Без обмана

Ночь после фиаско в отеле Ягыз почти не спал. Сначала долго ругался с Синаном по телефону, затем злился уже молча, глядя на город за окном своей квартиры. Его хмурым мыслям компанию составило виски, но алкоголь почему-то не расслаблял, и почти не пьянил, поэтому он быстро отказался от идеи напиться. Вместо этого, в четыре, сварил себе кофе, принял долгий душ и пошел бегать. Пробежка пошла ему на пользу. Мысли затихли, а тело настолько устало, что он уснул едва вернувшись домой. Как бы там не было, в девять утра Ягыз уже был в офисе, и наконец-то смог начать получать ответы, что интересовали его. Девушку, что должна была прийти, звали Эдже Чамкыран, об этом поведала устроительница кастинга. Через пару часов, от своего детектива, он узнал и имя вчерашней незнакомки. Хазан. Еще через час, в его телефоне было досье с указанием ее домашнего адреса, состава семьи, места работы и размера зарплаты. Она была не замужем, но детектив не смог сказать помолвлена ли. Как и найти что-то большее на эту девушку. Не социальных сетей, не других «цифровых следов». Этого было мало, но Ягызу было достаточно имени и адреса спорт зала, где она работала. Он еще вчера решил, что встретится с девушкой. Чтобы извиниться. Чтобы отдать туфли. Половину вечера и ночи ему не давали покоя эти чертовы туфли. Он забрал их из номера Синана, и привезя домой, поставив на столик перед диваном. Словно наказывая себя ими. Словно как доказательство своего провала. Ягыз так и не смог ее догнать. Выбежал из номера слишком поздно. А в лобби было слишком людно из-за прибывшей в отель группы туристов, которые ожидали заселения и никто из работников не заметил куда побежала девушка. Он был в ярости. Как можно не заметить босую девушку в ярко розовом платье?! Но поделать уже было ничего нельзя. Он сел в машину, кинув обувь незнакомки на пассажирское сиденье, а потом, приехав домой, забрал их в квартиру. Они были словно молчаливый укор. Ягыз смотрел на них, а в голове были образы ее бредущей по улице босиком. Он надеялся, что она быстро села в такси, поэтому он и не смог найти ее возле отеля, а значит не успела слишком замерзнуть. Надеялся, потому, что стоило лишь представить голые миниатюрные ступни на ноябрьском холодном асфальте, внутри сдавливало что-то. Стыд. Ему было стыдно. Временами этот стыд перекрывался злостью на брата и на себя, но легче от этого не становилось. Все равно он чувствовал себя словно в ловушке. — Здравствуйте, господин Хазым — услышал он голос своей секретарши и посмотрев на часы, мысленно закатил глаза. Они с Гекханом ждали уже двадцать минут начала заседания, на которое отец, как всегда, опоздал. Каждая из этих двадцати минут скребла Ягыза словно наждачная бумага. Ему нужно было ехать. Он хотел застать Хазан на работе, но не знал ее точного графика. Ему нужно было увидеть ее. Он не знал, что скажет, или как она отреагирует, но мысль, что нужно ее увидеть еще раз, пульсировала в его голове со вчерашнего вечера. Ему. Нужно. Ее. Увидеть. — Ягыз — голос брата вернул его к реальности. Возможно, несколько с запозданием, потому, что и отец, и Гекхан, смотрели на него сейчас с удивлением в глазах. — Да — прочистил горло он — давайте начнем.

***

— Где я могу найти тренера Хазан? — два часа спустя, он все же добрался до фитнес центра. Держа в руках бумажный пакет с туфлями и чувствуя себя полным идиотом, Ягыз старался не передумать, как напуганный подросток, и не вернуться в машину. Он сделает это. Эти губы, на которые он залип вчера — стоили того. Она стоила того. Заслуживала, как минимум, услышать его извинения еще раз. Хотя… Ягыз старался не думать об этом, лелея свой, как ему казалось, заслуженный стыд, но глубоко внутри билось еще и желание. Неутоленное вчера. Распаленное. Ему хотелось не просто извиниться и поговорить. Ему хотелось заполучить эту девушку себе. На пару часов, на месяц, — он не загадывал так далеко. Но ему было необходимо прикоснуться к ней еще раз. На этот раз, с ее согласия. В следующий раз, когда он к ней прикоснется, Ягызу хотелось, чтобы ее трясло от его близости так же, как вчера тряхнуло его. Он хотел увидеть, как эти красивые глаза затуманятся ответным желанием, и он готов был очень постараться для этого. Готов был ждать для этого. — Она только что закончила тренировку, но возможно еще в тренерской — голос девушки сочился интересом к посетителю в костюме, но Ягыз даже не заметил какого цвета у девушки волосы (а они были почти розовые), не говоря уже о большем. Он вообще был словно под водой, последние шестнадцать часов — происходящее над водой слышалось и доходило до него с опозданием. Спросив, где тренерская, он пошел в направлении, что указала администратор, чувствуя, как потеют ладони, и раздражаясь от этого. Он не стал стучать. Дойдя до двери с надписью «staf only» ему было уже не до формальностей и вежливости. Либо зайти вот так, без стука и возможности передумать, или позорно оказаться в машине, все еще с пакетом в руках. Ягыз ненавидел чего-то бояться, поэтому открыл дверь резко и без стука. Вошел в небольшую комнату и, как и вчера, замер, стоило лишь ее увидеть. Теперь он знал имя, и кажется именно оно тут же разлилось приливом тепла по коже. Хазан. Охренительная. Ягыз понял, что вчера ему не показалось. Девушка и правда была великолепна. Сегодня, едва похожая на вчерашнюю, отельную версию себя, отчего-то, она показалась ему еще красивей. Чистая, раскрасневшаяся на щеках кожа. Не грамма косметики. Пухлые губы, которые и без помады имели цвет самой нежной розы. Она была одета в лосины и короткий топ, и Ягыз, который быстро прошелся взглядом сверху вниз, не знал, куда хочет вернуться взглядом прежде — к округлым бедрам затянутым в черный стрейч, или груди, которая была приподнята топом и манила ложбинкой. Той самой, что пол ночи провоцировала его мозг на генерацию развратных фантазий. — Что ты здесь делаешь?! — и все тот же голос. — Пришел отдать твои туфли. — выдал Ягыз, кленя себя за очередную идиотскую фразу, рядом с этой девушкой. Мог бы сказать и что-то получше!

***

Год спустя

Ягыз вошел в отель принадлежащий отцу, привычно не обращая внимание на происходящее вокруг. Гости сидящие в лобби в ожидании чего-то, персонал, который сновал туда сюда, — все это было ему не интересно. Ему нужен был ключ. — Добрый вечер, господин Ягыз, — знакомый портье, как всегда, был готов услужить сыну босса, — Подготовить вам номер, или возможно вы отужинаете у нас сегодня? — Дайте ключ от номера Синана — Ягыз не был в настроении вести светские беседы. Он и так опоздал из-за пробки на мосту. — Конечно — улыбнулся в усики портье, вышколенный не проявлять удивления, или других неуместных эмоций к прихотям гостей. Он повернулся к стойке с ключами, а вернувшись добавил — Гостья прибыла около тридцати минут назад, и мы впустили ее, как и было велено. — Благодарю — сухо кинул Ягыз, беря ключ и направляясь в сторону лифтов. Лифт ехал слишком медленно, и это раздражало. Как и, вошедший с ним, тучный мужчина, который дышал слишком громко, что-то читая в своем телефоне. Ягыз уставился на табло отсчитывающее этажи и словил себя на ощущении холодка в желудке. Черт. Он волновался. Все еще волновался. Даже спустя год. Едва заметно покачав головой своим мыслям, он убрал руки в карманы брюк, и сделал вдох поглубже. Не лучшая идея. Вместе с воздухом пришлось вдохнуть тяжелый парфюм попутчика, который все еще был занят своим телефоном, но хвала небу вышел на пятнадцатом этаже, перестав душить Ягыза своим присутствием. Иногда, его так раздражали люди вокруг. Мало кто понимал, каково это — быть им. Ягызом Эгеменом. Тем, кто вечно держит себя в руках, кто может быстро принимать решения и не вмешивать в эти решения эмоции. Мало кто знал, но эта отстраненная холодность была лишь маской, которую он надевал по утрам; способом взаимодействия с миром. Эту маску он надевал вместе с деловым костюмом и идеально начищенными туфлями. Это был его секрет. Его способ выигрывать у обстоятельств. Руководить жизнью вокруг. И у него получалось. И все вокруг думали, что это кто он есть — холодный, отстраненный, идеальный Ягыз Эгемен. Он усмехнулся своим мыслям, выходя из лифта на нужном этаже. Они все ошибались. Не видели. Не замечали. Как он иногда с трудом удерживает эту свою маску. А иногда забывает снять ее даже дома, даже ложась спать. Как иногда ему нужно сбросить пар. Выдохнуть. Побыть собой. Или наоборот, не быть собой, хоть немного. Хорошо, что никто не догадывался, как иногда он уставал быть собой. Хотя… «Никто» не совсем корректное слово. Его девушка догадывалась. Она понимала. Замечала. Ему повезло с ней. Ключ сменил красный индикатор замка на зеленый, и впустил его в номер. Комната встретила его отельной тишиной — едва заметным гулом кондиционера, который застревал в плотных шторах, путался в бархате покрывала на кровати и утопал в мягком ковре, создавая этим какую-то особую атмосферу. Ягыз полюбил отели за последний год. Он стал чаще проводить ночи пятницы именно в отелях. Здесь в городе, или в Шиле. В отелях его маски спадали. Иногда, впрочем, тут же сменяясь на новые. Но уже на те, что он выбирал по своему выбору. Как сегодня. — Я уже подумала, что вы не придете, Ягыз бей, что наша встреча была отложена, просто меня об этом не предупредили — услышал он голос на пару секунд раньше, чем увидел его обладательницу. Лукавая улыбка боролась с деланной скромностью глаз и обиженным тоном голоса. Сочетание, что завело его мгновенно. Вот так, — с порога. Как-то сразу переключая. Он тут же забыл раздражение от попутчика в лифте. Уже не помнил, как нервничал и сжимал не в чем не виноватый руль стоя в пробке, как сегодня весь день решал проблему с арендой, которая возникла по невнимательности Синана. А еще, он вспомнил, и тут же забыл, что должен был отправить сообщение своей девушке, когда выехал из офиса. Но он все еще говорил по телефону с поставщиком, и так спешил… Забыл, потому, что девушка перед ним, отключила тумблер отвечающий за мыслительный процесс. Своим платьем и ногами отключила. — Если бы встреча был отложена, тебя бы уведомили об этом — сказал он, стараясь не выдать эмоции, спровоцированные выбором ее наряда. Он не ожидал, что она воспримет его предложение так буквально — Извини, что заставил ждать. Вечерние пробки. Ягыз почувствовал, как пересохло во рту, разглядывая девушку перед собой. Шалунья. Она хотела поиграть, раз так оделась? — Ничего страшного — девушка понимающе улыбнулась, наверняка заметив его реакцию, но продолжая быть «в образе». Она прошла пару шагов по ковру, который заглушил стук каблуков, и прислонилась к столику, так, что перед глазами Ягыза оказалась пара охренительных ног, затянутых, он очень надеялся, что чулками; и обутых в туфли на каблуке в которых было минимум десять сантиметров. — Я понимаю, что ты занятой человек. Да и ждала совсем немного. Пару секунд они смотрели друг на друга. Ягыз заметил и умелый макияж, чуть ярче, чем был необходим вечером в четверг, и ярко розовые губы, по котором так и хотелось провести большим пальцем, размазывая контур идеально нанесенной помады, прежде, чем протолкнуть палец ей в рот, чтобы ощутить влажность слюны. Ему хотел сказать «иди сюда» и не играть в эти глупые игры, что они, кажется, затеяли своим диалогом и хитрыми взглядами. Кто придумал, что два человека должны ждать прежде, чем прикоснуться друг к другу? Ведь ты либо хочешь прикоснуться к кому-то, либо нет. Время может лишь усилить это желание, но создать его с нуля… редко. Очень редко. Ягыз всегда считал, что самые важные выводы о человеке можно сделать в первые десять минут знакомства. И он свои давно сделал. — Я рад, что дождалась — улыбнулся он, сделав пару шагов, стараясь не отвлекаться на губы и оставаться «в роли» — Напомни мне свое имя, пожалуйста. Не ожидала. Ягыз видел, как она не ожидала подобного вопроса. Того, что он примет эту глупую игру оставаясь собранным и отстраненным внешне. Ведь уже знала, как ему нелегко держать себя в рамках, когда они только вдвоем. Знала, как он любил отпускать себя, когда они вот так наедине. — Хазан — улыбнулась она, со смешинками во взгляде. И Ягыз тоже улыбнулся уголком губ. Имя было настоящим, не для «роли», а значит, она хотела сорвать маски так же сильно, как и он. — Хазан — протянул он, делая еще шаг, чтобы быть еще ближе. так, что теперь делил с ней один воздух — А твой парень не против того, что ты ходишь на встречи по вечерам? Еще одна лукавая улыбка образовала ямочку на щеке, которую хотелось потрогать. Она облокотилась рукой о стол позади себя, так что шикарная грудь стала еще заметней под черной сеткой выреза. Он с ума по всему этому сходил. Не думал, что его Хазан способна на подобное. Пару дней назад, когда он предложил отпраздновать их год вместе в том же номере, в котором они встретились, и шутя предложив воссоздать ту встречу, он и не думал, что она правда наденет тоже самое платье и будет играть с его воображением вот так. — А твоя девушка в курсе, с кем ты встречаешься вечерам в номере отеля? — ее голос был невинен, но глаза, туманились желанием, именно так, как он любил. Ягыз провел взглядом по шикарному телу перед ним. Розовое, в тон губам платье, черные, он все еще очень надеялся, что чулки, туфли… Не те, что год назад, — другие. Те, все еще стояли в его гардеробной на полке между галстуками и стойкой с костюмами. Те самые, что она, словно Золушка потеряла в этом номере год назад. Те самые, что стояли на столике перед диваном в ту первую ночь, что Хазан оказалась в его доме. Те самые, что после той ночи, отправились на полку в его гардероб. Залитые капельками воска, от перевернувшейся свечки и все еще пахнущие шампанским, которое тоже оказалось перевернутым, когда он укладывал Хазан на тот стол. — Думаю есть вещи, которые им не нужно знать — протянул он, кладя руку на подол ее платья, и скомкав его в ладони потянул вверх, чтобы наконец проверить колготки, или чулки. — Кому? — Хазан, прикусила губу, все еще видимо пытаясь оставаться в образе, но уже плохо улавливая нить их беседы, потому, что он приник губами к ложбинке между ее шеей и плечом, вдыхая такой родной и все еще до мурашек будоражащий аромат. — Твоему парню и моей девушке — Ягыз думал, что он держится лучше Хазан, и все еще может вести их дурацкий диалог. И даже где-то гордился своей выдержкой. Ровно до момента, когда он понял, что на ней надеты чулки. — Хазан — ее имя было вышло полу стоном, полу хрипом. Моя. Без игр. Без обмана. С самого начала. И навсегда.