Сжигая границы

Ночь, обнажающая правду Темнота улицы окутывала их, вплеталась в шаги, стирая границы между настоящим и прошлым, между тем, что было сказано, и тем, что так и осталось в тишине. Гул далёких машин, шорох ветра в проводах, приглушённый смех на задворках города — всё это существовало где-то на периферии, не касаясь их. Здесь, между ними, было только напряжение. Ю шла уверенно, её шаги гулко раздавались по пустынному асфальту. Она не оглядывалась. Ей не нужно было смотреть назад, чтобы знать, что Сыльги идёт за ней. Девушка чувствовала её присутствие — тяжёлое, тягучее, словно электричество перед грозой. Сыльги не знала, зачем следует за ней. Просто знала, что остановиться — значит признать поражение. Но что было бы этим поражением? Её слабость? Её желание? Или, может быть, правда, от которой она бежала так долго? Джеи остановилась внезапно, и Сыльги едва не врезалась в неё. Воздух между ними заискрил напряжением. — Ты правда думаешь, что это сработает? — Голос Джеи был ровным, но в нём слышалось что-то острое, что-то опасное. Сыльги приподняла брови, стараясь выглядеть безразличной, но её пальцы предательски сжались в кулаки. — О чём ты? Ю склонила голову набок, её глаза вспыхнули в полумраке. — О том, что ты пыталась сделать. Сыльги скрестила руки на груди, словно защищаясь. — Ничего я не пыталась. — Ты хотела, чтобы я это увидела. — Может, ты переоцениваешь своё влияние? Ю усмехнулась, но в этой усмешке не было лёгкости. — Правда? Тогда почему ты так напряжена? Сыльги чувствовала, как напряглись плечи, как ладони стали влажными. — Ты же сама сказала, что не будешь меня держать, — её голос был ровным, но в нём звенело что-то ломкое. — Так что тебе теперь не нравится? — Мне не нравится, что ты лжёшь. — Себе или тебе? Тишина накрыла их, плотная, вязкая, как сироп. Джеи шагнула ближе. — Хочешь знать, что меня злит больше всего? Сыльги молчала. — То, что ты не честна. Ты хочешь меня. Но боишься. Боишься, что это будет непросто. Боишься, что я не отпущу. Сыльги сжала челюсть, пытаясь совладать с дрожью внутри. — Ты сказала, что не изменишься. — И я не изменюсь, — твёрдо ответила Джеи. — Тогда почему я должна? Ю посмотрела ей прямо в глаза. — Потому что ты уже изменилась. Эти слова ударили точнее, чем любой выпад. Сыльги нервно сглотнула, отвела взгляд. — Ты не знаешь, через что мне пришлось пройти. — Расскажи мне. — Ты просто хочешь, чтобы я снова подошла ближе, — голос Сыльги дрогнул, её пальцы сжались в кулаки. Джеи не отступила. — Нет. Я хочу, чтобы ты перестала убегать. Сыльги отвела взгляд, её грудь тяжело поднималась и опускалась. Она так устала. Устала прятаться. Устала делать вид, что между ними ничего нет. Всё было. Всегда было. Ю не давила. Она просто стояла рядом, ожидая. Сыльги провела языком по пересохшим губам. — Я не знаю, как быть с тобой, — наконец призналась она. Джеи склонила голову набок, изучая её лицо, словно это признание не стало для неё неожиданностью. — Тогда начни с малого. — С чего? — Просто будь рядом. Сыльги закрыла глаза. Одна секунда. Две. А потом сделала шаг вперёд. Невидимая преграда внутри неё треснула, сломалась под тяжестью её собственных эмоций. Она сжала ладонями ткань куртки Джеи, вцепившись так, будто та могла исчезнуть, если ослабить хватку. — Чёрт… — выдохнула она, зарываясь лицом в её плечо. Джеи замерла. Затем её руки мягко, но крепко обвили Сыльги, вдавливая её в себя. Точно так, как Сыльги всегда боялась. Точно так, как она всегда хотела. Ночь оставалась молчаливым свидетелем их затяжного, неизбежного падения друг в друга.