Имя на металле

в кабинете шумно.  кто-то спорит у окна. кто-то листает тетрадь, торопливо записывая ответы перед парой.  Ярик сидит на своем месте, опершись подбородком на ладонь, и равнодушно смотрит в окно.  Данил — напротив. не прямо, конечно. чуть в стороне.  но достаточно близко, чтобы видеть каждое движение Ярика . он делает вид, что увлечен телефоном.  но глаза все равно цепляются за знакомый силуэт. Ярик не смотрит в его сторону. как будто его здесь нет. -ты всегда так пялишься?  Ярик вдруг поворачивается, и Данил замирает. в горле пересыхает. - я… че?  он пытается улыбнуться, но выходит криво. -ничего. Ярик отводит взгляд, снова погружаясь в своё молчание. а Данил остается на месте.  слишком близко. слишком тихо. и, кажется, чертовски заметно. *** Данил чувствовал это. чувствовал, как Ярик просто не замечает его.  не видит, не ощущает.  они все ближе друг к другу, но что-то держит их на расстоянии.  Ярик продолжает его игнорировать, а каждый взгляд Данила — это как удар, от которого становится больно. он не может понять, когда всё началось.  когда именно он понял, что без Ярика ему не будет смысла жить. но было ощущение, что это все просто свершившийся факт. Ярик здесь, а его нет. не существует. и Данил чувствует, как его мир потихоньку рушится.  каждый день, когда он пытался привлечь внимание, подойти, поговорить — а Ярик даже не поворачивался к нему.  ему становилось все труднее дышать, и каждый его взгляд на Ярика приносил все больше боли. в один момент, в очередной раз пытаясь быть рядом, он понял — этого больше не вытерпеть.  чем больше он пытался быть рядом, тем больше Ярик показывал, как ему всё равно. -ты не можешь понять, что ты для меня значишь?  его голос едва слышен, когда они остались одни после пар. Ярик продолжает расставлять книги на столе, не глядя на него. -да мне вообще все равно. отвечает он спокойно, как всегда. Данил стиснул зубы, но не мог сдержать волну отчаяния. -ты даже не понимаешь, как мне тяжело. он почти шепчет. Ярик снова не реагирует. и в этот момент Данил вдруг осознает, что может больше не выдержать. все, что его держало, — это Ярик. и если он не может его достать, если Ярик не замечает, как он ломается… то смысла в этом всем нет. *** Данил стоит у окна, глядя на яркие огни города.  его сердце тяжело бьется, и каждый момент без Ярика кажется пыткой. он чувствует, как силы покидают его.  он уже давно не ощущал радости в этих повседневных мелочах, в попытках быть рядом.  всё становится тусклым, всё обесцвечивается. всё, что он когда-то считал важным, теперь не имеет значения.  в его голове крутились только два слова: “если бы он только заметил…” — ты правда ничего не чувствуешь?  Данил стоит перед Яриком, его руки немного дрожат.  он снова пытается, но в глазах Ярика нет ничего. нет того, что Данил так отчаянно искал. Ярик просто смотрит на него. без эмоций, без желания понять. — может, хватит?  Ярик даже не отрывает взгляд от телефона, продолжая скроллить ленту. Данил сжимает кулаки. его голос едва слышен, когда он шепчет: — ты даже не видишь, как я тебе нужен… Ярик не отвечает. Данил чувствует, как его мир сжимается в эту маленькую, непреодолимую точку.  ему хочется кричать, но силы на это уже нет. он понимает, что больше не может. больше не может бороться с этим, с этим безразличием. он поворачивается и идёт к выходу, но в тот момент, когда он касается дверной ручки, он останавливается. его глаза наполняются слезами, и в них отражаются все обиды и страхи. — ты действительно не хочешь ничего менять?  он в последний раз пытается, но Ярик все равно молчит. и вот в этот момент Данил понимает, что всё закончено. *** Данил шагал по улице, не замечая ни людей, ни шумного города вокруг.  его сердце было пустым, как и его мысли. он не мог найти места, не мог остановиться. все, что происходило в его жизни, теперь казалось нелепым и бессмысленным. он не помнил, как оказался в баре.  не помнил, как прошёл через двери, сел за стойку и заказал первый напиток.  все просто слилось в одну туманную реальность. первый глоток был горьким, но он не почувствовал. второй — тоже. третий, четвёртый, пятый — каждый новый глоток как попытка забыться.. как попытка вырваться из этого кошмара, в который превратилась его жизнь. он сидел там, один, с пустыми глазами, держа стакан с чем-то крепким в руках.  его мысли все так же витали вокруг Ярика, но теперь они были затуманены алкоголем. боль, которая раньше рвала его изнутри, была затушена, но не исчезла. потом он снова заказал. и снова. пока в голове не стало легче. но его душа была пуста, как никогда. он оперся головой на барную стойку, не в силах удержаться, и в очередной раз пытался забыться, пытаясь не думать о том, что происходило, о том, что больше не будет исправить. я был слишком слаб, слишком зависим от него.. все, что он хотел, это просто почувствовать, что его кто-то заметит. что Ярик заметит. но этого не было. в тот момент, когда он снова поднял стакан, его руки дрожали, и взгляд стал немного мутным.  он не замечал, как его сердце бьется все быстрее, как пустота внутри все больше захватывает его. он просто пил. пил, чтобы заглушить этот мир, который не мог его понять. *** Данил вышел из бара, шатаясь.  мир вокруг него был размытым, как в тумане. он не думал о последствиях, не думал о том, что делает.  ему просто хотелось уйти, куда угодно, где не будет этого беспощадного чувства пустоты и отчаяния. он брел по улице, и его взгляд метался от одного предмета к другому, но ничего не привлекало его внимания. ни шум машины, ни голоса людей, ни яркие огни — ничего не могло затмить ту боль, которая пронизывала его изнутри. в какой-то момент его шаги привели его к парку, и в этот момент он заметил старую скамейку, затененную деревьями. здесь было тихо. он присел, потирая виски, пытаясь хоть немного собраться. неожиданно взгляд упал на что-то, лежащее у корней дерева.. он подошёл ближе, присел и обнаружил чёрный пистолет, почти скрытый в траве. его сердце забилось быстрее, и в голове промелькнула мысль, что это какой-то знак. он не знал, что его привлекло к этому предмету, но его рука, словно сама по себе, потянулась к холодному металлу.. он долго смотрел на него, ощущая, как пустота внутри растёт. в его голове снова возникли те самые мысли: “если я исчезну, если все закончится… может, это будет проще?” пистолет был тяжёлым в его руке, и холод металла только усиливал ощущение, что это не сон.  как если бы всё, что происходило в его жизни, можно было бы закончить одним движением. но руки его начинали дрожать. мысль о том, что это, возможно, не лучший выбор, пришла к нему, но она быстро угасла, сливаясь с мучительным чувством одиночества. он сидел на земле, раздумывая, но его глаза не отрывались от пистолета. *** Данил продолжал смотреть на пистолет, его руки уже не дрожали, а будто замёрзли.. он держал его крепко, но с таким отчаянием, как будто это был последний шанс на что-то. в голове кружились разные мысли, всё путалось, а вокруг было настолько тихо, что он слышал собственное дыхание. в голове всплыло что-то — слова, которые он не мог забыть. “я написал твое имя на пуле, чтобы все знали, что ты — последняя вещь, прошедшая через мою голову.” он сжал губы. почему-то эти слова так сильно отпечатывались в его разуме.. они звучали жестоко, но правдиво.  как будто он должен был оставить след, чтобы хоть кто-то знал, как сильно его сердце было привязано к тому, кто даже не заметил его. сев на землю, он отпустил пистолет, и его рука потянулась за мелким ножом в кармане.  вдруг ему захотелось выцарапать имя Ярика на этом холодном металле, хотя и знал, что оно не останется там навсегда. он хотел, чтобы хотя бы эта маленькая часть его боли была записана где-то. он знал, что это сумасшедшая мысль.. но в этот момент ей не было альтернативы. его мозг был полон Ярика, и каждое его действие, каждый его взгляд на него теперь был связан с этой болью. он провёл пальцами по пистолету, будто рисуя имя Ярика, как бы выцарапывая его в сердце. “Я написал твое имя на пуле…” именно ты, Ярик. ты станешь последним, кто пройдет через мои мысли. даже если ты никогда этого не поймешь. Данил сидел на холодной земле, сжимая пистолет в руках. мысли перепутались, и в голове был лишь один образ —Ярик.  его имя крутилось в голове, как ослабленная нитка, готовая порваться. он посмотрел на пистолет и, стиснув зубы, усмехнулся.  так странно было думать, что в его руках теперь оружие. оружие, которое могло бы стереть всё, что связывало его с этим миром. миром, где Ярик не замечал его. миром, где он не значил ничего. я написал твое имя на пуле… слова, которые вдруг пришли в голову, как тень.. они звучали в его голове отчаянно и жестоко. именно ты, Ярик, был последней мыслью, которая проходила через его голову, как последний след. Данил сжал пистолет так сильно, что его пальцы побелели.  взгляд упал на ствол, и он представил, как мог бы выцарапать имя Ярика на металле. как в последний раз он оставил бы что-то важное для себя — не что-то, что могло бы остаться в мире, но то, что могло бы быть только его. он встал, подошёл ближе, и, не замечая того, как его рука подрагивает, начал рисовать на пистолете. “Ярик” — слабый, кривой, почти неразборчивый след. губы дрожали, и слёзы катились по его щекам. “Ты последняя вещь, прошедшая через мою голову.” Данил усмехнулся, но в глазах его была боль, которая не уходила. он снова посмотрел на пистолет, теперь с выцарапанным именем. может быть, это был единственный способ оставить след. Данил сидел на земле, его рука всё ещё сжимала пистолет. воздух вокруг был тяжёлым, как в тумане. он не чувствовал боли, не ощущал мира вокруг. его мысли будто замерли, застряв в одной точке. Ярик…Ярик… он взглянул на пистолет, на имя, выцарапанное на стволе. слабая, дрожащая рука держала его, и в глазах стояла пустота. чувство, что его больше нет, что всё вокруг — лишь тени и воспоминания. он поднял пистолет, медленно прицелившись в грудь. сердце бешено колотилось, но в нём не было страха. лишь пустота. в голове не было ни боли, ни сожалений. только Ярик. его имя — последняя мысль, последняя из всего, что когда-либо было важным. он закрыл глаза, в последний раз мысленно представляя его. его лицо, его взгляд, его безразличие. и затем, почти без усилия, он нажал на спусковой крючок. в ушах звучал оглушающий звук выстрела. его тело затрясло, и все силы покинули его. он ощущал, как тьма подступает все ближе.  пистолет выскользнул из его рук, и он рухнул на землю. глаза всё ещё были открыты, но мир медленно исчезал, поглощаемый тенью. и лишь одно имя продолжало звучать в его голове, пока всё не поглотила тьма. Ярик… и, наконец, всё затихло.