Свет в темноте

Свет в баре был тусклым, музыка приглушенной, словно находишься под водой, заглушая все мысли. За стойкой сидел Крис Редфилд, погруженный в раздумья, его стакан был по обыкновению наполнен виски. Он смотрел куда-то прямо, сквозь стену, ища в голове ответы на вопросы, не имевшие никакого смысла. Время  было каким-то тягучим, не настоящим, будто бар находился в другой реальности, где не существовало ни войн, ни боли, ни этого пожирающего отчаяния. Крис напивался уже который день подряд, он не хотел оставаться трезвым, не хотел слышать звуки выстрелов в голове, видеть лица бывших солдат. Крис в прошлом капитан отряда «Альфа» в Североамериканском отделении BSAA. Он был военным пилотом на передовой, но сейчас его жизнь свелась к бесконечным вечерам в барах, в попытках залить остатками виски жгучую боль и ненависть, в попытках избавиться от воспоминаний о невернувшихся товарищах. Каждый глоток был как попытка заткнуть рот кричащей совести, но она всегда была громче, оставалась с ним.  Этот вечер не стал исключением, однако когда он снова попросил добавки, в бар зашел Пирс Ниванс. Он с детства мечтал быть солдатом, восхищался Крисом, это была одна из причин, почему ему было тяжело видеть его в таком состоянии. Пирсу нравилось отношение Криса к отряду: как к семье, не как к расходному материалу. Все мужчины в семье Ниванса были военными, парень окончил военную академию, где его отмечали как великолепного снайпера. Он вступил в Силы специального назначения Армии США. Однако, вскоре после вступления в ряды спецназа, он стал испытывать разочарование, мечтая о чем то большем. Стремясь к своему идеалу - Редфилду. Пирс всегда верил в команду, в их силу и единство. Этим он нравился Крису, хотя, его и раздражал излишний оптимизм солдата.  — Крис, — произнес Пирс, подходя к стойке. Он будто не замечал атмосферы, исходящей от Криса. — Все сидишь здесь. — Где же еще мне быть? — подняв глаза усмехнулся Редфилд. — Все эти войны, заражения – это не то, что можно забыть. Я бы хотел вычеркнуть эту страницу из своего прошлого, но не могу так поступить. Все это останется со мной, как бы я не стремился убежать.  Пирс сел рядом, заказал себе пиво и, облокотившись на стол, произнес: — Почему бы тебе не начать заново? Ради них всех.  — Начать заново, да? — Крис хмыкнул. — Это не так просто. Я устал. Устал от сражений, от потерь. Я ненавижу чувствовать себя бессильным, не в силах помочь им. Я не могу просто взять и забыть.  — Я и не прошу забывать, — Ниванс наклонился ближе. — Ты не один, Крис. Все они были там, все кого-то потеряли, не дождались. Но это не значит, что время сдаваться. Ты – наш капитан. Ты – тот, кто поведет нас вперед.  — Извечный оптимист, — мужчина сделал глоток, обжигая горло. Во взгляде Ниванса такая искренность, невозможно игнорировать. Постоянно. Он не может сопротивляться, не может спорить, видя это. Может у него действительно есть шанс на искупление. — Не уверен, что это поможет, но…  — Но. Попробуй. Видишь, ты в раздумьях. Ты не виноват. Не ты, — Пирс поднял бокал. — За наше светлое будущее.  Крис поднял свой стакан и допивая понял, что уже сдался под напором Ниванса. В самом начале. Он чувствовал давно забытую уверенность. Они продолжили разговаривать, Пирс говорил о планах, о изменении мира, о том, как они помогут другим. Мужчина сначала не слышал, а потом, в какой-то момент он начал верить.  Через несколько недель Крис вновь оказался в строю, хотя не ожидал от себя такого. Пирс улыбнулся, сказал, что всегда знал. Редфилд усмехнулся: как этот парнишка мог знать, если сам Крис не был уверен. Пирс верил в него, команда верила, это не давало свернуть с дороги. Однако, несмотря на поддержку, Крис все еще ощущал груз вины. Редфилд, сам того не замечая, вновь повязался к отряду, хотя обещал себе больше такого не совершать. Он чувствовал, что эти люди стали ему как семья. Он не мог их оставить. Вся команда чувствовала этот дух, все держались за друг друга. Даже к новобранцам привязались, одним из них был Флин. Он был неопытным, открыто восхищался капитаном. Кто-то посмеивался над ним из-за этого, но не Пирс. Тот видел себя в этом новичке: когда-то и он так смотрел на Криса. Теперь же научился скрывать это, но все также поражался иногда широте души, ответственности и самоотверженности капитана. Потерю Флина все перенесли тяжело. Как если он был их младшим братом. Крису было тяжелее всех, снова, снова из-за него кто-то умер. Но Пирс оставался рядом, подбадривая его.  Но казалось смерть новобранца запустила череду событий. На одной из миссий, спустя пару месяцев, команда столкнулась с неожиданным противником. Силы были не равны, все пошло не по плану. Они потеряли много людей, и, Крис, как командир, чувствовал в этом свою вину. Он не мог избавиться от мысли, что мог бы сделать больше, спасти своих товарищей. Погибли все, кроме Пирса и Криса. Ниванс всегда был рядом, не оставляя командира в одиночестве, говорил, что это не его вина, что они сделали все, что могли, но капитан не мог принять это. Он вновь чувствовал себя предателем и ненавидел это.  Миссия была завершена, Крис и Пирс выполнили задание, вернулись победителями, но от мысли об этом, Редфилду было тошно. Чувство вины не покидало его. Он сидел на краю своей кровати, глядя в окно на серое небо, которое отражало его внутреннее состояние. Его мысли постоянно возвращались к смерти команды. Победа, да, но не любой ценой. Он не мог этого осознать. Ему снились кошмары. Вернее, это были радостные сны о днях, проведенных вместе с солдатами. Но, просыпаясь, он понимал, что всё это были игры его разума, и снова терялся в пучине неизбежной тоски. Пирс постоянно приходил к нему, разговаривал, пытался поддержать. Все твердил, что это не его вина. Ниванс заставлял его забыть о этих мыслях. Он вспоминал о их первых выездах, первых миссиях, о том, как они вместе справлялись с трудностями. Пирс всегда был тем, кто мог поднять настроение, даже в самые темные времена. Однажды он напомнил капитану о случае, когда они только познакомились. Тогда Ниванс до жути раздражал мужчину своей уверенностью и оптимизмом, которые остались у него по сей день. Он тогда считал, что Пирс не сможет быть хорошим союзником. Не верил в него. Лишь потом понял, как он ошибался. Крис помнит, как они встретились с Карлой Радамес, представшейся Адой Вонг, которая заманила их отряд в ловушку. Активировала специальную игольчатую бомбу, начиненную шприцами с вирусом. Боевые товарищи Криса и Пирса не смогли среагировать на внезапную атаку, оказались заражены. То столкновение с этими мутантами едва не стало для командира роковым, но Пирс не потерял голову, проявил себя как настоящий солдат. Тогда Редфилд и понял, что этот парнишка настоящий союзник, который даже может превосходить его, Криса, по силе. После этого они вспомнили о реабилитации командира, затянувшейся на целых шесть месяцев. О том, как Пирс искал его и нашел в баре, в крайне нетрезвом состоянии. Крис тогда не хотел ничего помнить, старался забыть о сослуживцах, о биотерроризме. Ниванс пробудил болезненные воспоминания и, несмотря на все, убедил Редфилда вернуться в ряды спецназа. Вот и сейчас он помог капитану собраться с мыслями, Крис встал и направился к своему рабочему столу. В последнее время он разбирал документы и поднимал архивы о сослуживцах, погибших в той опасной миссии. Редфилд не мог избавиться от чувства, что эти бумаги были не просто бумагами, а чем-то большим, напоминанием о потерянных людях. Он взял их в руки, в который раз пытаясь найти какую-то зацепку, которая могла бы объяснить произошедшее на той миссии. Редфилд понимал, что ему нужно двигаться вперед. Но как? Как можно забыть о том, что произошло? Как можно жить, когда твоя команда мертва? А ты остался один. Хотя нет, не один. Радовало только существование пирса. Внезапно его телефон зазвонил, прервав размышления. Это был один из членов команды, который хотел обсудить предстоящую операцию. Крис вздохнул, собираясь с мыслями. Он понимал, что не может позволить себе сдаться. Он должен быть сильным, как и говорил ему Пирс. — Привет, Крис, — произнес голос на другом конце провода. — Мы собираемся встретиться в штабе через час. Нужно обсудить детали операции.  — Да, я понял, буду, — ответил Крис, стараясь звучать уверенно.  Он отключил телефон и посмотрел в зеркало. Его отражение выглядело усталым, но в глазах все еще горел огонек решимости. Он должен был продолжать ради команды, и, кроме того, Пирс просит, чтобы он не сдавался. Когда Крис пришел в штаб, атмосфера была напряженной. Команда собралась вокруг стола, обсуждая детали предстоящей миссии. Редфилд понимал, что это его обязанность — вести команду, несмотря ни на что. — Итак, - начал один из офицеров. — Мы получили информацию о возможном нахождении врага. Нам нужно будет действовать быстро и решительно. Крис, ты готов взять на себя командование?  Крис кивнул, хотя внутри него все еще бушевали эмоции. Он знал, что должен быть сильным, но мысли о Пирсе и команде не покидали его. Он чувствовал, что каждый шаг, который он делает сейчас, будет отголоском того, что произошло в прошлом.  — Мы должны быть осторожны, — произнес Редфилд. — Враг может быть сильнее, чем мы ожидаем. Нам нужно работать как единое целое. Все согласно закивали, Крис знал что товарищи полагаются на него, и это придавало ему сил. Он поднялся и заговорил,старась вложить в свои слова уверенность.  — Мы справимся, — сказал он. — Мы команда, и вместе мы сможем преодолеть любые трудности. Я знаю, что это будет сложно, но мы должны помнить, что мы не одни. Каждый из нас должен поддерживать других, как и всегда.  Пирс и вся остальная команда кивнули ему. Крис улыбнулся и почувствовал, как в нем загорается вновь искра надежды. Он понимал, что, несмотря на все трудности, он не один. У него есть Пирс и товарищи, которые готовы поддержать его.  После встречи Крис снова остался наедине с собой. Он посмотрел на документы, которые лежали на столе, и не мог избавиться от мысли, что они содержат в себе ответы. Он вновь изучил их, хотя уже знал их содержимое наизусть, пытаясь найти ответ на произошедшее тогда. Внезапно его внимание привлекло одно имя. Оно было знакомым, но он не мог вспомнить откуда. Он начал искать в памяти и вдруг вспомнил. Это тот человек, который был с ними на той операции. Крис вспомнил всю свою команду. Все выглядели уверенными в своих силах. Но все же что-то пошло не так. Рэдфилд решил, что должен выяснить правду, чего бы это ни стоило. Он не мог позволить себе оставаться в неведении. Возможно, знание о произошедшем поможет ему найти покой. Или поможет Пирсу, ведь он тоже наверняка так же переживает, как и Крис, просто не показывает этого.  На следующий день Рэдфилд договорился о разговоре с одним из своих знакомых, который работал в разведке. Они встретились в баре, где командир чувствовал себя немного более расслабленным.  — Крис, — начал его знакомый, — слушал ты снова в строю. Это хорошо, но кажется, ты пришел сюда за какой-то информацией.  Рэдфилд кивнул: — Да, мне нужно узнать правду. Не могу продолжать, пока не пойму, что тогда случилось. — Ты снова возвращаешься к произошедшему? Это может быть опасно. Ты знаешь, некоторые вещи лучше оставить в прошлом.  — Не могу, — ответил Крис. Его голос был полон решимости. — Я должен, нет, обязан знать! Вернувшись домой, мужчина чувствовал, что находит силы, которые давно потерял. Он поделился произошедшим с Пирсом, и тот был рад за него. Возможно, теперь, наконец, Крис сможет обрести покой. Крис Редфилд стоял на краю обрыва, глядя на бушующее море. Ветер свистел в ушах, словно пытался донести в уши опыт давно ушедших людей. Он чувствовал, как его сердце бьется в унисон с волнами, которые сбивались от скалы. Каждый удар был напоминанием о том, что он все от мысли о том, что произошло на той миссии. Но чем больше он пытался забыть, тем сильнее его стянуло к истине. Он знал, что не сможет обрести покой, когда разгадка так близко, пока он не узнает, что произошло с его командой. Через некоторое время они с Пирсом вернулись в штаб. Товарищи обсуждали предстоящую операцию, но Крис не мог сосредоточиться. Его мысли были заняты только одним — поиском правды. Он знал, что должен действовать, и, собравшись с духом, решил поговорить с командой. Пирс посмотрел на него, поддерживая.   — Ребята, — начал Крис, привлекая внимание всех присутствующих, — Я знаю, что у нас есть важная миссия впереди, и она уже совсем скоро, но мне нужно, чтобы вы меня выслушали. Я не могу продолжать, пока не пойму, что произошло на той операции, где я потерял стольких.  В помещении воцарилась тишина. Мужчина чувствовал, как его слова отзывались в сердцах товарищей. — Мы все потеряли кого-то, — сказал один из солдат. — Но мы не можем изменить прошлое, мы должны двигаться вперед.  — Я понимаю, — ответил Крис, — но не могу забыть. Я должен знать, что произошло, должен понять, почему это случилось.  Несколько минут напряженного молчания. Наконец, один из офицеров, который всегда поддерживал его, произнес: Если хочешь узнать правду, мы будем с тобой. Мы команда, и не оставим тебя одного. Пирс кивнул и произнес: —Да, я всегда буду рядом с тобой, командир. В течение следующих нескольких дней они собирали информацию, опрашивали свидетелей, изучали документы. Редфилд погрузился в работу, его товарищи поддерживали его на каждом шагу. Он чувствовал, что вместе они могут преодолеть любые преграды. Однажды ночью, когда они изучали очередной отчет, Крис наткнулся на документ, который привлек его внимание. В нем он говорил, что на той операции произошел сбой в коммуникациях, и это привело к трагическим последствиям.  — Смотри, сказал он, показывая документ Пирсу. — Здесь говорится о сбое связи. Это может объяснить, почему мы не смогли получить поддержку вовремя.  Пирс показал документ команде. И все стали обсуждать детали. Крис почувствовал, как к нему нарастает уверенность. Они продолжили изучать и вскоре выяснили, что сбой скорее всего был вызван предательством кем-то внутри их отряда. Мужчина не мог поверить, что кто-то мог так поступить. Это предательство стоило жизни целой команды. Он знал, что должен найти того человека и выяснить, почему он это сделал. Он чувствовал как его охватывает гнев. Пирс подошел и положил руку на плечо командира.  — У нас получается, мы не одни, видите?  — Да да, ты снова оказался прав — хмыкнул Редфилд и улыбнулся.  Через пару дней, всё ещё изучая документы, пытаясь выйти на предателя, один из офицеров заметил документ, в котором говорилось о смерти Пирса. Он немедленно подошёл к Редфилду, чтобы показать ему.  — Крис, вы видели?  Редфилд взял документ, улыбаясь после разговора с Пирсом. Он начал вчитываться, но по мере прочтения глаза его наполнялись сомнениями и печалью. Этого просто не может быть. Не может. Он только что разговаривал с Пирсом, с ним все в порядке. Пирс выжил в том бою. Так ведь? Выжил ведь? Он ведь... Он же настоящий? —  Мне нужно выйти на воздух. Пирс, поговорим?  Редфилд и Ниванс вышли на улицу. Холодный ветер проникал под куртки, заставляя покрываться мурашками. Или это был не ветер вовсе? Крис вздохнул и повернулся к Пирсу.  — Ты видел тот документ? Так ловко сфабрикован. Я ведь даже сначала и поверил. Но вот ведь ты, передо мной. Настоящий, ведь так? — В его внезапно севшем голосе слышалась надежда.  Пирс грустно улыбнулся:  — Нет. Нет, командир, вы никогда не ошибались, но сейчас, похоже, такой случай. Я не выжил в том бою. Меня нет уже год. А вы всё говорите со мной, всё видите меня. Я не мог признаться. Не мог оставить вас одного. Я ведь обещал тогда. — Но. Это же просто бред какой-то, я ведь вижу тебя. Вот же ты. Как такое возможно. Ты же настоящий. — Редфилд потянулся и взял Ниванса за руку, которая была холодной. — Это все какой-то кошмар. — Простите, командир, что подвел, виноват. Я не хотел, чтобы вы узнали. Не тогда. — Пирс грустно смотрел в глаза совсем отчаявшегося командира. — Теперь мне надо идти. Я знаю, что вы сможете со всем справиться и без меня. У вас есть хороший отряд. Я в вас верю. Всегда верил и всегда буду. Не зацикливайтесь на прошлом. Как найдете предателя, отпустите все это, хорошо? Меня отпустите. Живите дальше, командир. За нас всех.  — Я не могу. Не знаю как. - прошептал Крис, опуская голову.  Пирс положил руку на плечо командира:  — Нет, можете. Вы.. Ты всегда был сильнее, чем ты думаешь. Живи за нас всех, Крис. За нас обоих. Живи и помни. Ладно?  Мужчина не нашел в себе сил ответить. Он просто молча стоял, не в состоянии взглянуть на тающий образ Ниванса.  Вся операция по поимке предателя прошла как в тумане. Крис видел в других что-то от Пирса, не мог поверить. Все казалось кошмаром, от которого Редфилд никак не мог проснуться. Он чувствовал переплетающиеся в его сердце печаль и гнев. Понимал, что это уже не вернет Пирса. Ведь он все это время жил в его голове. Крису хотелось напиться, но он обещал Нивансу четыре месяца назад. что бросит. Или не Нивансу?.. Себе?  Вернувшись в штаб, Крис чувствовал как вина понемногу отпускает его. Он знал, что не сможет изменить прошлое, но теперь он должен двигаться дальше. Должен жить за них двоих.  Стоя на том же обрыве, Крис глядел на место, где недавно стоял Пирс. Редфилд перевел взгляд на море, ветер шумел в его ушах. Он знал, что Ниванс не совсем ушел. Он останется с ним в его сердце и в его воспоминаниях. Редфилд должен продолжать жить, не только ради себя, но и ради тех, кто не смог вернуться.  Крис закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Он должен начать новую главу своей жизни, полную надежды. Его ждет много трудностей впереди, но он готов к ним. Он не один. С ним команда. Он не одинок. Он справится. Ведь Пирс Ниванс, извечный оптимист, верит в него.