Глава 18. Глаза в глаза.
29 мая 2025 г., 00:50
Глава 18. Глаза в глаза.
— Я готов, — Сонхва задумчиво прикусил губу. — Моргать можно, главное не отводить взгляд. — Ага, понял, — Хонджун устроился поудобнее и, подложив подушку себе за спину, облокотился на неё. — Тогда начнём. Хонджун, прищурившись, посмотрел на Сонхва и нервно облизнулся. Они смотрели друг другу глаза в глаза и Хонджун моментально почувствовал нехватку воздуха. Он словно тонул в глазах Сонхва. Даже несмотря на то, что они говорили и видели друг друга на экране телефона, казалось, словно Сонхва находится прямо перед ним и если потянуть руку, то Хонджун смог бы его коснуться. — Скажи, что мы можем разговаривать друг с другом, — Хонджун усмехнулся, замечая блеск в глазах Сонхва. Может быть, это было игрой света и тени или ему вообще показалось, но это выглядело так красиво. Хонджун слышал слабое чириканье птиц за окном. Ветра не было, поэтому все звуки тоньше и точнее. Хонджун слышал и классическую музыку на первом этаже, которую забыл выключить, но сейчас ему совершенно не до этого. Вся его просторная комната сжалась до одного небольшого пространства на подоконнике, где он смотрел Сонхва в глаза. Сердце колотилось так быстро, отбивая какой-то одному ему известный бешеный ритм. И это было так интересно, увлекательно и будоражаще. Хонджун почувствовал, как внутри что-то перевернулось. Наверное, просто волновался, но, с другой стороны, почему? Они с Сонхва давно переступили порог неловкости и резкой колкости, общались как обычные товарищи или даже уже друзья. Хонджун поймал себя на мысли, что ему нравилось смотреть Сонхва в глаза. Что ж, Хонджун снова сегодня не будет спать всю ночь и думать, что произошло и что все это значило. — Не молчи, Сонхва-я, — Хонджун улыбнулся и, не сдержавшись, усмехнулся. — Джун-и, замолчи, — томно прошептал Сонхва, но Хонджун услышал. Сонхва не собирался говорить с Хонджуном. Он был слишком сосредоточен на процессе гляделок, чувствуя, как теория сближения начинала работать. Сонхва сам не знал почему, но он был счастлив. Блядь. Это так неправильно. Ведь так нельзя, когда у тебя есть партнер, да?.. Или же это было просто дружеской игрой? Сонхва сам не знал почему это затеял. — Просто молчи и смотри мне в глаза. Хонджун, не отводя взгляда, рвано рассмеялся. До чего же это было мило, боже. Насколько правильно испытывать нечто подобное к занятому человеку? Хотя, если никто не узнает… Стоп. О чём это Хонджун вообще думал? У Сонхва есть парень. — Ладно, ладно. Я молчу, — произнёс он шёпотом. — Ну как ощущения? — тихо поинтересовался Сонхва. — Ой, ладно, я молчу. — Сонхва прикрыл рот рукой и продолжал смотреть глубоко в душу Хонджуну через глаза. Сонхва, казалось, тонул в чужих глазах без возможности выплыть и сделать вдох. Глаза Хонджуна словно тёмный горький шоколад, который будто разливался по венам. Он никогда и ни с кем такого не испытывал. Сонхва даже не мог точно описать, что с ним происходило. Это отчасти пугало. — Со мной всё хорошо, — тихо подметил Хонджун. — Потом обсудим, не разговаривай со мной. В какой-то момент Хонджун поймал себя на том, что в открытую любовался Сонхва, чувствуя себя под каким-то гипнозом. Хонджун облизнул губы и, заправляя прядки за уши, смотрел, смотрел. Что это за игра такая? Хонджуну казалось, что он не сможет отвести глаз, даже если бы попытался. Сонхва подмигнул ему и улыбнулся мягко и нежно. — У меня у самого язык чешется и хочется с тобой поговорить. — Хва-я, — Хонджун искренне рассмеялся. — Сам же молчать просил! Но он очень понимал Сонхва. Хонджуну тоже хотелось с ним поговорить, обсудить всё, что накопилось и совсем не думать о проекте. — Всё, замолчи. Сонхва продолжал смотреть Хонджуну и перестал моргать, а в его глазах словно сверкал весь Млечный Путь. Это словно утягивало глубже и глубже, от чего человек становился самым конченым ныряльщиком, желающим достать дна. Кто бы мог подумать, что когда-то они смогут так по-особенному смотреть друг на друга и даже не осознавать это. Сонхва не хотелось думать о Сане. Хонджун тоже молчал. Юноша поджал губы, но затем улыбка сама по себе поползла по лицу. Когда он ляжет спать, то, наверное, у него будут болеть щеки, ведь он обычно так много не улыбался. В груди росло приятное чувство. И кажется, Хонджун начинал догадываться, что оно значит. Страшно ли ему было? Возможно, но лишь потому что знал, что недостаточно хорош, чтобы иметь возможность на что-то претендовать. Зачем Сонхва Хонджун, когда есть Чхве Сан? Может быть поэтому он до конца и не принимал это изменение и отодвигал его на задний план, чтобы не думать об этом. Однако сердце продолжало колотиться так бешено, что становилось страшно, что в какой-то момент оно попросту выпрыгнет из груди, проломив грудную клетку. Хонджун чувствовал себя странно. Словно он был вором и отбирал то, что не должно принадлежать ему, но Хонджун позволил себе ещё немного этого хулиганства. Побыть эгоистом и лицемером, как любил себя называть. Хонджун не отводил взгляда. Смотрел, смотрел, смотрел. Всё отчетливее видит не только созвездия в глазах напротив, но и целую вселенную. — Всё, я не могу… — Сонхва отвёл взгляд, понимая, что начинает краснеть. И это видно! Твою мать, да что это такое? — Ты выиграл! Выиграл! — сдался Сонхва. — Я должен тебе желание… Прекрати живо так смотреть! — Сонхва шутливо стукнул рукой по экрану, замечая, что Хонджун не остановил игру. И тут Хонджун игриво и дьявольски усмехнулся, заметив, как по лицу Сонхва разлился лёгкий румянец. Это было интересно и ново. Сонхва выглядел так мило и привлекательно. — Да? Желание мое, получается, — Хонджун выгнул бровь и продолжил смотреть на Сонхва. — Ты подарил мне оружие, чтобы я тебя смущал. Теперь я буду им пользоваться. Почему? Зачем это Ким Хонджуну? Сейчас Хонджун всё понимал. Он не был глупым и сейчас запретил себе отвергать свои чувства. Не для этого он учился сейчас. Ему хочется выйти из порочного круга того, что у него сейчас есть. Перестать убегать от себя и других людей, от своих чувств. И в этот момент кажется он осознает, что пропал. Называет Сонхва милым и привлекательным, не хочет отводить глаз. Совсем. Хонджун ощущает, как тело прошибла дрожь и его практически буквально окатывает ледяной водой. Сердце зашлось приступом тахикардии и только тогда Хонджун отвернулся, осознав простой факт. Хонджун устраивался в окно на деревья с золотистой листвой в своем дворе так, словно пытался что-то в них разглядеть. Хонджуну нравился Пак Сонхва. Нравился даже больше, чем он думал. Хонджун сглотнул и посмотрел на Сонхва, чувствуя, что теперь видел его иначе. — Как ты мило смущаешься! — Хонджун рассмеялся, даже не думая, что говорил. — И что? Какие выводы мы должны теперь сделать? — Делись тем, что чувствуешь, — Сонхва всё же улыбнулся и лёг на кровать, поднимая руки над собой, чтоб держать телефон сверху. Сонхва поймал себя на ощущении, что вёл себя как влюбленный подросток. И даже рад, что Сана сегодня не было дома, и он навещал кого-то из родственников… Но ведь этому не нужно радоваться, нужно было скучать, а он уже час разговаривал с Хонджуном и не собирался ложиться спать. Сонхва хотелось сделать все, чтоб они подольше поговорили. Вот только перед Хонджуном теперь возникла большая дилемма: что ему говорить? Нужно было собрать мысли в кучу. — Что чувствую? — Хонджун подвигал плечами, чтобы улечься поудобнее и немного склонился вправо, упирая телефон в окно, чтобы было комфортнее. — Было интересно. Я словно оказался под каким-то гипнозом. И в этом была доля правды. Хонджуну уже становилось грустно, что всё так быстро закончилось. Это ведь значило, что скоро Сонхва ляжет спать, потому что больше нет необходимости с ним разговаривать. Однако, смотря в глаза Сонхва, Хонджун не мог отделаться мысли, что тот тоже наслаждается этим звонком. Но, может быть, это лишь его догадки и правды в этом нет. — По самим чувствам… Не знаю даже как описать. Хонджун вздохнул и на мгновение отвёл взгляд. Скорее не мог. Потому что сам не до конца до сих пор верил в своё осознание. — А ты? — Хонджун улыбнулся. — Что ты почувствовал? — Я… — Сонхва отвёл взгляд, будто бы что-то искал в темноте. — Скажу так, теперь я верю в эту теорию, — Сонхва сам не замечал, как кокетничал с Хонджуном. Хонджун подавился воздухом, но виду не подал, пытаясь проглотить ком в горле. Ощущение было таким, словно кто-то ударил в солнечное сплетение. Что это? — Вот как, — это всё, что ему удалось выдавить из себя, но затем продолжает, — мне кажется… я тоже. Ему всё ещё сложно переваривать последний час. Хонджун точно не уснёт этой ночью. — Раз у нас внеплановый вечер откровений, то… Я не хочу класть трубку, — Сонхва облизнул пересохшие губы, а затем отвёл взгляд. — Ты спать не хочешь? — Нет. Не хочу, — Хонджун мягко улыбнулся. — Я тоже хочу ещё поговорить, секунду. Ким отвернулся и затем, держа крепко телефон в руках, прошёл сначала к столу, продолжая держать экран так, чтобы его было видно и закрыл крышку ноутбука, а затем залез на кровать и подмял подушку к изголовью. Хонджун опустил очки на переносицу с головы, почувствовав небольшую усталость в глазах. — О чем поговорим? — Хонджун задумчиво посмотрел на Сонхва. — Не знаю. Расскажи мне всё-таки про то, какую песню выбрал. Ты тогда сказал, что это секрет, — Сонхва забавно нахмурился. — Так нечестно. Теперь мне точно придется прийти. Только… Я могу немного опоздать… — Нет, я не скажу какую песню выбрал, — Хонджун хитро щурится. — Чтобы ты точно пришел. К тому же… мы сыграем три песни, если пропустишь первые две — не страшно, а вот если опоздаешь на третью — обижусь. Хонджун рассмеялся и забавно сморщился от недовольного выражения лица Сонхва. — Но, что я точно могу тебе рассказать, так это то, что мы окончательно определились с костюмами. — Хонджун вздохнул. — Мы будем настоящими айдолами. Правда придётся между уроками, проектами, репетициями… всё свободное время шить. — Хонджун закатил глаза и задумчиво посмотрел в сторону на пробковую доску, где до сих пор висела визуализация их костюмов. — Кто же знал, что у всех настолько большая фантазия. Ким улыбается, когда замечает, что Сонхва с интересом его слушал. Сонхва словно вникал в каждое слово, обращал внимание на перемены в его голоса, эмоциях. От этого сердце пропустило удар. — Ты можешь как-нибудь принести ко мне материал, я помогу тебе сшить. Я умею это делать, к тому же я люблю мелкую работу. — Сонхва мягко улыбнулся, искренне желая помочь. — Я уверен, что вы запомнитесь и понравитесь всем. Знаю, как ты переживаешь. Просто… Что бы ни случилось, просто насладись этим. Как только ты расслабишься и покажешь себя настоящего, все потеряют голову. Ведь с Сонхва так и случилось. — Да, я это понимаю, но все равно не могу не переживать, — Хонджун пожал плечом. — Просто нужно преодолеть этот страх и все. Дальше будет проще. Он качает головой, чтобы отмести слишком серьезные мысли. — А про костюм ты это зря. Я ведь принесу и заставлю тебя шить для меня. — Ким игриво выгнул бровь. — Так я сам и предложил, — Сонхва усмехнулся и театрально закатил глаза. — Я люблю это делать. На самом деле, он не любил этого делать, но перед Хонджуном хотелось быть лучшей версией себя. — Хорошо, я приду, — Хонджун улыбнулся. — У меня никак не получается придумать, как пришить правильно эту юбку поверх джинс, чтобы всё держалось нормально. — Хонджун почувствовал нарастающий конфликт внутри него, вспоминая, как пытался это сделать. — Потому что она тоже джинсовая, но если ее просто надеть поверх, то она с меня слетает. Ещё бы значки подобрать, но не знаю куда податься, чтобы их найти. В рок магазин что ли сходить? — Я помогу тебе с юбкой… Но всё что касается значков… Я в этом мало что понимаю. Сам знаешь, как я одеваюсь, — Сонхва рассмеялся. — Единственное, что я могу как-нибудь с тобой просто сходить за ними и просто кивать на твои варианты. Хонджун тихо смеется. Это рвение Сонхва помочь ему умиляло. Хонджун думал о том, как ему хотелось согласиться на всё. Главное сказать: «да» и дело с концом. — Я сам в них не разбираюсь, в этом и проблема. Ты разве не видел, как я одеваюсь? Я приходил тебе в своём обычном внешнем виде. Просто люблю экспериментировать со стилем. Это… кажется чем-то увлекательным, — Хонджун натянул капюшон толстовки на голову и немного съехал вниз по подушке. — К тому же, рок-концепт очень привлекательный. — Ты просто сам по себе бунтарь, — Пак застенчиво отвёл взгляд. — Ну, по крайней мере, я так думал. Поэтому и предположил, что ты можешь разбираться… Но… Может Уён здесь больше поможет? — Может, — Хонджун пожал плечами. — Он много об этом знает, наверное… не знаю, но он предлагал помочь во всем. Ким чувствует конфликт внутри себя. Он любит друга и принимает с благодарностью всю его помощь, но хочется, безумно хочется, чтобы и Сонхва приложил руку к тому, что он делает. И что ему делать? — Только тебе решать, кто тебе будет помогать. Ты же сам знаешь, что Уён обидится, если узнает, что я тебе что-то советую, — выдохнул Сонхва. Хонджун на мгновение прикрыл глаза. — Как бы это ни прозвучало, но… я же не могу постоянно быт только с ним, разве нет? У меня были, есть и будут друзья, — Хонджун облизнул губы. — Я не считаю это неправильным. Я стараюсь с ним разговаривать, не умаляю его внимание и любовь ко мне, стараюсь быть честным во всём. Хонджун задумчиво подёргал завязки от толстовки. Уён — это часть него. Хонджун знал это. Он самый близкий для него человек и Хонджун всегда старается оказывать ему большую часть внимания, потому что любит его. Но Хонджун понимал, что на такой привязанности они далеко не уедут. Оба. Это зависимость. И осознал это он только сейчас. — Как бы я ни хотел… Я не смогу отгородить его от всего на свете. — Хонджун посмотрел на Сонхва. — Никогда не знаешь, куда заведет жизнь и, возможно, нам пора учиться существовать не только вместе, но и принимать во внимание выборы друг друга в разных аспектах жизни. Хонджун не узнавал себя в том, что и как он говорил. Ещё полторы недели назад Хонджун рассуждал совершенно иначе. Плевался ядом в сторону Сонхва и психологии, кусался и не позволял высказываться в сторону его отношений с Уёном. Он пообещал другу, что избавится от Сонхва, как только закончится проект, а сейчас лежал и разговаривал с ним. Рассказывал о своих размышлениях. Твою мать, да он сам себе признался в том, что ему нравится Сонхва. — В любом случае, он мой друг и поэтому я не хочу его обсуждать. Ён-и очень хороший парень, — Хонджун легко улыбается и вслушивается в тишину за окном, перебиваемую лишь музыкой с первого этажа. Сейчас он рад, что живет не в квартире, потому что соседи бы уже наступали по голове, а ему так лень идти и выключать ее. — Ужас! Куда меня завели значки? — он закатил глаза. — Сейчас в депрессию впаду. А ну, срочно переведи тему. — Ты ведь понимаешь, что он испытывает к тебе далеко не дружеские чувства, Джун? — Сонхва задумчиво нахмурился. — Это видно. Ты его водишь за нос, потому что вы продолжаете спать, но не обсуждаете это. А Уён, может, надеется на что-то большее. Я не говорю, чтобы вы перестали общаться. И как бы я ни злился на Уёна… Он просто немного обиженный жизнью, поэтому срывается на других. Не знаю, что у него там происходит, но уверен, что он неплохой. Сонхва ненадолго затих, чтоб переварить сказанное. Сонхва видел, как Хонджун его внимательно слушал и не перебивал. — Это твоя жизнь и тебе решать. Может, ты все-таки сам что-то к нему испытываешь? — Нет. Я… Хонджун осёкся. Уён влюблён в него? Как он мог быть настолько слеп? — Мы уже давно не спим вместе, — Хонджун отвёл взгляд. Ему показалось странным обсуждать такое с человеком, к которому он осознавал новые чувства. — Недавно я понял почему… Поэтому, да. Ты прав. Мне нужно с ним поговорить. Я ведь… Я, правда, не знал, что у него ко мне что-то есть кроме дружеской любви. Хонджун снова посмотрел на Сонхва и сглотнул, замечая, как он внимательно на него смотрел. Сонхва не жалел его, но понимал и принимал, не осуждал. Как он мог быть настолько слеп? Хонджун чувствовал себя гадко, что так поступал со своим другом. Уён, милый Уён, который так ярко смеялся от его шуток и хотел помогать во всём. Хонджун всегда считал, что между ними сильная братская и настоящая связь, что они родственные души, нашедшие друг друга. — Поэтому я и не понимаю секса без чувств, — Сонхва пожал плечами. — Это всегда выливается в не самые хорошие последствия. Сонхва и самому не верилось, что обсуждал с Хонджуном такую тему. Ведь у него самого никогда и не было секса с кем-то. У них так и не вышло с Саном. Да и он не очень хотел, что тоже было странно. Тело будто бы сопротивлялось. Они даже толком не ласкали друг друга. — Как давно вы не спите вместе? — М-м. Полторы или две недели? — Хонджун почесал затылок. — Я не могу даже вспомнить. Это было давно. Хонджун нахмурился и прикусил губу в размышлениях. И почему они вообще сейчас обсуждали такую интимную тему. Это было так странно, но Хонджун честен в своих словах. Он правда перестал хотеть Уёна. Начал чувствовать, что это неправильно. Его перестало тянуть к нему в этом плане, потому что… Сердце Хонджуна уже рвалось совершенно к другому человеку. Организм сказал: «стоп» и Хонджун повиновался. — Это не так уж и давно, Джун-и, — Сонхва рассмеялся, прикрывая лицо рукой. — Давно — это месяца два-три, например, а не неделя. Ладно, всё, я не смеюсь. Просто это забавно. А почему так вышло, если не секрет? Прости, если лезу не в своё дело. — На самом деле… меня давно к нему перестало влечь, — Хонджун прочистил горло и уткнулся взглядом в какую-то точку на постельном белье Сонхва. — Ещё на той самой злосчастной вечеринке у меня впервые не было реакции на его предложение переспать. Хонджун пожал плечами и задумался, ведь тогда он действительно не осознал даже из-за чего это могло быть. — Нет ничего плохого в том, что ты интересуешься. Просто… Как бы объяснить. Я начал понимать, что меня интересует, по-настоящему интересует, другой человек, — Хонджун снова посмотрел Сонхва в глаза. — Точнее, тогда я этого ещё не осознавал головой, но сердцем да. Поэтому так всё происходило, но недавно всё сошлось, и теперь я понимаю почему начал себя так вести. У Сонхва перехватило дыхание, и Хонджун это услышал. Сердце пропустило удар, в глазах на мгновение потемнело от услышанного, а тело пробрала дрожь. Сонхва это сильно напугало, но он пытается не подавать вида, но от переизбытка эмоций сжал телефон в руке. — А что случилось, что ты это понял? Как ты это понял? — немного дрожащим голосом поинтересовался Сонхва. Ему было искренне интересно потому что он сам не понимает, что чувствовал. Вдруг ему это поможет? Хонджун молчал примерно с минуту, стараясь подобрать слова: — Я осознал это неожиданно и практически без какой-либо причины, просто понял… И он был честен в своих словах. Его собственные мысли и рассуждения подвели его к этому краю и сбросили вниз, чтобы он смог вспорхнуть над утесом уже другим. — Сначала я очень сильно испугался, когда посмотрел этому человеку в глаза и ко мне пришло это осознание. Меня словно окатило ледяной водой, а по телу прошла дрожь. — Хонджун легко улыбнулся, наблюдая за тем, как внимательно Сонхва слушал его. — В моменте я даже перестал дышать и мне пришлось приложить усилие, чтобы вдохнуть. Такое странное, пожирающее чувство изнутри. Но затем… «Я признал, что ты украл мое сердце», — мысленно закончил Хонджун. Это ощущалось так колко и приятно. Просто одна мысль об этом всколыхнула целый рой бабочек внутри него. — Затем всё стало спокойно. Я увидел этого человека иначе, не забывая о его плюсах и минусах… Это произошло одномоментно, — улыбка Хонджуна стала шире, и он не смог не подметить для себя, как мило выглядит Сонхва. И он не знал, что сейчас Хонджун говорил именно о нём. — И сразу захотелось видеть этого человека постоянно, слышать его, говорить с ним. Находить даже самые малейшие схожести, которые смогут свести вас для чего-то совместного, — Хонджун пожал плечами и снова посмотрел чуть мимо Сонхва. — После страха приходит штиль, но он очень приятный, разве что дыхание перехватывает и внутри что-то переворачивается, но это нестрашно. Влюбляться оказывается приятно… — Хонджун вздохнул, изучая каждый доступный ему уголок изображения Сонхва. — Хоть это и случилось со мной впервые, но я точно не ошибся. Хонджун улыбнулся м слегка прищурился, наблюдая за тем, как Сонхва смотрел на него. Сонхва слушал его все это время и наверняка не заметил, что делал это с приоткрытым ртом. До чего же милое зрелище. — Я… Я, кажется, понимаю, о чем ты… — Сонхва облизнул кончиком языка нижнюю губу и прикусил её. «Это ведь то, что ощущаю я?..» Почему он узнавал себя в этом? Твою мать. Сонхва не знал, что и думать. Про кого, вообще, говорил Хонджун? Может, это кто-то из группы? Поэтому он не замечал? Только вот Сонхва ощущал то же самое рядом с ним… Он даже и не знал, что такое влюбленность. А с Саном было по-другому… Кстати, о нём. Сонхва за вечер практически о нём не думал и это было так больно осознавать… Ведь Сонхва правда пытался. И правда думал, что то, что он чувствует рядом с Саном, и есть влюбленность. Но сейчас, когда есть этот контраст… Эти яркие чувства… Он будто бы научился заново дышать. Это как прокатиться на американских горках: хотелось кричать от восторга и в то же время так сильно перехватывало дыхание, что невозможно было сделать вдох. Сонхва всё ещё чувствовал вину перед Саном, ведь он должен был тосковать без него, ждать его дома, хотеть к нему прикоснуться. Всё это время он врал себе и обманывал другого? Или то, что он испытывал сейчас — это несерьёзно и он вновь запутался? — Если у тебя конфликт внутри, и ты не понимаешь, что чувствуешь, то не дави на себя. Дай себе волю ощутить в полной мере, то, что сидит внутри, — Хонджун заметил, как Сонхва задумался и ушёл от него куда-то в себя. — Главное не запирайся и не отрицай. Понимаю, страшно, но выбери себя. Уголки его губ поднялись в полуулыбке. Хонджун с увлечением наблюдал за Сонхва и его так сильно тянуло к нему, что внутри все скручивалось от этого чувства. — Любовь для всех разная. У кого-то она спокойная и размеренная, у кого-то буйная и страстная, но одно не лишает второго его значения. Просто… Для каждого своё, — Хонджун сглотнул и прикусил нижнюю губу, когда она почему-то затряслась, но не от слез, а от эмоций. — Мне кажется, я в тупике, — честно признался Сонхва. — Не знаю… — В тупике? — Хонджун лёг на подушку щекой. — В этом нет ничего плохого. Я не спал несколько суток, потому что не мог разобраться в происходящем внутри меня, — он ненадолго замолчал, вспоминая свои бессонные ночи и каким разбитым Ким был из-за них. — Порой я лежал, а моё сердце так быстро колотилось, что это сводило меня с ума и засыпал я только к утру часа за три до будильника. — И почему все говорят, что любовь — это полезно? — Сонхва тихо усмехнулся. — Вот до чего доводит… Я в тупике, да… Если Сонхва так говорил, значит, у них с Саном не так всё хорошо, как казалось со стороны. И он наконец-то хоть кому-то об этом рассказывал. Точнее, намекал. Время уже три часа ночи. Они без остановки говорили два часа и им всё мало. Будто бы хотелось обсудить все на свете, но они все ещё говорили о любви. Всё в их жизни пропитано этой темой. И всему виной — школьная работа на эту же тему. И почему это их преследовало? Будто бы сама судьба тешилась. — Мы так много говорим о любви и нам совсем не надоедает. Удивительно. А помнится мне, что кое-кто вообще такие темы обсуждать не хотел… М-м-м, кто же это был, не подскажешь? — Ой, ой. Вы посмотрите на него, — Хонджун широко улыбнулся. — Да, это был я, а в итоге теперь я влюблен и обсуждаю с тобой психологические темы. Доволен? Хонджун обратил внимание на то, как вёл себя Сонхва, когда говорил о любви. Что-то точно было не так. Время три часа ночи, но он даже не вспомнил о своем парне. Ни словом о нём не обмолвился. У Хонджуна мелькнула мысль о том, что у Сана с Сонхва всё не так идеально, как они хотели показать всем. Интересно. Это пробудило новые чувства внутри. Позволило ему стать увереннее. — Можем обсудить что-нибудь ещё, чтобы не говорить об этом, я не против. — Теперь твоя очередь задавать тему, иначе я уйду спать, — игриво ухмыльнулся Сонхва, хитро глядя на Хонджуна. — Можешь и ты меня о чем-нибудь спросить? А то только я и задаю тебе вопросы и лезу в твое личное пространство. — Эй, не смей спать, — Хонджун выгнул бровь сдул челку, щекотавшую ему нос. — Хм… В чем настоящая причина того, что вы с Саном уехали? Это так странно, что вас обоих взяли и отправили куда-то на неделю. — Не хочешь, чтоб я уходил, да? — Сонхва в ответ выгнул бровь и мягко с хрипотцой рассмеялся. Это ощущалось как бархат. — Ну… Наши родители посчитали, что нам нужно уехать и побыть вдвоём, познакомиться с партнерами по бизнесу отцов. Поэтому мы здесь. Но я уже хочу вернуться, честно говоря… Их разговор так странно ощущался, как будто они лежали вместе на одной кровати. И всё так по-родному, будто бы никогда и не было такого, что они ненавидели друг друга. — Неделя уже почти закончилась, скоро вернешься, — Хонджун вздохнул и посмотрел на то, как поменялось выражение лица Сонхва. «Познакомиться с бизнесами и с друг другом.» Да идите нахуй. — Ступишь на школьные земли и теперь уже я не отвалю от тебя с психологией, — Хонджун рассмеялся, наблюдая за удивлением Сонхва. До чего же умиляла эта картина. — Ещё сбежать захочешь. «А я побегу следом». — Это откуда такое рвение к знаниям, а, Ким Хонджун? Завтра пойдёт снег? —рассмеялся Сонхва. — Так соскучился? — Не дай бог пойдёт снег, — Хонджун морщит нос. — Не люблю холод. Хонджун сжал губы, раздумывая, что сказать. Он не собирался сидеть на месте, особенно видя то, как Сонхва сомневается в своих чувствах. — Да, соскучился, — Хонджун игриво выгнул бровь. Сонхва дернулся и удивленно посмотрел на Хонджуна. — Вот как, — задумчиво прошептал Сонхва. — Я тоже. Что он сказал?! Почему? Почему это вырвалось из него? Сонхва моментально покраснел и убрал телефон, положив его на кровать камерой вниз. Теперь Хонджун видел лишь черный экран, пока Сонхва пытается отдышаться, схватившись за сердце. Бьется так сильно, будто бы пробежал марафон на выживание. — Эй, так нечестно! Дайте воздуха, что за темнота. Ты хочешь, чтобы я задохнулся? — Хонджун искренне смеется. Сонхва сказал, что соскучился… Сонхва сказал… Что он сказал?! Глаза Хонджуна расширились, и он замолкает, облизывает губы и чувствует, как сердце пытается пробить его ребра. Он умрёт молодым. Хонджун прямо сейчас откинется. Да что это такое-то? Ладно, он смелый и этим его не заставишь смущаться, делать шаги назад. Спокойно… Нет. Ничего не спокойно. Господибожеблядь. Сонхва аккуратно взял телефон обратно и вновь появился перед Хонджуном. — Я вернусь в субботу. В воскресенье у меня в пять вечера, — тихо произнёс Сонхва, понимая, что его щеки все ещё полыхали румянцем. — Даже так? — Хонджун усмехнулся. — Смотри, вдруг мне понравится, как ты мной руководишь. Его улыбка стала ещё шире, когда Сонхва распахнул глаза от его слов. — Я принесу юбку и джинсы тоже. Фестиваль уже в четверг, вдруг ты не сможешь помочь и придётся искать обходные пути, — Хонджун вздохнул и хитро посмотрел на Сонхва. — Обходные пути — это какие? — Сонхва прищурился, буравя взглядом наглого Хонджуна. — Пойду искать другого искусного человека, который сможет мне помочь, — Хонджун смотрит на Сонхва в ответ и улыбается. — Или выберу что-то ещё. На крайний случай. — А вот оно как, найдешь мне замену? — Сонхва фыркает и переворачивается на живот, вытягивая руки перед собой. — Замену? Тебе? Вот уж нет, это попросту невозможно, — Хонджун закатил глаза и повернулся на бок, подкладывая одну руку под подушку, а второй перехватил телефон поудобнее. — Однако возможности человека не безграничны, и я не хочу тебя мучать. Я потом не расплачусь за твой труд. — Ах, Джун-а, какой ты льстец. Это всё для того, чтоб следующую главу работы я печатал в ворде? — Сонхва рассмеялся, снова чувствуя, как краснеет. — М-м-м, когда ты успел настолько хорошо меня узнать? — Хонджун не сдержал улыбку, на мгновение положил телефон и снял капюшон с головы, а затем снова посмотрел на Сонхва. — На самом деле… готова уже почти половина, а там немного потом останется. Думаю, мы закончим даже раньше, чем планировалось. Ах, как же ему этого не хотелось. Вот совсем. Растянуть бы это время до бесконечности. — У нас впереди глава про здоровые отношения и про то, как выйти из порочного круга, — Сонхва посмотрел на часы. Половина четвертого. — Я не хочу покидать тебя, но пора спать. Мне вставать в восемь утра. У нас же вылет отсюда. — Сонхва сморщил нос. — Почему сразу не сказал? — он вздохнул. — Я лишил тебя сна. Кошмар какой, ещё и запретил спать… Что я за друг после этого? «Друг». Точно ли ему хочется так говорить? Нет, конечно. Но у него не было выбора. Пока. Хонджун сказал себе, что это только пока. Его сердце знало, чего оно хочет и без боя он не сдастся. — Все эти дальнейшие темы потом обсудим, — Хонджун резко дёрнул плечом. — Иди спи и не думай ни о чём. — Ты не лишил меня сна. Хотя если даже так… Это было лучшим воровством моего времени, — Сонхва мягко улыбнулся, замечая искры в глазах Хонджуна. — Всё, я ушёл. Сладких снов. Сонхва резко выключил телефон, положил его подальше от себя и попытался отдышаться. Твою мать, да что с ним такое?..
