Грани лжи

Сынмин сидел на переднем сиденье, уперевшись лбом в холодное стекло. Дыхание постепенно выравнивалось, но внутри все еще было мерзко. Пусто. Чанбин вел машину молча, одной рукой крепко держась за руль, а второй — чуть касаясь его колена. Легкое, почти незаметное прикосновение. Когда они остановились у дверей, Чанбин заглушил двигатель, но не спешил отпускать руль. — Хочешь, я останусь? — его голос был тихим, без давления. Сынмин покачал головой. — Не нужно. Но Чанбин не убрал руку. Осторожно провел пальцем по его запястью. — Ты точно справишься? Сынмин закрыл глаза и усмехнулся, но улыбка вышла слабой. — А ты когда-нибудь видел, чтобы я не справлялся? Чанбин смотрел на него долгим, внимательным взглядом. Потом медленно потянулся и мягко заправил выбившуюся прядь за ухо. — Даже если не справишься — я все равно рядом. Сынмин задержал дыхание. Чанбин чуть крепче сжал его пальцы, большой палец прошелся по тыльной стороне ладони. — Все будет хорошо, Мин. Сынмин выдохнул, наклонился ближе, позволил себе пару секунд в тепле его руки. — Спасибо, — тихо сказал он. Чанбин легонько коснулся его щеки, прежде чем отстраниться. — Иди. Я подожду, пока ты зайдешь. Сынмин посмотрел на него чуть дольше, чем следовало бы, а потом, наконец, открыл дверь и вышел. Чанбин дождался, пока за ним закроется дверь, и только тогда уехал. *** В больничных коридорах стояла привычная тишина, нарушаемая редкими шагами медперсонала. Осмотр Хенджина должен был закончиться еще полчаса назад, но Хосок ожидавший его в холле, не торопился паниковать. Врачебные кабинеты всегда задерживали пациентов, ничего странного. Но затем из кабинета вышел доктор — а не Хенджин. — А где пациент? — Чон поднялся со стула. Доктор удивленно моргнул. — Разве он не с вами? Я закончил осмотр пятнадцать минут назад. Менеджер нахмурился. — Вы уверены? — Абсолютно. Он ушел сразу после процедуры. Тревога начала медленно расползаться по телу. Хосок тут же достал телефон и набрал номер Хенджина. Гудки. Длинные, раздражающие. — Давай же… На третьем гудке звонок сбросили. Теперь тревога захлестнула с головой. Он сорвался с места, направляясь к посту медсестер. — Мне нужно видеть записи с камер! Телефон Хенджина остался лежать на полу в дальнем крыле больницы, где камеры не работали уже несколько месяцев. На стене рядом остались капли крови. А за окнами больницы в потоке машин медленно исчезал неприметный серый фургон. *** Сынмин вошел в квартиру, машинально запер дверь. В висках все еще гулко стучала боль — остатки истерики, остатки всего этого проклятого дня. Он скинул куртку, прошел в ванную, не включая свет. Теплая вода стекала по коже, смывая напряжение, но смыть мысли не могла. Хотелось понять, когда все пошло не так, когда они стали целью для какого-то психа. Хотелось покоя. Выйдя из душа, он услышал уведомление о пришедшем сообщении. Сердце пустилось вскачь, желудок казалось рухнул куда то вниз. Неизвестный номер. Сынмин судорожно сглотнул и нажал на экран. Открылась фотография. Сердце остановилось. На сером бетонном полу, в тусклом свете лампы лежал Хенджин. Связанный. Без сознания. К горлу подступила тошнота. Глаза метнулись к тексту под фото. "У меня для тебя подарок" и адрес. Дрожащими пальцами он набрал Чанбина. Гудки. Один. Два. Три. Сынмин сорвался с места, влетел в коридор, схватил куртку, потянулся к ключам. Резкая, ослепительная боль и темнота. *** Горячая вода стекала по спине, расслабляя напряженные мышцы. Чанбин провел ладонями по лицу, задерживая дыхание под струями. День вымотал его до предела. Хотелось просто рухнуть в кровать и забыться. Выключив воду, он накинул полотенце на плечи и вышел в спальню, лениво потирая волосы. Телефон мигал пропущенным вызовом. Сынмин. Чанбин нахмурился. Посмотрел на время. Звонил минут десять назад. Он набрал в ответ, поднося телефон к уху. Гудки. Раз. Два. Три. Автоответчик. Брови Чанбина сошлись на переносице. Он снова нажал вызов. Опять без ответа. Странно. Сынмин не тот человек, который просто так сбрасывает звонки. Чанбин отбросил полотенце, натянул футболку и спортивные штаны, перехватил телефон и быстро нашел нужный контакт. Гудки. — Да? — голос Чонина был слегка удивленным. — Сынмин с тобой? — Нет. А что? — Он звонил мне, но теперь не берет трубку. Чонин замолчал, потом шумно выдохнул: — Может, просто уснул? Чанбин сжал пальцы на телефоне. — Не уверен. Он уже натягивал куртку, выскакивая за дверь. Квартира Сынмина была пуста. Чанбин замер в дверях, оглядываясь. На тумбе в прихожей лежал телефон. Сынмин никогда не выходил без телефона. На полу — куртка, будто ее уронили в спешке. В воздухе висела напряженная, гнетущая тишина. Чанбин сделал шаг вперед, сердце начало колотиться быстрее. — Сынмо? Тишина. Он двинулся дальше, заглянул в ванную. Вода еще не полностью стекла в слив. Значит, он был здесь недавно. Чанбин вышел обратно в коридор, его взгляд зацепился за едва заметный блик на полу. Наклонился. Провел пальцами по поверхности. Капли. Темные. Почти незаметные. Кровь. Ледяной страх прокатился по позвоночнику, пронзая каждую клетку. — Черт… Чанбин судорожно сглотнул, пальцы дрожали, когда он достал телефон и набрал Ли Донука. *** Сынмин зажмурился, стараясь сфокусировать зрение. Голова раскалывалась, но темнота вокруг постепенно обретала очертания. Рядом, на холодном полу, кто-то сидел. Грудь медленно поднималась и опускалась в ровном ритме дыхания. Хенджин. Он был связан в отличие от Сынмина. Глаза закрыты, голова склонилась вперед. Свет лампы в углу едва освещал его лицо. — Хенджин, — сипло позвал Сынмин. Тот не отреагировал. Сынмин приподнялся, ощутил, как закружилась голова, видимо ударили его не слабо. Он подполз ближе к Хенджину и как можно аккуратнее постарался встряхнуть его за плечи. — Эй, проснись. Джинни давай же. Хенджин дернулся, моргнул несколько раз, затем слабо приоткрыл глаза. — …Что за…? — его голос был хриплым, будто он долго молчал. Сынмин почувствовал, как напряжение внутри чуть ослабло. Он в сознании. Уже хорошо. — Ты в порядке? — быстро спросил он, осматривая друга. Хенджин нахмурился, будто собирая мысли в кучу. — Голова гудит… но вроде цел. — Он дернул руками, проверяя путы, затем взглянул на Сынмина. — А ты что тут забыл? Сынмин коротко усмехнулся: — Представь себе, решил заглянуть в гости. Хенджин слабо ухмыльнулся. — Ну конечно. А если серьезно? Сынмин быстро осмотрел его — ни явных ран, ни крови, только небольшая ссадина на скуле. — Мне прислали твою фотографию, и адрес — глухо сказал он притянув связанные руки Хенджина ближе и начав дергать крепкие узлы. — И ты помчался меня спасать как герой дорамы. Скажи еще, что никому ничего не сказал. Сынмин сжал губы. — Ну, можно и так сказать. Хенджин опустил голову и тихо усмехнулся. — Зато мы можем наконец поговорить. Сынмин фыркнул. — Ага, и обстановка располагающая. Хенджин покачал головой. — Я серьезно. Сынмин покосился на него: — Джинни, давай поговорим, когда выберемся. Хенджин шумно выдохнул и откинул голову назад, глядя в потолок. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только их дыханием и далеким гулом труб. — Я не собираюсь больше прятать голову в песок, — наконец сказал он. Голос был тихим, но в нем не было ни тени сомнения. Сынмин с беспокойством посмотрел на него Хенджин скользнул по нему взглядом и натянуто усмехнулся. — Я… я вел себя как идиот, и ты это знаешь. Сынмин молча ждал продолжения. — Я манипулировал Чанбином, — сказал Хенджин глухо. — Ради мести. Ради того, чтобы увидеть, как ты срываешься. Сынмин тихо усмехнулся, опуская голову. — Ну, ты этого добился, — проговорил он, провел ладонью по лицу. — Я знаю, — Хенджин сглотнул. — И я… прости. Сынмин приподнял бровь, посмотрел на него с легким удивлением. — Звучит так, словно, ты собрался тут помереть, и хочешь покаяться. — Дурак! — Хенджин слабо улыбнулся, — Я правда так думаю. Сынмин оперся спиной о стену, вздохнул и потер шею. — Знаешь, — сказал он, чуть склонив голову, — ты, конечно хорош, но и я то был не лучше. Хенджин скептически вскинул бровь. — Да ладно. — Правда, — кивнул Сынмин. — Я велся на каждую твою провокацию. Я сам накручивал себя. Я же знал, что ты специально давишь на больное, но вместо того чтобы просто поговорить с Чанбином, я каждый раз бросался в драку. Хенджин фыркнул. — Ты всегда такой… импульсивный, когда речь идет о Чанбине. Они переглянулись, и Сынмин вдруг усмехнулся. — Может, нам просто стоило поговорить раньше? — Ага, еще полгода назад, — усмехнулся Хенджин. Они замолчали, но напряжение между ними стало чуть слабее. Не исчезло совсем, нет. Но, возможно, появилось что-то другое. Нечто, напоминающее понимание. *** Чанбин стоял на посте охраны. В висках бешено пульсировало. — Отключены? — он напряженно смотрел на охранника. — Да. Все камеры в районе на обслуживании с полуночи. Поэтому записей нет. Чанбин судорожно выдохнул, чувствуя, как страх накатывает новой волной. Он уже начал перебирать в голове другие варианты, когда внизу резко хлопнула дверца машины. Он обернулся. Чонин выбрался из такси и, не теряя времени, быстро подошел к нему. — Ты нашел его? — Нет. — Чанбин провел рукой по лицу. — Нигде его нет. — Телефон? — Чонин требовательно смотрел на Чанбина. — Остался в квартире. —Блядь! Сынмин никогда не уходит без телефона. Чонин на секунду задумался, потом перевел взгляд на Чанбина: — Камеры отключены. Это странное совпадение, согласись. Сдается мне, тот кто забрал Сынмо знал об этом, значит, не хотел оставлять следов. Чанбин почувствовал, как страх сменяется холодной злостью. — Тогда как его найти? Чонин хмуро покачал головой, но в глазах мелькнуло что-то похожее на надежду. — Журнал посещений. — Ты серьезно? Это общежитие компании, сюда постоянно кто-то приезжает и уезжает. Что нам даст этот список? Чонин скрестил руки на груди: — Если кто-то действительно проник сюда ночью, это значит, что он либо знал, как обходить камеры, либо… его впустили. Чанбин резко вскинул голову. — Ты думаешь, это кто-то свой? Чонин фыркнул, глядя на него как на идиота. — А ты думаешь, что это какое-то вселенское совпадение? Что внезапно камеры отключаются, Сынмо пропадает, и это все дело рук мистического похитителя, который просто очень удачно оказался в нужное время в нужном месте? Мы же не в подростковом слэшере. Чанбин промолчал, стиснув зубы. Чонин скептически приподнял бровь. — Ладно, даже если ты хочешь поверить в эту милую сказочку про неизвестного маньяка, давай подумаем. Кто мог спокойно зайти в здание, не привлекая внимания? Кто мог без проблем изменить настройки беговой дорожки так, чтобы Хенджин чуть не убился? Кто мог подмешать в его еду баклажаны, зная, что у него на них аллергия? Он сделал паузу, наклонился чуть ближе и хмыкнул: — И кто, черт возьми, мог испортить крепления софита прямо на сцене? Посторонний человек? Правда? Может, ты еще скажешь, что это дух мстительного фаната? Чанбин сжал челюсть. — Ты хочешь сказать, что это кто-то из компании. — Бинни, — протянул Чонин сладким голосом, в котором звучала чистая язвительность, — я хочу сказать, что это даже не обсуждается. Это либо кто-то из компании, либо кто-то, кто связан со стаффом и имеет доступ ко всей этой хрени. Чанбин шумно выдохнул, пытаясь собраться с мыслями. — Хорошо. И что теперь? Чонин скрестил руки на груди. — Теперь нам нужен не весь журнал посещений, а только те, кто заехал и выехал обратно в промежутке, когда пропал Сынмо. Чанбин вскинул голову, его взгляд стал жестким. — Где этот чертов журнал? *** Хосок сидел перед монитором в кабинете охраны, сжав руки в кулаки. Экран мерцал, перематывая запись с камер наблюдения. — Вот, — охранник ткнул в клавиатуру, ставя видео на паузу. — Это последние кадры с ним. Хосок наклонился ближе, вглядываясь в экран. Хенджин выходил из кабинета врача, на лице было написано напряжение. Он тут же достал телефон, пробежался взглядом по экрану, и его выражение изменилось. Сначала удивление. Потом — раздражение. Пальцы сжались на телефоне, будто он хотел его сломать. Челюсть дернулась, взгляд потемнел. — Что ты увидел, Джин? — пробормотал Хосок, не сводя глаз с записи. На видео Хенджин судорожно выдохнул, сунул телефон в карман и быстрым шагом направился по коридору. К тому самому коридору. К тому месту, где его нашли бы только если бы кто-то знал, что искать. Через несколько секунд он скрылся за углом, и больше на камерах его не было. Хосок сжал зубы. — Перемотайте дальше, — приказал он. Охранник кивнул, ускоряя запись. Пустой коридор. Долгие секунды ничего. А потом — едва заметное движение в дальнем углу. Темная тень метнулась в кадре, быстро, бесшумно. А затем запись оборвалась. — Что за…? — Хосок нахмурился, вглядываясь в экран. Охранник щелкнул по клавиатуре, проверяя файлы. — Черт, — пробормотал он. — Камеры в этом крыле сломаны уже несколько месяцев. Хосок провел рукой по лицу, чувствуя, как внутри растет напряжение. Хенджин что-то знал. Он видел что-то в телефоне. И он пошел прямо туда, где его ждал похититель. Хосок резко встал.