Недосказанное

Всё началось спонтанно. Как будто их свела сама судьба. В один обычный день, на первом курсе университета, в библиотеке, Хван Хёнджин искал нужную книгу, когда заметил девушку, стоящую рядом. Она тянулась к верхней полке, но, сколько бы ни старалась, не могла достать нужное издание. Он не раздумывал долго и, с лёгкой улыбкой, протянул руку, доставая книгу для неё. — Ой… благодарю! — смущённо проговорила девушка, заправляя прядь волос за ухо. — Всегда рад помочь, — ответил он, передавая книгу, — Я Хван Хёнджин, с факультета изобразительных искусств, направление "Графический дизайн и иллюстрация". — Я Чон Соха, с факультета дизайна и визуальных коммуникаций, направление "Графический дизайн". — О, почти коллеги, — усмехнулся Хёнджин, слегка наклоняя голову. — Ты на первом курсе? — Да, а ты? — с любопытством посмотрела на него Соха. — Тоже, но я пока ещё не привык к расписанию. Вечно забываю, где у нас пары, — признался он с легким смешком. — Понимаю, у меня такое же. Особенно с теми аудиториями, которые постоянно меняют, — кивнула девушка. — Значит, если я потеряюсь, буду тебя искать. Вдруг ты тоже в этот момент потеряешься, и мы хотя бы не будем одни? — подмигнул он. Соха рассмеялась, расслабляясь. — Хороший план. Но если что, я предупреждаю: в ориентировании я не сильна. — Тем лучше. Будем блуждать вдвоём, — улыбнулся Хёнджин, прежде чем кивнул на её книгу. — Что читаешь? — Основы композиции, — показала она обложку. — Хочу разобраться получше. — Амбициозно. Обычно все хватаются за это перед экзаменами. — Ну, мне нужно немного больше практики, — пожала плечами Соха. — А ты что искал? — Честно? Просто взял первую попавшуюся книгу, чтобы выглядеть более умным, — усмехнулся он. С того дня они начали встречаться всё чаще. Иногда случайно — на пересечениях коридоров факультета, в столовой, в лекционных залах. Иногда специально — в библиотеке, где Хёнджин всегда появлялся немного раньше, будто знал, что она придёт. Он приносил ей кофе, если видел, что она устала, писал смешные заметки на уголках её конспектов. Так началась их история. Тёплая, полная смеха, встреч в кафетерии, где он рисовал её профиль на салфетках, и вечеров, проведённых за обсуждением проектов. Он называл её "музой", а она смеялась, не веря, что кто-то может видеть в ней вдохновение. Их разговоры были настолько легкие, беззаботные, что казалось они давно знали друг друга. Он появлялся рядом в неожиданные моменты — то приглашал порисовать в парке, то приносил ей любимый кофе, когда она задерживалась в аудитории. Их разговоры текли плавно, без неловкости. Она восхищалась тем, как легко он чувствовал себя в любой компании, как его харизма притягивала людей. А он, казалось, любил наблюдать за её сосредоточенностью, за тем, как её пальцы скользят по планшету или карандашу.

***

Хёнджин был везде — его звали на выставки, студенческие мероприятия, его работы восхищали профессоров. Он обладал до безумия привлекательной внешностью: высокий, с выразительными чертами лица, притягательным взглядом, который одновременно излучал уверенность, теплоту и дерзкость. Его тёмные глаза светились азартом, а пухлые губы часто кривились в легкой улыбке. Он легко находил общий язык с людьми, притягивал к себе внимание, и его обаяние действовало на всех без исключения. Он сиял. А она? Она всё чаще чувствовала себя тенью рядом с ним. Сначала это были мимолётные мысли. "А вдруг он заслуживает кого-то лучше?", "Почему он выбрал именно меня?", «Вокруг него так много девушек... Если он когда-то скажет, что нашёл лучше, я не буду увидлена.». Затем сомнения начали медленно, но уверенно разрастаться. Она ловила взгляды окружающих — восхищённые, заинтересованные, жадные до общения с ним. Иногда кто-то даже спрашивал: "Вы правда встречаетесь?" — с таким тоном, будто не могли поверить в их пару. Так же бензин в огонь подливала мать Чон Соха, которая постоянно твердила ей, что любовь - это не важная часть в её жизни, особенно в наше время. — Ты слишком много времени проводишь с ним, — сказала мать строгим тоном,— Учёба должна быть на первом месте!! — Мам, я же не забрасываю учёбу… — попыталась объяснить Соха. — Правда? — в голосе матери звучало недоверие. — Ты думаешь, что сможешь угнаться за ним? Хван Хёнджин — один из лучших на своём курсе. Его ждёт великое будущее. А ты? Ты уверена, что не останешься в его тени? — Почему ты так говоришь? — голос Сохи дрогнул. — Разве я не могу быть успешной рядом с ним? — В нашем мире любовь — это пустяк, детские фантазии. Она проходит. А карьера остаётся, — холодно ответила мать. — Пока ты мечтаешь о свиданиях, он строит своё будущее. И, поверь мне, он найдёт кого-то лучше. Талантливее. Ту, кто будет на его уровне. — Но ты же в своё время сама гналась за отцом, — возразила девушка, сжав кулаки. — И нормально всё! Почему мне нельзя? — Потому что я в итоге пожалела, — резко ответила мать. — Любовь не приносит стабильности. Запомни, если ты не построишь свою жизнь сейчас, потом будет поздно. Не дай себе остаться ни с чем. Эти слова, как яд, впитались в сознание. Она никогда не сомневалась в своих силах так сильно, как в тот момент. После этого разговора с матерью Соха начала ещё больше сомневаться в их отношениях с Хёнджином. Вдруг мать всё-таки права? Разве она достойна его? Он такой яркий, талантливый, уверенный в себе. А она на его фоне просто пустышка. Девушки, что окружали его, были не только красивее, но и гораздо более уверенными в себе. Разве он не заметит этого? Эти мысли засели в её голове, разрастаясь с каждым днём. Она начала замечать вещи, о которых раньше даже не задумывалась: как девушки из их факультета ловили каждое его слово, как они смеялись над его шутками, искали предлоги чтобы встретится с ним. А он… Он был слишком добр ко всем, слишком открыт. Соха начала отдаляться. Избегать его взгляда, сокращать переписки, оправдываться учебой, даже если сидела и тупо смотрела в одну точку. На перерывах она нарочно выбирала людные места, где он вряд ли смог бы поймать её одну. Но Хёнджин не был дураком. Он видел, что что-то изменилось... И вот, в один из перерывов, ему всё-таки удалось её выловить. Она стояла у стойки кафе, ожидая заказ, когда он вдруг появился за её спиной. — Хэй, Соха, любимая, что случилось? — его голос был мягким, тёплым, таким родным. Он обнял её сзади, уткнувшись носом в её волосы. — А..!? — девушка дёрнулась от неожиданности, сердце заколотилось так, словно готово было выпрыгнуть из груди. — Не пугай так… А что случилось? — Это я у тебя должен спросить, — он слегка наклонил голову, чтобы заглянуть в её глаза. — Ты сама не своя. Тебя что-то явно тревожит. И ещё… Ты меня весь день избегаешь. Я же не слепой. — Чтооо? Я? — поспешно возразила Соха, натянуто улыбнувшись. — Не правда. Чтобы не дать ему сказать что-то ещё, она сама потянулась к нему, обняв за талию. — Милый, не надумывай лишнего, — прошептала она, уткнувшись носом в его куртку. Он обнял её в ответ, но тревожное чувство никуда не исчезло. — Ты знаешь, что, если что-то не так или тебя что-то тревожит, ты можешь мне сказать. Я всегда буду рядом и поддержу тебя, чтобы это не было. — Я знаю… — её голос был почти не слышен. Но она не могла сказать. Не могла признаться, что её грызёт страх быть недостаточно хорошей. Что она боится, что он когда-нибудь поймёт — она всего лишь тень рядом с его сиянием. Она очень хотела быть рядом с ним. Для неё он был солнцем в самый пасмурный день. Хёнджин чуть отстранился, внимательно глядя на неё. — Тогда пообещай, что, если тебе будет плохо, ты мне расскажешь. Она с трудом заставила себя улыбнуться. — Обещаю. Жаль, что это было ложью...

***

Конечно это не могло продолжаться вечно. Спустя месяц, она решилась позвать его прогуляться по набережной. На часах давно перевалило за 11 часов вечера, поскольку это был вечер воскресения перед понедельником на набережной не было людей. Они шли вдоль берега, Хён как обычно рассказывал какие-то истории, как прошли очередные мероприятия, а она как обычно слушала его. Они шли по набережной, где когда-то смеялись, рисовали друг друга пальцами на запотевшем стекле кафе. Но сейчас между ними лежала пропасть… Море в этот вечер было спокойным... Волны медленно набегали на берег, оставляя за собой прохладную пену, которая тут же исчезала в песке. Однако ветер был неумолим, пронизывающий, резкий. Луна висела высоко в небе, серебристым светом заливая всё вокруг. Её отражение на воде растекалось длинной, слегка дрожащей дорожкой. Звёзды ярко сияли на тёмном небе, разбросанные, словно крошечные огоньки. Они мерцали, создавая ощущение бескрайнего простора, и казалось, что если долго смотреть, можно увидеть, как они тихо пульсируют вдалеке. Они остановились, а вместе с ними как будто остановилось время. - Луна сегодня красивая, - сказал Хёнджин, подняв голову вверх, рассматривая небо. Пока Хван смотрел на небо, она смотрела на него, пытаясь насладиться им в последний раз… запомнить каждую черту лица. - Жаль, что сегодня она отвратительная… - что-то случилось? – спросил он, глядя на неё с тревогой. Она сжала руки в кулаки, чтобы не дать себе передумать. — Я… — её голос дрожал, — я больше не люблю тебя. Это было ложью. Но сказать правду, признаться, что она сломлена под давлением собственных страхов и чужих слов — она не могла. Это показалось ей единственным выходом. Он смотрел на неё долго, пристально. И лишь кивнул. — Если ты так решила… — его голос был спокойным, но она видела, как он сжал губы, как напряглись пальцы. — Я не буду тебя удерживать. Она ждала, что он спросит "почему". Что попробует понять, что не поверит. Но он этого не сделал. Потому что любил её слишком сильно, чтобы заставлять оставаться. Она ушла первой, оставив его одного. Идя у неё полились слёзы, она не хотела этого, но понимала, что ему будет лучше без неё. По крайней мере она так считала. А те страхи и эта боль некуда не делась и не денется, просто спрячется глубоко внутри. А потом они стали чужими… Они расстались, об этом вскоре знал весь университет. Сначала это были просто шёпоты за спиной, осторожные взгляды, полные любопытства, но вскоре слухи поползли дальше. Кто-то говорил, что это Соха бросила его, потому что не выдержала давления. Кто-то наоборот считал, что именно Хёнджин ушёл, потому что разлюбил или, наконец-то, нашёл лучше. Но каким бы ни был настоящий ответ, все быстро уловили главное: Хёнджин снова один. Это радовало многих девушек, которые раньше стеснялись даже подойти к нему. Теперь же они приглашали его на свидания, старались привлечь внимание, окружали его в кампусе, делали вид, что случайно сталкиваются с ним в коридорах. Но Хёнджин отказывал. Он оставался таким же популярным, всё так же появлялся на студенческих мероприятиях, продолжал сиять, как и раньше… но теперь в его улыбке чувствовалась какая-то холодная отстранённость. Соха видела это со стороны. Она знала, что кто-то пытался занять её место рядом с ним, но сама делала вид, что это её не касается. Она зарылась в учёбу. Просиживала в библиотеке до самого закрытия, засиживалась в аудиториях, чертила, рисовала, проектировала, перечитывала учебники по десять раз. Никаких встреч с друзьями, никаких вечеринок, никакого отдыха. Работа, работа, и ещё раз работа. Их пути иногда пересекались — в коридоре факультета, в столовой, на общих лекциях. Но они смотрели друг на друга, словно были чужими. Больше не было случайных касаний, больше не было украдкой пойманных взглядов, не было даже коротких приветствий. Только тишина...

***

Прошло несколько лет с их выпуска из университета. Они стали взрослее, опытнее, изменились. Соха давно убедила себя, что прошлое осталось позади. Что тот выбор, который она сделала тогда, был правильным. Но у судьбы были совершенно другие планы. Рабочий день только начинался, и конференц-зал наполнился приглушённым гулом голосов. Соха вошла внутрь, держа в руках планшет с заметками по предстоящему проекту. Её коллеги уже заняли места, а кто-то стоял у экрана, листая презентацию. Обычное собрание, обычное начало дня… пока её взгляд не остановился на человеке, сидящем за длинным столом. Чёртов Хван Хёнджин… Сердце на мгновение пропустило удар, а затем стремительно забилось. Он сидел расслабленно, держа в руках карандаш, с которым лениво постукивал по блокноту. Свет от огромных окон падал на его лицо, подчёркивая знакомые черты — те, которые она когда-то знала до мельчайших деталей. Тёмные глаза встретились с её взглядом. Время будто замерло, а вместе с ним и весь мир. Хёнджин тоже застыл, но его лицо оставалось бесстрастным. Ни удивления, ни радости, ни раздражения — ничего, кроме лёгкой тени узнавания. Или это ей показалось? — Соха, присаживайся, — голос начальника вывел её из транса. Она моргнула, заставляя себя оторваться от взгляда Хёнджина, и заняла место подальше, избегая смотреть в его сторону. Собрание тянулось мучительно долго. Когда оно закончилось, люди начали выходить из зала, но Соха всё ещё сидела на месте, собирая вещи. Она надеялась, что он уйдёт первым, но, подняв голову, снова столкнулась с его взглядом. Теперь он стоял рядом. — Не ожидал тебя здесь увидеть, — его голос был ровным, но Соха уловила в нём что-то… непривычное. Сдержанность? Или скрытое напряжение? — Я… тоже, — она сжала планшет в руках. — Ты работаешь здесь давно? — Год с небольшим. Ты? — Полтора года… — она заставила себя выдавить вежливую улыбку. — Выходит, мы могли столкнуться раньше. — Но не столкнулись, — он качнул головой и, чуть прищурившись, посмотрел на неё внимательнее. — А ты изменилась. — Время идёт, — ответила она, стараясь не выдать дрожь в голосе. — Ты тоже. Он усмехнулся — едва заметно, уголками губ. В горле пересохло. Между ними повисло напряжённое молчание. Оба не знали, что сказать. Казалось, слова утратили смысл, ведь столько всего осталось несказанным. Ей хотелось сбежать, уйти до того, как она снова совершит ошибку и позволит воспоминаниям взять верх. — Ладно, мне пора, — она кивнула в сторону двери, — ещё увидимся. — Увидимся, — тихо повторил он. Когда она вышла из зала, ладони были влажными от напряжения. В груди что-то переворачивалось, но она быстро взяла себя в руки и вернулась к работе. Как оказалось, им предстояло работать вместе. Соха отвечала за дизайн нового проекта, а Хёнджин — за его визуальное оформление и иллюстрации. Их пути пересекались всё чаще, и с каждым днём становилось сложнее игнорировать друг друга. Сначала они держались на расстоянии, избегали лишних взглядов и общались исключительно по делу. Но даже в сдержанных обсуждениях чувствовалась натянутость — будто невидимая преграда стояла между ними. Иногда их разговоры напоминали игру в шахматы, где каждый ход был продуман заранее, чтобы не выдать настоящие эмоции. — Этот макет… — голос Хёнджина был ровным, безэмоциональным, будто он обсуждал проект с совершенно посторонним человеком. — Думаю, стоит изменить цветовую схему. Он выглядит слишком холодным для заданной концепции. Соха кивнула, даже не взглянув на него. — Возможно, ты прав. Я попробую другие оттенки, чтобы сделать восприятие мягче. Она сделала несколько пометок в блокноте, стараясь сосредоточиться на работе, но чувствовала его взгляд. Не давящий, не изучающий — просто присутствующий. — И ещё, детали на заднем плане. Они кажутся перегруженными. Если убрать часть элементов, композиция станет более гармоничной, — продолжил он, всё так же спокойно. — Хорошо. Учту. Она подняла глаза — и столкнулась с его взглядом. В нём не было ни упрёка, ни раздражения, но что-то неуловимое скользнуло в этих карих глазах. Недосказанность? Вопрос? Он тоже смотрел на неё, будто искал что-то в её чертах. Что-то знакомое. Что-то, что она когда-то прятала за улыбками. Но мгновение прошло. — Тогда встретимся на финальном обсуждении завтра, — ровно заключил Хёнджин, отводя взгляд. — Да, конечно, — так же бесстрастно ответила Соха. Кто-то из коллег, не подозревая о прошлом между ними, шутливо подметил: — Ощущение, будто вы давно друг друга знаете, так легко общаетесь. Такие милашки. Они переглянулись. В этом взгляде было что-то тёплое, но неуверенное, наполненное воспоминаниями, которые они пытались скрыть. — Просто работаем в одном направлении, — спокойно ответил Хёнджин. Соха лишь кивнула, но на её губах мелькнула лёгкая, почти незаметная улыбка. Они ушли в разные стороны, но что-то изменилось. Почти неощутимо. Со временем неловкость стала отступать. Они всё чаще задерживались после работы, обсуждая идеи, а иногда случайно сталкивались у кофе-автомата. Обычные рабочие моменты, мимолётные взгляды, нейтральные диалоги. Но под этой внешней сдержанностью словно тлели искры. Однажды Соха зашла в кабинет Хёнджина, чтобы уточнить детали по проекту. Кабинет был пуст, только на столе горел свет экрана его планшета. Она подошла ближе — и вдруг замерла. На экране был её портрет. Чёткие линии, мягкие тени, знакомый взгляд.. Сердце дрогнуло. В груди что-то болезненно сжалось. Она хотела отвести глаза, но не смогла. Почему он…? В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Хёнджин. Соха резко обернулась, словно застигнутая на месте преступления. — Что-то случилось? — спокойно спросил он, но в глазах читался скрытый вопрос. — Н-нет, просто… ты так неожиданно зашёл, я не ожидала, — поспешно ответила она, отступая на шаг. Хёнджин не сводил с неё взгляда, затем медленно подошёл к столу и без лишних слов выключил планшет. — Ты хотела обсудить проект? — голос всё такой же ровный, будто ничего не произошло. Соха сглотнула, заставляя себя сосредоточиться. — Да, нужно утвердить финальные правки по композиции. — Хорошо. Давай посмотрим. Он сел за стол, открыл нужные файлы, и всё будто вернулось в рабочее русло. Но что-то повисло в воздухе. Соха пыталась сосредоточиться на чертежах, но мысли не слушались. Перед глазами всё ещё стояло её лицо, выведенное уверенными линиями на экране планшета. Они говорили спокойно, сдержанно, но под этими формальными словами скрывалось больше, чем просто обсуждение дизайна. Их взгляды иногда пересекались, и в них читалось что-то, что ни один из них не решался озвучить. В какой-то момент он протянул руку, чтобы поправить лист с эскизом, и их пальцы на секунду соприкоснулись. Соха почувствовала, как жар мгновенно пробежал по коже. Она тут же убрала руку, сделав вид, что ничего не произошло. — Я подготовлю новые варианты к завтрашнему дню, — быстро сказала она, собирая бумаги. — Хорошо, — тихо ответил он. Словно не желая разрушать этот хрупкий момент, Хёнджин не стал её задерживать. Соха быстро направилась к выходу, но, когда уже почти закрыла за собой дверь, услышала его голос: — Кстати… Она замерла, не оборачиваясь. — Ты всё так же красива, — мягко произнёс он. Сердце сжалось. Она сжала пальцы на папке с документами и, не отвечая, шагнула в коридор. Она не могла позволить себе думать об этом. Иначе прошлое снова настигнет её.

***

Ночной город жил своей жизнью — неоновый свет реклам отражался в мокром асфальте, прохожие торопливо шагали под зонтами, спасаясь от внезапного ливня. Воздух наполнился свежестью дождя, смешанной с ароматом мокрого асфальта и кофе из ближайших кафе. Соха спешила по улице, прижимая к себе сумку, но дождь не щадил никого. Капли стекали по её волосам, промочили пальто и текли холодными струйками по коже. Укрытия поблизости не было, поэтому, когда она заметила маленькое уличное кафе с мягким светом изнутри, не раздумывая забежала внутрь. Колокольчик на двери мелодично звякнул, и тёплый воздух коснулся её промокшего тела. Она быстро стряхнула с себя капли воды и провела рукой по мокрым волосам. Внутри пахло кофе и свежей выпечкой, а приглушённая музыка создавала уютную атмосферу. Заказав горячий чай, Соха устало опустилась за свободный столик у окна. Она обхватила ладонями чашку, наслаждаясь теплом, и смотрела, как капли дождя стекают по стеклу. Но когда дверь снова отворилась, и колокольчик звякнул второй раз, она не сразу обратила внимание. Только почувствовав чей-то взгляд, подняла глаза — и сердце пропустило удар. Хёнджин… В отличие от неё, он был почти сухой. В руке держал аккуратно сложенный зонт, а с плеча свисала сумка. Только лёгкая влажность на кончиках волос и несколько капель воды на манжетах выдавали, что он всё же шёл под дождём. Соха затаила дыхание. Он увидел её сразу, остановился, будто размышляя, стоит ли подходить. Но секунду спустя уже направился к её столику и молча сел напротив. Его взгляд задержался на её промокших волосах, на том, как она пыталась согреться, прижимая чашку к ладоням. В этом взгляде было что-то неуловимое — смесь лёгкой укоризны, нежности и… недосказанности. Между ними повисла тишина. Неудобная, напряжённая, но в то же время полная чего-то неуловимого. Хёнджин задумчиво смотрел на неё, а она почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Почему ты тогда сказала, что разлюбила меня? — его голос был тихим, но в нём чувствовалась тяжесть, накопленная годами молчания. Сердце сжалось. Её пальцы крепче сжали чашку, пытаясь согреться, но в груди всё равно было холодно. Этот вопрос преследовал её с того самого дня, когда она произнесла ложь. Она думала, что сможет с ним жить, но сейчас поняла — не сможет. Она вздохнула и посмотрела ему в глаза. — Потому что… — её голос дрогнул. Пришло время сказать правду. — Потому что я… я испугалась. — Её голос дрогнул, и она опустила взгляд, не в силах смотреть ему в глаза. — Испугалась, что не смогу быть той, кого ты заслуживаешь. Что я… сломаюсь. Что мои страхи и боль разрушат нас. Она сделала паузу, собираясь с силами, чтобы продолжить. — Я знала, что люблю тебя. Но я думала, что это эгоистично — позволить тебе остаться со мной. Я думала, что ты будешь несчастен. Что я сделаю тебя несчастным. Я думала, что делаю тебе одолжение, отпуская тебя. Она подняла глаза, и слёзы заблестели в них. — Я была такой глупой дурой. Такой трусливой. Я так сожалею. Я никогда не переставала любить тебя. Никогда… — Я понимаю… — тихо ответил Хёнджин, — я тоже боялся, особенно когда сказала в ту ночь, что разлюбила меня. Я не хотел в это верить. После этого я долго думал, что я сделал не так. Я боялся, что потерял тебя навсегда. И, честно говоря, часть меня до сих пор боится. Но… — он взял её руки в свои, — я всё ещё люблю тебя, как и тогда. И я готов пройти через всё это вместе с тобой. Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Но сначала нам нужно поговорить. Нам нужно разобраться с нашими страхами, с нашим прошлым. Нам нужно понять, как двигаться дальше. Но я хочу, чтобы мы сделали это вместе. Она кивнула, слёзы снова навернулись на глаза. — Я тоже этого хочу, — прошептала она. — Тогда… — Хёнджин улыбнулся, — тогда давай начнём. Прямо сейчас. Они долго говорили, рассказывая друг другу о своих страхах, о своих переживаниях, о том, как они провели эти годы в разлуке. Они плакали, смеялись, молчали, держась за руки. Они делились своими самыми сокровенными мыслями, своими самыми глубокими чувствами. Когда они закончили, на улице уже стемнело. Хёнджин посмотрел на неё, и в его глазах она увидела любовь, которая никуда не исчезла. — Ты устала, — сказал он. — Позволь отвезти тебя домой. Она покачала головой. — Я не хочу уезжать… — прошептала она. Хёнджин улыбнулся, поглаживая её нежные ладони. — Тогда оставайся, — сказал он. — Мой дом ближе, чем твой. Они сели в машину Хёнджина, и он повёз её к себе. По дороге они молчали, наслаждаясь близостью друг друга. Когда они приехали, Хёнджин открыл дверь и пропустил её вперёд. Она вошла в дом, и её окутало тепло и уют. Ощущение чего-то родного, как будто они вернулись в их счастливое прошлое… — Ты можешь остаться на ночь, — сказал Хёнджин. — У меня есть свободная комната. Она кивнула, и они вместе поднялись наверх. Он показал ей комнату, и она вошла, чувствуя себя странно спокойно и умиротворенно. Она знала, что у них еще много работы, чтобы разобраться со своим прошлым и страхами. Но она также знала, что они сделают это вместе. Он открыл шкаф, достал свою рубашку и протянул ей. — Надень, — сказал он. — Тебе будет удобнее. А то мокрая как лужа. Жду на кухне, пить тепленький чаёк, а то ещё заболеешь мне тут. Затем он вышел из спальни, оставив её одну, и направился на кухню. Она взяла рубашку, в итоге она достала ей до колен. Она была немного смущена, но чувствовала себя уютно в его большой рубашке. Ей нравилось снова ощущать его запах на себе. - Кхм… - тихо кхмакнула она, чувствуя себя немного неловко. Хёнджин услышал её кмыканье и повернулся. — Что слу… — он замер без слов. — О мой бог… — прошептал он, и его голос дрогнул, а внутри всё перевернулось. — Ты стала ещё красивее, чем я помню… боже… Она улыбнулась и заправила прядку волос за ухо, чувствуя, как краснеет. — Спасибо, — прошептала она в ответ. Они сели за стол пить чай и разговор снова вернулся к прошлому, к работе, к жизни. Они говорили обо всём, пытаясь наверстать упущенное время. — Может, выпьем немного? — предложил Хёнджин, и она кивнула. Они достали бутылку вина и наполнили бокалы. Алкоголь расслабил их, и они стали более открытыми друг с другом. Они снова смеялись, плакали, делились своими самыми сокровенными мыслями. В какой-то момент Хёнджин приблизился к ней и нежно коснулся её щеки, его глаза горели страстью. — Я очень скучал по тебе, — прошептал он, и его голос дрогнул. Она прижалась к нему, отвечая на его прикосновение. — Я тоже скучала, — прошептала она в ответ. Он наклонился и поцеловал её. Поцелуй был нежным, но с каждой секундой становился всё более страстным. Он подхватил её на руки и понёс в свою спальню, не останавливаясь ни на секунду. Она ответила на поцелуй, и их тела сплелись в объятиях. Они сняли друг с друга одежду, и их прикосновения стали более откровенными. Они любили друг друга, как будто пытались наверстать упущенное время, как будто боялись, что это может быть последний раз. Их движения были плавными и нежными, полными любви и тоски. Они касались друг друга, исследуя каждое изгиб тела, каждый шрам, каждую родинку. Они шептали друг другу слова любви, слова, которые копились в их сердцах годами. Их поцелуи становились всё более страстными, их дыхание — прерывистым. Они двигались в унисон, их тела сливались в одно целое. Время летело незаметно, и ночь постепенно уступала место утру. Первые лучи солнца пробились сквозь шторы, освещая их сплетённые тела. Она проснулась первой, её глаза медленно открылись. Она резко села на кровати, не веря своим глазам. Рядом, на подушке, лежал Хёнджин. Его обнаженная спина была повернута к ней, открывая вид на сильные плечи и рельефные мышцы. Свет из окна мягко падал на его кожу, подчеркивая каждый изгиб. Он был таким красивым, таким уязвимым, таким... её. Ее взгляд скользнул ниже, к его бедрам, прикрытым белой тканью. Она вспомнила их страстную ночь, их сплетенные тела, их шепот и стоны. Её сердце забилось быстрее, и она почувствовала, как к щекам приливает кровь. Неужели это все было реальностью? Неужели они действительно провели эту ночь вместе?... Внезапно Хёнджин зашевелился и открыл глаза. Он посмотрел на нее сонным взглядом, его голос был хриплым. — Что случилось? — спросил он, его голос был обеспокоен, потирая глаза. Она не могла говорить. Она просто смотрела на него, пытаясь осознать, что он здесь, рядом с ней, в её жизни. — Всё, что было вчера, это ведь правда? — её глаза светились и бегали по лицу старшего. — Конечно. А что такое, ты не рада? — парень сонно улыбнулся, повернувшись на спину. Вид открылся на его пресс: рельефные кубики, словно плитка шоколада, плавно переходили в тонкую линию, ведущую к низу живота. Соха хотела ответить на его вопрос, но взгляд был прикован к его телу, и, конечно, он это заметил. — Хочешь потрогать? — с улыбкой спросил он. Соха лишь тяжело сглотнула, не отрывая взгляд. Хён взял её руку и начал водить по своему телу, от груди до низа живота. Девушка пребывала где-то в космосе, она до сих пор не верила, что это всё наяву. Она думала, что всё это её дурной сон, не может же быть, что сам Хван Хёнджин теперь снова её… Очнувшись от этого, она резко спросила: — Ой… а сколько сейчас времени? — 7:43, — ответил он, рассматривая её милое, красное личико. — Не отлынивай, милая. Теперь не сбежишь от меня, считай, что ты в ловушке, — с наглой улыбкой произнёс он, прижимая её к себе и поглаживая её спину, наслаждаясь по-настоящему добрым утром. — Нам на работу нужно уже собираться… — Да забей на эту работу, она сможет подождать, а я нет. — Тебе не кажется, что кое-кто немножко обнаглел? — привстав, она посмотрела на него с лёгкой улыбкой. — Кажется, и это работа обнаглела, она забирает у меня мою девушку, которую я давно не видел. Вообще какой-то пиздец, — огорчённо сказал он и сел в кровати. — Пошлите, леди, приготовим вам вкусный кофе и пойдём вас прихорашивать, а то ваша работа слишком востребована. А вот если бы вы были со мной в этот прекрасный весенний день, вы бы могли ещё долго лежать в этой уютной кроватке с таким прекрасным, скромным мужчиной, но вы выбрали работу, — одевая шорты, парень бубнил лекцию. Иронично смахнув слёзы, он направился на кухню, оставив Соху хихикать и умиляться.

***

За окном уже темнело, окрашивая небо в оттенки фиолетового и оранжевого. В офисе царила тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом бумаг и стуком клавиатур. Соха, сосредоточенно хмуря брови, раскладывала папки по полкам у себя в кабинете, стараясь привести в порядок накопившиеся за день документы. Внезапно дверь кабинета бесшумно открылись, и Хёнджин, словно тень, скользнул внутрь. С тихим щелчком он опустил жалюзи, отрезая их от внешнего мира. Соха удивленно обернулась. — Что ты делаешь? — спросила она, но её голос потонул в тихом гуле офиса. Коллеги, заметив странное поведение Хёнджина, начали перешептываться, обмениваясь любопытными взглядами. Хёнджин, не обращая внимания на окружающих, подошёл к Сохе, прижал её к стеллажу и страстно впился в её губы. Поцелуй был неожиданным и требовательным, но Соха, поддавшись моменту, ответила на него. Однако, опомнившись, она отстранилась и укоризненно посмотрела на Хёнджина. — Дурак, ты что делаешь? — Целую свою девушку, — с щенячьей нежностью в голосе ответил он. — Ну не на работе же… — Я и так весь день держался. Нет, даже больше, после нашей встречи я всё время так хотел сделать, но не решался, боялся, что сделаю только хуже. А теперь мне ничего не мешает. А, нет, твоя дурацкая работа. Ну а теперь позволь мне побыть пубертатником. — Глупый… — прошептала Соха, улыбаясь, и прижалась к его груди, слушая, как бешено колотится его сердце. — Вообще-то, я пришёл тебя пригласить на одну выставку картин. Не хочешь пойти со мной? — спросил Хёнджин, крепче обнимая её. — М-м-м, что за выставка? — не отрываясь от его груди, подняла голову Соха. — А вот если пойдёшь — узнаешь, — с хитрой улыбкой ответил он. — О-о-ох, уговорил, пойдём мы на эту твою выставку, — закатила глаза Соха, но улыбка не сходила с её лица. — А теперь отойди, меня, как ты говоришь, моя работа ждёт. После работы жду у выхода, если тебя не будет 2 минуты, пойду к себе домой. — Ах ты, маленькая… — И я тебя люблю, чагия, — чмокнув его в губы, сказала Соха и вернулась к работе. После работы они снова поехали к Хёнджину домой. Они проснулись ближе к полудню, нежась в лучах солнца, пробивающихся сквозь шторы. Хёнджин, обнимая Соху, лениво потянулся и пробормотал: — Доброе утро, соня. Соха, улыбаясь, прижалась к нему и прошептала: — Доброе утро. Они не спешили вставать, наслаждаясь теплом друг друга. Наконец, Хёнджин поднялся и, накинув халат, отправился на кухню. Соха, последовав за ним, уселась за стол, наблюдая, как он ловко готовит завтрак. После сытного завтрака они начали собираться на выставку. Соха, увлечённая выбором наряда, не заметила, как Хёнджин улыбался, глядя на неё. Они сели в машину Хёнджина, и всю дорогу болтали, смеясь и обсуждая планы на вечер. Приехав на выставку, они вошли в просторный зал, наполненный картинами различных стилей и направлений. Соха, заворожённая увиденным, начала медленно двигаться вдоль стен, рассматривая каждое произведение искусства. Хёнджин, наблюдая за её увлечённостью, незаметно отстал. Соха, погружённая в мир искусства, не заметила, как оторвалась от Хёнджина и, пройдя сквозь толпу, оказалась в конце зала, где почти не было людей. Здесь, в тишине и уединении, она остановилась перед предпоследней картиной. На полотне были изображены две фигуры — силуэты, нарисованные мягкими, тёплыми оттенками, стоящие рядом и смотрящие в небо. Соха замерла, узнавая в этих силуэтах себя и Хёнджина. Слёзы навернулись на её глаза. — Думаешь, мы сможем начать заново? — раздался сзади тихий, но уверенный голос Хёнджина. Соха, не отрывая взгляда от картины, услышала, как он продолжил: — Я знаю, что, может, я слишком спешу, но я правда не хочу тебя снова потерять… Я не могу этого допустить снова. Все эти годы были такой мукой для меня, я не знал, куда себя деть. Я хочу видеть тебя каждый день, каждый день видеть твою улыбку, тебя спящую рядом, просто видеть тебя. Я хочу с тобой построить своё полноценное будущее, я хочу, чтобы частичка тебя и меня бегала у нас по дому. Ты выйдешь за меня? Хёнджин опустился на одно колено, протягивая коробочку с красивым, серебряным кольцом. Соха медленно повернулась к нему, её глаза были полны слёз. Она посмотрела в его глаза и впервые за долгое время почувствовала, что готова попробовать снова. — О, боже, конечно же, я согласна! — воскликнула она, бросаясь к Хёнджину и крепко обнимая его.