Клан: 13

      — Кесу, а что это за штучка?       — Закрой рот!       …       — А эти проводки бьются током?       — Заткнись!       …       — Кесу, от тебя так приятно пахнет!       — Ебало!       …       — Можно я посплю рядом с тобой, кесу?       — Нет!       …       — Ты линяешь, кесу? Хочешь я вычешу твой хвостик?       — Отъебись!       …       — Я сам собрал эти цветочки… Они такие же нежные, как и ты…       — Пожалуйста… Отойди…       …       — Мы же друзья, кесу?       — Отстань…       …       — Может, я могу тебе помочь? Хочешь, подержу эту шт… ай!       — Осторожно, кретин!       …       — Кесу-я...       Джун вздохнул.       — Достань белье из сушилки и сложи в стопку, понял?       — Угу, — Эймон открыл дверцу сушильной машины. Его хвост завис в воздухе, точно очерчивая знак вопроса. Омега фыркнул, взобрался на большую коробку и, открыв форточку, закурил. — Кесу-я, а хочешь пойти со мной на плавание в выходные? В субботу в комплексе почти никого нет, так что…       — Не хочу, — Джун выдохнул дым в окошко и отвел уши. Вообще-то, плавание звучало не так уж и плохо. Но омега с куда большим удовольствием просто повалялся бы в бассейне. С пивом.       — Тогда может… м-м… пикник? — попробовал альфа. Джун бросил на него взгляд и тот нервно поджал губы, глядя на свои руки, разглаживающие ткань наволочки.       — Сдурел? — омега выразительно выгнул бровь и Эймон расстроенно прижал уши, опуская голову. Джун стряхнул пепел. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь узнал, что они общаются. Породистому альфе из элитного клана такое легко спустят с рук, а вот Джуна погонят взашей.       Стиральная машина загудела, затряслась, и тоскливый вздох альфы потонул в шуме.       — А хочешь, я покажу тебе свой корабль?       Джун навострил уши. Вот это уже звучало куда интереснее.       — Корабль? Космический? — уточнил он.       — Да! Я назвал его Вейл. Клан подарил мне его на двадцатилетие, но из меня плохой пилот… Я учился на штурмана, — пробормотал Эймон, складывая последнюю простынь — от свежевыстиранного белья исходил приятный аромат ванильного кондиционера.       — Что за модель? — омега сделал еще затяжку и прищурился, чувствуя, как разыгралось любопытство: доступ к ангару — это хорошо. Корабль — еще лучше. Джуну хватит побывать на нем единожды, чтобы полностью взломать систему и украсть его в будущем — и тогда не придется прибегать к помощи извне.       — Starhunter 045, корвет. Вся партия была аннулирована, а прототипы уничтожены. Так что несколько моделей остались в частных коллекциях… и у меня, — в глазах альфы блеснул хвастливый огонек.       Омега присвистнул. Потушил окурок пальцем.       — Да, с ним, в принципе, сложно справиться… Перегрузки, наверное, ебнутые? — Джун спрыгнул с коробки.       — Очень сильные.       — Сколько он…       — Пятьдесят метров в длину. Есть жилой модуль и…       Пятьдесят метров! В такую махину можно было вместить около двадцати человек без перегруза. А если рискнуть, то и сорок. Хотя здесь, пожалуй, Джун вряд ли найдет столько единомышленников.       — Хм, — омега бросил взгляд на комм, притворно задумавшись, а затем устало выдохнул: — смогу в четверг после полуночи.       — После отбоя будет трудновато попасть в ангар…       Джун разочарованно вздохнул и надул губы.       — М-м… не сможешь… ну…       Эймон повелся, как ребенок. Джуну пришлось постараться, чтобы не захихикать.       — Смогу! Тогда встретимся здесь в четверг после отбоя! Я возьму покушать, — последнее он добавил чуть тише. — Что тебе нравится, кесу-я? Мороженое? Может, сэндвичи? Или клубника в шоко…       — Ты закончил работу? — перебил его Джун.       — Да, я все сложи…       — Хороший мяру, — от обращения и похвалы Эймон по-настоящему засветился — он счастливо улыбнулся и омега усмехнулся в ответ, наклоняясь, чтобы поднять корзину с бельем. — Я пошел работать.       Однако выйти из прачечной Джун не успел: альфа вдруг нагнал его и придержал дверь, не давай пройти. Из проема подуло холодным осенним ветром и по загривку побежали мурашки.       — Кесу-я, а можно мы будем встречаться не только в прачечной? — с надеждой спросил альфа.       — Нельзя.       Эймон расстроенно прижал уши и потупил взгляд в пол.       Джун поджал губы. Нервно махнул хвостом.       Ну что за балбес такой?       — Мы ведь увидимся в ангаре, — сказал омега.       — Угу, — прозвучало, впрочем, не менее печально.       — На выходных я, может, приду в бассейн, — добавил Джун, сам не понимая зачем. Наверное, просто от природы был слаб ко всем убогим. — Но не с тобой, понял? Просто так.       Альфа вскинул удивленный взгляд, и тут же заулыбался. Улыбка ослепила — Джуну захотелось зажмуриться. А лучше прописать с правой в счастливое табло Эймона, чтобы не светил клыками без остановки.       — Понял, кесу-я! — ответил тот, подбираясь. — Так я возьму моро…       Джун толкнул дверь ногой и вышел из прачечной.       Нужно было каким-то образом отвадить этого кота.                                                                         ***       По будним дням Джун старался не заходить в клуб, где работал Мария. Точнее, это была просьба кесу, а не его решение. Однако, если ему давали внеплановый выходной, то омега все равно шел туда, чтобы урвать хоть немножко времени с Мари. Тот был так очарователен, когда не грустил и не был занят своей тревожностью, продумывая, как и от кого ему лучше залететь.       У входа Джун остановился и осмотрелся. Два светлых уха торчали из специальных отверстий в капюшоне и вертелись, точно локаторы. Вечером здесь всегда собиралось много людей.       От навязчивого запаха дыма и самому захотелось закурить, но вокруг было слишком много альф. К счастью, Джун их не интересовал: был слишком дефектным и, очевидно, беспородным для элиты. Пожалуй, были свои плюсы в том, что те боялись испачкать о него свои лапы.       — Уже слышал?       — М?       Джун навострил уши на двух парней, курящих электронные сигареты у лестницы, и невольно принюхался: дым вкусно пах сладким виноградом.       — Местного работника уволили за домогательства к какому-то омеге.       — Шлюхе, что ли? — спросил второй.       — Наверное, — первый пожал плечами.       — Ну, бывает, хех.       — Ага. Только вот мужика нашли без сознания в его комнате. В луже крови на собственной кровати…       — Чего? — второй округлил глаза, а затем нахмурился.       — И с отрезанными яйцами во рту, — тихо договорил первый.       — Клановые? — с опаской уточнил альфа.       — Скорее всего. Такой позор трудно смыть…       — Сто процентов какая-то блядина задом вертела, а бедный мужик теперь…       Парни синхронно вздохнули, отягощенные несправедливостью вселенной.       Джун усмехнулся.       И вовсе там не было лужи крови.       Настроение улучшилось.       Перепрыгнув сразу несколько ступенек, омега толкнул огромные двери и вошел внутрь. Громкая музыка резанула по барабанным перепонкам. Джун поморщился, проскальзывая по стенке глубже в залу.       Свет был приглушен: вместо основного света, что обычно исходил от массивной хрустальной люстры под потолком, горели цветные прожекторы, расчерчивающие стены в яркие цвета. Густо пахло феромонами и алкоголем — и Джуну пришлось дышать через раз, чтобы не поплыть.       Людей было слишком много. Они двигались, танцуя, они разговаривали и смеялись — и омеге в считанные секунды стало дискомфортно. Если в борделе, в принципе, можно было применить это понятие…       — Привет, кесу-у!       Кто-то резко дернул его за пушистый хвост и вжал в себя. Джун распахнул глаза, замирая, и вскинул взгляд на незнакомого альфу. Тот скривился и оттолкнул его обратно.       — Откуда в борделе такое убожество? Свали, бля…       Джун закатил глаза и двинулся дальше. У лестницы ему удалось словить Сохо. Кудрявый серый котик схватил его за руки и прижал к себе, обдавая щеку горячим дыханием.       — Джун! Ищешь Мари? — мурлыкнул он. Чужая влажная ладонь случайно коснулась поясницы. Джун моментально вспотел.       — Д-да… — пробормотал он, пытаясь отстраниться. От Сохо пахло наркотиками — от характерного ртутного запаха Джун наморщил нос и отвернул голову в сторону.       — Он наверху… с Чейзом Дельфино, представляешь? Мари так давно его хотел. Может, ему даже удастся заделать котяток… хи-хи… Джуни, ты такой сладкий кесу…       — Они в комнате? — убирая от себя руки Сохо, уточнил омега.       — В зале с остальными. У братишек Дельфино день рождения, — Сохо улыбнулся и качнулся назад: руки одного из студентов оплели его талию, утягивая за собой в толпу.       Так вот, почему такая вечеринка. Отчего-то стало не по себе.       Джун затянул шнурки толстовки на капюшоне и взбежал по лестнице, чувствуя себя откровенно нехорошо.       На втором этаже омега ощутил, как его замутило. И как закружилась голова. А через секунду понял причину: слишком много возбужденных альф рядом. Их феромоны подавляли, путали мысли и заставляли ослабеть. С омежьими они, конечно, не сравнятся, но когда их так дохера…       — Бля… угх… — Джун бросился к стоящей на тумбе вазе и наблевал прямо в нее. На вид была дорогой. Он поставил ее обратно и вытер рот тыльной стороной ладони. — Охуеть…       До зала омега почти дополз. И у огромных портьер, отделяющих его от комнаты, сполз на корточки и заглянул внутрь.       — Ну же, кесу-я…       Надменный, холодный голос принадлежал Чейзу Дельфино. Чтобы не обблеваться снова, пришлось зажать себе рот.       На полукруглых диванах сидели альфы — пили, курили, играли в азартные игры, — а Чейз — уж их с братом рожи было трудно забыть, — удерживал Марию на месте, в самом сердце зала. Кесу был совершенно голый. И совсем один.       — Ты должен показать себя, чтобы мы захотели тебя трахнуть, — тон у альфы был насмешливым. Он дернул Марию за волосы, вынуждая откинуть голову, и принюхался. — Совсем поплыл. Жалкая шлюха.       А затем замахнулся.       Послышался шлепок, который не заглушила даже музыка. Мария вскрикнул и обмяк — Чейз тут же отпустил его, позволяя осесть на пол, и надавил носком ботинка на пальцы, вжимая их в пол.       — Маленькая сука так хотела моей спермы, — он рассмеялся, а затем растрепал светлые волосы кесу, — но если ты меня поумоляешь, то я, может быть, солью в тебя.       За те несколько секунд, что Мари молчал, сердце Джуна прокатилось от глотки до желудка. Его снова затошнило.       — П-пожалуйста… — попросил Мария.       — М-м? Пожалуйста что?       Джун схватился за косяк и его снова вывернуло. На глазах выступили слезы от тошноты.       Трясущимися руками он дотронулся до своего коммуникатора в запястье, и включил. Нужный сетевой узел он нашел с третьей попытки. Запустил пакет данных, вынуждая алгоритм подменять команды, выдавая себя за авторизованного администратора.       [ Доступ получен ]       — Пиздец, ты точно хочешь, чтобы тебя обрюхатили, кесу? Чего ты хнычешь, думаешь, меня это возбуждает?       — Если он не хочет член, то можно засунуть в него шампанское! В честь праздника! — предложил кто-то.       Перед глазами у Джуна потемнело.       Открыв панель ручного управления системами, он выбрал нужный пункт, ввел команду запуска и подтвердил.       [ Запуск пожарной системы… ]       Резкий вой сирены оглушил. А следом из спринклеров сильным потоком полилась вода.       — Блять, какого… — выругался Чейз.       Стоило ему выскочить из зала вместе с другими альфами — и Джун бросился внутрь, подхватывая кесу. Он повернул его за подбородок к себе и поджал губы, глядя на наливающийся синяк.       — Кесу-я, ты в порядке? — крикнул он прямо в ухо Марии.       Тот поморщился и взглянул на него совершенно бессмысленным, пустым взглядом. А затем его губы задрожали.       — Ты… ты идиот! — рявкнул он. — Это был мой шанс!!       — Кесу-я, давай я отведу тебя в комнату и ты успоко…       Мари замахнулся и ударил омегу по щеке. Удар вышел слабым. Джун дернул уголком губ, а затем поднялся и потянул за собой кесу. От количества воды запах тяжелых феромонов смыло почти сразу — и Джуну значительно полегчало.       Он подхватил Марию подмышки и потащил за собой, на ходу отключая систему пожарной безопасности. То, что он так вероломно ее взломал, не предвещало ничего хорошего.       — Придурок!! — всхлипнул Мари, безвольно повисая на омеге. Горячие слезы капнули на шею Джуна и тот поджал губы. — Я м-мог забеременеть и уйти отсю… хны… ынх…       Ткнувшись лбом в плечо Джуна, Мария завыл.       Джун втащил его под козырек, куда не доставал полив, и ткнул на свой комм.       — Кесу-я! Ты мне позвонил!       Счастливый голос Эймона звучал совершенно не к месту.       — Координаты твоего дома. Быстро.       ***       — Ты сам его…       — Подвинься.       Джун завел Марию в его дом и замер, пробегаясь взглядом по интерьеру. Несмотря на то, что снаружи кирпичный дом казался весьма старым, внутри он был современным и дорого обставленным.       Мягкие теплые панели на стенах, приглушенный свет, реагирующий на движение, сенсорные панели, голографы и встроенные системы автоматизации. Мебель здесь была минималистичной, механической, созданной скорее для функционала, чем для уюта, но почему-то даже она не казалась холодной — к тому же, в каждом подходящем уголке валялась то одежда, то игрушки или пледы, так что пространство выглядело вполне обжитым.       Несмотря на легкий бардак, дом пах чистотой — не стерильной, а домашней, с легким древесным оттенком и запахом бумаги. Вокруг все словно излучало покой, лень и размеренность.       “Мажор”, — мысленно фыркнул Джун, бросая беглый взгляд на Эймона. Тот стоял в розовых шортах и толстовке, с причудливо-удивленной мордой.       — Ванна где? Нужно его помыть, — сказал Джун, усаживая Марию на стул. Тот спрятал лицо в ладонях и судорожно вздохнул, продолжая тихо плакать.       — Рукх, набери воду в ванной, — Эймон обратился к ИИ. — Погорячее.       — Слушаюсь, — ответил искусственный интеллект.       Джун сел на стул напротив Мари, постукивая пальцами по стеклянной столешнице. Вода с его одежды и волос капала на пол, образовывая лужу, но Эймон так ничего и не сказал.       — Чай? — любезно предложил он. — Выглядите замерзшими. Есть еще какао и сладости. Хотите сладости?       — Давай все, — кивнул Джун, не отводя внимательного взгляда от Марии. — Кесу, ты как? — кесу решительно отказывался говорить. Лишь его плечи мелко подрагивали — наверное, стоило подождать, пока его истерика окончательно утихнет. Бедный, бедный кесу. Омега расстроенно поджал губы и вздохнул, отворачивая уши.       Голограф на стене негромко бормотал вечерние новости Селфиры. Джун почесал за мокрым ухом, стряхивая с него капли и разблокировал экран коммуникатора.       Нажав кнопку вызова, он замер.       Ответ не заставил себя долго ждать.       — Можешь не ссаться, уже подтираю твою жопу, — хихикнув, сказал Чжи У. — В следующий раз предупреждай. Проникновение в систему было зарегистрировано и его заметили. Лох.       Джун застонал и провел ладонью по лицу. Впрочем, это было вполне ожидаемо.       — Не грузись. Спишем на системный сбой. Ты там ок? Что за спешка была?       Омега посмотрел на Эймона, стоявшего у холодильника и вопросительно смотрящего в ответ, и мыкнул:       — Потом. Спасибо.       — Ба-ай.       Альфа вздрогнул и отвернулся, открывая холодильник. В своем доме он не маскировал феромоны, к тому же, здесь пахло ими весьма… отчетливо. Так что Джун невольно принюхался — и ощутил, как расслабляются мышцы, а мысли, наконец, перестают беспорядочно прыгать, упорядочиваясь.       Запах у Эймона был легкий и ненавязчивый — как только расцветающий, свежий пион. Джуну редко нравились феромоны альф: большинство из них были тяжелыми и подавляющими. Но с такими альфами, как Сео или Мика, общаться было легко — те тоже пахли весьма ненавязчиво, пусть и не сказать, что особо приятно для Джуна.       А вот запах Эймона ему…       — Уровень воды достиг середины, — отчитался Рукх и омега вздрогнул.       — Идем, кесу, — Джун кашлянул и поднялся. Подошел к Мари, вновь помогая ему встать, без труда поднимая омегу имплантированной рукой — та легко выдерживала до двухсот килограмм веса. — Поставь какао в термостат, чтобы не остыло, — попросил он Эймона. — И приготовь постель. У тебя же есть еще спальня?       — Только моя… Нам запрещена любая роскошь, — растерянно пробормотал альфа.       Запрещена… роскошь?!       Шерсть на хвосте у Джуна встала дыбом. Он прижал уши и нахмурился. А затем фыркнул:       — Будешь спать на полу. Понял?       — Кесу-я…       Автоматическая дверь ванной отъехала в сторону, и омег окутало ароматным, влажным паром.       Внутри пахло нагретой керамикой, теплыми полотенцами и тонким ароматом уходовых средств. Мягкий желтоватый свет, встроенный в стены, приглушенно мерцал, отражаясь на поверхности воды. Пар над ее гладью вихрился, цепляясь за холодную зеркальную панель и оставляя на ней влажные, расплывчатые пятна.       — Сможешь раздеться? — спросил Джун.       Мария кивнул и стащил с себя плащ, который на него впопыхах надел омега, и тот упал на пол тяжелой, мокрой тряпкой. Кесу поставил ногу за бортик, несмело пробуя температуру, а через мгновение погрузился в горячую воду по самый нос.       Джун снял с себя промокшую толстовку и сел на бортик ванны.       — Почему не залезаешь? — севшим голосом спросил Мари. Джун перевел нерешительный взгляд на его лицо — теперь безмятежное и пустое.       — А можно? — растерялся он.       — Поторопись, пока не заболел, кесу-я, — уголки губ Марии дрогнули в улыбке, но он тут же закрыл глаза и откинулся назад, медленно выдыхая — и отпуская усталость, боль и слезы.       Джун замешкался всего на пару мгновений, а затем сбросил с себя джинсы и все же сполз в ванну, садясь напротив Марии и ощущая, как горячая вода обволакивает его тело, окончательно расслабляя.       Шерсть на хвосте мгновенно напиталась влагой, защекотав кожу на ноге мокрыми завитками. Джун поморщился и подвинул его в сторону, одновременно принюхиваясь — вода пахла травянистыми маслами, которые кто-то добавил в резервуар.       — Это санвель, Тао, — вдруг подал голос Рукх. Джун не сразу вспомнил, что представился Эймону чужим именем. Он закрыл лицо рукой и фыркнул. — Обладает сильным успокаивающим эффектом и снижает уровень кортизола в крови, регулируя давление. Он растет только в изолированных биокуполах на высокогорных платформах, потому что требует особой температуры и влажности.       — У нас лекция по травкам? — спросил Джун.       Рукх механически рассмеялся, а затем добавил, как показалось Джуну, с придыханием:       — Я счастлив качественно обслужить двух очаровательных гостей.       — Я так устал, кесу-я, — вдруг выдохнул Мари, и омега повернул голову к нему.       Мария казался Джуну совсем беззащитным.       — Ты совсем не можешь покинуть академию? — шепотом спросил омега и вытянул руку, чтобы взять с медленно крутящейся полки флакон с шампунем. Он открыл крышечку и принюхался — пахло фруктами.       — Либо беременность, либо утилизируют, — Мария горько усмехнулся. Облизал пересохшие губы. — Не знаю, что хуже. Мне уже страшно подумать, что будет, когда меня не обнаружат в клубе.       — Забудь, — сказал Джун, выдавливая содержимое себе на руку, а затем нанес на голову. — Кесу. А что, если я помогу тебе сбежать?       — Протокол записывает разговор в целях безопасности и улучшения качества обслуживания, — отчитался Рукх.       — Отключи запись, — попросил Джун.       — Нужен доступ администратора. Назовите кодовое слово.       — Э-э… — омега убрал мокрую челку со лба. Нежная полоска пены скользнула по виску. — Какую глупость мог придумать вислоушка? — он задумчиво хмыкнул. — Тортик? Кексик? Шоколадка? Печенюшка? Мармеладки?       — Кодовое слово принято. Отключаю регистрацию записи.       — Серьезно? Мармеладки? — Джун искренне возмутился, поднимая голову к потолку. — Что за…       — Пф… ха… — Мария вдруг рассмеялся, пряча улыбку рукой, и Джун мгновенно переключился. — Кесу-я, как ты познакомился с этим альфой? Ты пришел в его дом, будто в свой собственный. Вы…       — Бредик не неси, — фыркнул омега, нахмурившись. — На кой черт мне… В смысле. На кой черт ему я? — исправился он.       — Неправда, кесу. Ты очаровательный, — кесу приподнялся и его разноцветные глаза снова заблестели жизнью.       — Хозяину нравится Тао, — подтвердил Рукх. — Он любит поговорить о нем.       — Тао? В смысле, Тао, который… — не понял Мария.       Джун почувствовал, как к щекам прилил жар от смущения. Он остервенело задвигал пальцами, вымывая волосы — тем более, когда еще ему представится шанс помыться такими дорогими средствами?       Он кашлянул и попытался вернуться к изначальной теме:       — Ну так что, кесу? Ты хочешь сбежать?       — Я умру, где бы ни оказался… — голос Мари снова стал тише и печальнее. Он опустил взгляд и провел пальцами по водной глади, пуская круги. — Так что единственное, на что я могу рассчитывать, это…       — Подожди. Перестань думать, кесу, — перебил его омега. — Я предлагаю тебе сбежать и зажить новой жизнью. Я помогу тебе с жильем и деньгами. И ты не будешь один. Потом сможешь найти работу и…       — Кесу-я, это гель для ног.       Джун моргнул и покосился вверх, на свою челку. Дернул кончиком носа. Пахло все равно вкусно…       Мария вдруг приподнялся, захихикал, и потянулся за другим средством.       — Это просто смешно, в самом деле. Как такой маленький может…       Джун нахмурился и ударил хвостом по воде, расплескивая воду.       Мари молча протянул ему шампунь. Который действительно был шампунем.       — Хочу, — едва слышно выдохнул он, наконец признаваясь. — Хочу сбежать с этой планеты навсегда. И больше никогда и ничего о ней не слышать. Иди сюда…       — М? М-м? Мг…       Кесу вдруг сел к нему еще ближе, и его горячие ладони осторожно коснулись ушей и волос Джуна, а длинные пальцы принялись мягко массировать голову, посылая ленивые волны удовольствия по всему телу.       Джун невольно обмяк, будто растекаясь по воде, а глаза прикрылись сами собой — Мария касался его так бережно, нежно и легко, что это напоминало касания крыльев бабочки.       — Хочу найти альфу, который бы любил меня и заботился обо мне. Не бил и не принуждал. Не смотрел как на вещь. И не заставлял рожать… Просто… — кесу снова вздохнул. — Был со мной.       — Бе… — Джун показал язык, в котором блеснул шарик пирсинга, и кесу снова хихикнул. А затем его улыбка резко исчезла и он стал выглядеть так, словно ему стало неловко.       — Но я уже порченый товар, — Мари горько усмехнулся. — Надеюсь, что хотя бы удастся стать вторым мужем. Или третьим… Без разницы. И чтобы меня не трогали…       — Кесу-я…       Мари включил душ, заглушая голос Джуна, и осторожно смыл пену с его волос, лаская за ушами.       Возбуждаться было совсем не к месту, но тело отзывалось на прикосновения Мари сильнее, чем хотелось бы Джуну, и в паху все равно сладко потянуло.       Вентиляция тихо загудела, смешивая пар со свежим воздухом, и Джун глубже вздохнул, пытаясь прийти в себя, но легкий феромон кесу лишь сильнее путал мысли.       Пальцы Мари соскользнули на шею — наверняка случайно, но Джуна все равно пробрало — будто по позвоночнику пустили ток. Он вздрогнул и отстранился. А затем и вовсе выскочил из ванной, тут же прикрывая пах полотенцем и поворачиваясь к кесу спиной.       — Ого, — чужая рука вдруг скользнула по пояснице, коснувшись основания хвоста, и Джун вспыхнул румянцем. Прикусил губу, подавив стон, и настороженно замер.       Глупый кесу совсем не понимал, что он с ним делает!       — У тебя очень милая тату. Бабочка? — подушечки пальцев очертили резкие линии татуировки и Джун прижал уши.       — Кесу-я! — Джун резко отпрыгнул, оскальзываясь на влажном кафеле, и пылая алыми щеками. — Потерпи неделю! Я вывезу тебя отсюда в ближайшее время, понял?!       Мария вздрогнул, будто очнувшись, и оторопело улыбнулся.       — Э… — он быстро заморгал. — Понял?...       — Все! Отдыхай! Я пойду… Пойду! Не спеши. Сегодня останемся здесь!       — Ты так и не сказал, что у тебя с этим очаровательным мяру, — кесу улыбнулся и сложил руки на бортике ванной, кладя сверху голову.       — Мы… дружим! — шепотом выдохнул омега и нажал на сенсор у двери, разблокировав ее.       Та с тихим звуком отъехала в сторону, и Джун, громко топая, вышел из ванны.       — Кесу-я, я не знал, что вы будете кушать, поэтому достал вс… б-б-боже!       Эймон охнул и отвернулся, пряча лицо в ладонях. Его лицо вспыхнуло, как склад с порохом, и Джун раздраженно отбросил полотенце на пол. Полувставший член вздрогнул, твердея еще больше, и омега с укором посмотрел на него.       — Я еще не готов, кесу-я… — смущенно пробормотал альфа. Джун схватил с дивана декоративную подушку и запустил ее аккурат в черную макушку.       — Программа “бой подушками” активирована. Тао VS Эймон. Счет 1:0.       Джун поднял голову к потолку. Удивленно вскинул бровь.       — У тебя ИИ для детей?       — Просто разнопрофильный… — чуть обиженно ответил Эймон. — Кесу-я, можешь, пожалуйста, прикрыть себя пледом? Я найду тебе одежду…       — И Мари тоже.       — Хорошо, только прикрой…       — Боже, — Джун взял с дивана плед и укутался в него. С влажных волос капало прямо на пол. — Готово.       — Спасибо, — с облегчением выдохнул альфа, осторожно растопырив пальцы и глядя на Джуна, точно проверяя, правда ли тот оделся. А затем он подошел к шкафу и автоматическая дверца сложилась вдвое. — На того омегу будет нетрудно найти, он выше и плечи шире… Но боюсь, что ты утонешь в моих вещах, кесу-я.       — Че сказал?       — Вот, это я носил на первом курсе! — Эймон достал из шкафа черную толстовку и шорты, которые можно было завязать шнурками. А следом еще один похожий комплект.       Быстро одевшись, Джун подбросил одежду в ванную и вернулся обратно. Шорты пришлось значительно затянуть, но в остальном — было удобно.       Что правда, Эймон смотрел на него, не отрываясь. Омега взял со стола печенье и выразительно выгнул брови.       — Глаза выколоть? — любезно поинтересовался он.       — Просто кесу-я теперь… будет пахнуть мной…       Альфа зарделся, опуская взгляд в пол, а у Джуна по-настоящему отвалилась челюсть.       Он вздрогнул, вытер длиннющим рукавом крошки со рта и приосанился.       — Вот же извращуга, — Джун усмехнулся и отвернулся, чтобы поставить термостат с какао и сладости на передвижной столик. — Рукх, отнеси в кровать, — попросил он, — и опусти плазму туда. Чтобы прям у ног и на уровне глаз, понял?       — Конечно, Тао, — отозвался ИИ. — Желаешь, чтобы я нашел какой-нибудь фильм?       — “Кесу в законе”? — предложил Эймон и Джун согласно промычал: фильмы он почти не смотрел, так что лучше было положиться на чужой вкус. Джун плюхнулся на мягкую кровать, зарываясь среди одеял, и зевнул. Накатила усталость… — Кесу-я, если не высушишь волосы, то можешь простудиться.       — Похуй.       — Если ты заболеешь, то…       — Алмазно поебать.       — Но ведь…       — Нефритово насрать.       — А…       — У меня еще много вариантов.       — Тот омега точно расстроится и подумает, что ты заболел из-за не… ай! За что?! — Эймон потер щеку, в которую прилетел шоколадный батончик.       — Суши. Быстрее.       Эймон застыл. Затем улыбнулся.       — Ага!       Он выскочил в гардеробную за портативным феном, а через секунду уже садился позади Джуна. Когда теплый поток коснулся кожи головы, омега прикрыл глаза.       А стоило пальцам скользнуть по волосам, как горло отозвалось непроизвольной вибрацией, и Джун замурчал.       Эймон сушил его неторопливо и осторожно, трогая так ласково, что омега невольно тянулся к этим касаниям. Он уперся руками в кровать, чтобы не завалиться и не уснуть, и совсем пропустил момент, когда Мария вышел из ванны.       — Все, — буркнул Джун, отстраняясь от альфы, — достаточно.       — Могу я сделать еще что-нибудь, кесу-я? — Эймон наклонился к нему и его крылья носа забавно запорхали, стоило ему принюхаться к омеге.       — Ага. Вали на пол. Мари, — Джун повернулся к омеге. — Посмотрим “Кесу в законе”?       Мария растерянно улыбнулся.       И кивнул.