Черная полоса закончится

      Прошло уже более трех недель с тех пор, как Вэй У Сянь покинул свой дом и начал жить отдельно. И он до сих пор не мог поверить в то, что может спать сколько захочет, готовить то, что нравится ему самому, или заниматься работой по дому только тогда, когда ему этого хочется. А еще, что его не будут гнобить просто за то, что он присел отдохнуть или решил уделить немного внимания тому, что ему нравится. Например, чтению книг, которые он любил с детства, или уделял время уходу за своей кожей и внешностью. Ему приходилось заново учиться любить себя, вспоминать, что, красив и что когда-то у него было очень много поклонников. Иногда он мог долгое время сидеть у туалетного столика, который сюда ему купил и помог собрать Лань Ванцзи, хотя Вэй У Сянь его и отговаривал от таких растрат, расчесывая свои длинные волосы и смотря в зеркало, ощущая полное удовлетворение от своей теперешней жизни и внешности. Он был счастлив, впервые за последние семь лет.       И пусть прошло не так много времени, даже внешность Вэй У Сяня уже начала претерпевать изменения. Например, он начал набирать вес, постепенно избавляясь от нездоровой худобы, а его некогда тусклые волосы начали сиять и теперь выглядели более живыми. Пропали синяки под глазами и в глазах появился жизнерадостный блеск, а люди на улицах вновь начали оборачиваться ему вслед. Да, он был счастлив.       Сегодня у него были некоторые планы на день. Он намеревался встретиться с сыном в парке развлечений и покататься вместе с ним на каруселях. И пусть он не хотел сильно разбрасываться деньгами, ведь до завершения бракоразводного процесса он не сможет устроиться на работу, у него все еще оставалось весьма внушительная сумма и на один поход для совместного с сыном отдыха, он сильно не разорится. Все же, за те пять лет, за время которых он откладывал деньги, ему удалось собрать весьма внушительную сумму, которой, при не сильных тратах, ему хватит еще как минимум на полгода жизни без работы, а то и больше. В конце концов, он особо не тратился ни на что, кроме самого необходимого. Единственное, на что он позволил себе немного раскошелиться, это несколько комплектов новой одежды на выход, потому что из дома забрал только самую простую одежду, из той, что нравилась лично ему, а такой было не много.       Потратив некоторое время на то, чтобы прибраться дома, Вэй У Сянь пошел в ванную комнату и раздевшись встал под душ, позволяя горячим тугим струям воды скатываться по его обнаженному телу.       Понежившись так под водой некоторое время, он принялся тереться скрабирующей губкой для тела, тщательно очищая его. Помнится, когда он был дома, ему не часто подобное позволялось. По крайней мере, когда муж был дома. Цзян Ваньинь предпочитал контролировать каждый этап его жизни и даже такая мелочь, как уход за собой, очень его раздражали. Он считал, что Вэй У Сяню ни к чему прихорашиваться, потому что кроме Цзян Ваньиня на него все-равно никто смотреть не будет, а если и будет, то нечего перед посторонними выставлять свою привлекательность напоказ, ведь он уже замужем. Поэтому теперь Вэй У Сянь искренне наслаждался каждым этапом ухода за собой, не редко задерживаясь в душе на целый час или даже больше.       Закончив с купанием, он надел легкую пижаму с шортами и вернулся в комнату, где сел за туалетный столик и принялся расчесывать, а за тем и сушить волосы феном, испытывая тихую радость от того, что когда-то все-таки не обрезал волосы на зло мужу. Теперь они были длиной до бедер и ложились красивыми волнами.       Когда он выключил фен и принялся вновь расчесывать волосы, чтобы потом их уложить, на его телефон, лежавший на краю стола, поступил входящий вызов. Наклонившись вперед, Вэй У Сянь посмотрел на экран, и увидев незнакомый номер, нахмурился. Это был не номер его мужа. Его бы он сразу узнал. Но совсем недавно он поменял номер телефона, и никто кроме Лань Ванцзи, его сына и Цзинъи, не знал его, поэтому он и насторожился. В прочем, присмотревшись и покопавшись в памяти, он довольно быстро узнал номер сестры и вздохнув с облегчением принял вызов.       Некоторое время в трубке был слышен какой-то шорох и скрип, а потом раздалось взволнованное:       «- А-Сянь!»       - А-цзе, я так рад тебя слышать! – Воскликнул Вэй У Сянь. – Тебе а-Лин дал мой номер?       «- Да. Он живет у нас всю последнюю неделю. Мы с а-Сюанем забрали его, когда поняли, что у вас дома сейчас слишком напряженная атмосфера для подростка. А-Чэн… не слишком хорошо себя ведет. Постоянно пьет и громит дом.»       От услышанного Вэй У Сянь поморщился, хотя и не был особенно удивлен этим.       - Надеюсь он не трогал а-Лина?       «- О, не беспокойся. Он его не бил, хотя и продолжает бесконечно требовать, чтобы а-Лин сказал ему, где ты. А-Сянь, я так рада, что ты наконец решился! Меня так беспокоило происходящее в вашей семье… тебе с самого начала следовало обратиться ко мне, я бы спрятала тебя, а а-Сюань помог бы с разводом.»       Вэй У Сянь нежно улыбнулся на слова сестры. Она всегда искренне заботилась о нем и любила. За все годы, которые он прожил с ее семьей, он ни разу не услышал от нее ни слова упрека. Только бесконечную поддержку. Цзян Яньли не редко ругалась из-за него с родителями и Цзян Ваньинем, пытаясь его защитить, но в итоге это оборачивалось еще более худшими сценами, поэтому в итоге она почти перестала вмешиваться, боясь, что из-за нее Вэй У Сяню будет доставаться еще больше.       - Я знаю, а-цзе, но я не хотел, чтобы у тебя и твоей семьи были неприятности. Ты совсем недавно родила, и а-Сун еще слишком маленький. Тебе и ему нужны покой, а не постоянные скандалы и нервотрепка. К тому же, я нашел человека, который мне помогает. Документы на развод уже готовятся, и совсем скоро я буду абсолютно свободен. Он больше не сможет сделать мне ничего, без риска в свой собственный адрес.       «- Я надеюсь на это, а-Сянь. И пожалуйста, не забывай звонить мне. Я очень о тебе беспокоюсь.»       - Конечно, шицзе.       Поговорив с сестрой еще некоторое время, Вэй У Сянь завершил разговор и встал из-за стола, направившись к комоду.       На сборы потребовалось еще некоторое время+ прежде чем он вызвал такси.       До парка развлечений он добрался еще где-то через час, и сев на лавочку недалеко от кассы с билетами, принялся ждать сына, отправив ему сообщение, где именно ждет его.       Когда Цзян Лин появился спустя десять минут, рядом с ним был Цзинъи, весело машущий Вэй У Сяню, на что тот тоже с радостью помахал. Ему нравился этот ребенок, буквально искрящийся радостью и жизнелюбием.       Обняв обоих мальчиков, они втроем пошли к кассе, где приобрели билеты и вошли в парк.       Первой на очереди была американская горка, где Вэй У Сянь, когда-то любивший подобные развлечения, с радостью вновь ощутил всплеск адреналина. Мальчики, сидевшие позади него, громко кричали, пока он сам жизнерадостно смеялся.       Потом они пошли кататься на карусель с лошадками, где Вэй У Сянь с радостью вспомнил, как когда-то катал на них маленького а-Лина, пока тот смущенно возмущался.       Они побывали еще как минимум на шести каруселях, прежде чем дети проголодались, и Вэй У Сянь повел их в кафе поесть. Разумеется, после плотного обеда, все закончилось огромными порциями мороженого.       - Господин Вэй, вы не хотите стать и моим бабой тоже? – Спросил Цзинъи, засовывая ложку с мороженым в рот.       Вэй У Сянь от шока и смущения едва не сбил креманку со стола.       - Цзинъи! – Возмутился Цзян Лин. – Кто спрашивает о подобном так в лоб?!       - Ну а что? Твой баба ведь идеальный омега, а мой отец идеальный альфа. Они были бы хорошей парой.       - Пусть они сами в этом разберутся, - буркнул Цзян Лин и вернулся к мороженому.       Вэй У Сянь только и мог спрятать горячее лицо в ладонях. Прямота детей просто вгоняла его в ступор.       В конце концов, их отдых закончился катанием на колесе обозрений, где они с радостью смотрели на город с большой высоты, восхищаясь его красотой.       Уже выйдя из парка и дожидаясь такси, Вэй У Сянь узнал, что Цзинъи разрешили остаться на ночь у а-Лина и они вместе едут к Цзян Янли, поэтому он с некоторым облегчением посадил их в первое подъехавшее такси и стал дожидаться своего.       Уже добравшись до дома, он с удивлением обнаружил стоявшего у двери Лань Ванцзи.       Смутившись, он быстро открыл дверь в квартиру.       - Вы почему не зашли? У вас же есть ключи. Зачем было стоять у дверей?       - На данный момент здесь живете вы. С моей стороны было бы неприлично входить внутрь, пока вас нет дома.       Вэй У Сянь смутился еще сильнее.       - Глупости не говорите. Для меня было бы куда более неловко держать вас на пороге. Хотя было бы неплохо, если бы вы позвонили мне. Так я буду знать, что в квартире меня не ожидает муж.       Лань Ванцзи кивнул и занес в прихожую пакеты, которые стояли рядом с ним.       Хмуро пронаблюдав за этим, Вэй У Сянь упер руки в бока и посмотрел на мужчину.       - Что вы принесли на этот раз? Я ведь говорил, что мне ничего не нужно. Вы и так оплатили ту кучу продуктов, что мы закупили в прошлый раз, да еще и туалетный столик мне купили.       Разувшись и поставив туфли на обувную стойку, Лань Ванцзи выпрямился и посмотрел на Вэй У Сяня.       - Когда вы уходили из дома, вы взяли с собой только самое необходимое. Мне а-Лин рассказал. Поэтому я посчитал необходимым купить вам некоторые… мелочи.       Вэй У Сянь нахмурился еще сильнее.       - У меня есть деньги. Я могу сделать это сам.       - Вы еще некоторое время не сможете устроиться на работу, поэтому было бы не желательно лишний раз тратить их. Просто позвольте мне позаботиться об этом.       Вэй У Сянь мгновенно сдулся. О нем не так часто заботятся, чтобы он мог сильно злиться.       - Просто… вы ведь должны понимать, что я могу это неправильно понять, - он поднял на мужчину измученный взгляд. – Не нужно… не нужно делать то, что может дать мне неправильную надежду.       Поджав губы, Лань Ванцзи подошел к Вэй У Сяню ближе и подняв руку, прошел ею по бледной щеке.       - А если я хочу, чтобы вы надеялись? Что, если я добиваюсь именно этого?       В глазах Вэй У Сяня на мгновение мелькнула надежда, а потом быстро сменилась болью.       - Но как я могу поверить, что однажды и вы не запрете меня, решив, что насилие, это лучший выход?       - Никогда. Просто дайте мне шанс. Дайте себе шанс.       По щеке Вэй У Сяня скатилась одинокая слеза и всхлипнув он прижал руку к губам, другой вытирая щеку.       Вздохнув, Лань Ванцзи бережно прижал омегу к себе, прижавшись поцелуем к его макушке.

***

      - … и с колеса обозрения был такой прекрасный вид на город, что я решил однажды еще раз туда сходить. Мальчикам тоже понравилось.       - Ммм, я рад. Я стараюсь иногда водить Цзинъи туда, но у меня не всегда есть время, а его мать… ну, до недавнего времени она не особо признавала даже понятие развлечений, всегда ставя во главе угла образование, как и мой дядя. Поэтому Цзинъи не сильно любит проводить с ней время. Хотя последняя их встреча, вроде бы, прошла лучше обычного. Возможно она и правда решила начать меняться.       Вэй У Сянь на это покачал головой и подняв чайник, налил им обоим еще чая.       - Я никогда не водил а-Лина в парк развлечений. Разве что в самом детстве, а все остальные разы он был там с а-цзе, потому что Цзян Ваньинь не очень любил, когда я выходил из дома без реальной необходимости, в виде продуктов, да и то, часто просто сам закупался. Если бы а-цзе не угрожала ему подачей заявления в ведомство по защите омег, то, думаю, он и вовсе запер бы меня в доме. Хотя и без этого было ненамного лучше, - скачал он, сжимая в пальцы на чашке с чаем.       - Когда ваш муж впервые поднял на вас руку? – Спросил Лань Ванцзи, на мгновение задерживая взгляд на омеге.       Вэй У Сянь поджал губы, вспоминая день, когда начался его личный ад.       - В тот день семья Цзян должна была присутствовать на благотворительном вечере и мы, с Цзян Ваньинем, разумеется тоже должны были там быть, так как он наследник компании, а я его супруг. А-Лину было всего пять, и мы оставили его дома с няней, как всегда делали в такие моменты, - он пожал плечами. – Вечер проходил достаточно мирно, ну, примерно до тех пор, пока госпожа Юй не решила вновь прицепиться ко мне из-за очередной мелочи. Я уже и не помню, из-за чего именно. Мне надоело терпеть ее безосновательные, вечные обвинения, да еще и на виду у остальных людей, и я сорвался. Мы тогда сильно поругались. А когда мы с Цзян Ваньинем вернулись домой… я даже разуться не успел, когда он первый раз меня ударил. Просто пощечина, но она меня оглушила. Я не тренировался, в отличие от него, и постоянно сидел дома, а он сильный, молодой альфа, ну и вот… а потом он ударил вновь, но уже в живот, и… я плохо помню, что было дальше. Только бесконечную боль. Пришел в себя уже в спальне, а рядом был семейный врач.       Вздохнув, Вэй У Сянь перевел взгляд на окно, с какой-то тоской наблюдая за тем, как мимо пролетают птички.       - Когда врач ушел, Цзян Ваньинь вновь ударил меня и сказал, что если я еще хоть раз посмею так унизить его мать, то сильно об этом пожалею. С этого все и началось. Потом он, конечно, попросил прощение, и даже плакал, так что я простил, но каждый раз, когда это повторялось вновь, я все меньше верил его извинениям и слезам. А в какой-то момент он и вовсе перестал это делать. Да и зачем, если это начало повторяться вновь и вновь, и почти не было дней, когда он не награждал меня даже оплеухой? Самым ужасным было то, что все это видел а-Лин, даже если Цзян Ваньинь и пытался избежать этого, - он покачал головой. – За последние семь лет у меня было четыре выкидыша, об одном из которых узнал мой сын. Видимо я был недостаточно внимателен и не смог этого скрыть. А сейчас… - Вэй У Сянь опустил глаза, чувствуя, как его накрывает стыд, - вчера вечером я узнал, что вновь жду ребенка, так что… лучше подумайте, нужен ли вам омега с довеском. Ваша семья вряд ли такое одобрит.       - Меня уже давно не волнует, что думает моя семья, а что касательно ребенка… я не имею ничего против этого. Я вырастил Цзинъи, и точно справлюсь с еще одним ребенком, тем более что мы будет вдвоем. Если только, вы позволите мне быть рядом с вами.       Вэй У Сянь смущенно поднял на мужчину взгляд и прикусил губу.       - Тогда… не могли бы вы провести эту ночь со мной? – Он покраснел сильнее и отвел взгляд в сторону. – Я понимаю, что просить о таком неприлично, но я так давно не чувствовал в постели ласки… без жестокости, что хотел бы вспомнить, каково это бывает, когда нежно.       В ответ Лань Ванцзи лишь встал и протянул ему руку.       - Тогда позвольте мне напомнить вам об этом.       Уже несколько часами позже, лежа в постели совершенно нагим, вспотевшим и испачканным спермой, Вэй У Сянь выгибался под нежными касаниями и поцелуями мужчины, которыми тот покрывал его тело, и едва сдерживал рвущееся наружу мурлыканье. Он был так сильно возбужден, даже несмотря на то, что они уже несколько раз сделали это, что было стыдно, как стыдно было и за то, что он желал кого-то, помимо своего супруга.       Его лоно немного ныло и пекло от сильной растяжки, - природа одарила мужчину поистине королевским размером, даже для альфы, - а тело словно парило от испытанной эйфории, которую он давно не ощущал, ведь его супруг уже давно не заботился о его удовольствии, судя по всему считая, что в этом нет нужды. Но теперь все было по-другому. Лань Ванцзи не только уделил внимание каждому сантиметру его кожи, но и с дозволения Вэй У Сяня заявил на него права. Теперь на его затылке горела новообразованная, постоянная метка, и точно такая же была на стыке плеча и горла альфы. И пусть кто-то скажет, что они поспешили, но за все это недолгое время, этот мужчина уделил ему куда больше внимания и заботы, чем Вэй У Сянь вообще получал за годы жизни со своим мужем, уже давно начав считать такое положение вещей нормальным в своей жизни. И все же, прямо сейчас он буквально купался в нежности и ласке, которую ему дарил этот, теперь совсем не чужой, альфа, в очередной раз ощущая, как его нежные, немного воспаленные стеночки раздвигаются, пока его наполняет крупный орган мужчины. По спине вновь пробежала волна жара, словно плеснули кипятком, и он в очередной раз выгнулся, издавая протяжный стон и цепляясь дрожащими пальцами за испачканные простыни.       Лань Ванцзи двигался осторожно, но быстро, следя за Вэй У Сянем каждую секунду, чтобы заметить любой возможный дискомфорт и если замечал, то сиюминутно же стремился сгладить его.       Так продолжалось до самого утра, пока в конец, выдохшийся Вэй У Сянь, просто не уснул в процессе очередного захода.       Проснулся он уже далеко после обеда, от вкусного запаха готовящейся еды. Все его тело ныло и было таким невероятно слабым, что не хотелось шевелить даже пальцем. И все же, ему очень хотелось искупаться, поэтому пересилив себя, он сначала сладко потянулся, а потом выполз из-под теплого одеяла и встал, и тут же едва не рухнул на подкосившихся ногах, смущенно хихикнув. Его альфа действительно хорошо постарался, разбирая его по частям.       Подняв руку, Вэй У Сянь провел пальцами по немного побаливающей метке и счастливо зажмурился. В их время уже мало кто задумывается о метках, тем более постоянных, и еще реже – о парных, обычно предпочитая ставить временные. Его муж тоже не сильно заботился о подобном вопросе, считая, что Вэй У Сянь никуда от него не денется и без метки, хотя временную, все же, периодически ставил. Когда был зол. Сейчас Вэй У Сянь был искренне рад, что эти метки были именно редкими, а иначе операция по удалению постоянной метки могла сильно подорвать его здоровье. Сколь бы не продвинулась сейчас медицина, а последствия подобного не удается обойти до сих пор.       Некоторое время он потратил на то, чтобы понежиться под горячим душем и привести себя в порядок, а когда наконец оделся и добрался до кухни, Лань Ванцзи уже почти накрыл на стол.       Стоя в дверях кухни, он некоторое время наблюдал за мужчиной, чувствуя себя настолько умиротворенно, как не было еще, наверное, никогда, потому что Цзян Ваньинь всегда считал, что работа по дому это не дело альфы, что таким должны заниматься только омеги и что никакой романтики в этом нет, а вот Вэй У Сянь считал совершенно иначе. Лань Ванцзи, готовящий и накрывающий для них на стол, выглядел прямо сейчас невероятно романтично.       Наконец заметив, что больше не один, альфа выпрямился и посмотрел на него, а Вэй У Сянь не сдержал счастливой улыбки, на что тоже получил, пусть и совсем короткую, и слабую, но тоже улыбку.       Подойдя к нему, альфа взял его за руку и притянул в себе, уткнувшись лбом ему в шею. Вэй У Сянь смущенно покраснел и тоже обнял мужчину, тихо принюхиваясь к их переплётшимся ароматам.       - Все хорошо? – Кротко спросил он.       - Ммм, просто счастлив.       Вэй У Сянь вновь не смог сдержать счастливой улыбки, сжимая пальцами свитер мужчины.       - Я… я тоже, - тихо произнес он.       - Расскажем детям? – Посмотрев на него, спросил Лань Ванцзи.       Смутившись, Вэй У Сянь кивнул и опустил взгляд на свой смешные тапочки-зайцы, стесняясь посмотреть на мужчину.       - Мм, думаю они будут довольны.       Лань Ванцзи коротко улыбнулся, вспоминая как часто Цзинъи ездил ему по ушам требованиями начать ухаживать за «бабой Цзян Лина».       - Да, думаю будут.       Положив руку омеге на талию, Лань Ванцзи подвел его к столу и усадил за заранее отодвинутый стул.       - Тебе нужно поесть. Теперь тебе понадобится много сил.       Опустив взгляд на еду, Вэй У Сянь с минуту молча посидел молча, а потом вновь поднял голову и посмотрел на Лань Ванцзи.       - Как думаете, он заберет у меня ребенка? – Вэй У Сянь опустил руку на живот.       - Не беспокойся, мы ему этого не позволим. Мы можем сказать, что этот ребенок от меня.       - Но тогда люди начнут говорить, что я изменял и бросил мужа ради любовника… хотя в этом и есть доля истины, если говорить об измене. Но это может ударить по вашей репутации.       - Вэй Ин, - мужчина опустился перед ним на колени, - я знал на что шел, когда пытался все это время ухаживать за тобой. Я знал, что ты все еще замужем. Меня нельзя назвать невиновным или обманутым. Пусть говорят, что хотят, если это обеспечит тебе безопасность. Он тебя бил. Долгие годы. Любой омега, и уж тем более ведомство по защите омег, поймут почему ты так поступил, защитят и оправдают, а «праведники» пусть говорят, что пожелают. Это не имеет никакого значения. А теперь, пожалуйста, поешь. Тебе это нужно. И пожалуйста, больше не обращайся ко мне на вы. В этом нет нужды. Мы больше не чужие.       Какое-то время он смотрел на альфу, но потом все же кивнул и принялся за еду. Лань Ванцзи был прав, теперь ему следует лучше питаться. И да, они больше не были чужими.