного, но не был уверен, что Тэхён решится на открытую провокацию перед всеми. Тэхён всегда играл по своим правилам и не позволял никому влезать в его личное пространство, но Чонгук был уверен, что тот не слишком его тормозил. Тэхёну нравилось то, что происходило между ними. На уроке Чонгук не смотрел в его сторону, делая вид, что полностью погружён в занятие. Он даже отвечал учителю на вопросы, проявляя активность, но внутренне чувствовал, что их игра ещё не окончена. Но он точно знал — Тэхён смотрел. Когда Чонгук снова вызвался ответить, то на секунду задумался и медленно повернул голову в его сторону. Глаза в глаза. Открыто и дерзко. Тэхён замер, и Чонгук уловил, как он на мгновение задержал дыхание, но сразу отвёл взгляд, будто между ними ничего не произошло. Чонгук дождался окончания урока. Он остался сидеть на месте, пока класс полностью не опустел, оставив только двоих. Развернувшись, он мягко встал и подошёл к Тэхёну, нависая над ним. Тот лишь слегка поднял подбородок, лениво скользя взглядом снизу вверх. — После уроков в шесть часов жду в старом спортзале, — сказал коротко Чонгук. — С чего бы мне приходить? — прикусив щёку изнутри, спросил Тэхён. — Потому что я тебе интересен, — Чонгук вернулся к своему месту и, схватив рюкзак, закинул его на плечо. — Надеюсь, ты не струсишь, — бросил он, выходя из класса. В спину прилетело отчётливое: — Самоуверенный ублюдок.

***

Бросив взгляд на наручные часы, Чонгук вытянул уголки губ в удовлетворённой улыбке. Тэхён пришёл в спортзал ровно в 18:00, как он ему и сказал. Это было похоже на маленькую победу на пути к свержению его бесценной выдержки и жалкой надменности. Чонгук предвкушал сегодняшний вечер. Пальцы покалывало от нарастающего импульса, но ни одна эмоция не отразилась на лице. Слабый свет от верхних ламп падал на деревянный пол и тёмно-синие маты, уложенные в дальнем углу. Чонгук стоял в стороне, оперевшись на стену позади себя, скрестив руки на груди, будто он вообще не ждал Тэхёна, а просто скучающе осматривал старое помещение спортивного зала, которым уже давно никто не пользовался. Чонгук знал, что Тэхён не привык, когда кто-то диктует ему условия, но был уверен, что любопытство возьмёт верх. — Даже не опоздал, — заметил он спокойно. Тэхён усмехнулся, подходя ближе. — Я могу быть вежливым. Иногда. Чонгук смотрел выжидающе, не сводя глаз с лица напротив. Кадык дёрнулся, стоило представить, как он лишит его контроля над ситуацией. — Так зачем я здесь? — наконец спросил Тэхён, начиная раздражаться. — Ты когда-нибудь задумывался, почему тебе так легко всё достаётся? Тэхён хмыкнул, не подавая виду, что этим вопросом его выбило из равновесия. — Наверное, потому что я хорош во всём и… — Ты позволяешь людям хотеть тебя, — перебил Чонгук, не дав договорить. В его голосе не было насмешки — только чистый факт. Они оба знали это. — И что? Тебя это раздражает? — Тэхён прищурился, включаясь в их игру, в которой он уже видел себя победителем. — Нет, — спокойно ответил Чонгук. — Мне просто интересно, что случится, если однажды ты потеряешь лицо. Тэхён громко рассмеялся. — И что ты собираешься сделать? Лишишь меня популярности? — Нет. Конечно нет, — Чонгук сделал шаг ближе. — Просто проверю одну гипотезу. Слышал об обратном эффекте? — Ботаник у нас ты, — усмехнулся на это Тэхён, — просвети. — Когда человек подавляет определённые мысли, они становятся ещё более навязчивыми. Ты можешь пытаться контролировать свои эмоции, поведение, но рано или поздно это приведёт к противоположному результату, — закончил Чонгук, делая шаг вперёд, так близко, что Тэхён ощутил его дыхание на своей коже. — И кто же из нас подавляет свои эмоции? — произнёс Тэхён сквозь стиснутые зубы. Чонгук не ответил. Лишь лукаво улыбнулся — так, как не улыбался никогда, с едва заметной, непривычной нежностью. И это сработало. Тэхён не выдержал. Он резко наклонился вперёд и поцеловал его. Грубо. Жадно. Так, как не целовал никогда. Чонгук не двигался, продолжал стоять на месте, наслаждаясь тёплыми губами, что так умело пытались заставить его ответить. Он чувствовал его злость, напряжённость, как с каждой секундой поцелуи становились всё более рваными, глубокими, напористыми. Оставалось продержаться ещё немного, пока контроль окончательно не покинет их обоих. — Сделай хоть что-то, чёрт возьми, — прошипел Тэхён, оторвавшись от припухших губ. — Ладно, — спокойно сказал Чонгук, прежде чем перехватить его запястья и толкнуть в сторону матов, заставляя потерять равновесие. Упав, Тэхён не успел даже выругаться — Чонгук оседлал его бёдра. Холодными пальцами он крепко прижимал его запястья к мату, удерживая внизу. — Что ты… — слова растворились в поцелуе. Чонгук больше не осторожничал. В каждом движении сквозила властность, от которой перехватывало дыхание, а сердце бешено колотилось, создавая единый ритм. Он не просто целовал — поглощал, вылизывал рот изнутри, и было в этом что-то пугающе правильное. Тэхён дёрнулся, пытаясь освободиться, но хватка лишь усилилась. — Теперь ты чувствуешь? — оторвавшись от его губ, тихо спросил Чонгук, наблюдая, как тяжело вздымается его грудь, как подрагивают густые ресницы, как в уголках глаз собираются первые кристаллики слёз. Он видел замешательство на его лице и это приводило в ещё больший восторг. Пальцы медленно скользнули по запястью Тэхёна, задерживаясь на несколько секунд на тонких браслетах, что всё ещё издавали едва слышный звон при каждом прикосновении. — Ты всегда такой нетерпеливый? — Чонгук склонился ниже, касаясь губами чувствительной кожи под подбородком. Он ощутил, как Тэхён вздрогнул. — А ты всегда такой безэмоциональный? — вырвалось у Тэхёна дерзко, хоть и слегка неуверенно. Чонгук усмехнулся, оставляя короткий, едва заметный поцелуй. — Возможно. Скользнув носом по тёплой, гладкой шее, он глубоко вдохнул, впитывая запах парфюма, который слишком давно его преследовал. Тэхён больше не дёргался, только изредка пытался вытащить руки, но Чонгук удерживал их крепко, не позволяя освободиться. Интересно, как долго он сможет сохранять свою показную надменность? Когда он впервые провёл языком по бьющейся вене, Тэхён тихо вдохнул. Вместе с этим, Чонгук едва качнулся, проезжаясь своим возбуждением по чужому, отчего Тэхён, лежа под ним, широко раскрыл глаза. Продолжая медленно двигаться, Чонгук повторял толчки, но уже с большим нажимом. Это было чертовски приятно. Ткань натягивалась, очерчивая контуры, создавая невыносимое трение, и Чонгук чувствовал под собой чужой внушительный стояк. — Мне нравится твоя реакция, — произнёс он хрипло, отпустив запястья Тэхёна и уложив свои ладони на его грудь. Тэхён приоткрыл рот, словно собирался что-то сказать, но передумал. Чонгук отстранился всего на несколько секунд. Не отрывая взгляда, он скользнул пальцами по мягкой ткани пуловера вниз, чтобы подцепить за край и потянуть вверх, вынуждая Тэхёна привстать и снять его через голову. — Чонгук… — сорвалось на выдохе. — Ш-ш-ш… — Чонгук приложил палец к его губам. Сейчас его интересовало другое — насколько долго Тэхён сможет сопротивляться, в какой момент отключит голову и начнёт просто чувствовать. Опустившись ниже, он высунул язык и провёл им по чувствительной горошине соска, втягивая его в рот, облизывая и кружась вокруг ареолы. Тэхён часто задышал, а из его рта доносились едва заметные тихие стоны, которые он приглушил ладонью. Чонгук не торопился. Закончив играться с одним, он переключился на второй, изредка поднимая глаза вверх, чтобы видеть искажённое от удовольствия выражение лица. Губы медленно скользнули вниз, оставляя дорожку из поцелуев. Он замер у кромки джинсов, не касаясь, просто ощущая жар кожи, прежде чем провести языком длинную, медленную линию. Тэхён резко втянул воздух сквозь зубы, борясь с самим собой. — Почему ты так напряжён? — спросил Чонгук, позволяя горячему дыханию обжечь чувствительную кожу. — Ты слишком медленный… — прозвучало сдавленно, почти умоляюще. — Спешишь? — Чонгук поднял голову, заглядывая ему в глаза, и медленно провёл ладонями по рёбрам, ощущая, как под его прикосновениями напряглись мышцы. Его губы снова коснулись кожи, оставляя покалывающий след чуть ниже пупка. На этот раз он не стал медлить. Стоило Чонгуку опустить голову между ног и бесстыдно прижаться щекой к внушительной выпуклости, как Тэхён непроизвольно выгнулся ему навстречу. Внутри что-то дрогнуло. Чонгук запустил пальцы под резинку его штанов, не торопясь стащил их вниз, вдоль бёдер по ногам. Дыхание Тэхёна сбилось, грудь поднималась и опускалась в напряжённом ритме, а на ткани боксёров уже темнело мокрое пятно. Чонгук склонился ниже, высунул язык и несколько раз медленно лизнул набухшую головку, пробуя на вкус. — Блять… — вырвалось на выдохе. Тэхён запустил пальцы в его волосы, сжал несколько прядей, заставляя поднять голову. — Почему ты всё ещё пытаешься сопротивляться? — голос Чонгука был низким, почти ласковым. Стиснув зубы, Тэхён ответил. — Потому что ты… — И замолчал на мгновение. — Потому что я что? — спокойно переспросил Чонгук, его губы по-прежнему касались чужого члена достаточно ощутимо, чтобы заставить Тэхёна дёрнуться. Его тело предательски отзывалось на каждое движение. В нём боролись две стороны: желание и страх. Но Чонгук не давил. Он ждал. Ждал, пока тот сам сделает выбор. — Ты… Ты просто проверяешь мои границы, — неуверенно ответил он. Чонгук усмехнулся. — А ты до сих пор не понял, что они уже нарушены? Его губы вновь скользнули по всей длине — в этот раз требовательнее, с нажимом. Ему нравилось смотреть на то, как Тэхён рефлекторно выгибается ему навстречу, требуя большего. Тело оказалось честнее его хозяина. Он мог бы продолжать дразнить его ещё долго, но сам уже едва сдерживался. Чонгуку не хотелось позорно кончить прямо в штаны. — Чонгук, хватит, — выдохнул Тэхён, когда холодные пальцы скользнули под резинку боксеров. — Ты действительно этого хочешь? Чтобы я остановился? Тэхён быстро заморгал, словно прокручивал в голове то, что с ними сейчас происходит. — Скажи «да», и я остановлюсь, — прошептал Чонгук. Но в ответ услышал лишь скомканное: — Заткнись… Усмехнувшись, Чонгук не теряя ни секунды, стянул бельё вниз. Член шлёпнул о живот, истекая прозрачной смазкой. Он был ровным, достаточно внушительным, чтобы брать в рот без подготовки. Чонгук медленно провёл языком от основания к чувствительной головке, накрыл её губами и начал посасывать, осторожно лаская. Тэхён больше не пытался его остановить. Он лишь закрыл глаза и позволил себе раствориться в ощущениях. А когда его пальцы сильнее прижали Чонгука к паху, тот приоткрыл рот шире и смог взять только наполовину. Слюна стекала вниз, собираясь в лужицу у основания, покрывая влажным блеском мошонку. Чонгук размазал её пальцами, перебирая яички, позволяя руке скользнуть ниже, едва касаясь входа. Тэхён сжал кулак, шумно выдохнув. — Ты сумасшедший. Выпустив изо рта перевозбуждённый орган, Чонгук ухмыльнулся. Он не собирался заходить так далеко, но уже не мог остановиться. Это было не просто экспериментом — чем-то большим, выходящим за рамки. Вся холодность, с которой он начинал, растворилась, стоило ему услышать эти короткие, сбивчивые вдохи. «Это всего лишь реакция», — пытался он убедить себя. «Нейронные связи». Но даже эти слова не могли заставить его отступить. Тэхён открыл глаза и внимательно посмотрел на сосредоточенное лицо Чонгука. — Ты и сейчас анализируешь? — Всегда, — ухмыльнувшись, он провёл кончиком носа по внутренней стороне бедра, оставляя цепочку кусачих поцелуев. Вздрогнув, Тэхён тихо всхлипнул и резко сомкнул губы, будто сам не ожидал этого. Чонгук замер, вскинув бровь. — Что? — Просто… сделай уже это, — прохрипел Тэхён, с трудом выдавливая из себя слова. Чонгук любезно улыбнулся, наслаждаясь дрожью в его голосе. — Скажи «пожалуйста». Тэхён стиснул зубы, пальцы сильнее сжались в его волосах, но он всё же произнёс — едва слышно, почти беззвучно. — Пожалуйста. Чонгук прикрыл глаза, позволяя себе полностью раствориться в этом моменте, прочувствовать до конца не просто просьбу — признание в собственной капитуляции. Тэхён тяжело дышал, не смея ослаблять хватку. В его взгляде читалась покорность и полное принятие. Он понимал: их игра зашла слишком далеко. Сопротивление больше не имело смысла. — Чонгук… — выдохнул он, судорожно втягивая воздух. Привстав, Чонгук быстро стянул с себя джинсы вместе с бельём, не забыв достать из кармана одноразовый пакетик со смазкой и презерватив. Тэхён лежал под ним распластанный, громко дыша. От этой картины в паху потянуло сладкой тяжестью. Наклонившись вниз, он снова провёл языком по твердому члену, вырывая этим новый, прерывистый стон. Им больше не нужно скрывать истинные желания друг от друга. Чонгук выдавил на пальцы холодную, густую жидкость и приставил их ко входу. Ему нужно было тщательно растянуть Тэхёна, прежде чем попробовать войти. Пальцы ловко поглаживали края, то сменяя друг друга, то двигаясь одновременно. Закатив глаза к потолку, Тэхён приоткрыл губы, чтобы каждый раз оставлять влажный след от слюны, обводя их. — Ты почти готов, — прошептал Чонгук, наблюдая за тем, как приподнимались чужие бёдра и насаживались сильнее на пальцы. — Давай… — произнёс на выдохе Тэхён. Придвинувшись ближе, Чонгук раскатал латекс по своему члену и несколько раз шлёпнул им по блестящему от смазки входу. Он надавил головкой, раскрывая с трудом края, но это не помешало ему протиснуться глубже, ощущая тугое давление сжатых стенок. Затем, он резко толкнулся и вошёл почти до основания. Тэхён вздрогнул и закусил губу, инстинктивно дёрнувшись назад, но Чонгук не позволил ему соскочить. Он ухватил его за бёдра, притягивая обратно, насаживая до конца, медленно. Войдя полностью, он дал ему время привыкнуть и сменил положение, улёгшись между его ног. — Не сдерживайся, если тебе хорошо. Я хочу тебя слышать, — его губы нашли шею Тэхёна, оставляя влажный поцелуй. Чонгук толкнулся сильнее, проверяя реакцию, затем ещё раз — и ещё, меняя угол, выискивая ту самую чувствительную точку. Он хотел, чтобы под ним стонали. Громко. Касания становились требовательнее, движения — сильнее. Тэхён обвил его шею руками и впился в плечи ногтями. Очередной толчок вырвал из него первый протяжный стон, от которого внутри всё сжалось. Чонгук перешёл на рваный темп — несколько коротких, быстрых толчков, а затем один долгий, глубокий. Он знал, что попадает по нужному месту, и умело пользовался этим, заставляя Тэхёна хрипеть. — Сильнее… — сорвалось с губ. Чонгук крепче сжал его талию в ладонях и толкнулся так резко, что звонкий шлепок разнёсся эхом по огромному залу. Было сложно сдерживаться, как бы он ни старался. Но он хотел пометить его. Поэтому, наплевав на всё, втянул участок кожи в рот, оставляя на шее тёмный засос. — Мне нужно больше, — голос Тэхёна был охрипшим, нетерпеливым. — Хочешь кончить? — Чонгук намеренно замедлился, толкаясь медленно и мучительно. — Да… Господи… да… — простонал Тэхён. Он разложил себя на атомы, полностью раскрылся — бери, делай что хочешь. И это было одинаково пугающе и возбуждающе. Чонгук всегда считал, что управляет процессом. Он выстраивал гипотезы, анализировал, проверял границы. Верил, что может контролировать не только Тэхёна, но и себя. Но когда их тела двигались в одном ритме, когда дыхание Тэхёна смешивалось с его собственным, когда пальцы вжимались в кожу, оставляя алые отметины, Чонгук понял, что допустил ошибку. Эксперимент зашёл слишком далеко, и теперь он сам стал его объектом. Обратный эффект. Он думал, что сломает Тэхёна. Но сломался сам. Тэхён лежал под ним — горячий, взволнованный, с растрёпанными волосами и глазами, полными возбуждения. Его тело снова выгнулось, но уже сильнее, чем в предыдущие разы, требуя разрядки. Чонгук позволил ему кончить, обхватив рукой его нетронутый член и проведя по нему несколько раз, доводя до пика. Горячие, густые капли легли яркими пятнами на живот. Он облизнул губы, а его пальцы дрожали, когда он провёл ими по коже, размазывая сперму. Ему нравилось это помешательство. Безумное, дикое. — Чонгук… — позвал Тэхён, потянувшись к его руке. — Кончи мне на живот. Внутри что-то треснуло. Он больше не мог анализировать или измерять происходящее в логических категориях. Он просто сделал то, о чём его попросили. Без колебаний. Это было сильнее, чем он ожидал. Его трясло, но вид их смешанной спермы, тёплой, липкой, растёртой по коже, оставил в нём что-то необратимое. Всё что Чонгук когда-либо пытался загнать в рамки логики — больше не работало. Он рухнул рядом на мат, тяжело дыша, всё ещё ощущая остаточную дрожь в теле. Тэхён тоже не двигался — только лениво водил пальцами по испачканному животу. Он бросил на Чонгука короткий взгляд. — Не думал, что будет так… — осёкся, подбирая слова. — Охуенно? — договорил за него Чонгук. Тэхён усмехнулся. — Да, именно так, — хихикнул он. — Ты знал, что всё так обернётся? Предвидел это? — Нет, — честно ответил Чонгук. — Я думал, что смогу тебя контролировать… но моя теория не сработала. Тэхён удивлённо вскинул брови, на лице появилась лукавая улыбка. — И что же случилось? Чонгук провёл пальцами по линии его челюсти, затем скользнул вниз — к шее, где уже темнел багровый засос. Коснулся ключиц, мягко надавил… Он смотрел на Тэхёна открыто, без тени сомнения, понимая — перед ним уже не просто объект наблюдений. Не набор привычек, не система с выбивающимися дефектами, а многогранная личность, сложная и неизведанная. Личность, разгадать которую под силу только ему. — Я сломался раньше тебя, — тихо признался он. — Как только позволил себе заговорить с тобой. Тэхён невинно моргнул, а затем его губы растянулись в мягкой, ласковой улыбке. — Глупый ботаник. Чонгук закатил глаза на это прозвище, но не успел ответить — Тэхён сам потянулся к нему, оставляя лёгкий поцелуй на губах. — Пересмотри свой эксперимент, — добавил он, отстраняясь на секунду. — Ты ещё многого не знаешь обо мне. Чонгук хмыкнул, утопая в этом моменте. Наклонив голову, он мягко уткнулся носом в его щёку, вдыхая знакомый запах. — Что ты знаешь об эффекте ореола?