О пользе прогулов

Слава как чувствовал, что в шарагу сегодня не надо было даже просыпаться. Спал бы и спал себе преспокойно. Но сначала будильник, потом мать, потом сестра разбудили его, но мать и будильник хотя бы гуманно. а Дашка, так та вообще бесцеремонно стянула одеяло, ткнула холодным пальцем в бок и противно прямо в ухо крикнула «Подъем!». Потом она еще и окно открыла. И кто бы ей поверил, что проветрить, когда оттуда так дунуло, что даже мать на кухне почувствовала. Он еще попробовал отмазаться тем, что якобы ему ко второй, но не прокатило. Хорошо, хотя бы и мать, и сестра вскоре ушли, и Слава собрался постепенно, как и положено нормальным людям. Чаю выпил, по квартире походил, подумал минут двадцать, не примерить ли обновку, но на улице была такая холодрыга, что не стал, отложил до лучших времен. И конечно, как он и сказал матери, в шараге он появился ко второй паре. Первая получалась прогулянной. Да и плевать: все равно никто не отмечает, староста давно хер забила на список, преподы тоже не особенно лютовали. Октябрь, до сессии времени вагон. Строго сказать, учился Слава в университете, но из-за того, что, во-первых, конкретно этот корпус был очень и очень удаленным филиалом в спальном районе, во-вторых, баллы для поступления были самыми низкими в области и сюда брали всех окрестных раздолбаев и тунеядцев, которые хоть как-то ухитрились сдать ЕГЭ, и, в-третьих, пофигизма преподов, универ цинично именовали шарагой. Причем, вообще все: от декана факультета (за глаза) до сторожа (в глаза, открыто и на ежедневной основе). Из этого можно сделать вывод, что Слава мог прогулять безнаказанно хоть весь день. Но раз уж его все равно разбудили, раз уж он нашел в себе силы пройти через пару дворов до корпуса, Слава решил хоть на одну пару сходить. Заодно увидеться с другом Ваней, который как раз должен был сегодня выйти с больничного. Слава почему-то скучал. Вернее, он знал – почему, но предпочитал хранить это знание в глубокой тайне. Ваня обнаружился на крыльце с сигаретой. После недолгого приветствия было решено пары проебать, а вместо этого скучного занятия предаться вакхическим мистериям у Славы дома. Попросту купить пару двушек пива и посидеть. Ваня, пока они ходили за пивом, сообщил, что тоже вроде бы скучал по Славе. Точнее, он это не так сказал, но Слава понял, что друг рад его видеть настолько, что предпочел его общество лекциям. Учитывая, что Ваня в общем прогульщиком не был, а даже старался учиться хорошо, такой перевес был приятен. У Славы было уютно и тихо. А еще была приставка и сериалы. Сначала они под пиво порубились во что-то старое, потом включили сериал, но особенно за сюжетом не следили: разговаривали. Так прошло два литра пива. Слава вспомнил, что у него еще есть вискарь в тайнике, и достал изрядно початую бутылку. Ваню это устраивало, и вакхические мистерии продолжились. – Слыш, Слав, а че у тебя тут чулки делают? – Ваня, возвращаясь из туалета, бросил взгляд на комод: там лежала новая пачка черных чулок в сетку, с кружевными резинками. – Это Дашкины, – быстро ответил Слава. – Пятерка? И куда ей такие огромные? Она же ниже тебя. – А я ебу? Купила. Значит, надо, – Слава едва заметно поморщился и отхлебнул пива. – А че у тебя оставила? – Ваня взял упаковку и начал крутить в руках, детально изучая. – Ну оставила и че? Мерить тут собралась, а потом убежала на работу. Положи, – Слава скрипнул зубами. – В сетку, секси, – заметил Ваня и цокнул языком, – посмотреть бы, как выглядят на ком-то. – Я тебе посмотрю! – пригрозил Слава, – иди давай, пиво стынет. – Не, Слав, ну реально, они же Дашке большие, огромные, я бы сказал. Это максимальный размер. На очень, – он выразительно посмотрел на Славу и повторил, – очень высокого человека. Под два метра. – Хули ты доебался до чулок до этих? Тебя ебет, че они тут лежат? – Слава начал злиться. – Бля-я-я! – у Вани в глазах загорелся противный огонек. Слава знал его: обычно он не предвещал ничего хорошего, а однажды после такого «Бля-я-я!» Славе даже пришлось идти в деканат после полбутылки водки и что-то там доказывать лично декану. Удивительно, что после этого его не отчислили. – Славян! А слабо тебе их надеть? Проверим, твой размерчик или нет! – На хуй сходи, а, – поморщился Слава. Такой ход событий его не устраивал совершенно. – Не-не-не, погоди! – Ваню уже было не остановить. – Просто на спор, а? Если я проиграю, с меня еще двушка пива. – Ебанутый спор, – заключил Слава, но встал и начал стягивать спортивки. – Отвернись. Ваня пропустил его просьбу мимо ушей и продолжал нагло таращиться. Тогда Слава отвернулся сам. – Ты это, Слав, все сверху тоже снимай, так нагляднее, – попросил Ваня каким-то не своим голосом, подавая Славе упаковку чулок. – Че, блять? Нагляднее? Ты где, блять, в музее или на паре? – Да просто не так уебански будет выглядеть, а то чулки, семейники и худос, – привел другой аргумент Ваня. – Не семейники, ващет, – огрызнулся Слава, но худи и футболку снял. А вот потом все равно пришлось повернуться к Ване, потому что иначе пришлось бы наклоняться, выпячивать задницу, а Славе этого очень не хотелось. Вернее, хотелось бы, но… Он уселся на диван, закинул ногу на ногу, надел чулок на ступню, аккуратно натянул его до середины голени и поднял взгляд. Вот лучше бы он этого не делал! Ваня так жадно за ним следил, что Славе сделалось не по себе. Он поежился под этим цепким взглядом и снова начал натягивать чулок, преувеличенно внимательно рассматривая свою ногу. Потом пришлось встать, чтобы надежно прижать резинку чулка. Больше Слава старался на Ваню не смотреть. Второй чулок надевался быстрее, руки не так дрожали, да и Славе казалось, что Ваня уже не так его пожирает взглядом. Он сдуру решил проверить свою догадку и опять посмотрел на него. Фиаско! Ваня не просто смотрел на него во все глаза, он еще и губу закусил, так, совсем слегка, но Слава понял, что друга это представление зацепило. – Вань, нормально всё? – Да, – кивнул тот чуть рассеянно, – Завис просто. Слава встал, сложил руки на груди и недовольно посмотрел на Ваню. – Ну, где моя двушка пива? – Я деньгами, ок? – неловко повел плечами тот. – Чего, блять? Какими деньгами? Ты меня развел на эту хуйню, чтобы просто отдать мне пару соток за пиво? Вань, ты охуел? – Не-не-не, прости братан, – Ваня попятился к двери, примирительно подняв ладони, – Слушай, а может, это… Он резко замолчал и затравленно посмотрел по сторонам, как будто ожидая опасности от шкафа или комода. Слава молча ждал, что ебанутого Ваня предложит на этот раз. И дождался. – У тебя на столе тушь лежит и помада, – нервно начал Ваня. – Это тоже Дашкины, – рыкнул Слава и сжал кулаки. – Да и пусть, – кивнул Ваня, соглашаясь, – а ты можешь, ну, накраситься? – Тебе уебать? – Слав, блять, прости, братан, но тебе чулки охуенно идут. Не каждой бабе идут, а тебе… Слава замер, надеясь, что ему не послышалось. – Блять, бро, это максимально тупо, но… Ты можешь это сделать? Один раз, для меня. И забудем. Ну, типа, набухались, по пьянке какой только хуйни люди не делают. – Если я накрашу глаза и губы, – медленно и тихо начал Слава, – что ты будешь делать? – Клянусь, ничего! – Ване на секунду даже голос изменил, сделался не по-мужски высоким. – Просто посмотрю и все, полминуты! Слава хмыкнул и подошел к столу. Взял тушь, помаду и собрался идти в ванную. – А здесь… здесь можешь накраситься? – неуверенно спросил Ваня. – Потерпишь, – отрезал Слава и вышел. В ванной у него тряслись руки, но уже не от пива. Ваня сам предложил! Ну и пусть только посмотреть. Слава разрешил ему. И сам посмотрит. Он придумает, чего потребовать у Ваньки взамен. Такого, чтобы потом всю жизнь вспоминать. А Ваня пусть поглазеет на него разукрашенного, от Славы не убудет. Надо его попросить тоже до трусов раздеться! А то если у Славы встанет, то стрёмновато будет одному такой конфуз переживать. А так хоть вдвоем позориться. Когда он вернулся в комнату. Ваня уже успел снять футболку. Славе даже просить его не пришлось. Очень удачно! – У тебя жарко, – пояснил Ваня, хотя Слава вообще не задавал никаких вопросов. – Давай тоже штаны снимай, чтобы честно было, – потребовал Слава и решительно сложил руки на груди. Ваня слишком быстро поднялся и путаясь в собственных руках, снял штаны, носки. Остался тоже в одних трусах и сел обратно, сцепив руки в замок и пристроив их на коленях. Слава стоял напротив, не меняя позы. – Руки убери, – попросил он Ваню, – я время засеку. Полминуты твои. Ваня кивнул и убрал руки. Слава посмотрел на него от макушки до груди, потом ниже и припечатал: – У тебя стоит. Ваня пару секунд сверлил его взглядом, а потом ответил. – Скажешь, у тебя не стоит? Слава кивнул, сделал пару шагов к нему. – И запомни: ты сейчас у меня дома, ты сейчас пьяный, а завтра нам обоим будет стыдно друг другу в глаза смотреть, но я все равно спрошу. Ты хочешь посмотреть дольше? Ваня кивнул и слегка расставил ноги. – Ты хочешь посмотреть только на меня? Или на часть тебя со мной? Ваня нахмурился. – Че это за ебаная загадка? – Я тебе отсосу, – нагло улыбнулся Слава, но вдруг его резвость куда-то исчезла, и он уже осторожно добавил, – можно ведь? Добившись от Вани еще одного кивка, он сделал последний шаг, опустился на колени и потянул за резинку Ваниных трусов. – Погоди, помыть надо, – спохватился Ваня. Слава кивнул и встал. – На, салфетки влажные, пока так сойдет. А то ты из ванной сбежишь. Сиди давай. За несколько секунд пока Ваня наскоро вытирался, Слава успел надумать себе кучу разных сценариев, и его даже начало слегка потряхивать. Определенно, хорошо, что он пошел сегодня в шарагу, а еще лучше, что оставил вот так чулки на комоде. Без всякой задней мысли оставил, и надо же – так подфартило! Хорошо, что решили прогулять. – Я готов, – севшим голосом объявил Ваня. Слава не думал, что сегодня состоится его первый раз. Он до этого только на порнуху дрочил, да на всякие выдуманные образы. Дрочить на Ваню, хоть тот и… Ну не мог Слава, и все тут! Лучший же друг! А что стоит на него уже год с лишним, так это бывает. А тут – само в руки (точнее в рот)! Первый раз и с Ванькой! Он поднял голову и столкнулся с Ваниным шалым взглядом, пьяным, дурным. Слава не понял: это от пива или от его собственного блядского вида, но решил потом подумать. А пока подмигнул Ване и наклонился. Обхватил ярко-алыми от помады губами головку, втянул щеки, вбирая член в рот на максимальную длину. Чуть не сошел с ума от ощущения гладкой шелковистой головки на языке; от того, как эта головка потом уперлась в глотку; от острого мужского запаха; от яиц под пальцами; от неуверенного «Слав, посмотри на меня, плиз» сверху. – Какие у тебя губы охуенные, – Ваня сглотнул и нерешительно обвел пальцем Славину губы и свой член в них. – Слав, ты такой… Какой – такой – он не договорил: Слава едва качнул головой, показывая, что все потом, а пока – удовольствие. И его, и Ванино удовольствие. Шум крови в висках, свой собственный член, требующий, чтобы хотя бы прикоснулись, яйца под осторожными пальцами, скромные попытки погладить дальше, чувствительное местечко за ними, и восторг, когда Ваня позволил, еще расставив ноги. Еще через полминуты Слава понял, что минет – это пытка и больно, потому что он-то, вскормленный порнухой, думал, что Ваня кончит уже вот-вот, а тот и не думал кончать. Наоборот, еще и рукой вцепился в вихры на Славиной макушке, прижал его голову к своему паху, попросил не останавливаться. Но Слава остановился. Поднял голову и вытер губы, размял затёкшую челюсть. – Блять, братан, прости, устал уже. –Да нет, все нормально, – Ваня потянул его на себя, – Садись. Можно, Слав? Он обхватил оба их члена рукой и попробовал подрочить. Слава в этот момент почти увидел небо в алмазах, но успел сдержаться. Вместо этого он прижался губами к Ваниным и засосал его. А Ваня в этот момент продолжил ласкать их обоих. И тут уже сложно было продержатся долго. Когда тебя целуют, одной рукой мнут задницу, а другой дрочат, сложно оставаться безучастным к процессу. И Слава решил забить на то, что завтра, да почему – завтра, уже через полчаса, ему станет стыдно. Забить и наслаждаться губами, руками, чужим членном, который так близко к его собственному. И почти сразу кончил. Через полчаса они сидели на кухне, оба одетые, и церемонно пили чай. – И что думаешь? – задал наконец Слава вопрос, мучавший его с того самого момента, когда Ваня вытер свою ладонь, испачканную в их сперме. – Насчет этого? – Ваня обвел глазами кухню. Слава кивнул. – Мне понравилось, это раз, – Ваня принялся загибать пальцы, – Я гей, это два. Мне нравишься ты, это три. Мне кажется, я тоже тебе нравлюсь, это четыре. – Пять будет? – усмехнулся Слава. – Я хочу сделать тебе минет или получить ответный. Это пять и шесть. Слава задумчиво пожевал губу. – Раз сегодня день все равно проебан, то можем сделать пять, шесть, семь, восемь и дальше по списку, если он у тебя предусмотрен. – Семь – это взаимно? – осторожно уточнил Ваня. – Восемь – это ты теперь мой парень, кажется, – ответил Слава, – А я твой, да?